Больше чем...

Кларк не разговаривала с Лексой целую неделю, и если это должно было принести ей хоть какое-то облегчение — это не так. Каждый раз, когда они пересекались пару раз в день, приветствуя друг друга маленькими, угнетающими кивками, которые не вносили совершенно никакой ясности — всё внутри неё восторженно стискивалось и одновременно с этим грустно бунтовало. Обида по-прежнему таилась в её разуме, но сердце отпускало, понемногу, но отпускало. Кларк понимала, что погорячилась, и ей не стоило показывать себя с такой стороны: резкой, холодной, грубой. Но как только Лекса оказывается рядом, она понимает, что всё ещё испытывает к ней чувства, которые захватывают и кружат голову, как разряженный воздух при попадании в лёгкие. Её хочется испуганно оттолкнуть и сделать всё, чтобы избавиться от щемящих ощущений в грудной клетке. Всё, чтобы вновь не пройти через боль и предательство. Всё, чтобы не вспоминать прошлый удар по ней от первой влюбленности. Потому что вторая — оказалась такая же: сладко-горькая, оставляющая послевкусие огорчения и потерянности. Лекса должна была сломать её окончательно, но вместо этого её сердце, будто покрылось ледяным барьером, который можно разрушить лишь крепким доверием с другим человеком и его тёплым отношением. В Кларк по-прежнему цветёт яркая надежда, как вспышки массивной энергии на солнце без возможности разглядеть их простым зрением. И в её груди до сих пор есть место для Лексы. Но Кларк этого не признаёт. Она тяжело вздыхает, как раз когда перед ней падает огромная папка: — Поручение от мисс Рейн, — ровным тоном выпалила секретарша Лексы. — Тебе нужно прочесть это до конца дня и отчитаться перед ней лично. — Что это? Энди закатывает глаза. Кларк осматривает девушку в подозрительном прищуре: недовольный взгляд, короткие, крашеные волосы светлого цвета, худая фигура, и все признаки того, что у Лексы прекрасный вкус на секретарей. Она наблюдала за их общением. Это всегда происходило совершенно случайно: Кларк покупала кофе в автомате — дешёвый, но такой необходимый, а Лекса проходила мимо и просила распечатать документы, её улыбка, обращенная в сторону Энди, вызывала лёгкий внутренний дискомфорт. — Нормативно-правовые акты, которые тебе необходимо знать для работы в нашей фирме, — тонкий голос секретаря окрашивает воздух недовольством. — Но ведь я уже прочитала и подписала все необходимые документы, — непонимающе произносит Кларк. — Это не обсуждается, — девушка пододвигает рукой папку бумаг ближе к Кларк, — и это не мои слова. Кларк неуверенно открывает первую страницу, расширяя глаза от количества напечатанного. Нужно быть либо гением, либо обладать способностью скорочтения, либо иметь в запасе секрет в виде магических очков, которые позволяют впитывать информацию со скоростью света. Естественно, ничего из этого у неё нет. Печально. Лекса решила её усыпить этими документами? Потому что Кларк тихо зевает, когда аккуратно переворачивает белоснежный лист бумаги через час интересного чтения. — Не спать, Кларк, — Лекса постукивает по её столу, когда проходит мимо, — я жду тебя в своём кабинете, когда закончишь. — Кто бы сомневался, — фыркает Кларк. Спустя несколько часов она понимает, почему Лекса дала ей именно это задание: в документах расписаны все обязанности. Так что часть текста Кларк не совсем учтиво пропустила, чтобы не погружаться в монотонную сказку, которая грозилась вызвать в ней прилив усталости. Ещё через некоторое время, её взгляд натыкается на этический кодекс, где красным маркером обведено слово «субординация». Кларк в удивлении выгибает одну бровь. Всё встаёт на свои места и обретает изящный поворот, потому что Лекса открыто издевается, подкидывая ей свод правил и обязанностей. Что-то внутри неё вспахивает от раздражения и резко оседает в желудке от предвкушения скорой встречи. Она не хочет участвовать в этой хитро выдуманной партии, но, похоже, что ход с её стороны заставил Лексу задуматься и изобрести расчетливый ответ. Так что выбора у неё особо и нет. Как бы ей не хотелось признавать или называть их общение в подобном ключе… но их отношения — это прочно натянутый канат в руках у обеих. Сначала его потянула Кларк, а несколько дней назад Лекса. Они словно застыли, ровно топчась каждая на своём месте, напряженно выискивая следующие намерения друг друга. Кларк входит в кабинет Лексы после небольшого, неуверенного стука и разрешения зайти. И вот опять они вдвоём. Это никогда не прекращает испытывать. Все защитные стены, какие только могут существовать в ней, выстраиваются одна за другой и пытаются не пропустить головокружительное влияние зелёных глаз на её сердце и душу. Казалось, будто температура воздуха опустилась на несколько градусов, стоило их взглядам пересечься, а потом вдруг душащее чувство отпустило, давая свободно вздохнуть.  — Кларк. — Мисс Рейн. Она села напротив Лексы, ощущая каждой клеточкой тела её бегающий взгляд. Ощущая постоянно желание сказать больше. Но если Кларк что-то и поняла в ней — так это то, что эта бесспорно обворожительная женщина — игривое спокойствие. — Ты всё прочла? — Да, — Кларк прячет холодные руки, потому что — нет. Она не успела. И самое ужасное в этой ситуации, что Лекса знает. Поэтому она быстро добавляет, — почти. Лекса едва заметно усмехается, но не показывает этого. — Хорошо… тогда, давай ты мне напомнишь про… субординацию? Кларк, кажется, по-настоящему понимает, что значит пожалеть о своих словах. Да, она сама предложила Лексе вести себя, как положено на работе, но никогда в жизни не подумала бы, что это может вылиться в нечто подобное. Ей действительно придётся рассказать всё, что там было написано, подобно студенту на экзамене? Кларк поджимает губу. Лекса ехидно ожидает её дальнейших фраз. — Субординация направленна на поддержание дистанции между начальником и подчиненным, — тихо, словно проскулив произносит Кларк. — Возможно что-то ещё? — поддевает её Лекса. Она так долго игнорировала это пытливое чувство: пройти мимо и задеть Кларк, чтобы ощутить её взгляд на себе или повышенное внимание. Её постоянно одолевало желание находиться в зоне видимости с этой девушкой и быть её особым раздражителем, пуская взрывную реакцию между ними без возможности остановиться. — Да, — Кларк вздёрнула подбородок, как обычно это делает Лекса. — От начальства требуется уважительное и честное отношение, которое у вас видимо отсутствует. Это прямой намёк на спор. Это должно задеть, но это — это наоборот раззадоривает обеих. — Насмешки не признак большого ума, Кларк. — Лекса с вызовом смотрит на Кларк. — Хорошо, — больше для себя, говорит она. — Скажи мне, какова миссия «REX architects»? Это основная причина по которой она позвала Кларк к себе. Эта важная часть в работе архитектора её компании: понимание себя и своей профессии. — Почему вы спрашиваете всё это? — парирует Кларк. — Чтобы ты кое-что осознала, — загадочно отвечает Лекса, сдерживая улыбку. — Мы только что говорили о субординации, Кларк. Раз уж ты заговорила об этом в прошлый раз, и ты так хочешь, чтобы мы общались строго руководитель — подчиненный, то будь добра делай то, что я тебе говорю, и не задавай лишних вопросов. — Кларк приоткрывает рот в изумлении, чтобы возмутиться, но Лекса резко поднимает ладонь вверх. — Тишина… Кларк, эмоции должны быть под контролем, — добавляет она. — Теперь я хочу услышать ответ на свой вопрос. — Так… — задумывается Кларк, решив не спорить с Лексой и не усугублять положение, — создание уникальных проектов? Там было ещё что-то про принципы, но у меня не настолько шикарная память. — У тебя хорошая память, Кларк, — Лекса недовольно качает головой, — но это не то, что я хочу от тебя услышать. — Тогда что? — Чем, по-твоему, занимается архитектор? — Создаёт? — Кларк разводит руками в воздухе. — Ты не думаешь, Кларк, — строго подчёркивает её поведение Лекса, — думай. — Ну, хорошо, — соглашается Кларк, — мы… работаем над проектами, — Лекса приподнимает одну бровь, заставляя чувствовать неловкость от своих предположений, — занимаемся проектированием, разработкой… — Близко, но нет, — прерывает её речь Лекса. — Всё намного глубже, Кларк, — она разочаровано вздыхает. — Сегодня ты не справилась с заданием, можешь быть свободна, чтобы пойти и поразмышлять над моими словами. Тело Кларк охватывает вспышкой раздражения, из-за надменного поведения Лексы и её королевской осанки, когда она специально придаёт себе серьёзный вид и отворачивается к ноутбуку, продолжая работать. Что она должна уяснить? — Спасибо, что объяснили ваше высочество, — кидает ей Кларк напоследок, перед тем, как скрыться за дверью. — Вы так великодушны. Лекса замирает, поджимая губу, чтобы сдержать самолюбивую и едкую улыбку от слов Кларк. Она тяжело вздыхает. Они доведут друг друга, прежде чем всё, что она задумала, придёт в действие. Они точно доведут друг друга. У неё нет сомнений.

