Её Ангел-Хранитель

Библиотекарь Белль Френч была очарована Эммой и в то же самое время ошеломлена. За два года маленькая девочка прочитала море книг. В свои семь она могла подолгу блуждать между стеллажей. Выходила всегда запыхавшаяся, со светящимися восторгом глазами, прижимая к груди новую стопку сокровищ, которые бережно складывала на стойку. Эмма буквально жила на страницах книг, от истории к истории, начиная с произведений Ганса Христиана Андерсона и заканчивая детективами Энид Блайтон. Воодушевлённая приключениями Нэнси Дрю, она заставила отца купить ей жёлтый карманный фонарик, чтобы вместе с Лили выслеживать кого-нибудь на окраине города. В то время как подруга предпочитала просто гулять, Эмма усаживалась прямо на траву и с головой уходила в чарующий мир сказок братьев Гримм. Но с фонариком не расставалась ни на секунду, а то вдруг придётся убегать от кого-то или, наоборот, нестись навстречу приключениям за кроликом. Почему-то она искренне верила, что и Алиса и Страна Чудес очень даже существуют. А белый кролик, если он появится, обязательно приведёт в чудесную страну. — Эмма, сколько тебе лет? — Лили нахмурилась, когда подруга, склонившись, заглянула в кусты, но присоединилась к ней. — Нет здесь никакого кролика. — Я видела не кролика, — фонарик дрогнул в её руке, и яркий луч ударил в густую листву. — Это была божья коровка! — Ты её ослепишь! — Ты можешь помолчать? Она убежит! — Ладно, — Лили скрестила руки на груди. В тот же момент послышалось отчётливое жужжание, из цветка вылетела пчела и метнулась прямо к светлым волосам Эммы. Последняя оказалась недостаточно проворной. Секундное замешательство обернулось резкой неприятной болью в левом предплечье. Место укуса мгновенно припухло и, когда девочки вернулись к вещам, заметно покраснело. Остановившись, Лили внимательно осмотрела нанесённый ущерб и взволнованно зашипела: — Эмма, она тебя ужалила! — Знаю. Ауч. Божечки. Эмма не могла пошевелить рукой, поэтому держала её согнутой. Надеть жёлтый рюкзак на больное плечо тоже не вышло, и Лили пришлось взять на себя кучу книг. Девочки не спеша шли по грунтовой дороге через лес по направлению к городу, затем свернули на Мэйн-стрит и двинулись вниз по улице. Эмма шумно втягивала воздух, пытаясь сохранить невозмутимое выражение лица, в то время как боль становилась всё сильнее и сильнее. Пока что получалось, отчасти благодаря тому, что злилась на Лили, которая ругала её всю дорогу. — Я говорила тебе прекратить. — Мне нужно было увидеть божью коровку. — Ага. Именно поэтому тебя ужалила пчела. — Я должна была увидеть её, Лили. Должна. — И поэтому тебя укусили, дурашка, — подруга выдохнула и сжала кулаки. — Теперь надо идти в больницу, чтобы там посмотрели. Надеюсь, доктор Вэйл не занят. — Он никогда не занят, если я прихожу. Всегда находит для меня время, — заметила Эмма. — Но я не пойду в больницу. Лили развернулась. — Пойдёшь! — Нет, не пойду, — и, расправив плечи, девочка решительно двинулась дальше. Эмма сделала ещё несколько шагов, когда прямо перед ними появилась женщина, преследовавшая её во снах. С тёмными непослушными волосами и незабываемыми карими глазами, которые в лучах полуденного солнца казались светлее. В памяти мгновенно всплыли воспоминания прошлого, моменты. Все те разы, когда она, будучи совсем маленькой, пересекалась с особенной женщиной. Их было достаточно, но у неё складывалось впечатление, что они не виделись годами, что само по себе странно, ведь обе жили в одном городе. Их глаза встретились в долгом взгляде. Эмма остановилась, и Реджина тоже. Королева обнаружила, что её пальцы сжимают листики цветков, её жёлтых роз в горшке, пришедших из другого мира и сохранённых при помощи остатков магии. Точнее, собственноручно придуманным заклинанием против повреждений. Она не сводила взгляда с девочки, чувствуя, что сердце трепещет как лист на ветру. Этого не должно было случиться. Их пути не должны были пересекаться, потому что она так решила. Наблюдать со стороны и незаметно оберегать. Защищать при необходимости и заботиться любой ценой. Тайно. И вот, они стоят лицом к лицу, и Реджина едва дышит, размышляя, получится ли избежать разговора и проскользнуть в магазин, пока не стало слишком