Больше чем...

Всю дорогу обратно девушки молча ехали в машине. Каждой было о чём подумать, да и Лекса заметила на губах Кларк лёгкую, приятную улыбку, что вызвало у неё спокойствие в душе — она определённо поступила правильно. Но её по-прежнему тяготит тема спора. Слова Костии постоянно преследуют и напоминают о настоящей причине знакомства с необычной персоной по имени Кларк, давая понять каким сильным источником лжи она является. Лекса врёт и себе и Кларк, создаёт фальшивую связь между ними и пытается подобраться поближе. Но всё по какой-то причине чувствуется реальным. Особенно этим вечером. Особенно на крыше в присутствии Кларк, где она была собой. И это заставляет задуматься. «Всё, Лекса, ты слишком много размышляешь. Просто будь милой, затащи её в постель, и выйди из игры». — Так, кажется, мы приехали, — Лекса сбавила скорость и с лёгкой улыбкой посмотрела на Кларк. — Где мне лучше остановиться? — Можно здесь, спасибо, — робко ответила Кларк, подняв на неё свой взгляд. От Лексы не укрылась то, как девушка взволнованно сильнее натянула край рукавов толстовки. «Она нервничает в моём присутствии? Или это из-за чего-то другого?». Лекса припарковала машину и рассмотрела улицу: темно, впереди небольшая площадка с аллеей, неподалёку стоит огромный многоэтажный корпус, и никаких домов по близости. Кларк заметила замешательство, от чего захотела сбежать как можно быстрее. Но не успела. — Ты, эм, ты здесь живёшь? — Лекса указала взглядом на здание, прерывая смятение в душе девушки рядом. — Я могу тебя проводить, если хочешь. «О нет, это было лишним». Кларк смущенно опустила взгляд, ей почему-то было не просто говорить о том, что она живёт в общежитии. Но Лекса выглядит заинтересовано, с мягкими чертами лица и тёплыми, добрыми зелёными глазами. Да и после всего, что она сегодня сделала для неё… Кларк думает, что может поделиться частью своей жизни с этой очаровательной женщиной. Все-таки так и начинается общение. А для некоторых целая история, которая может стать чем-то большим. Когда мы встречаем человека, который способен изменить твою жизнь — ты просто знаешь это. Также как Кларк чувствует тягу к Лексе, пускай немного необычную и пугающую: вполне нормально бояться сделать что-то не так и неправильно рядом с тем, кому желаешь понравиться. Главное — остаться собой и показать себя настоящего, такого, какой ты есть. Кларк не хочет быть фальшивкой. Кларк хочет быть искренней. — Это кампус моей академии, Лекса. Я живу в общежитии, — Рейн внимательно наблюдала за Кларк, замечая, как плечи девушки слегка опустились, выдавая её неловкое состояние и смущение, проскользнувшее в голосе. — Никогда не жила в общежитии, но это должно быть весело? — улыбнулась Лекса, вспоминая вечеринку в доме спортивного братства «Земляне». — Наверное? — неуверенно протянула Кларк. — Я слишком занята учёбой и работой, чтобы вдоволь насладиться своей студенческой жизнью. — Так ты, получается, приезжая? — Можно сказать и так, — мягко приподняла уголки губ Кларк, представляя родное место перед глазами. Она задумчиво посмотрела на свои руки, решаясь продолжить рассказ. — Расскажи мне, — искренне поинтересовалась Лекса, пристально рассматривая профиль девушки, — расскажи мне о месте откуда ты родом. — Я родилась в Нью-Йорке: мои родители жили здесь, когда я была совсем маленькой, но когда мой отец… — Кларк запнулась. — В общем, моей маме пришлось вернуться на родину в Нью-Джерси. Так было легче… справиться с потерей. — Ох, Кларк, я сожалею. — Лекса впервые за всё время почувствовала себя глупо, но при этом ощутив необъяснимую радость от столь личного откровения со стороны Кларк — ей действительно интересно узнавать её. — Всё в порядке, это было давно. — А уехала ты потому что здесь больше возможностей? — Скорее да, чем нет. Сестра моей мамы работала в Нью-Йорке, она вселила в меня уверенность, что следует пробовать и достигать, потому что жизнь одна: незачем растрачивать её впустую. И если бы не она, не думаю, что я осмелилась бы на такой отважный шаг, как переезд, — голос Кларк во время её рассказа стал на несколько октав ниже, он был грустным и тихим. Лекса решила поддержать её: — У тебя замечательная тётя, — сказала она, совершенно не задумываясь, что могут повлечь за собой столь простые, добродушные слова. Ей просто показалось, что девушка скучает по дому. Кларк напряглась всем телом: рана в её душе была ещё слишком свежа, чтобы сказать, что её близкого человека не стало. Что она одинока и растеряна, пребывая в «Большом яблоке», где каждый стремится урвать от тебя кусок. — Была, — прохрипела Кларк, собрав в себе силы, чтобы ответить. Вот тут-то Лекса поняла, что облажалась. Атмосфера непринужденности и легкости была разрушена, оставляя в каждой из них определённый отпечаток последствий. «Господи, какой это должно быть удар для её семьи». — Кларк… — Всё в порядке, — Гриффин отрицательно покачала головой. — Спасибо, что довезла, — девушка выдавила грустную улыбку, надавила на ручку и дверь машины открылась с характерным щелчком. — Я… да. Хорошего тебе вечера, — быстро ответила Лекса, не зная как поступить и что сделать, да и нужно ли? Кларк по всей видимости не из тех, кто привык, что их жалеют. Лекса провожала взглядом спину блондинки и думала о том, что это выражается во всём: Гриффин приняла подставу Финна, стоически выдержала разговор и, преодолев себя, смогла сказать о своём горе. «А ты куда сильнее, чем кажешься, Кларк». Лекса даже не заметила, как личный интерес к этой девушке перерос во что-то большее, чем спор.