***

Кларк так и не поняла, что означал тот разговор в кабинете Лексы. Они больше не возвращались к нему, и контактировали только, когда Лекса давала поручение на весь день. Все задания были порой лёгкими и никак не связанными с её проектом, над которым многие уже начали трудиться. Это возмущало, по меньшей мере, а в большей степени — злило. Но Лекса сказала ждать, и Кларк пришлось подчиниться. Через неделю ей дали поработать с чертежами, и мнение о простоте работы полностью поменялось. Пришлось переучиваться. И, несмотря на начитанность и успехи в учёбе, знать и делать — стали точными и разными понятиями. Кларк затруднялась в поставленных ей задачах, но просить помощь у Лексы не могла. Либо обида, либо гордость, либо желание справиться самой — не позволяли. А через день Кейдж дал Кларк другое поручение. Он показал ей план объекта и потребовал сделать такой же проект по аналогии. Естественно, как только возникли сложности — Кларк впала в панику, приложив руку ко лбу. — Чем ты занимаешься, Кларк? — Лекса возникла словно ниоткуда, чем напугала Кларк. Она вздрогнула, потеряно осматривая возвышающуюся над ней фигуру женщины. — Я эм… чертёж плана этажей, мисс Рейн, — Кларк оглянулась, подмечая то, как на них смотрят другие сотрудники. — Кто тебе сказал это делать? — Мистер Уоллес, — измученно ответила Кларк. — В мой кабинет, — рявкнула Лекса, — сейчас же. Кларк испугано встаёт с места, ощущая, как расползается дрожь по всему телу от властного голоса Лексы. Это влияние — не нормально. Кларк хочет противостоять этому, ускользнуть от этого, как от опасности в последний момент, бороться с Лексой и своим невинным влечением к ней. Её сердце всегда меняет частоту биения, стоит им оказаться наедине. Всё внутри словно ликует, танцует, феерично взрываясь хлопушками, и празднуя их будущее нахождение наедине. И это пугает. — Кларк, — зовёт её Лекса, облокотившись о стол бёдрами. Она замечает печаль в синих глазах, думая, что возможно переиграла. — Да, мисс Рейн? — Кларк поднимает голову, сглатывая ком в горле. Ей следует взять себя в руки. Она не должна позволить Лексе взять над ней верх. Эта девушка поспорила на неё, а после показала безразличие спустя три месяца, навряд ли её волнует что-то помимо себя и работы. Кларк поджимает губу. — Вот скажи, — ровным тоном продолжает Лекса, — тебя хоть чему-то научила ситуация с Финном? Кларк долго молчит, прокручивая про себя все события того дня. Излишняя доверчивость или желание помочь подвело её, верно? — Я… — она хочет сказать о Финне, но этот день восполнен хорошими моментами. Их разговор на крыше, мягкие улыбки, и первое проявление тяги. Тогда всё было так легко и просто. Лекса казалось такой близкой и понимающей, словно её муза, которой она готова вдохновляться без остановки. Кларк смущенно, поддавшись порыву, поднимает уголок губ вверх. — Что нужно двигаться дальше? Лекса застывает. Лекса смотрит в синие глаза и видит в них тёплый вечер с обзором на ночной город: тихий, успокаивающий, приятный. Согревающей сердце. Она облокачивается о стол руками, чтобы подавить