Ловец снов

I'm headed straight for the castle Я направляюсь прямо ко дворцу, They wanna make me their queen Там меня хотят провозгласить своей королевой. And there's an old man sitting on the throne that's saying Пожилой мужчина, сидящий на троне, говорит, That I probably shouldn't be so mean Что я могу чувствовать себя как дома. Halsey — Castle

Я не спала всю ночь, потому что мой мозг работал на полную катушку. Я не могла перестать думать о том, что вчера я целовалась с Питером целых два раза, а еще о том, что все это чертовски неправильно. Мы с ним абсолютно разные люди, да и я не лучший кандидат на роль человека, с которым стоит вступать в какие-то отношения. Воздух был влажный, на улице было пасмурно и серо. Джин опять куда-то рано ушла, оставив меня в одиночестве. Я вообще боялась в последнее время быть одна, казалось, будто стены давят на меня, в такие моменты я начинала копаться в себе, а ни к чему хорошему это никогда не приводило. Пытаясь сосредоточиться на том, что написано в книге, я лежала на кровати и пила зеленый чай, который оставлял после себя терпкий привкус на языке. Мне нравился этот холод, нравилось, как он проникает вглубь меня, заставляя появляться сотни мурашек. Он был частью меня, без которой я уже не могла представить себе Марию Нортон. Я жила холодом, он давал мне силы идти дальше не смотря ни на что. Я раскрыла ладонь перед собой, из которой вылетела маленькая бабочка с тонкими ледяными крыльями. Изящное существо, больше похожее на сказочное. — Привет, — из-за двери показалась серебряная голова Питера. Он по-прежнему не уважал моего личного пространства, поэтому входил в комнату тогда, когда хотел. А еще сегодня за завтраком держал меня за руку при всех, за что я грозилась отморозить ему конечность. — Привет, — я отложила книгу и переместилась на подоконник, подложив ноги под себя и указывая Питеру, что он может сесть рядом со мной, благо места было достаточно. — Нам нужно поговорить. — О чем угодно, Мари, — он довольно улыбнулся, бесцеремонно отхлебывая из моей чашки. — Я просила не называть меня так, — я нахмурилась, поправляя волосы. — Почему? — Это не мое имя. — Как скажешь, — он усмехнулся, а затем медленно произнес, наклонившись ко мне: — Мари. Ему нравилось выводить меня из себя, нравилось смотреть, как я начинаю злиться. Но в этот раз я лишь цокнула языком, игнорируя то, что Питер сократил расстояние между нами. — Так о чем ты хотела поговорить? — он отвернулся к окну, поэтому я видела лишь силуэт его лица из-за падавших теней. Питер был красивым. Он даже нравился мне, особенно после вчерашнего. Я еще не была влюблена в него, но, как мне кажется, до этого совсем недалеко. Но я вовсе не считаю, что это хорошо, потому что любые чувства – это пламя, а оно невероятно губительно для льда. Если я привяжусь к нему, то это сделает меня слабой и очень уязвимой, а этого мне совсем не нужно. Поэтому я должна как можно скорее покончить со всем этим. — Насчет вчерашнего, — я опустила глаза, щеки мои слегка порозовели. Питер повернулся ко мне, озорная усмешка появилась на его губах. — Дальше ничего не будет. — В смысле? — Максимофф казался озадаченным. Внутри меня все сжалось. — В прямом смысле, — я очень нервничала сейчас, поэтому не знала куда деть свои руки. — На этом все. Никакого развития отношений не будет. Мне не нужны все эти чувства. — Но почему? — Питер теперь казался хмурым, его тон был обвиняющим. — Как ты не понимаешь, Питер? — мой же голос звучал умоляюще. — Я не могу контролировать свои силы, я убила кучу народу. Я убийца, понимаешь? — я смотрела прямо в его глаза. — У меня и с мозгами не все в порядке. Если ты не заметил, то я страдаю пограничным расстройством личности*, а также биполярно-аффективным**. Я тебе даже справку могу показать из больницы, чтобы ты, наконец, понял, что я не лучший объект для симпатии. — А с чего ты взяла, что я вообще что-то к тебе чувствую? — Питер начал распаляться