Down The Rabbit Hole

      Марисоль должна была оставаться в своей комнате. Мама отправила ее туда, а недобрый блеск в ее глазах говорил, что девочка должна повиноваться без вопросов. Затем она пригласила Джин выпить, и та согласилась, поэтому Марисоль обязана была узнать, о чем они говорили.       Сначала она ничего не слышала, только кусочки льда звенящие в стакане и приглушенные голоса. А затем ее мама резко спросила:       — Что еще за сказочные штучки?       — Ну, знаете, малышка верит в это. Она считает, что все в этом городе сказочные персонажи, — объяснила Джин, и если бы Марисоль не пыталась подслушать разговор не пойманной, то вломилась бы в комнату прямо сейчас. Как Джин может быть такой идиоткой? Никогда нельзя говорить Злой Королеве, что знаешь о ее мерзком плане.       — Мне кажется, самое время вам уйти, — сказала мама, а ее голос звучал так, что Марисоль испытала схожее чувство с тем, когда она торопливо хлебала молочный коктейль. Голос был быстрым, резким, колющим и холодным. В последнее время мама все чаще была такой. Марисоль считала, что это Злая Королева начинает просачиваться из нее. — Безопасной вам поездки обратно в Бостон.       Девочка спряталась в тени, когда Джин открыла дверь и вышла из кабинета. Она развернулась, все еще держа в руках один их маминых дорогих хрустальных бокалов, которое Марисоль было запрещено трогать.       — Вы любите ее? — спросила она.       Мамины глаза сузились, половина лица скрывалась в тени. Она помолчала, прежде чем ответить:       — Конечно люблю.       Это была правда, Марисоль знала, что так оно и есть. У нее никогда не было повода, чтобы усомниться в любви своей матери. Но это было бы эгоистично со стороны Марисоль закрывать глаза на зло, на то, что жители города несчастны и подчинены Злой Королеве. Мама любила ее и только ее, но этого не достаточно. Джин обязана остановить ее.       — Марисоль — все для меня, — добавила мама.       Джин лишь кинула.       — Отлично, позаботьтесь о ней. — Она поставила стакан на столик и ушла, громкие шаги от шнурованных ботинок, которые она носила, стихли.       Марисоль из тени наблюдала за тем, как мамины плечи опустились, ее взгляд был задумчивым, глаза сияли, а губы смягчились. Такой она ее еще не видела.       * «Королева и Спаситель» автор Р. Миллс       Через пару дней после презентации Мэри Маргарет начала свое обучение в школе. Поэтому у Эммы был первый выходной, который она провела одна дома. Вечером этого дня, когда вернулась ее соседка, девушка сидела с банкой пива и смотрела «Анатомию Грей» на Netflix.       — Тяжелый день? — спросила Мэри Маргарет, глядя на нее критически.       — День отдыха, — хрюкает в ответ Эмма и морщится, делая глоток пива. Она потягивает одну бутылку уже долгое время, и теперь пиво было теплым и выдохшимся. — А теперь помолчи, я смотрю.       — Ты ненавидишь этот сериал, — подметила Мэри Маргарет.        — Да, — отвечает Эмма, — но парочка лесбиянок действительно милая. Так что заткнись!       В течение двух лет, с тех пор как она рассталась с Эльзой, которая вернулась в штат Мэн, Келли Торрес была ей ближе всех. Эмма могла бы сказать, что втюрилась в нее (ну или какой термин взрослые применяют в данной ситуации).       Закатив глаза, Мэри Маргарет бросила свои сумки на стол и, достав ноутбук, стала что-то яростно строчить на бумаге. Когда серия закончилась, Эмма соскользнула с дивана на пол, прежде чем встать на ноги.       — Первый день прошел хорошо?       — Удивительно, — мечтательным голосом отвечает Мэри Маргарет, а на ее запястье красуются чернила. — Просто идеально. Я нашла своих людей!       Эмма старалась не расстраиваться оттого, что Мэри Маргарет может позволить себе более дорогой колледж в одном из самых дорогих городов для жизни, занимаясь чем-то таким незначительным, как обучение детей письму. В то время как Эмма вынуждена была бросить колледж в конце второго года обучения, потому что она не могла найти времени поспать, пытаясь учиться и зарабатывать достаточно денег, чтобы ей хватало на жизнь. Чем-то нужно было пожертвовать, и этим чем-то был колледж.       — Пожарить чего-нибудь по-быстрому? — предложила Эмма.       — Да, пожалуйста, — ответила брюнетка, — нужна помощь?       Эмма отрицательно покачала головой. Девушка выплескивает свою легкую обиду на морковку и брокколи, и успевает даже подумать, что если вдруг она просыплет рис на кухонный пол, все равно не ее неделя для уборки.       — А вот и ужин, — говорит блондинка, передавая миску. Мэри Маргарет откладывает свою писанину и с аппетитом начинает есть.        — Как Кроличья Нора?       — Очень хорошо, — отвечает Эмма.       Лейси счастлива с тех пор как прошла презентация. После того как стало известно, что Реджина Миллс один из постоянных посетителей магазина, было продано огромное количество книг. Потому что люди не только скупили книги самой Миллс, но и опустошили все полки. А когда Руби снова наполняла их, то покупатели расхватывали книги как бандиты.       — Хочешь посмотреть фильм? — спросила Мэри Маргарет пока складывала пустые миски и относила к раковине.       — Я просидела у телевизора большую часть дня, — в ответ Эмма пожала плечами, — думаю, я пойду в постель и почитаю.       У кровати Мэри Маргарет были сложены стопки книг, которые не уместились на купленных в Икее полках. Когда блондинка рассказала девушке о презентации новой книги Реджины Миллс, ее соседка порылась в стопках и нашла первые три из серии: «Ты должна их прочитать, — сказала она, — Она ведь придет в ваш магазин».       Эмма закатила глаза: «Ты знаешь, что я не любитель фэнтези. К тому же не похоже, чтобы Миллс собиралась говорить с бывшей заключенной, которая никогда не заканчивала колледж о своих драгоценных книгах».       А потом она встретила Реджину и решила, что прочитает их, чтобы найти в них что-нибудь сомнительное или оскорбительное. И докажет Миллс, что она не идеальная богиня детской литературы, а просто наемный писака.        К несчастью, она действительно наслаждалась ими. Настолько, чтобы не спать в три часа ночи и с удовольствием дочитывать первую книгу. Это убивало ее, потому что Миллс — отвратительный сноб. Она поняла это при первой же встрече и единственном взгляде на ее дизайнерские туфли, которые наверняка стоят больше, чем весь гардероб Эммы. Поэтому ее не волновало, что она предвзята к Марисоль Мендес, и она не хотела, чтобы та ей нравилась. Но она понравилась. Марисоль дерзкая, смелая, находчивая и очень сильная.       Она была на середине второй книги, речь шла о том, что происходит после того как Сал, поцеловав в лоб Марисоль, уничтожает проклятие маленького городка в штате Мэн. Марисоль помогает Джин найти ее родителей, которыми оказались Белоснежка и Прекрасный Принц. Мы сталкиваемся с конфликтной ситуацией, когда девочка понимает, что была права, что ее мама и злодейка, но также и спасительница города, и любящая женщина, которую она звала «Мама» последние одиннадцать лет.       Итак, она открыла книгу, свернувшись калачиком и начала читать. В тот момент, когда Джин отправляет Марисоль в дом ее Матери, Эмма начала плакать стараясь сдерживать рыдание. «Хватит об этом, — сказала Джин, потянув одну из косичек Марисоль, — Она твоя мама, она любит тебя, и ты не станешь отказываться от нее. Никто не должен отказываться от своей семьи!»       У Эммы никогда не было семьи о которой можно было бы поговорить. ЕЕ история была вряд ли так романтична, как история Джин — брошенной на обочине дороги, а на самом деле дочери Принца и Белоснежки, которые отправили ее в реальный мир, чтобы спасти ее от проклятия Злой Королевы. Хотя она была чем-то похожа на колючую биологическую мать Марисоль.       Эмме повезло, что парень, из-за которого она попала в колонию в 16, не обрюхатил ее, как это случилось с Джин. Эта история отвадила ее от парней в целом. Эльза раньше называла ее «непрактикующей бисексуалкой», что ей никогда не нравилось, потому что было в этом комментарии и самой Эльзе что-то язвительное. И она не была уверена, действительно ли у Эльзы нет проблем с тем, что Эмма би или нет.       Она продолжала читать, зная, что ей нужно встать в семь, чтобы быть на работе в восемь. Но она также знала, что она должна сначала дочитать книгу, или она вообще не сможет уснуть.

