Игра

      Клубы едкого густого дыма чёрными реками змеились по каменному полу, пропитанному древним, как само время, злом. Холодный свет полной луны проливался на руины полуразрушенного храма, озаряя их тусклым сиянием. На многие километры вокруг этого места простиралась безмолвная тишина, не позволяющая даже малейшему дуновению ветра нарушить священный покой. Казалось, будто время замерло в этом месте, навечно остановив ход истории. — Господин Дрэйрар, вы звали? — тихий, лишённый всяких эмоций, мужской голос нарушил безмолвие времени. Клубы дыма медленно стекались воедино, образуя смутный, ещё расплывчатый, человеческий силуэт. — К чему формальности, Дрэйвис? Мы оба знаем, что это ни к чему, — в ответ послышался лёгкий многозначительный смешок. — Но мне нравится, как ты меня называешь, — тот, кому принадлежал сей грубый мужской голос, не спешил обнаруживать своё местонахождение, теряясь где-то в глубинах огромного пространства. — Формальности необходимы, если мы собираемся осуществить задуманное! — голос приобрёл высокие нотки, вызванные эмоциональным всплеском его обладателя. — Вернувшись к прошлому, мы не построим идеальное будущее…       Наконец, дым приобрёл чёткие очертания высокой мужской фигуры и мгновенно рассеялся, будто его и не было. Человек, одетый в странный малиновый плащ с тёмно-синей паутиной странных символов на ткани, смущённым движением поправил находящиеся на кончике носа очки в чёрной оправе. Чёрные, цвета вороньего крыла, волосы, забранные в высокий хвост, отливали синевой океана. — Быть может, ты и прав… Ты всегда был слишком умён, братец, — казалось было в холодном, равнодушном, ничего не выражающем тоне голоса сквозили нотки сарказма и согласия с собственными мыслями. Сумрак ночи озарило яркой, почти слепящей вспышкой. Всего миг, и свечение прекратилось. — Рад снова тебя видеть, Дрэйвис, — произнёс только что материализовавшийся в развалинах древнего храма мужчина, крепко сжимая рукоять меча из алой, магической стали. — Дрэйрар… Брат! — во взгляде васильковых, ясных, как само небо, глаз читалось неподдельное восхищение.