все больше и больше. — Подумаешь, поцеловал два раза, с кем не бывает? Меня такой поворот событий слегка шокировал. А ведь и правда, с кем не бывает? Подумаешь, поцеловал, ну и что? Только вот глухая боль, зарождающаяся в грудной клетке не позволяла с легкостью отвергнуть Питера, пусть и сам он, похоже, был совсем не против. — Вот и хорошо, — я совсем не узнавала свой голос – до такой степени глухим и хриплым он был. Прокашлявшись, я продолжила: — Значит, ничего не было и не будет. — Отлично. Через несколько секунд раздраженный Питер исчез из комнаты, оставляя меня в звенящей тишине. Мне было неприятно, мерзко от самой себя. Хотелось стряхнуть с себя это чувство, будто я сделала вовсе не то, что нужно было. Хотела сберечь свое сердце, а также сердца других, но получилось совсем не то. Хотела сделать как лучше, а получилось как всегда. Лучший способ не дать кому-нибудь разбить твое сердце — притворяться, что у тебя его нет – разве не так? Темная туча опускалась на меня все ниже, у меня начиналась депрессивная фаза. Я достала из ящика баночку с антидепрессантами и закинула одну из таблеток в рот, поморщившись и запив большим количеством воды. Дыхание стало тяжелым, я пыталась побороть эту душевную боль, но ничего не выходило. Я прекрасно понимала, что все сделала правильно, отгородив Питера от такой, как я, но сама была не готова его отпустить. На мои плечи будто положили несколько камней, которые давили и прижимали к земле все больше. С каждой секундой было все хуже. Я все сделала правильно, так ведь? — Мария, — в моей голове раздался голос профессора, — срочно приходи на взлетную полосу. Но перед этим надень летный костюм. Я ничего не ответила, лишь хмуро кивнула, хотя прекрасно понимала, что Чарльз не видит. Его голос немного взбодрил меня, заставил собраться в кучу и наконец утереть эти сопли, которые я успела здесь развести. Нужно сковать свое сердце льдом, тогда, возможно, станет легче. В ангаре, где стоял огромный самолет, сегодня было людно. «Люди Икс» вместе с Хэнком и Чарльзом что-то обсуждали у огромной доски, на которой был повешен план какого-то строения. Приглядевшись я поняла, что это тот самый дом, в котором я прожила последние одиннадцать лет. Я вопросительно посмотрела на профессора. — А вот и Мария, — он как всегда дружелюбно улыбнулся, а затем подъехал на своем кресле ближе ко мне. — Благодаря твоему дневнику мы смогли создать довольно точный план дома. Сегодня мы собираемся наведаться к ним, чтобы они прекратили свои атаки на мирное население. Ты с нами? Я на секунду застыла, обдумывая услышанное. Возможно, если я наконец избавлюсь от них, то и демоны исчезнут? Потому что именно Девид Нортон и компания отравляют мою жизнь, служат живым напоминанием о том, что я совершила, о том, что причастна к этому террору. — Да, конечно, — я рассеянно кивнула, не понимая, почему не радуюсь, что у меня наконец появился шанс остановить их. — Очень хорошо, — профессор кивнул в сторону доски. — А теперь не могла бы ты разъяснить нам, что где находится? — Ага, — не найдя указки, я решила сделать ее сама. В моих руках медленно начала собираться длинная резная палочка изо льда, которой я и начала указывать. — Вот здесь находится кабинет Девида… Я старалась говорить без остановки и не обращать внимания на устремленные на меня взгляды. Рейвен буквально буравила меня взглядом, сложив руки на груди. Неужели все еще сердится? Питер на меня не смотрел вовсе, достал из кармана кубик Рубика и начал его собирать с огромной скоростью. — В общем, если они захотят сбежать, то уйдут через подземный проход. После этих слов мы все погрузились в самолет, а затем взлетели. Я сидела как назло прямо напротив Питера, который нацепил наушники и всю дорогу дремал. Джин сидела рядом и развлекала меня болтовней, иногда строя глазки Скотту. Меня поражала обстановка вокруг. Они точно знают, на что способен мой дядя? Все происходило очень быстро: как только