ползучую улыбку на лицо. Благодаря Кларк, всегда сложно держать эмоции под контролем. — Это, безусловно, да, — она прочищает горло, понимая, что сейчас ей придётся перевести мягкость Кларк в холодную бурю, — но я о случае в кафе. — Я не знаю… например, то что людям не нужно доверять? — ядовито выпиливает Кларк. — Нет, — Лекса задумчиво качает головой, обводя комнату взглядом и думая, как мягче высказаться. — Доверять людям нужно, Кларк, — лишь одно упоминание об этом заставляет девушку напротив неё напрячься и рассерженно сжать челюсть. — Но ты должна уметь просчитывать ситуацию и пользоваться этим. — Ну да, вы специалист, — не сдержалась Кларк. Лекса нервно выпрямилась в ответ и оттолкнулась от стола. Она знала, что это будет тяжело: возвращать чьё-то расположение, пожалуй, самое сложное, что есть на свете. Но в этом только её вина, а не Кларк, и поэтому ей необходимо набраться терпения и жить им каждый раз, когда они будут оказываться в одной комнате. — Да, Кларк, — подтвердила она, пытаясь совладать с желанием подойти к Кларк ближе, прижать к себе, зарыться рукой в светлые волосы, и извиняться, извиняться, и извиняться. Вот только словами ничего не исправить. — Потому что необходимо всегда быть на два шага впереди. — О да, вы мне преподали хороший, личный пример, — Кларк шагнула вперёд. Она действительно не понимает. И эта загадочность и постоянные, философские рассуждения начинают докучать. Почему нельзя сказать прямо? — Для чего вы мне всё это рассказываете? — Чтобы ты перестала быть наивной девчонкой! — несдержанно шагнула к ней Лекса в ответ. Их взгляды вновь наполнили кабинет искрящейся яростью в воздухе. Чувства обострились до предела: злость и притяжение — гремучая смесь, которая сводит их с ума. — Знаешь что, Кларк? — она подошла ещё ближе, так что между их телами осталось незначительное расстояние. Кларк от неожиданности вздёрнула подбородок, скрестив руки на груди в защитном жесте. — Я специально дала тебе все документы, чтобы ты прочла. Но раз ты не придала этому значения, то теперь неси за это ответственность. Ты мой стажёр, а не Кейджа, и это очередная проверка, которую ты не прошла! — Я поняла! — Кларк эмоционально махнула руками в сторону. — Я умею читать, но как я должна была отказаться? — Ну уж дерзить мне у тебя смелость есть, — упрекнула её Лекса. Кларк нахмурилась. — Хорошо, Кларк. Я помогла тебе тогда с Финном, — что-то тревожно подскочило к горлу Кларк и опустилось обратно к груди. — Но в этот раз я тебе помогать не буду, чтобы впредь была умнее. — Что? — Кларк стоически, выдохнула в лицо Лексы, которая так непозволительно близко оказалась рядом. — Раз взялась делать чужую работу, — Лекса быстро опустила взгляд к губам, сглатывая своё желание поцеловать девушку, что может привести к ещё большему расстоянию между ними, — то к концу дня будь добра выполни. — Вот и выполню, — обижено ответила Кларк и, хмыкнув, развернулась, чтобы уйти. — Вот и увидим! — дверь закрылась. — Упрямая девчонка, — нежно произнесла Лекса в пустоту кабинета, чувствуя растущую на лице ласковую улыбку.