***

— Знаешь Люси Хартфилию? — волшебник снова ухмыльнулся. — Ты переспишь с ней, а затем исчезнешь из её жизни. На месяц, — добавил он, немного подумав. — Ч-что.?       Бившееся в бешеном ритме сердце убийцы драконов на миг замерло, пропустив всего один тяжёлый удар и заставив Нацу неподвижно замереть в одном положении. В растерянном взгляде чуть раскосых глаз читался немой вопрос, который он невольно озвучил ранее. Время будто бы остановилось. В воздухе повисли минуты тягостного молчания.       Воцарившаяся тишина густым киселём разливалась в пространстве, обволакивала всё, что в нём находилось, забиралась в уши и болезненно давила на барабанную перепонку, вызывая неприятный шум в голове. — Что слышал, — хрупкий момент был разбит грубо брошенной в ответ фразой заказчика. — Люси — твоя одноклассница. Тебе будет довольно просто выполнить задание, — человек в плаще лениво шевельнул пальцами правой руки.       На столе появился небольшой раскрытый свиток старого жёлтого пергамента, испещрённый вязью незатейливых, знакомых Нацу символов. Рядом лежало остроконечное металлическое перо, от которого волнами исходили мощные магические потоки.       Минутная растерянность сменилась пламенем праведного гнева и отчаяния, убивающими парня изнутри. Ещё никогда он не испытывал подобного чувства, будто что-то выжигает душу изнутри, заставляя испытывать неимоверную боль. — Но так нельзя! — казалось было его полный ненависти крик достиг границы земной атмосферы с космосом. — Слышишь, ты, нельзя так поступать с людьми! — парень резко встал из-за стола, упираясь в его поверхность обеими руками. В глазах полыхал огонь ярости. — Ты знал, на что шёл, — незнакомец спокойным голосом повторил заученную наизусть и уже неимоверно раздражающую фразу. — Ты не имеешь права отказаться от задания, в противном случае я имею полное право убить тебя и ту самую девушку, — слова острыми копьями одна за одной метили прямо в сердце, пронзая его насквозь и вызывая ужаснейшую боль. — С какого фига ты собрался убивать её?! — мощный поток высвободившейся из-под эмоционального контроля магической энергии покрыл Нацу с ног до головы испепеляющим всё и вся огнём. — Кто дал тебе это право?!       Драгнил начинал всё больше и больше распаляться, ощущая, как мощный поток волшебства постепенно скапливался где-то там, где находится сердце, сливаясь в огромный энергетический сгусток. — По законам «Игры» не только отказавшийся от задания должен умереть, но и тот, кто имеет даже малейшую к нему причастность, — в голосе заказчика сквозили нотки неподдельного раздражения. — Случаи могут быть разные. Жертва, если таковая имеется, должна покинуть мир прежде чем узнает о том, что с ней связана «Игра». Тем более, что она вероятнее всего обычный, не причастный к магическому миру человек. Безопасность «Игры» превыше всего, — даже сквозь дымовую сизую завесу можно было разглядеть, как глаза заказчика блеснули нехорошим алым светом.       Вмиг нахлынувшее бессилие заставило Нацу невольно осесть на скамейку. Весь магический резерв будто бы истощил себя в один миг, растворившись в безмолвном напряжении воздуха. Лишь горечь поражения и полного отчаяния заполняла душу, заставляя утерять веру в себя, свои силы и будущее. «Я должен навредить Люси во избежание ещё большего вреда… Ничего бессмысленнее я ещё не слышал,» — парень из последних сил сжал кулаки. — «Безумие. Полнейшее безумие. Куда я только вляпался…» — Слушай, сопляк, мне некогда тратить на тебя своё драгоценное время, — незнакомец нервно побарабанил пальцами по столу. — Подписывай договор или же умри, — пространство вокруг человека в чёрном плаще на миг озарила алая вспышка древней, совершенно незнакомой Драгнилу магии. Нацу кожей почувствовал магические колебания в пространстве, отмечая их негативную энергию, с которой он ни разу в жизни ещё не сталкивался, однако задавать вопрос не стал, решив как-нибудь позже разобраться в этом. Притянув к себе лист пергамента, парень беглым взглядом пробежался по строчкам: «Я, Нацу Драгнил, торжественно клянусь, что выполню своё задание. В случае же невыполнения, меня и Люси Хартфилию ожидает смерть. Условия задания были озвучены и закреплены магически. Так же я клянусь не разглашать (любыми способами: письменно, устно, намёками и т.д.) условия задания, в противном же случае меня ожидает смерть. Подпись: ____» В голове витала лишь одна-единственная мысль: «Грэй был прав.,»       Чуть подрагивающей от нервного напряжения рукой он осторожно взял в руки металлический стержень пера, отмечая что пузырька с чернилами рядом нет и мгновенно догадываясь, что подпись придётся ставить собственной кровью.       С равнодушным выражением лица, Нацу вонзил острие пера в безымянный палец левой руки, с безжизненным интересом наблюдая, как металлический стержень окрашивается в алый цвет. Как только перо полыхнуло красноватой вспышкой, Драгнил поднёс его к листу пожелтевшего листа пергамента и поставил на нём свою размашистую подпись.       В ту же секунду свиток озарила яркая вспышка кроваво-красного магического света, превращая бумагу в тёмно-бардовый магический знак бесконечности, яркой татуировкой отпечатавшийся на внутренней стороне запястья убийцы драконов. В глазах парня мелькнул отблеск удивления. Лениво шевельнув левой рукой и внимательнее посмотрев на приобретённую только что татуировку, Драгнил вопросительно глянул на заказчика, требуя разъяснений. — Знак «Игры», — незнакомец хрипло усмехнулся. — Будешь тянуть с выполнением, поплатишься. Если свои условия выполнишь, метка исчезнет. Волшебник небрежным движением правой, испещрённой многочисленными шрамами, руки поправил на голове ткань капюшона, позволяя тем самым верхней половине лица окончательно скрыться в тени. — И, да, если справишься, я скажу тебе, где сейчас находится Игнил, — последние слова незнакомого волшебника заставили Нацу вздрогнуть от неожиданности и резко поднять взгляд.       Однако всё, что осталось от заказчика — был клубящийся сизый дым вперемешку с алыми магическими всполохами, говорящими о мгновенной телепортации мага.       Словно передвигаясь в замедленной съёмке, Драгнил встал со скамейки и, с трудом осознавая только что услышанное, покинул пространство, подёрнутое клубящимся, подобно дыму, чёрным туманом. Сердце, один за одним, пропускало бешеные удары, болезненной пульсацией отдающие в висках. По телу будто прошёлся электрический разряд, заставивший ощущать, как конечности нервно подрагивают.       «Отец, где же ты…» — Нацу, ты в порядке? — обеспокоенный голос Эрзы острой сталью разрезал столь непривычную гильдии тишину.       Абсолютно каждый член «Хвоста феи», будь то малый ребёнок или даже сам мастер, напряжённо следили за каждым движением своего товарища, улавливая очередной негативный поток его энергетического поля и участливо глядя на чуть растерянное, безжизненное и такое несвойственное ему выражение лица.       В ответ на немой вопрос каждого товарища по гильдии, Нацу выпустил максимальное количество оставшейся энергии, покрываясь с ног до головы ярким, обжигающим пламенем и давая понять каждому, что в данный момент к нему лучше не приближаться. Громко хлопнув тяжёлой дверью, Драгнил покинул «подпольное» здание гильдии.       Грэй задумчиво поглядел вслед другу, невольно отмечая, что дела всё-таки плохи и убийца драконов благодаря своему «раздолбайству» вновь нарвался на неприятности.