***

Кларк понимала, что повела себя с Лексой не сдержанно, прервав их разговор на столь грустной ноте, но глубокая боль, что только совсем недавно стала покидать её сердце, вновь окутала её тяжелыми воспоминаниями, и говорить что-либо ещё просто не представлялось возможным. Да и по её меркам, это один из самых открытых диалогов за последнее время, который случался у неё с человеком, которого она едва знает. Где-то глубоко-глубоко внутри от него даже стало легче. Лекса намного старше, она её руководитель и абсолютно чужой человек — человек, сменивший пустоту от произошедшего сегодня на запоминающееся времяпровождение. Наверное, благодаря этому Кларк смогла преодолеть себя и немного открыться. И это можно назвать маленькой победой. Девушка дошла до комнаты триста семь и, вздохнув, открыла дверь, моментально застыв от увиденного: Октавия в одном бюстгальтере и джинсах целовалась с таким же полуобнаженным брюнетом. Щёки Кларк вспыхнули от смущения, а её взгляд забегал от подруги к парню. — Ох, чёрт! — Октавия отскочила от брюнета. — Так, я… я пойду, — Кларк сглотнула от неловкости и потянула ручку двери обратно, спрятавшись в коридоре. Кларк знала, что Октавия иногда приводит парней, но никогда не сталкивалась с ними лицом к лицу, за что была ей благодарна. Личная жизнь должна оставаться личной жизнью. — Кларк! — крикнула Октавия, когда брюнет спустя минуту вылетел из их комнаты.  — Какой-то он быстрый, — нервно усмехнулась Кларк, смущенная обстоятельствами. — Мы как раз заканчивали, — ухмыльнулась Октавия, явно оценив шутку Кларк. Она обхватила ладонь девушки и потянула её за собой обратно в комнату. — И ты, кстати, раньше обычного, так что извини. Кларк поставила свои вещи у порога и плюхнулась на свою кровать, погладив по её поверхности: — Зато я теперь точно знаю, что вы не сдвигаете кровати, — она весело улыбнулась. — Господи, Гриффин! Да ты только что подсказала мне отличную идею! — воскликнула Октавия, подходя к окну и приоткрывая его. — Ты заноза в заднице, Окти, — Кларк стянула с себя толстовку и полностью легла на кровать, блаженно расслабляясь всем телом. — Да ладно, я же шучу, — Октавия подошла к Кларк и села рядом с ней. — Я никогда не поступлю так с твоей святой половиной. — Я тебе премного благодарна, учитывая то, что я не горю желанием спать на своей кровати, представляя, как ты тут прыгала с кем-то. Октавия прыснула со смеху. — Откуда ты взяла это? — Ну, — Кларк перевернулась набок, сильнее пододвигаясь к стенке спиной и поднимая взгляд на Октавию. — Моя одногруппница постоянно жалуется на то, что её соседка водит к себе ухажёров и… — Ага! — весело перебила её Октавия, она знала, что Кларк заменяет острые словечки на более вежливые, когда пересказывает различные истории. Ей всегда нравилась эта мягкая сторона подруги или скорее воспитанность, которой её научила Эбигейл Гриффин. — Значит, там было более красноречивое слово, да? Кларк закатила глаза. — Ты же знаешь, что да. Смирись с тем, что тебе остаётся выслушивать от меня только цензурные версии. — Хорошо, я капитулирую, — вновь улыбнулась Октавия, игриво толкая Кларк. — И… пожалуй, я буду писать тебе, если приведу кого-нибудь снова. — Или лучше я буду посылать тебе смс, если у меня что-то произойдёт, — непроизвольно вырвалось у Кларк, прежде чем она успела подумать и остановить себя. В её голове не совсем уложилось произошедшее, поэтому рассказывать о Финне и Лексе она не торопилась. — В смысле, если меня отпустят раньше, — девушка быстро исправилась, но по выгнутой брови Октавии и её заинтересованным серым глазам поняла, что сейчас на неё посыплется шквал вопросов, на которые ей придётся ответить. — А вот с этого поподробнее… Почему ты сегодня раньше обычного? — девушка осторожно провела по предплечью руки Кларк. Гриффин поджала губу, размышляя над тем, как рассказать подруге обо всех событиях дня. Она тяжело вздохнула, угрюмо утыкаясь носом в подушку. Октавия была единственным человеком, которому она могла поведать обо всём, потому что они были связаны одним прошлым, в котором девушки росли вместе, доверяли и поддерживали друг друга. И Кларк знала, что она никогда её не предаст. Не после всего, что произошло. Ведь, как оказалось, доверие — слишком ценная вещь. — Кларкиии, — протянула Октавия, мягко облокачиваясь на Гриффин, внимательно наблюдая за ней. — Это был… — Кларк вернула задумчивый взгляд в сторону Октавии, пытаясь подобрать нужные слова, — насыщенный день. В кафе было много посетителей, из-за чего мне пришлось не просто. — Кларк «Флэш» Гриффин не справилась? — добродушно улыбнулась Октавия, желая поддержать подругу. — Можно сказать и так, — грустно протянула Кларк, вызвав неприятное беспокойство внутри Октавии. Девушка всегда переживала за подругу, которая была ей практически как родная сестра, несмотря на то, что они долгое время не общались. В этом была и вина Кларк, поэтому они не стали акцентировать на этом внимание, отпустив прошлые обиды и желая наверстать упущенное, когда удивленно встретились, как соседи по комнате. Это было то ещё зрелище. — Я не совсем понимаю, как это произошло, Окти, — продолжила Кларк, — Финн подошёл ко мне и попросил обслужить у него столик, потому что ему нужно отойти. И я согласилась, я согласилась, потому что у меня даже не было