***

Лекса специально попросила Кейджа нагрузить Кларк дополнительной работой, чтобы посмотреть её реакцию. У мужчины всегда были проблемы из-за молодых практикантов в их компании, он словно ощущал их соперниками за его место: молодые, талантливые умы, способные затмить простой десятилетний опыт. И пока что всё идёт так, как она задумала. Единственное, что не рассчитала Лекса — это Джереми, притягательно суетящийся вокруг Кларк. — Мистер Джонсон, — резковато окликивает парня Лекса. Он испугано дёргается и поворачивается к ней лицом. Кларк виновато пододвигает к себе чертежи. — У вас мало работы? — Нет, мисс Рейн. — Тогда почему вы ещё здесь? — Я… я просто хотел помочь, — он смущенно почесал затылок. — Ещё раз увижу вас рядом с мисс Гриффин, — Лекса неодобрительно посмотрела на Кларк, — то вы поменяете место локации в офисе. Она не уверена, что говорила о его помощи Кларк. Часть её была в неосознанной ярости столь близкого общения этих двоих. Лекса негодовала, ощущая расползающееся неприятное чувство, как если бы у неё была слабость при высокой температуре или попадания яда в организм. Тяжесть заполнила её сердце и стянула кнутами, побуждая стиснуть зубы и испытать наплыв мерзкого холода. — Но… — Я всё предельно ясно сказала, мистер Джонсон? — надавливая своим высоким положением, спросила Лекса. — Да, простите, — он опустил взгляд и, сказав Кларк «удачи», пошёл в сторону своего стола. — Это было обязательно? — еле слышно произнесла Кларк, чтобы другие сотрудники их не слышали. Всё-таки одно дело, когда они наедине, а другое — когда открыто, находятся на глазах перед всеми. У неё нет никакого права подрывать авторитет Лексы в её собственной компании. — Ты должна выполнить свою работу сама, — также тихо объяснила Лекса, смягчаясь в отсутствии Джереми. — И что будет, если я не сделаю этого? — уволить-то она её не может. Кларк ухмыльнулась. — Ты будешь наказана, — сглотнула Лекса. Она почувствовала теплый приток в груди, который быстро спустился к низу её живота и начал распространять его по щекам и лицу. Ох, чёрт… — У меня есть много способов, чтобы наказать своих сотрудников, — хрипло добавило она, пребывая в шоке от своего голоса. Секунду назад ей хотелось исправить первую часть предложения, но на второй всё стало намного хуже. — Не знаю, хочу ли я знать, что вы… что вы подразумеваете под всем этим. — Они, что флиртуют? Лекса расширила глаза в удивлении, её щёки начинали усиленно гореть. Кларк волнительно сжала ручку. Она чувствовала дикое смущение и мелкую дрожь от зелёного взгляда Лексы, как из-за летней прохлады дождя среди тёплого лета. В нём отражалась глубокая философия, которой известны все тайны мира: о разладе в её душе, о расколе и борьбе в её сердце, о падении и попытке подняться в жизни. — Правильно, поэтому лучше сделай, — ответила Лекса. Кларк подняла на неё недоуменный взгляд, побуждая её пойти в сторону своего кабинета, хотя изначально она шла в другом направлении. Но обескураженность и учащенное сердцебиение, буквально кричали на неё, просили сделать перерыв, чтобы привести мысли в порядок и успокоить вспыхнувшие, странные фантазии в голове о наказании, которое она может устроить Кларк. Или Кларк Лексе… Господи…

***

Лекса тяжело вздохнула, когда закончила со своими делами. За окном давно стемнело и скорее всего все её сотрудники уже давно разошлись. Она выключила ноутбук, помассировала виски, после усердного рабочего дня, и, взяв сумку, направлялась к выходу из своего кабинета. Когда она прошла вперед, то увидела, что в офисе всё ещё горит свет над одним из столов. Кларк… Лекса мягко улыбнулась такой упрямой черте девушки. С одной стороны, это хорошо, ведь это поможет ей стать пробивной личностью в мире бизнеса, но с другой… для их отношений, это прочная, крепкая стена, которая мешает возращению стабильного общения между ними. Но Кларк стоит того, чтобы за неё бороться. Кларк всегда того стоила. Жаль, что мы понимаем всё, только тогда, когда нога находится в нескольких сантиметрах от пропасти, вблизи опасности падения глубже, и всё, что удерживает от свободного полёта в неизвестность — это простая, засасывающая надежда. Сердце Лексы пропитанно ею. Люди не могут пересекаться несколько раз без знака судьбы и шанса начать заново. — Кларк, — нежно протянула Лекса. Лекса архитектор. Она создаёт свою уникальную линию, где чистый лист бумаги — это начало новой жизни для творчества, а карандаш в руках — средство достижения целей, как и её связь с Кларк, с помощью которой у них есть возможность стать чем-то большим. — Я