***

      Последний лучик закатного солнца малиновым заревом окрасил небесный горизонт, золотистой струёй прошёлся по ближайшим окрестностям, на мгновение окрашивая их в более яркие тона, чем они есть на самом деле, и поспешил скрыться за облаками, позволяя земле погрузиться в долгожданный мрак надвигающейся ночи. День, подаривший кому-то счастье незабываемых моментов, а кому-то горечь роковых событий, подошёл к концу, позволяя подвести итоги и вынести из них полезные жизненные уроки.       Люси, инстинктивно поёжившись от холода укрывшей город ночи, медленно приоткрыла глаза, пытаясь разглядеть местность из-под полуопущенных ресниц. Сфокусировав взгляд на ближайшей паре деревьев, девушка вздрогнула от осознания, что незаметно для себя, любуясь природой и мечтая о чём-то своём, заснула и теперь возвращаться домой придётся в кромешной тьме. Вопреки здравому смыслу, в этом парке, расположенном на окраине города и считавшимся отчасти заброшенным, не было уличных фонарей, хотя посетителей живописных аллей и заросших лужаек было предостаточно.       Хартфилия, привычным движением разгладив складки на юбке, встала со скамейки. Откуда-то из глубин парка послышались чьи-то разозлённые крики, вперемешку с глухими звуками ударов о дерево. Всего на миг каждую клеточку тела пропитала волна животного страха, а внезапно сработавший инстинкт самосохранения заставил сделать пару шагов назад, однако уверенность в себе и своих силах мгновенно отрезвила разум. На всякий случай проверив наличие ключей в небольшой кожаной сумке, прикреплённой к поясу, девушка ободряюще улыбнулась сама себе и мысленно представила, как парочка человекоподобных звёздных духов избивает маньяков, которых живо нарисовало разыгравшееся воображение. Сделав глубокий вдох и подавив нервное передёргивание тела, Люси бодрым шагом отправилась вглубь парка карать насильников, вполне имеющих право встретиться по дороге домой.