мысли, чем это могло для меня обернуться. Я работаю там чуть больше недели, и… это было физически и морально сложно. Не то, чтобы я жаловалась, просто я ещё не привыкла, вот и всё, — оправдалась Кларк, потупив взгляд в стену. — Вот же сучёныш, — грубо отозвалась Октавия. Пока Кларк выдавливала из себя рассказ, всё это время девушку одолевала злость, потому что не нужно быть гением или детективом Шерлоком, чтобы понять, что это забава над новичком. Простой развод, чтобы поднять себе денег за счёт других. Ох, если бы этот Финн был прямо перед ней, она точно бы врезала ему в нос. Кларк сжала руку Октавии. — Я в порядке, — она одарила её лёгкой, непринуждённой улыбкой. — Просто нужно время. Октавия прищурилась, Кларк действительно не выглядела такой подавленной и разбитой, какой она могла быть. Однажды она уже видела Гриффин в таком состоянии, благодаря которому она стала чувствовать себя старшей сестрой в несколько раз сильнее, стремясь защищать и оберегать эту милую девчонку всеми силами. — Эм, ладно… Но если что мы его можем побить, поверь, Джаспер мне не откажет в такой маленькой услуге. — О нет, Октавия! Никаких отрядов мстителей! — Окей, ладно, — брюнетка шутливо приподняла руки вверх. — А что насчёт твоей администрации? Тебе сделали выговор или… тебе придётся возвращать деньги, да? — неуверенно произнесла Октавия. Она смотрела в голубые, смущённые глаза Кларк и гадала в чём подвох столь спокойного отношения к данной теме. — Нет, — робко произнесла Кларк. Октавия притихла, понимая, что за этим «нет» обязательно должно последовать какое-то объяснение. — Лекса сказала, что нет, — Кларк удивилась тому, как легко слетело с губ имя её начальницы, вызывая теплоту в душе, — просто впредь мне нужно быть внимательнее. — У тебя с ней что-то было? — вспылила Октавия, не задумываясь о своих словах. — Что? — Кларк присела на кровати и посмотрела на подругу так, словно та сейчас сказала самую глупую и немыслимую вещь в мире. Октавия поджала нижнюю губу, понимая, что сказала что-то, что не следовало говорить. И голубые глаза напротив, светящиеся непривычно странным и таинственным огоньком, лишний раз подтверждали это. — Я имею ввиду… — попыталась исправить положение Октавия, — ты… ты ведь хотела стать с ней ближе? — Да, и я, кстати, должна сказать тебе спасибо, — улыбнулась Кларк, пропуская слова Октавии мимо ушей. — Ты сказала, чтобы я постаралась найти с ней общий язык. Мне кажется, что у меня получилось, — девушка уткнулась носиком в плечо Октавии, будто прячась от всего мира. «Главное, чтобы именно тот самый язык, а не какой-то другой…». Октавия погладила Кларк по светлым волосам, приобнимая её за плечи. — Что-то мне подсказывает, что она супер? И ты в восторге? — «Господи, как двусмысленно звучит». Октавия мысленно благодарила всех Богов за то, что Кларк не такая испорченная, как она. — Она показала мне небо, — промурлыкала Кларк. Она действительно была восхищена времяпровождением с Лексой. — Мы были на крыше здания высотки, где она сказала, что я должна идти вперёд, если случается что-то плохое в жизни. «Гриффин, да она приударила за тобой».  — Малышка Кларк, я не узнаю тебя, — встревоженно усмехнулась девушка. — Я стояла там и думала, что она права и, возможно, мне следует двигаться дальше. Да, то, что сегодня произошло в кафе — было неприятно, гадко и подло, но это не меняет того факта, что есть в этой жизни нечто большее и гораздо лучшее, чтобы обращать внимание на такие мелочи, — Кларк говорила, поражаясь самой себе. Лекса оказала на неё какое-то странное влияние, которое сейчас отзывалось странными волнительными ощущениями внутри неё. Конечно, она всё ещё боялась открываться людям, но после испытанных сегодня ощущений страх быть преданным отступил от неё на несколько шажков. Ситуация с Финном лишь заставила задуматься, но она приняла её, как должное. А вот поступок Лексы… в Кларк словно что-то щёлкнуло, что-то пошло под другим углом, позволяя смотреть на мир другим взглядом и вновь стать прежней. — Например? — скептично посмотрела на неё Октавия. — У меня есть ты, мама, родные, — улыбнулась Кларк, а Октавия обняла подругу сильнее. На самом деле Кларк подумала, что может совершать глупости и ошибаться в людях, ведь у неё есть те, кто её поддержит. А боль всегда была, есть и будет, к сожалению, такова человеческая природа, которую ничем не изменить. Нужно уметь найти своего, правильного человека. Кларк кажется, что Лекса может стать одним из таких, правильных людей. — Я согласилась сходить на корпоратив. — Чудила, — Октавия весело потрепала девушку по голове, сменяя чувство тревоги глубоко внутри на радость за близкого человека, осмелившегося вновь начать открываться миру. Она понимала, что с этого момента жизнь Кларк пойдёт в другом русле. Но какова цена за столь дорогое изменение? Как лучшая подруга она должна попытаться огородить Кларк, но как просто человек? В праве ли она вставать на пути и лишать её возможности измениться? Октавия решает, что нет. Но одно она знает точно — она будет рядом в нужный момент, чтобы поддержать. — В таком случае, я помогу тебе выглядеть на все сто, — продолжила Октавия. — Поверь, ты будешь просто блистать! Что там кстати будет и где? — Не знаю… — неуверенно пожала плечами Кларк. Ей нужно будет об этом узнать. У Лексы.