самолет приземлился, то мы все бросились врассыпную. Похоже, у одной меня не было конкретного задания. Что ж, нужно тогда хотя бы убрать Дениса. Я бежала быстро, но не на столько, чтобы Питер не мог оставить меня позади. В моей крови было столько адреналина, что казалось, что сейчас я могу сразиться с любым из мутантов здесь, а затем выйти победительницей. В Штабе была суматоха. Подростки и взрослые люди бегали, использовали свои силы. Я не знала, куда себя деть. Внезапно я почувствовала зов, словно какой-то давний друг просит меня прийти в главный зал. Я вытащила из уха коммуникатор и раздавила его пальцами, потому что голоса «Людей Икс» мешали мне. Это было похоже на гипноз, на какой-то сладостный обман. Я начала чувствовать необычайную легкость во всем теле, по мне прошла приятная дрожь, когда я дала своим силам вырваться на свободу. Голубая искра вылетела из моей ладони, описала круг в воздухе, а затем исчезла, рассыпалась на тысячи снежинок под потолком. — Рад видеть тебя здесь, Мария, — из-за колонны вышел Девид. Он был спокоен, в уголках его губ даже притаилась улыбка. — Неужели знаменитый профессор Ксавье купился на этот незаурядный план и так просто отдает мне тебя? — С чего ты взял, что я вернусь? — я нахмурилась, попутно ища путь к отступлению. — А иначе зачем ты пришла сюда? — он ухмыльнулся. — Отличительной чертой нашей большой и дружной семьи является наличие демонов, которых Чарльз Ксавье просит скрывать. Мы же даем им волю, становимся сильнее, позволяем поглотить нас полностью. Ты же уже чувствовала их власть, я прав? — Замолчи! — я выставила перед собой руки и зажмурилась. — Ты знаешь, каково это, когда силы растекаются по твоим венам, когда ты чувствуешь невероятную силу и могущество, — его глаза буквально горели, он медленно подходил ко мне, заставляя пятиться. — Все мы здесь не без греха, но не нужно мучиться от этого. Ты же знаешь, что ты никогда не станешь такой, как они. Блаженное неведение… — Хватит! — мне уже некуда было пятиться, поэтому я просто скатилась по стенке, хватаясь за голову. Мне было тяжело. Не хотелось поддаваться тьме сейчас, перед Девидом, делать ему одолжение и помогать в осуществлении этих ужасных вещей. Но я так устала бороться, так устала притворяться не той, кем являюсь на самом деле, а хорошей девушкой-мутантом, коей я не являюсь. — Мария! — внезапно огромная входная дверь буквально слетела с петель, а на пороге оказался Питер. — Что ты здесь делаешь с ним? — Не мешай ей обретать свою истинную сущность, мальчик, — Питер попытался ударить Девида, но тот постоянно ускользал, растворяясь изумрудной дымкой. Не зря же его называли Иллюзионист. Меня всю трясло будто в лихорадке, холодный пот струился по моему лицу. Выстроенная мною стена грозилась вот-вот обрушиться и завалить меня обломками. «Не мешай ей обретать свою истинную сущность, мальчик». — Мария, — Питер оказался передо мной. — Это не ты, ты не можешь просто так переметнуться на его сторону, ты же не такая, ты… — А какая я? — я смахнула намокшую челку с лица. — Хорошая? Ты думаешь, что знаешь меня, но это не так. Я и не заметила, как вены на моих руках начали светиться голубоватым, словно по ним бежал лед, а голова немного кружилась, но я была будто пьяна. Да, именно так. Это чувство было похоже на опьянение, я упивалась тьмой, поглотившей меня. Ее было слишком много, мне казалось, что сейчас меня разорвет. Теперь я ясно поняла, что когда люди видят в других хорошее, они этого ожидают, а я не хочу соответствовать ни чьим ожиданиям. — Нам нужно идти, — ноги еще подкашивались, но я подошла к Девиду и положила руку на его плечо. — Надеюсь, что этот старик всего лишь одурманил тебя, — Питер слишком быстро бегал, поэтому мне пришлось приморозить его к полу. — Иначе я никогда не смогу забыть это предательство. — Вы отличные ребята, Питер, но я не такая, как вы, — на моих губах застыла холодная усмешка, когда Девид перенес нас в другое место.