слышу, — не поворачиваясь лицом к Лексе, отозвалась Кларк, — я просто… я думаю, что почти закончила. Лекса подошла к ней, разглядывая проделанную работу через её плечо. И опять всё не правильно. Кларк выглядит настолько увлеченной, что как бы ей не хотелось уйти домой, чтобы вытянуть ноги, мягко укрыться пледом и выпить горячего чая или чего покрепче, — это останавливает её. Она берёт второй стул и садится рядом с девушкой, под её заинтересованный взгляд синих глаз. — Дыши глубже, Кларк, — предупреждает её Лекса, — потому что всё придётся переделывать. Кларк расстроено хнычет. — Но как же? Я старалась повторить. — Не нужно повторять, это раз, — Лекса вытаскивает из руки Кларк карандаш, чтобы сделать быстрые пометки на чертежах, — нужно понимать, это два. Вот смотри, — она постукивает грифелем по бумаге, — ты делаешь всё, как где-то вычитала и увидела, верно? — Да… — Кларк не смотрит на чертёж, она рассматривает красивый профиль Лексы: аккуратные, маленькие уши, изгиб подбородка по-королевски приподнятый вверх, сопутствующую ему прямую осанку, волосы, изящно спадающие на плечо, подчёркнутые лунным светом с окна. От неё доносится приятный запах духов, которые снабжают лёгкие Кларк радостным восторгом и усиливают в ней желание придвинуться ближе. Лекса поворачивает голову вправо, замечая заторможенность Кларк. В груди стягивает, а воздух пропитывается словами: «Ты нужна мне, ты нужна мне, ты нужна мне»… это крутится внутри неё, как всеобъемлющее чувство. Сердце в груди — бьётся с такой силой, будто сейчас разоврётся, а его удары разносятся в тишине головы и комнаты. Она хочет поцеловать её…. Но не целует. — Всё куда сложнее, если подумать, Кларк, — Лекса щёлкнула кончиком языка, чувствуя растущее желание попасть в её объятия. Просто близость. Просто тепло. Просто ощущение чужого тела рядом с твоим и ничего более. — Вам об этом не говорят в институте, но когда ты работаешь над проектом, всегда следует учитывать такие вещи, как экономичность, выгодность, удобность. Поэтому я и просила тебя поразмышлять, когда ты садишься за работу — ты должна думать и смотреть не просто перед собой, а вглубь. — Хорошо… — вдохновленно выдохнула Кларк. Лекса всегда впечатляла, своей неординарностью, её видно невооруженным взглядом. Эта одна из её настоящих, неотразимых сторон, в которую влюбилась Кларк: притягательно и бесповоротно. — Хорошо, — Лекса сжала в руке карандаш, чтобы не сократить расстояние между их лицами. — Ты не справилась. — К сожалению, — Кларк раздосадовано отвела взгляд, но по какой-то причине это чувствовалось и выглядело иначе. — Какие будут указания, мисс Рейн? — Поужинай со мной. — Что? — сердце Кларк пропустило пару резких ударов. — Ты… — она растерянно запнулась, — вы опять за своё?! — Нет-нет, — с несдержанной улыбкой покачала головой Лекса. — Просто ужин. Ты так усердно пыталась сделать, что даже задержалась, потратив своё личное время. Позволь мне угостить тебя ужином. — Вы всех своих сотрудников угощаете ужином? — Кларк вытащила карандаш из рук Лексы, и начала аккуратно складывать чертеж, чтобы доделать его завтра. — Свою секретаршу, например? Лекса сдержанно улыбнулась. — Не всех, — сказала она, пристально наблюдая за суетящейся Кларк, — только тебя. — Ммм, — Лекса выдернула карандаш из рук Кларк обратно себе, заполучая её сердитое внимание. — И чем я так отличаюсь от остальных? — Может, я хочу лучше узнать своего стажёра, — игриво протянула Лекса, забыв о том, что должна держать чувства под контролем. — По-моему мы достаточно узнали друг о друге, — с болью в груди протягивает Кларк. Она встаёт с места и Лекса следует её примеру, предотвращая побег, — боже, она так давно не была столь настойчива к девушкам. Её до сих пор пугает, что Кларк может оказаться простым спортивным интересом из-за своей недоступности. Это кружит голову. Она прижимает Кларк своими бёдрами к столу, расставляя руки по бокам. — Кларк, — умоляет Лекса, смягчая «к». — Лекса, — неожиданно для себя произносит Кларк, опаляя горячим дыханием лицо девушки напротив. Воздух между ними буквально разряжен. Лекса смотрит ещё трепетней, ещё мягче, чем прежде, она так соскучилась по тому, как звучит собственное имя хриплым, томным голосом Кларк. — Ужин. — Объяснение, — парирует Кларк. Ей определённо нужно, чтобы Лекса, наконец, расставила всё по местам и уменьшила её чувство потерянности, из-за постоянных задач и расспросов, то в кабинете, то в офисе. И она, в конце концов, хочет заняться проектом. — Договорились, — кивает Лекса, отпрянув от девушки. Кларк решает попробовать.