поздно. Продолжая смотреть на Эмму, она рывком открыла стеклянную дверь. — Я знаю эту женщину, — прошептала девочка, скользнув взглядом по исчезающей незнакомке. — Я… знаю… её. Видела раньше. — Какую? — Лили выглядела озадаченной. Её внимание всё это время было приковано к мальчику, стоящему на противоположной стороне улицы, к которому её тянуло будто магнитом. Его звали Августом. — Эту женщину, — повторила Эмма и повернулась, чтобы посмотреть, кем заинтересовалась её подруга. — Ты её разве не видела? — Нет, — Лили улыбнулась Августу, который тут же вернул улыбку. Эмме подумалось, что, возможно, эта женщина была невидима для всех, кроме неё. А что? Это могло бы многое объяснить. Внезапно появляется, а потом исчезает в никуда. Приходит и уходит. Никогда не приближается, всё время держится на расстоянии… Вот оно! Эта женщина была её Ангелом-Хранителем. Идея, что кто-то присматривает за ней, словно за героиней фильма, полностью овладела её воображением. — Я пойду… поговорю с Августом, — рассеянно сказала Лили. Она, в отличие от своей незрелой подруги, считающей, что все мальчишки та ещё гадость, была развита не по годам и тянулась к ним. — О чём? — О том, — щёки Лили залились румянцем. — О домашних заданиях и всяком-разном. Я сейчас вернусь. — Зачем? — не унималась любопытная Эмма. — Перестань спрашивать «зачем, зачем, зачем», — выпалила Лили и, не дожидаясь новых вопросов, метнулась через улицу. Эмма какое-то время рассматривала горшок с жёлтыми розами у входа в магазин, а потом всё-таки решилась. Во-первых, ей было жизненно необходимо узнать побольше об этой женщине. Во-вторых, она всегда отличалась упорством в стремлении найти ответы на все-все вопросы. В-третьих, не видела другой возможности разгадать тайну исчезающей женщины. Не обращая внимания на боль в предплечье, девочка уверенно подошла к стеклянной двери и глубоко вздохнула. Реджина обслуживала клиентку в секции нижнего белья, когда над дверью звякнул колокольчик, извещая, что в магазин вошли. Пока молодая девушка придирчиво изучала красный кружевной комплект, она боковым зрением заметила Эмму. У Королевы перехватило дыхание. Нет. Не может быть. Девочка будет задавать вопросы. Наверняка будет. И что дальше? Будет она готова дать правильные ответы, когда это произойдёт? Было что-то необычное в том, чтобы находиться в магазине, в котором никогда прежде не бывала. Эмма рассматривала странные вещи, вроде кружевной одежды, и не понимала, кто вообще может захотеть надевать такое. Прозрачное. По мере того, как маленькие ручки перебирали кружева, и без того необычные вещи становились всё более необычными. — Большое спасибо, Реджина, — с улыбкой поблагодарила покупательница, забирая протянутый ей розовый подарочный пакет. — Как обычно, запишите на карту моего мужа. — Хорошего дня, — женщина, которую малышка окрестила «ангелом-хранителем», не сводила взгляда с юной девушки, пока та не вышла из магазина. Когда за клиенткой закрылась дверь, у неё не осталось другого выбора, кроме как обратить своё внимание на другого посетителя. Повисла долгая тишина, она казалась почти болезненной. И всё это время они изучали друг друга, но украдкой, пока другая не смотрела в её сторону. Реджина, опустив глаза, принялась изучать счета, и тогда Эмма без стеснения уставилась на неё. Так повторялось несколько раз, пока девочка не повернулась, и Королева не заметила покрасневшую припухлость на левом предплечье. Этого оказалось достаточно, её беспокойство разгорелось не на шутку. Женщина собрала квитанции, спрятала в золотую шкатулку и вышла из-за прилавка. — Эмма, что у тебя с рукой? — со стороны казалось, что это всего лишь волнение, но кроме него Реджина испытывала и другое чувство. Ответственность за всё, что происходит с девочкой, за каждую мелочь. — Значит… Ты меня знаешь, — сказала малышка. — Я… — Реджина сглотнула и кивнула. — Да. — Кто ты? — она внимательно наблюдала за тем, как пальцы с идеальным маникюром осторожно тянутся к ней. — Реджина. — Я знаю, как тебя зовут, — надулась Эмма, буравя её взглядом. — Кто ты такая? Что вообще можно ответить на это? — Мы вроде бы… одна семья. Так принято говорить, — брюнетка прочистила горло и, не давая ребёнку возможности