***

      Эмма появляется в магазине, скрывая свой утомленный вид за аккуратным макияжем и легким красным платьем, которое она стянула у Мэри Маргарет. Платье не в ее стиле, но в нем ее грудь выглядит просто ошеломительно.       — Итак, — говорит Руби, — сегодня твоя очередь «сказочных историй».       -Что? — У меня пол дня, Лейси делает отчет. Дети придут в час, — Руби улыбнулась. Возможно, у Эммы разыгралось воображение, но ей показалось, что улыбка выглядит хищной, ее клыки были слишком острые и белые. — У тебя все получится, Эмма. Ты нравишься детям.        — Понятия не имею почему, — ответила она. Если быть честной, дети заставляли Эмму чувствовать дискомфорт. Они такие тактильные, постоянно хватают ее за ноги и за руки, трутся своими лицами о ее джинсы, поглаживают своими липкими пальчиками ее волосы, когда она нагибается к стеллажу с книгами. И они хотят все знать. Вы принцесса? Какой ваш любимый динозавтр, Почему вы носите такие узкие брюки?       — Я думаю это потому, что они чувствуют твой дискомфорт, — говорит Руби, настраивая кассовый аппарат. — Это как кошки, которые становятся одержимыми именно тем человеком в комнате, у которого аллергия на них. В любом случае тебе придется это сделать, так что подбери сопли! Мы на середине книги «Матильда».        — Отлично, — соглашается Эмма и вздыхает, потому что она не так планировала провести сегодня рабочий день. Возможно, если она сделает это действительно ужасно, то Лейси разрешит ей заниматься чем-то другим, и она никогда не будет заниматься «сказочными историями» снова.       — Вот это моя девочка! — порадовалась Руби. — Ну как там поживает Марисоль?       Руби единственная, кто знала, что Эмма читает книги Миллс. Она не могла признаться Мэри Маргарет, что та была права, но ей нужен был кто-то, кому она смогла бы выплескивать свои эмоции по этому поводу.       — Закончила вторую прошлой ночью, — ответила Эмма. — Господи, они действительно хороши. Я готова поспорить, что они становятся маленькой семьей. Она запустила магию Сал!       — И ежу понятно, — отвечает Руби и добавляет, поглядывая как Эмма скользит ножом по упаковочной ленте. соединяющей коробки с книгами вместе: — Знаешь. Ты мне напоминаешь Джину. Колючая, интроверт, с добрым сердцем и одержимая выпечкой.        — Я должна сказать спасибо? — уточнила Эмма морщась, не дожидаясь ответа она берет с прилавка коробку с книгами и направляется в секцию иллюстрированных книг.       Следующие несколько часов пролетели незаметно. Эмма взяла перерыв пораньше, потому что Руби планировала уйти в 12. Вторая половина дня будет напряженной. Эмма решила отправиться к соседям-кондитерам и поднять себе настроение Межвежьим когтем.        — Эмма! — приветствует Рори, они так и не сходили выпить, потому что в намеченный день у них состоялся запуск книги. Но Рори уже погрузилась в дух товарищества, радуясь, что такой мизантроп как Эмма проявил инициативу. — Как дела?       — Медвежий коготь, — говорит Эмма, — и крепкий кофе. Пожалуйста.        — Все так плохо? — поморщилась Рори.       — День «сказочной истории», — отвечает Эмма и Рори разражается хохотом.       — Сочувствую, дорогая. — добавляет Рори, убирая булочку в бумажный полупрозрачный пакет и наливая кофе в стаканчик для выноса, — Видела бы ты свое лицо!        — Заткнись, — бормочет Эмма и уходит обратно под смех Рори в магазин, где прячется за стойкой и поедает булочку с безутешным выражением лица.       — Ты делаешь поедание пончиков каким-то угнетающим занятием, — говорит Руби в перерыве между обслуживанием клиентов, — Прекрати это!       — Тогда оставайся и сама рассказывай историю! — бурчит Эмма. Руби игнорирует последнюю реплику и лишь протягивает Эмме «Матильду», прежде чем уйти.       Магазин заполнился еще до начала времени сказок, многие родители приехали с детьми раньше. В пять часов Эмма делает глубокий вдох, берет стул для «сказочной истории» и направляется к открытому пространству в разделе иллюстрированных книг.       Она сидит на крохотном стуле глядя на толпу детей вокруг и надеется, что может никто не вспомнят что пришло время для сказок, и она сможет тихонечко сбежать через пять минут, как слышит писклявый голос рядом с собой:       — Привет Эмма.       Она поворачивается и видит мальчика с коричневыми волосами и острым носиком — сын Регины Миллс.       — Генри, не так ли? — нерешительно начинает Эмма, в целом у нее хорошая память на имена.        — Да, — засветился малыш и, указывая в сторону, добавил: — Моя мама тоже здесь!       Эмма увидела Реджину Миллс, стоящую у стеллажа с книгами. Женщина была одета совершенно несвойственно для сегодняшней погоды в черные брюки и полупрозрачную блузку. Эмма помахала, в ответ на это Миллс лишь подняла бровь.       — Мамочка, — закричал мальчик и Миллс подошла к ним.       — Тише, дорогой, — предостерегает она.       — Я могу сесть рядом с Эммой? — спрашивает Генри, направив умоляющие карие глаза на женщину.       — Разве не длинноногая обычно читает? — поинтересовалась Миллс, глядя на Эмму, которая все также сидела на стуле.        — Руби сегодня работала до обеда, — спокойно объясняет Эмма, хотя внутренне ее веселит, что Реджина обратила внимание на ноги Руби. — Сегодня, к сожалению, у вас только я.       — Мамочка, — шипит Генри, дергая женщину за штанину, — ты не ответила на мой вопрос!       — Да, Генри, ты можешь сесть рядом с Мисс Свон, — ответила она, и Генри, выпустив смешок, устроился у ног Эммы.        К тому моменту как Эмма начала, собралась довольно большая толпа. — Глава двенадцать. Лаванда, — начала девушка. Через несколько параграфов она замечает странное ощущение в голени, оторвавшись от книги, она смотрит на Генри, который поглаживает голую часть ее ноги. Он так увлеченно водит пальцами по щетине волос на ноге (потому что ей надоело брить ноги каждый день), что даже не замечает, что Эмма остановилась и смотрит на него. Девушка пыталась читать дальше, но несколько раз запнулась, а когда подняла глаза, то увидела Реджину Миллс, которая смеется над ней, прикрыв рот рукой.        Разозлившись Эмма делает глубокий вдох, игнорируя руку Генри продолжает читать, пытаясь добавить в свой голос больше выражения. Маленькие дети оказались прекрасной аудиторией, они смеются над всем, закатываются в истерике.       Когда Эмма закончила читать, она чувствовала какая потная и взволнованная. Некоторые родители видимо признали ее за крепкие нервы, потому что стали подходить и благодарить за вложенные усилия. Однако самый честный ребенок подошел к ней и спросил:       — А когда Руби вернется?       — На следующей неделе, — ответила Эмма.        — Слава Богу, она делает голоса намного лучше, — отвечает девочка и убегает к отцу.       — Боюсь, что это правда, — слышится голос Реджины где-то позади.       — Спасибо вам большое, — огрызнулась Эмма. У нее нет проблем с детской честностью, но невероятно успешный детский писатель мог быть немного более тактичным.       — Вы прекрасно выполнили свои обязанности, дорогая, — ухмыльнувшись сказала брюнетка.       — Мне очень понравилось, — уверенно заявил Генри.       — Спасибо, — поблагодарила Эмма. — Именно поэтому ты мой любимчик.       Генри гордо расправил плечи и лукаво посмотрел на маму.       — Эмма, ты бы не хотела прийти к нам на ужин завтра вечером? Пожалуйста?       Сначала блондинка издала смешок, а потом поняла, что малыш не шутит, а смотрит на нее ожидая ответа.       — Я, эээ...       — Уверена, что у Мисс Свон много дел, и она занята, — мягко говорит Реджина и нагибается, чтобы заглянуть сыну в глаза.       У мальчика меняется выражение лица, а начавшая дрожать нижняя губа не предвещает ничего хорошего. Эмма не успевает удержать то, что в следующее мгновение вылетает из ее рта:       — Я не занята.       Генри довольно ухмыльнулся, и только сейчас Эмма заметила, что у парня нет переднего зуба.       — Мамочка, карточку! — говорит парень и трясет ее сумку, а Эмма замечает, что Реджина поджала губы, а ее руки крепко сжимают плечи мальчика. Женщина достала визитку с телефонным номером и дописала адрес, всего в нескольких кварталах от дома Эммы.       — В шесть, Мисс Свон. Не опаздывайте. Генри, почему бы тебе не пойти и не взять книгу, которую мы купим?       Когда мальчик убежал к стеллажам с книгами, Реджина подошла к блондинке, а ее потемневшие глаза словно метали молнии.       — Я могу, ну... отменить? — замямлила Эмма. — У него было такое лицо, я просто не могла сказать нет.       — Не вижу ни одной причины, почему вы понравились моему сыну. — сказала брюнетка, на ее лбу пульсировала венка, а ее губы были напряжены и сжаты. — Он не многим так открыт как вам. Не разочаруйте его. Я ожидаю увидеть вас в шесть.       После этого она развернулась и, цокая каблуками, ушла в сторону сына.