***

Всё пошло не по плану. Ну ещё бы, ведь Кларк и план — не совместимые вещи. Лекса думает, что в следующий раз, ей необходимо это учесть. Но, так или иначе, они в тишине дошли до небольшого ресторанчика на соседней улице, и это уже о многом говорит. Кларк ведёт себя подозрительно спокойно, что заставляет Лексу нервничать, будто у них действительно свидание. Это не оно. Это осторожное, не броское перемирие, чтобы иметь возможность хоть немного обсудить то, что происходит между ними. Кларк утихомирила свою обиду на время, а Лекса страсть, что кипит в жилах и заставляет её придумывать способы сократить между ними расстояние. Она по каким-то причинам никогда не задумывается, что лежит за всем этим. — Итак, — говорит Лекса, когда им приносят еду, — что ты хочешь знать? — Во-первых, мисс Рейн, — ехидничает Кларк, но Лекса не чувствует прежнюю злость в её голосе, она улыбается, — зачем нужен был тот спектакль с документами? И как всё это относится к тому, что я до сих пор не работаю над проектом? Умная девочка… — Потому что ты не готова, — просто отвечает Лекса. — Ты находишься под властью эмоций. Важно понимать, что чтобы ты ни делала — проявлять эмоции на работе нельзя. — Я злюсь, — хмурится Кларк. — Я знаю, — она сильнее, чем нужно отрезает кусочек от стейка. — Но каждый раз, когда ты делаешь это, я отчётливо вижу, что эта злость направлена не на меня, а на то, что скрывается за этим. Кларк больно сглотнула, беря контроль над своими эмоциями. Всё что говорила Лекса — правда, которую она не может отрицать, как бы того не хотела. — Тогда почему ты продолжаешь это делать?  — Ты хотела, чтобы мы соблюдали рабочие отношения, поэтому я решилась создать для тебя рабочую ситуацию, из которой ты могла бы вынести урок. По этапам показать тебе те или иные стороны бизнеса, — аристократично проговорила Лекса. — Я лишь хочу показать, что я не враг тебе, Кларк, и я действительно могу научить тебя многому в том, что мы делаем. Они сломано взглянули друг на друга. — Я… — дыхание спёрло. Кларк хочет прекратить испытывать влюбленность к Лексе. Она её разрушает и даёт надежду одновременно. Кларк желает сделать шаг вперёд, но всегда ожидает подвох, поэтому отчаянно делает назад. Наказывает и себя, и Лексу. Но делать вид, что она всё также безразлична — перестаёт быть возможным. Порой в подсознании появляется новое опасение: лишиться Лексы навсегда. Эта мысль заставляет смягчиться, чтобы убрать холодное ощущение пальцев вокруг её горла. Оно уходит. И она оставляет попытки нагрубить Лексе. Просто потому что Кларк чувствует, как теряет себя. В школе над ней многие издевались: иногда приходилось закрывать лицо руками и терпеть, терпеть, терпеть до слёз в глазах, до рвотного рефлекса в животе, и хриплого, болезненного крика в глубине души. Но даже так она всегда оставалась собой. Она оставалась Кларк Гриффин — девочкой, которая предпочитает мирное решение проблемам. Девочкой, чьё сердце горело любовью и теплом невзирая ни на что. Она ведь никогда не была грубой. Никогда…  — Я думаю, что поняла твоё объяснение в офисе, — осторожно, делая шаг вперёд навстречу Лексе, говорит Кларк. — Спасибо. — Лекса мягко приподняла уголки губ вверх. — Это ты уволила Финна? — поджав губу, спросила её Кларк. — Да, — кивнула Лекса. — Ты была так подавлена, что я не могла оставить всё, как есть. — Я