опомниться, продолжила: — Что случилось с твоей рукой? — Меня… — Эмма осмотрела покраснение. — Змея укусила. — Что? — зрачки Реджины расширились. — Ага. Огромная змея. Реально большая. Она показала клыки, которые сочились ядом, а потом укусила. Внимательно изучив место укуса, Королева сразу поняла, что никакой змеи не существует. Не было характерных следов, только небольшая точка, покрасневшая и опухшая. — Какое богатое у тебя воображение, — Реджина отметила, что для своего возраста Эмма была довольно высокой, верно, пошла ростом в отца. У девочки были тонкие руки и ноги, а копна светлых запутавшихся волос, казалось, никогда не знала расчёски. Девочке требовалось внимание, она несомненно была Принцессой, но в этом мире подобные вещи оказались забыты. — Это была пчела, — признание вызвало у Реджины улыбку. — Большая пчела. Она меня укусила, но я не хотела делать ей больно. Я хотела поймать её в банку и изучить. Как научный проект. — Никто не должен захватывать других и забирать их из естественной среды обитания, — Реджина вернулась за прилавок и наклонилась за аптечкой. — Это неправильно. — Почему? Женщина поставила аптечку на стеклянный прилавок. — Тебе бы понравилось, если бы кто-то забрал тебя у родителей и посадил в банку? Эмма нахмурилась. — Не-е-т. — Вот и обращайся с другими так, как хочешь, чтобы обращались с тобой. — То есть я должна укусить в ответ или что-то в этом роде, — подытожила девочка. Реджина вздохнула. — Иди сюда, — она поманила ребёнка. — Позволь мне отвести тебя в ванную и промыть рану. — Не-е-т… — при мысли об этом Эмма поёжилась. — Разве не будет болеть больше? — А ты хочешь, чтобы яд постепенно тебя убил? — брюнетка преувеличивала, но это было необходимо. Она видела пчелиные укусы раньше, и у Эммы, несмотря на обширное покраснение, не худший вариант. В конце концов, малышка сдалась, и они удалились в маленькую ванную комнату. Реджина осторожно взяла девочку за руку и промокнула место укуса бумажным полотенцем, смоченным тёплой водой, что должно было уменьшить жжение. Всё это время Эмма изучала черты лица женщины. Рассматривала ресницы и губы, подведённые чёрным карандашом глаза. Реджина пахла цветочным садом, и девочке казалось, что в мире нет аромата прекраснее. Она была очарована. Закончив обрабатывать место укуса, Реджина привела Эмму в смежную комнату, где из небольшого холодильника вытащила кубик льда. Это, сказала она, нужно приложить к поврежденному месту, и завернула лёд в бумажное полотенце. Королева вернулась к исполнению рабочих обязанностей, но чувствовала, что внимание девочки, сидящей вполоборота на высоком стуле рядом с прилавком, приковано к ней. — Ты красивая. Реджина, не ожидавшая подобного комментария от семилетнего ребёнка, подняла на неё глаза. Ручка в нерешительности зависла над очередной квитанцией. — Спасибо, — она склонила голову, улыбнулась. — У меня всё ещё есть твоя кукла, — выходило, что Эмма помнила вечеринку двухлетней давности, посвящённую её дню рождению. — Она на моей кровати. — Мило, — брюнетка кивнула. — Её зовут Мария. Странно. Реджина сделала мысленную зарубку, что Эмма использовала её второе имя, но вслух ничего не сказала. Девочка не могла об этом знать… слишком личное. — Почему ты всё время прячешься от меня? — энергия бурлила в ней и била через край даже в те моменты, когда она «терпеливо» ждала ответов на свои вопросы. — Ты постоянно рядом, но не подходишь. Я тебя часто видела. Кто ты? Снова этот вопрос. Реджина сделала глубокий вздох. Перевела взгляд на квитанции. — Я твоя крёстная, дорогая. — Что это? Что-то вроде крёстной феи? — Нет, — Реджина улыбнулась. — Что-то вроде хранительницы. Если с твоими родителями что-то случится, я буду отвечать за твоё благополучие. — Оу, — Эмма вдруг почувствовала, что боль в предплечье притупилась. — То есть. Если они умрут, или их похитят, и никогда не вернутся, я останусь жить с тобой? Дикость. В ответ на необычные предположения Реджина сузила глаза. — Да. — Ты замужем? — Нет. — Почему? — Ты задаёшь слишком много вопросов, дорогая, — Реджина покачала головой. — Почему ты не замужем? Ты красивая. Или ты похожа на меня? Изумрудные глаза снова встретились с карими. — В каком смысле? — Мне не нравятся мальчишки. Они