***

В «Бесконечности» сегодня вовсю отжигал новый ди-джей, чью работу Лекса приехала оценить как владелец заведения. Музыка приятно била по ушам, вызывая у неё дерзкую ухмылку. Здесь она могла быть собой, свободной, расслабленной, без воспоминаний об офисных делах, которых в последнее время стало немного больше с появлением нового заказа. И ещё без навязчивых мыслей о Кларк… Лекса в чём-то даже злится на свою нерешительность и медлительность в отношении этой девушки. Но стоит голубым глазам обратить на неё взор, как всё складывается в одну фразу: «Так надо». И не волнует, что, может быть, и нет. Проще поддаться неизвестности и своему внутреннему «Я», которое будто наставляет и говорит, как поступить, чем искать ответы в своей голове и понять мотивы своих поступков. Лекса решает не обращать внимание на то, как грустно ей стало после разговора с Кларк. А три выпитых шота текилы с лаймом и красивая шатенка рядом отлично поддерживают данное решение. — У тебя очень красивое имя, Николь, — Лекса кокетливо улыбается, пристально всматриваясь в карие глаза девушки, по бокам которых выведены вульгарные стрелки. Сегодня ночью — они преследуют одну и ту же цель. — У тебя тоже, Александрия. Лекса наблюдает за рукой девушки на барной стойке, так аккуратно приближающуюся к её собственной: действия уверенные, открытые, и без какого-либо любого намёка на смущение. Именно в этот момент в её мыслях всплывает поведение Кларк — блондинка никогда не позволяла себе подобного. — Для тебя просто Лекса, — Рейн мурлыкает, накрывая пальчиками руку девушки, и поднимает игривый взгляд зелёных глаз выше, скользит им по красивому обтягивающему чёрному платью, который она уже не первый раз изучает за этот вечер, и останавливается на пышной груди, так непристойно привлекающей внимание. Эта девушка несомненно хороша собой, привлекательна, сексуальна — то что нужно, чтобы снять напряжение и расслабиться.  — Лекса, — Николь повторяет имя, смакуя его на своих устах. Рейн смотрит на то, как она показательно прикусывает нижнюю губу и приоткрывает губы, прикусывая язык. — Хорошо. — Тебе нравится в клубе, Николь? — Лекса обводит взглядом помещение, специально делая сладкий акцент на имени девушки. — Я здесь впервые, но это действительно отличное место, чтобы развеяться и отдохнуть, — Николь ловким движением кладёт ногу на ногу, приковывая к себе внимание Лексы, — мне следует появляться в этом клубе чаще. — Это точно. Ты украшаешь это место своим присутствием, — Лекса прочищает горло, двигает подушечками пальцев по коже девушки, и наклоняется ближе. Николь пахнет алкоголем, сигаретами, и сладко-приторными духами. Ей не особо приходится по вкусу данный набор, но Николь почти что готова быть взятой, а Лексе не нужно искать кого-то другого. Её вообще не должно это волновать, потому что совсем скоро она будет владеть этой девушкой, с удовольствием выслушивая своё имя, рвано слетающее с её тонких губ. — Хочешь потанцевать? — Нет, — Николь качает головой, когда Лекса замечает в карих глазах лёгкий огонёк от алкоголя в организме. Она сжимает руку Рейн сильнее и пододвигается грудью вперёд. Это должно было стать каким-то сигналом для неё, чтобы действовать, но вместо этого в её сознании чётко пульсирует мысль, что она никогда не прикасалась к Кларк. Лекса внезапно понимает, что никогда не пыталась создать между ними тактильный контакт, чтобы ощутить насколько кожа Кларк нежная и тёплая, а её светлые, пшеничные волосы мягкие и шелковистые на ощупь. Не чувствовала запах её шампуня, духов или тела. Какой аромат подошёл бы Кларк? Она такая чуткая, а её лицо доброе с глубокими, ангельскими, синими глазами. — Я бы предпочла что-то более уединённое. Николь вырывает Лексу из оцепенения. — Я могу показать такое, — в карих глазах заиграли игривые искорки, которые не с чем другим нельзя было спутать. Лекса опустила взгляд на губы шатенки и, удостоверившись, что она не против перейти сразу к делу — накрыла их своими.  — Мне вот интересно, ты говоришь о месте или о чём-то восхитительном и невероятном? — выдыхает Николь, когда Лекса отстраняется, обольстительно водя правой рукой по её плечу, ощущая химический привкус помады на своих губах. — Что, если обо всём сразу? — ухмыляется Лекса, наслаждаясь очередным своим триумфом. Но радость Рейн состоит совершенно не в том, что весьма симпатичная и молодая девушка буквально сдалась ей без всякого труда, а в том, что она, как и всегда, способна флиртовать, быть на высоте, завлекая девушек, вызывая у них желание. В какой-то степени Лекса удовлетворила своё эго, потому что с Кларк всё иначе, с Кларк Лекса чувствует себя неловко, растерянно, изучая каждый её взгляд и движение, чтобы понять, как действовать лучше. Внутренние чувства обостряются, когда они находятся рядом и это сильно сбивает её с толку. По дороге в «Бесконечность» у неё промелькнула мысль, что она просто теряет хватку. Но это не так. — Тогда я хочу, чтобы ты показала всё это мне как можно быстрее, — хитро тянет Николь, прижимаясь ближе к Лексе и увеличивая её возбуждение и уверенность в несколько раз. — Поверь, — Лекса шепчет слова Николь на ухо, — ты не пожалеешь о своём решении. На её губах рассветает победоносная усмешка. Лекса приводит Николь к себе, покрывает поцелуями её податливое тело, грубо кусает за нижнюю губу, заставляет выгибаться от желания, стонать, просить дать больше, дрожать от прикосновений и громко, несдержанно выкрикивать её имя. Она управляет ситуацией, владеет девушкой под ней, дарит ей удовольствие, совершенно не деликатно вводя свои пальцы глубже и властно. Действия жёсткие и отчаянные, как будто она кому-то и что-то пытается доказать. Обычно Лекса всегда берёт своё. Но Кларк она почему-то взять не может.