ничего не понимаю… — обессилено ответила Кларк, положив вилку: есть категорически перехотелось. — Почему ты рассказываешь мне это? — Я хочу подготовить тебя к тому, что будет, когда мы начнём работать, — прикрылась другой темой Лекса. — Я знаю своих людей и их отношение к молодым стажёрам. Я не всегда буду рядом, поэтому ты должна научиться не позволять другим прогибать себя и делать за них работу. — Я не знала, как поступить. — Ты должна научиться, — ещё раз повторила Лекса. Она была собрана и внимательна, разрушительно спокойна, скользя взглядом по лицу Кларк, рассматривая розоватые губы, маленькую родинку, и усталость, отпечатавшуюся в её синих глазах. — Это тяжело, да, но справившись с отрицательными сторонами, ты увидишь и положительные, — улыбнулась Лекса. — Архитектор, Кларк, — она говорила от чистого сердца, с приторным чувством глубоко внутри и с мелким ощущением щекотливой трогательности в глазах, — это в первую очередь творец. Архитектор, может сделать ошибку, как и исправить её, — слова, наконец, обретали смысл и становились искристо правильными. Они приносили лёгкость и проливали свет на холодный страх Кларк. — Архитектор, может создавать и управлять проектом, в точности, как и своей жизнью. Мы, — она подчеркнула это слово, — творцы своей судьбы, Кларк. Лекса потянулась и положила ладонь поверх не сильно сжатого кулака Кларк. Они посмотрели друг на друга, слыша, как далеко-далеко раздаются триумфальные колокола в их подсознании. Кларк наперекор себе медленно, боязливо раскрыла руку, позволяя насладиться тяжестью и ощущением чужого тепла. Их пальцы нежно прошлись по коже и переплелись, как и их судьбы полгода назад. Они почти-почти позволили себе потеряться в этом спектре ненормальных, щемящих сердце эмоций, позволили себе насладиться хотя бы такой близостью, с горечью прикрывая глаза. И всё рассыпалось. — Прости… — Кларк аккуратно убрала руку. Она боится вновь открыться; боится, что зелёные глаза на самом деле врут, хотя горят искренней правдой; боится, что Лекса вновь сыграет на её чувствах и бросит. Ей страшно и до боли тревожно каждый раз, когда между ними сгущается воздух и стремительно уменьшается расстояние, потому что пухлые губы до безбожности притягивают и просят прильнуть к ним своими, чтобы ощутить вкус и нежность. У неё кружит голову и, кажется, что она вот-вот сломается и пойдёт наперекор своим запретам. Но в самый последний момент страх всё равно побеждает. Кларк поддаётся ему, а не тяге в ласковом взгляде Лексы. Кларк испытывает невероятное давление в груди и предпочитает держать своё сердце закрытым. Так проще, легче, безопаснее, потому что никто не сможет вонзить в него нож и оставить там ещё больше открытых ран и мелких порезов. Кларк устала. Кларк боится. Кларк напугана. А её сердце кровоточит. И это не вина Лексы. — Прости, — повторяет она. — Я лучше уйду. Лекса в сомнении кивает. Кожа под её пальцами горит, даже после ухода Кларк. Она поворачивает ладонь к себе лицом, наблюдая за тем, как рука дрожит от полноты эмоций, которые прошлись по ней из-за невинного контакта. Прикладывает руку ко лбу, ненадолго закрывая глаза, чтобы прийти в себя. Отпустить Кларк было не простым решением. Но только так они смогут достигнуть и услышать друг друга: малыми порциями, постепенно, не спеша. И теперь им действительно потребуется время.