***

      Удар. Резкий, мощный, переполненный болью и отчаянием. Болезненный хруст костей кулаков с последующим глухим, едва слышным звуком удара о древесную кору. Тело горит огнём ненависти к самому себе, к своей глупости и детской беззаботности, отчасти доставляющей счастье простых моментов и боль не сложившихся ситуаций. Разум затуманен дымкой бьющих через край эмоций и желаний, полных негативной энергии. Хочется рыдать, ударяя окровавленными кулаками по сырой траве, хочется кричать, как зверь, выдыхая из лёгких жар драконьего пламени, и, наконец, хочется просто умереть, свернувшись клубком где-то там, в одной из старых подворотен полуразрушенной и покинутой всеми части города.       День не задался ровно с того момента, как Нацу пришла в голову идея попробовать себя в «Игре». Предвкушая забавное, лишённое смысла приключение он сильно ошибся, жестоко поплатившись за свой промах. Затащить в постель малознакомую девушку, да ещё и игнорировать её после этого целый месяц — это задание казалось не только не выполнимым, но и сильно противоречило моральным принципам парня. Снаружи весёлый, беззаботный и любящий чужое внимание парень внутри был чуткий, немного стеснительный и совершенно не такой, каким его представляла женская половина старшей школы.       Изнутри вырвался дикий, яростный крик, сопровождаемый сильным всплеском накопленных внутри эмоций, выжигавших душу пламенем отчаяния. Ему придётся это сделать. У него просто нет выбора. Глаза мгновенно заполнились жгучими слезами горечи, которые мгновенно высохли, так и не пролившись дождём на пылающие жаром щёки. Да, он поступит как последний подонок, но взамен узнает, где сейчас находится его отец, пропавший казалось было недавно, в совсем ещё недалёком ярком детстве. Он сделает это ради отца…       «Отец, где же ты, » — Нацу медленно вдохнул прохладный воздух позднего вечера, почувствовав смутно-знакомый цветочный аромат, смешанный с запахом лака, которым покрыты парты, и учебников из школьной библиотеки.       Откуда-то из глубин парка послышался звук ударяющихся о мощёную дорогу каблуков. Время для парня будто бы остановилось, заставляя заострить внимание на внезапной догадке. Эхо ритмичных ударов сердца смешивалось со звуком приближающихся шагов. Драгнил настороженно вглядывался в темноту, безмолвно наблюдая за быстро приближающейся к нему девичьей фигурой. Едва различимый в темноте золотистый цвет собранных в высокий хвост волос, слабый блеск карих, таящих в себе тень страха, глаз и, почему-то, школьная форма — всё это заставило Нацу вздрогнуть, ощущая приятное тепло циркулирующей по сосудам магической энергии, вперемешку с нервным испугом на почве неожиданных стечений обстоятельств. — Люси?

***

      Чёткими размеренными шагами Хартфилия приближалась к вдруг застывшей на месте человеческой, чуть широкоплечей фигуре. Лёгкий страх в душе переплетался с волнами интереса и заставлял двигаться дальше. В фигуре незнакомца что-то показалось смутно знакомым, однако в темноте было довольно трудно разобрать что именно.       Шаг. Твёрдый и уверенный, лишённый неуверенности и лишних колебаний. Ещё один шаг. Движения чёткие, привычные и немного сдержанные во избежание влияния бушующего в крови лёгкого оттенка адреналина. — Люси?       Тело будто покрылось ледяной коркой, в мгновение ока сковавшей конечности и лишившей возможности двигаться. По непонятной разуму причине сердце заплясало в бешеном ритме, подобно забившейся в клетке пичужке, так и норовя вырваться из груди. Голову обдало волной жара, заставившего слегка покраснеть и без того розоватые от холода щёки.       Мягкий, удивлённый, с едва уловимыми нотками испуга, голос мог принадлежать только ему. Парню с копной розовых, цвета весенней сакуры, волос и стальным блеском в серых глазах. — Нацу? — девушка с удивлением посмотрела на одноклассника, невольно отступая на шаг назад. — Что ты здесь делаешь? — безуспешно попытавшись разглядеть выражение лица Драгнила, Люси опустила голову. Она очень редко общалась с Нацу, сама не зная почему стараясь избегать любых контактов с ним, поэтому совершенно не знала, как парень вообще отреагирует на ситуацию: бросит в ответ что-то грубое и уйдёт или же, в свойственной ему манере, отшутится. Но одно она знала точно: Драгнил вовсе не плохой парень. — У меня тот же вопрос, — он улыбнулся присущей только ему широкой и светлой улыбкой. — Что ты делаешь в заброшенном парке в столь поздний час совсем одна? — парень, ранее не общавшийся с Люси, не испытывал неловкости при разговоре, успокоенный тем, что от девушки не исходит ни грамма негативной энергии. — Я.., — блондинка замялась, не решаясь произнести следующую фразу во избежание возможных насмешек. — Я просто заснула здесь на скамейке, а проснулась, когда стемнело, — закончила она на одном дыхании. Образовавшийся в голове клубок из путаницы мыслей заставил почувствовать себя пятнадцатилетней школьницей, впервые заговорившей с парнем, который нравится. Проведя в голове такое сравнение, Люси лишь усмехнулась своим мыслям и взяла себя в руки. «В конечном счёте он просто мой одноклассник,» — пронеслась в голове отрезвляющая мысль. — Негоже юной девушке одной разгуливать по тёмным подворотням, — тёплое прикосновение чужой руки к её чуть подрагивающим от волнения пальцам заставило Хартфилию всего на миг затаить дыхание, ощущая, как пальцы Нацу переплетаются с её. — Если ты не против, я провожу тебя до дома.