***

Кларк появляется в «Полисе» на следующий день ближе к вечеру после института. Она морально вымотана, потому что им задали проект, с которым нужно поскорее определиться, и у неё появилась задолженность по компьютерному моделированию. Поэтому весь вчерашний вечер и почти полночи Кларк потратила на выполнение домашней работы. Так что не удивительно, что она едва стоит на ногах, а на её светлом лице отпечаталась усталость яркими синяками под глазами. Плюсом ко всему Кларк не могла перестать думать о том, что произошло в кафе: её доброе сердце верило, что Финн не причастен, но разум твердил обратное, причиняя душевную боль. К счастью, сегодня у Кларк смена без его участия. Иначе она просто не знает, как бы вошла в это помещение и посмотрела ему в глаза без какого-либо страха и стеснения. — Наконец-то ты пришла! — Кларк едва успевает оказаться рядом с барной стойкой и поздороваться с Уэльсом, как Найла взволнованно хватает её за руку и уводит за собой. — Ты не представляешь, что здесь творилось, пока тебя не было. — И что же..? — устало спрашивает Кларк, вешая свою курточку в специально отведенный для неё шкафчик. — Луна с утра собрала всех и сказала, что с этого дня у нас будут висеть камеры и в зале, и в подсобке, а любая просьба отпроситься будет рассматриваться в несколько раз строже. — Мы теперь под наблюдением? — лениво протянула Кларк, сомнительно посмотрев на Найлу. — Якобы увеличение безопасности, — хмыкнула девушка. Она встала чуть ближе к Гриффин и немного тише добавила: — Как ты после того, что случилось вчера? — Извини, Найла, но… — Кларк робко опустила глаза в пол. Ей совершенно не хотелось оттолкнуть или обидеть, но обсуждать события вчерашнего дня не входило в её планы. Она понадеялась на понимание девушки напротив, и максимально осторожно продолжила, — я не хочу об этом говорить. — Эм. Хорошо, — добродушно ответила Найла. — Давай переодевайся и поднимайся в это адовое колесо. — Будешь там крутиться вместе со мной? — улыбнулась Кларк, чтобы дать понять Найле, что она действительно в порядке. — И не только я! — весело выкрикнула Найла и скрылась за дверью. На самом деле Кларк чувствовала себя отвратно, пребывая на взводе, но сдерживала свои эмоции. Первый столик она обслужила с таким вниманием и учтивостью, что ей оставили немного больше чаевых, чем обычно. После второго и третьего, вернулась в норму, но холодное ощущение, что вот-вот что-нибудь произойдёт или она сама что-то сделает не так — не оставляло её ни на минуту, как какая-то паранойя. А ещё Кларк непроизвольно переводила взгляд своих синих глаз на входную дверь, приветствуя им новых посетителей и выискивая в них знакомые, глубокие зелёные глаза. Часть её желала увидеть Лексу и услышать от неё что-то хорошее, что-то, что непроизвольно улучшит этот мрачный, скучный день, потому что их необычное времяпровождение на крыше многоэтажного здания подарило ей приток новых чувств и мыслей, оставляя после себя сладкое послевкусие. Лекса же наоборот металась в своих мыслях, желаниях, порывах, впервые за всю свою жизнь ощутив волнение из-за предстоящей встречи, и абсолютно теряясь в том, что ей делать дальше. Ночь с Николь прошла великолепно: шатенка была под её властью, но, несмотря на это, в душе у Лексы остался непонятный осадок, словно она писатель, написавший бестселлер без вдохновения. Так что настроение у неё было не лучше, чем у Кларк. — Маркус, я обещаю, что учту все ваши пожелания и в скором времени предоставлю несколько вариантов здания, — учтиво сказала Лекса, держа в руке телефон. На улице было довольно прохладно, поэтому она поспешила оказаться в тёплом кафетерии. — Мне не нужно, чтобы ты делала свою работу быстрее, мне нужно, чтобы ты создала для меня нечто особенное! — строго и требовательно ответил мужчина, когда Лекса вошла в «Полис». — Мы с вами не давние приятели, Маркус, — холодным тоном произнесла Лекса. Она никому не позволяла разговаривать с собой на повышенных тонах, а тем более сомневаться в своей работе. Ей было глубоко плевать, что у Маркуса Кейна есть знакомства, средства, деньги, способные испортить весь её авторитет и статус фирмы, который она нарабатывала годами. — Мы заключили с вами договор, я и моя команда — профессионалы, которые знают своё дело. Так что если Вы действительно хотите, чтобы я создала шедевр, то Вам следует проявить терпение и не мешать мне. Повисло молчание. Лекса очень надеется, что мужчина за эти несколько секунд проглотил свою гордыню и не подавился ею. — Я вас понял, Лекса. Но учтите, в ваших интересах сделать всё, чтобы я был доволен, — спокойно ответил он. — Буду ждать вашего звонка, всего доброго. Лекса шумно выдохнула и пошла вперед, зло посматривая на экран телефона. Ей сейчас так хотелось вновь набрать Маркуса и высказать ему всё, что она думает. У неё тоже есть деньги и богатая семья, но она никогда не позволяла себе подобного. — Да чёрт возьми! — Лекса была так ослеплена своими