раздражают, а ещё они тупые, и я никогда не поцелую ни одного из них. Никогда. Смех с хрипотцой заполнил магазинчик. На глаза навернулись слёзы. — Ох, Эмма. Ты настоящее произведение искусства. — Я серьёзно. Очень серьёзно. Я никогда не выйду замуж. — А мне кажется, что лет через шесть ты передумаешь. Не переживай. Я уверена, что найдётся красивый молодой человек, которому ты приглянёшься. — Мне не нравятся мальчишки. Реджина вздохнула. «Совсем как я», — подумала она. Тоже когда-то твердила, что ни за что и никогда, но в тех мирах, где для каждой Королевы есть Король, а для каждой Принцессы — Принц, подобные правила не работают. — А я не хочу принца, — неожиданно сказала Эмма. — Я хочу Королеву или Принцессу. Брюнетка испуганно взглянула на неё; девчонка почти читала мысли. — Что ж. Не могу не согласиться. Эмма округлила глаза. — Правда? — Да, — Реджина снова склонилась над квитанциями. — Но это ведь не значит, что мы с тобой лесби, да? — бесхитростно спросила девочка. Разговор получался занятным, и Королева не смогла подавить смешок. — В каком из сказочных миров ты столкнулась с этим словом, Эмма? Та пожала плечами. — Мама мне рассказывала, откуда берутся дети, а потом рассказывала о людях одного пола, которые могут влюбиться друг в друга. Принцесса и принцесса. Лили не понимает. Она узко мыслит, — в её словах явно чувствовалось влияние продвинутой Руби. — Очень узко. Иногда мне кажется, что она раздражает, но она — моя лучшая подруга и единственная. А у тебя есть девушка? Вопросы. Реджина выдохнула и на этот раз решила не увиливать. — Да. — Мама Лили. Эмма выпалила это на одном дыхании, что называется, не задумываясь. Нет слов, чтобы описать, как Реджина почувствовала себя в тот момент. Но чего она ждала? Мали всегда была смелой в том, что касалось её привязанностей, да и нельзя вечно скрывать отношения. То, что начиналось, как обычная дружба, очевидно, со временем в глазах общественности переросло в нечто большее. — Эмма, уже довольно поздно. Давай, я закрою магазин и отведу тебя домой. На улице её должна была ждать Лили, но когда Эмма выглянула, то не обнаружила своей подруги. Там вообще никого не было. Поэтому она снова села на стул и терпеливо ждала, пока крёстная закончит все дела, предшествующие закрытию магазина. Когда опустилась решётка, преграждающая доступ в магазин, и искусственное освещение сменилось лучами заходящего солнца, Реджина подхватила красную сумочку. Звеня ключами, она предложила Эмме следовать за ней. Они покинули магазин через заднюю дверь и, обойдя вокруг здания, вышли на тротуар. — А ты опять пропадёшь и заговоришь со мной только через два года? — спросила Эмма, когда они пришли к небольшому коттеджу, где она жила с родителями. Реджина поражённо молчала. — Или ты появишься, когда мне будет шестнадцать, и тогда я напомню тебе, что у меня есть кукла, которую ты мне подарила, а ещё вылечила укус пчелы? — в уголках её глаз выступили слёзы. — Маленькая, почему тебе так важно, будем ли мы разговаривать и видеться? Эмма шумно втянула воздух. — Потому что ты мне нравишься. Я не знаю, почему, но мне нравится видеть тебя и разговаривать с тобой. Я чувствую себя радостной. Реджина и сама почувствовала, что её переполняет радость. — Что ж, ты знаешь, где находится мой магазин, правда? — с улыбкой предложила она. Осознав услышанное, девочка пришла в восторг. — Да! Да, знаю! — выпалила она. — Я буду приходить каждый день. Каждый-каждый. И ты можешь идти со мной домой, когда закроешь магазин, и мы будем говорить о разном. У Эммы на щеках ещё были видны слёзы, и Реджина, наклонившись, смахнула их. — Я была бы рада, — мягко сказала она. — Ты даже не представляешь, сколько это для меня значит. — Ты тоже, — важно ответила Эмма, улыбнулась и, обняв себя, помахала рукой. — До завтра, Ваше Величество! Попрощаемся же, пока солнце заходит на славной земле, что зовётся Сторибруком. Реджина растерянно смотрела на девочку, размышляя над тем, сколько смысла может быть в простых словах. Эмма обратилась к ней согласно титулу, а смотрела с таким восторгом и любовью. Случайный разговор помог им сблизиться. — Всего хорошего, моя маленькая Принцесса, — она помахала кончиками пальцев и зашагала прочь.

xx