размышлениями и негодованием, что налетела на официантку с подносом. Послышался резкий удар посуды и испуганный стон. — Смотреть надо, куда идё…шь! Лекса повернулась, чтобы вспылить и выдать гневную тираду, но когда увидела морщащиеся голубые глаза, то испугано приоткрыла рот. — Извините, — тихая фраза, сорвавшаяся с губ Кларк — резанула по ушам. Сердце Лексы бешено забилось, ноги будто окоченели, не давая сдвинуться с места, а в голове стало предательски пусто, лишая девушку возможности рационально мыслить: Кларк так испугано смотрела на неё, из-за чего ей хотелось в эту же секунду выйти из кафе и никогда туда больше не возвращаться. — Кларк, всё в порядке, Лекса сама виновата, что на тебя налетела, — Луна вовремя подоспела, лишая Рейн шанса испортить всё ещё больше. Она помогла Кларк подняться и отряхнуться, пока Лекса стояла и смотрела на всё это с виноватым видом. — Найла! — официантка быстро подошла. — Вызови уборщицу. — Хорошо, — Найла кивнула. Луна подтолкнула опешившую Лексу и увела в свой кабинет. — Что это было? — Луна уперлась бёдрами в стол, наклонив голову набок. — Мне кажется, или я только что всё испортила? — не свойственным ей расстроенным голосом ответила Лекса. Она не видела, что это была Кларк, она никогда бы не… — Ты рявкнула на неё так, что все на тебя обернулись, Лекса, — Луна скрестила руки на груди, недовольно вглядываясь в зелёные глаза. — И да, это твоя вина, я видела. Лекса потёрла переносицу, прикрыв глаза. Она не собиралась обвинять Кларк, но от осознания, что со стороны это выглядит по-другому — на душе стало неприятно и горестно. — Просто… день выдался довольно тяжёлым, — пояснила она, надеясь на то, что Луна не станет читать ей мораль на тему того, как стоит вести себя с другими людьми. Лекса и так прекрасно осознаёт, что повела себя неприемлемо. Она сорвалась. — Но Кларк здесь не причём, — Лекса не смогла понять, утверждает Луна или спрашивает её. Вся эта ситуация ужасно выбила девушку из колеи. — Кларк здесь не причем, — повторила Лекса, сомневаясь в своих словах. Но Кларк была очень даже причем, непростительно занимая все мысли Лексы: они, как птицы, которые постоянно улетают на юг, но возвращаются обратно. Как нечто естественное, с чем бороться невозможно, потому что это заложено природой. «Глупый спор», — думает Лекса. Луна заметила состояние подруги, поэтому подошла ближе и обняла её. — Знаешь, — Луна попыталась подбодрить Лексу своей тёплой улыбкой, — может быть день у тебя и был трудный, но он ещё не окончен. — Ты права, — Лекса подняла уголок губ. — Обычно я бы предложила выпить, но мне ещё нужно разобраться с документацией, поэтому… Собери их всех, когда посетителей станет меньше, я сделаю объявление. — Ты придумала, где на этот раз собраться? — О да. Несмотря на тяжелый рабочий день, Лекса успела подумать о своём кафе и о Кларк. Ей нужно было подобрать что-то идеальное: такое, где им пришлось бы быть вместе, и где в принципе можно не усугублять спиртным, а её персонал был бы доволен. Она твёрдо решила, что на «корпоративе» попытается добиться Кларк всеми силами. Поэтому Лекса выбрала боулинг. — Так что вы думаете? — лучезарно улыбнулась Лекса толпе официантов. — По-моему это отличная идея, — прокомментировала Найла. — Я мало знаю заведений, где проводятся такие мероприятия, так что мне любое предложение покажется идеальным. Лекса весело покачала головой. — Мы предпочитаем поощрять своих работников, — сказала Луна. Лекса в очередной раз убедилась в том, что её подруга лучшая кандидатура на роль менеджера в «Полисе». Она нисколько не жалеет о том, что платит этой женщине намного больше положенного. И дело даже не в том, что они подруги, а в том, как поднялось кафе за то время, что она руководит им, практически без участия Рейн. Официанты довольно зашумели, для них «Полис» являлся возможностью «встать на ноги». — Ну всё-всё, идите работайте, — похлопала она в ладошки, насмешливо разгоняя всех по сторонам. Всё это время Лекса не сводила глаз с поникшей Кларк. От неё не укралось то, насколько вид у девушки был уставший и измученный: напряженные плечи, опущенные уголки губ и взгляд, полный незаинтересованности в происходящем. Это вызывало горечь и чувство пустоты внутри. Лекса глубоко вздохнула и, прокашлявшись в кулак, громко произнесла: — Кларк, останься, пожалуйста. — Гриффин подняла на неё взгляд, наполненный безразличием до краёв. Лекса впервые увидела, как сильно может измениться оттенок радужки человека: некогда яркие голубые глаза будто потухли, как огонь из-за невероятно сильного дождя. Кларк не обижалась на Лексу, но была расстроена, замыкаясь в себе и пытаясь унять свои внутренние переживания. Она винила себя в своей неуклюжести и физической усталости, испытывая неловкость в присутствии этой великолепно одетой женщины с невероятно обольстительными глазами, так пытливо рассматривающие её собственные. — Кларк, я… — вся уверенность, что была в Лексе — внезапно исчезла с последним официантом, который покинул комнату и оставил их двоих наедине. Она сделала несколько маленьких шагов вперёд, наблюдая как растёт напряжение в теле девушки напротив. — Прости меня. Глаза Кларк расширились от удивления. — За что? — Я сделала тебе больно? — неуверенно начала Лекса. Она была так заворожена изменением оттенка голубой радужки, что неосознанно потянулась вперёд рукой к лицу девушки. Кларк испугано отступила назад, прижимая мягко сжатый кулак к груди. Казалось бы, простой жест, но он вызвал бурю эмоций внутри Лексы: щемящее чувство в сердце, окатывающее волнами беспокойство, волнение, обескураженность, огорчение. Её это задело. — Извини, — ещё раз повторила Лекса, смущаясь от своей же навязчивости. — Нет-нет, всё в порядке, — помотала головой Кларк, приковав взгляд Лексы этим движением к своим светлым волосам. — Но я ведь вижу, что что-то не так, — сказала напрямую Лекса. Их взгляды встретились и надолго остановились друг на друге, перемешивая тонны чувств и эмоций, которые творились глубоко-глубоко внутри каждой из них; чувства, о которых они ещё не подозревают, но уже зачаровано шаг за шагом начинают поддаваться им. Зелёный и синий заиграли между собой, как воображение странника в пустыне. Кларк сдержано улыбнулась, даря небольшое облегчение Лексе. — Я беспокоюсь, — Гриффин сглотнула, — из-за Финна. Она не должна говорить об этом Лексе, но она говорит, а слова с необыкновенной лёгкостью слетают с её губ. Рейн ловит их своим задумчивым взглядом, и созерцающим пониманием в глазах, пока Кларк становится страшно от того, насколько просто она открывается Лексе, не задумываясь о последствиях. — Почему? Поверь, он больше не доставит тебе проблем, — что-то щелкает в голове у Лексы, её не волнует не спор, ни то, что Кларк нужно идти работать дальше, ни то, что Луна ждёт её за дверью. Её беспокоит лишь то, что девушка перед ней выглядит беззащитно и уязвимо, а в её тёплых голубых глазах прослеживается страх, от которого её хочется спрятать, надёжно укатывая от любых угроз. — Лекса… — грустно протянула она, сводя обладательницу этого имени с ума от нежности в голосе. — Что если Финн действительно никак не причастен? Я имею ввиду… — Кларк стушевалась, понимая, что, наверное, со стороны выглядит, как виновница преступления. — Пожалуй, да, я не должна об этом говорить. — Нет-нет, пожалуйста, Кларк, продолжай, я не буду осуждать тебя как-либо. — Я обо всех этих слухах насчёт Финна. Вдруг это не так, а его обвиняют в том, к чему он совершенно не причастен. Не знаю, как я буду смотреть ему в лицо. Лекса непроизвольно улыбнулась, смутив этим Кларк. Девушка напротив неё проявляет доброту, к которой она не привыкла: её окружение высокомерное, дерзкое, циничное. Кларк отличается от них в разы. Может быть — думает она — это именно та причина, почему её тянет к ней, как человеку. Может быть… — В таком случае, Кларк, — Лекса ощутимо громче выговорила «к» и ухмыльнулась, — ему не о чём будет волноваться. А если же есть… это останется на его совести, твоя же — чиста. Кларк кивнула, принимая во внимание слова Лексы. — Не переживай, всё наладится, — спокойно сказала она, как нечто необходимое в данный момент. Это выходило за рамки случая с Финном: подсознательно Лекса имела ввиду саму Кларк, её увлечения, жизнь, университет. — Мне, наверное, пора вернуться к работе… — с явными позитивными нотками в голосе произнесла Кларк, а её глаза стали выглядеть иначе: они будто сверкали под светом ламп. — Я буду ждать твоего присутствия послезавтра, — широко улыбнулась Лекса. Кларк смущенно приподняла уголки губ в ответ и, кивнув, с приподнятым настроением вышла. Лекса ещё минуту стояла, разглядывая дверь перед собой, запечатляя тёплую улыбку Гриффин в своей голове. На сердце стало необычайно легко и спокойно, а весь чёрствый и негативно-агрессивный настрой ушёл, оставляя за собой нежно-розовые облака в душе. В голове само собой возникло решение проблемы, поэтому через несколько секунд она взяла мобильный, а затем набрала свою личную охрану: — Квинт? — строгим голосом, не требующим возражений, начала она. — Найди мне Финна Коллинза и приведи ко мне. — Вас понял, мисс Рейн, — ответил мужчина без лишних вопросов, — будет сделано в минимальные сроки. Лекса довольно хмыкнула, ей нравится, когда её люди выполняют поручения без возражений: чётко, быстро, оперативно. Она вновь перевела взгляд на то место, в котором ещё недавно стояла Кларк и непроизвольно улыбнулась, всё ещё испытывая некий порыв вернуть милую блондинку, чтобы продлить их довольно сложную, но приятную беседу. — Прогресс на лицо, — усмехнулась Луна, когда вошла в комнату, чтобы поговорить с Лексой насчёт Кларк и увидела её безумно довольное состояние. — Ты уверена, что хочешь выиграть этот спор? Лекса почувствовала внезапную неприязнь к самой себе от одного только упоминания их с Костией пари. Но её привычки, образ жизни и приевшаяся модель поведения дали о себе знать, запирая обратно внутри неё чувственную, немного романтичную и добрую натуру. А факт того, что Кларк смогла стать тем, ради кого Лекса проявила эту сторону — пугал. В ней зародились двоякие чувства.  — Я выиграю, — немного жёстче, чем хотела, сказала она. — Поверь, когда она будет получать наслаждение в моей постели — это не будет не правильно. — Как скажешь, — холодным тоном парировала Луна, не выдержав эгоизм Лексы. — Надеюсь, что она не даст тебе, и ты, наконец-то, поймёшь, каково это, когда тебя отвергают. Слова Луны ударили по гордости. Митчелл никогда не была настолько резка и груба с Лексой, всегда говорила осторожными фразами, пытаясь не задеть, умело передавая нужный смысл без разрождения конфликта. Прямо высказанное замечание чётко попало в самое сердце, оставляя его на размышление и угрызение совести. Лекса сжала зубы. «Это неприятно…». — С чего бы тебе о ней так беспокоиться? — в висках неприятно начало пульсировать от негодования и противоречия в самой себе. Лексе показалось, что Луна может быть ближе к Кларк, чем она сама, вызвав в душе непривычное, несвойственное ей волнение, от которого Рейн начинала понемногу злиться. — Она ещё совсем девчонка, ты не видишь этого? — попыталась достучаться до неё Луна. — Остановись, пока можешь! — Я всегда могу остановиться! — полностью уверенная в себе Лекса отказывалась принимать слова Луны в серьёз. — Что тебе мешает сделать это сейчас? — язвительно подметила Луна. — Я никогда не проигрываю, — пожала плечами Лекса. — Иногда нужно уметь отступить, Лекса, — грустно произнесла Луна, кладя руку на плечо подруги. — Если бы я отступала — я бы не достигла того, что у меня есть! — злобно прошипела Лекса, отстраняясь от Луны. — Хватит уже лезть ко мне со своим моральным кодексом! Я такая, какая я есть. Если я захочу, чтобы Кларк оказалась у меня в постели — то так и будет. — Весь мир не вертится только вокруг одной тебя, Лекса, — печально усмехнулась Луна. Она тяжело вздохнула. — Знаешь, я всё-таки твоя подруга, и я не буду отворачиваться от тебя из-за твоего эгоизма, — ровным голосом продолжила Митчелл, заботливо посмотрев на подругу, — но учти, я буду рядом только тогда, когда до тебя дойдёт, что нельзя играться с чувствами людей. — О каких чувствах идёт речь? — взвинчено взглянула на неё Лекса в ответ. Буря эмоций охватывала её с каждой секундой всё больше и больше, вытесняя расчётливый и холодный ум. Она автоматически проектировала уже добившийся результат общения с Кларк, представляя в голове болезненную картину их расставания или просто разлуки. Ничего из этого не было ей нужно. — Я просто с ней пересплю, займусь сексом, трахну, зови это, как хочешь, — горькая усмешка слетела с её губ. — Итог один — нам обеим будет приятно, и мы обе будем в плюсе. — Это не математика и не игра, она человек. Что если она в тебя влюбится и ты ранишь её своей безразличностью? — Луна напористо встала перед Лексой и сделала шаг вперед. — Она не может, — помотала головой Лекса, сводя брови к переносице. — Почему это? — выгнула бровь Луна, делая ещё один шаг в сторону Лексы. — У тебя какой-то иммунитет, что люди не могут просто взять и начать что-то чувствовать к тебе? Ты у нас особенная? — возмущенно воскликнула девушка, продолжая давить на подругу своими словами. — Или ты блять просто боишься сама начать что-то чувствовать в ответ? — у Митчелл попросту сдали нервы, ей хотелось лучшего для Лексы, но её упрямое отрицание и безответственное отношение к другим бесило её. В какой-то момент ей захотелось взять подругу за плечи и встряхнуть как следует, чтобы привести в чувство. Да только это не поможет. — Знаешь, а ведь это больше похоже на правду. Тебе двадцать шесть, у тебя хоть раз были серьёзные отношения? Каждый вопрос, слово и фраза делали Лексе больно, но она не показала это, закрывая на сказанное глаза. — А какой в этом смысл? Люди предают, бросают, изменяют. Мне не нужно это. У тебя вообще должна была быть свадьба, но где твои отношения? — Лекса понимала, что затронула личную тему, но Луна напирала, а ей нужно было обороняться. Она ужасно не любила быть загнанной в угол. — Это другое, милая, — ядовито улыбнулась Луна, понимая, что задела Лексу за живое, — а ты просто слабачка, которая боится поменять в своей жизни хоть что-то! — Хватит! — Лекса резко подняла ладонь в воздух, пресекая любую попытку подруги сказать что-то ещё. — Я думаю, что наш с тобой разговор закончен. Она взяла своё пальто и гордо вышла из комнаты, оставляя Луну одну. Ей срочно нужно было подышать свежим воздухом, чтобы не продолжать по её мнению бессмысленный диалог, который, так или иначе, привёл бы их к ненужной ссоре. Лекса вышла в зал и остановилась. Она посмотрела на Кларк, удостоверившись в том, что девушка никоим образом не могла услышать их гневные перебирания и, поджав губу и нервно усмехнувшись своим собственным мыслям, направилась к выходу из кафе. «Она не может».