От ненависти до любви один шаг

Тэхен не знает, каким образом это получилось, но проснулся он на Чонгуке в расстегнутом халате и в позе звезды. Разумеется, все это дело было запечатлено на фотоаппарат Чимина уже пару часов назад, а сам парень теперь болтался в комнате Намджинов. Тэ, проснувшись, постарался сделать вид, что ничего не было, и как можно медленнее сполз с тела снизу, плюхнувшись рядом. Похоже, требовалось чуть больше поспать, чтобы выспаться. Так что он уснул в ту же секунду, как его голова вновь оказалась на подушке. Чонгук, почувствовав, что все махинации старшего прекратились, приоткрыл один глаз, чтобы удостовериться, что никто за ним не наблюдает. Выражение лица спящего вселяло какое-то чувство умиротворения, и взгляд младшего немного задержался на Тэ. – Проснись и пой, – внезапно влетел в комнату Чимин, оглушающе громко говоря, от чего бедное сердечко Чонгука перевернулось пару раз, а Тэхен вообще не мог больше спать. – Нас ждут великие дела! – Что за великие дела с утра пораньше? – пробормотал Тэ, переворачиваясь на другой бок и пытаясь нагнать ушедший сон. – Ну, к примеру, завтрак, – начал загибать пальцы Чимин, – источники, посещение храма на горе Чусей... От бесконечного потока мест для посещения тело начинало заведомо испытывать усталость и предпочло укутаться в тёплое одеялко, подальше от всех проблем. Когда Чимин закончил, его уже никто не слушал, а толстое одеяло показывало наличие под ним двух тел. Послышались шаги и голос Сокджина. Вот теперь им не скрыться - ребята это знали. Они мигом вынырнули из одеяла и принялись одеваться. Но то, что голоса в коридоре делались громче с каждой секундой, необычно пугало. Джин и Нам никогда не ругались. Только в шутку, подурачиться. И вот, когда на Тэ и Гуке уже были свежие кимоно, в комнату влетел Джин, выглядевший взволнованным и даже слегка напуганным. – Готовы? – все направились на завтрак. Непривычно, однако Намджун шёл позади всех, зажимая в зубах дымящуюся сигарету(что ненавидел Джин), а старший вёл всех спереди, не обмолвившись ни словом со своей парой. На завтраке людей было немного. Наша компания устроила себе отпуск, однако другие преимущественно работали. За столом Намджины вновь сели так, чтобы друг друга не видеть и даже не пересекаться взглядом. Тэхён чувствовал себя неуютно, точно так же, как и Чонгук. Старший краем глаза наблюдал за Чоном, сам не зная почему. Его кимоно, в отличии от собственного кимоно Кима, было тёмным, у полов с белыми одуванчиками. Тэ даже усмехнулся: и тут Чонгуку нужна была роскошь. Он взглянул на глубокий вырез парня, обнажающий мужское горло и слегка выступающий кадык. Ким на секунду разучился дышать, непроизвольно закусив губу. Опять эти чёртовы извращенские мысли. Чонгук удивлённо поймал взгляд старшего, и тот отвернулся в смущении, но ухмылка не спряталась от слуха его хёна. Через секунду место вокруг младшего атаковали миловидные женщины с пышными формами, да и молодые парни, жаждущие внимания со стороны Гука. Тэ тихо скрежетал зубами, в руках сжимая вилку, которая грозилась переломиться от давления, пока Чон отвечал на вопросы типа его имени и даты рождения. Что это он им разотвечался? Таких надо сразу отгонять. Идите клейтесь к кому-нибудь в другом месте. И, подпитываемый собственными мыслями, старший вскочил, хватая Чона за рукав и гневно воззрился на людей, его окружавших, а затем просто выбежал из столовой, утаскивая младшего за собой. Их руки все ещё были сцеплены, и Чонгук мог чувствовать ускоренное сердцебиение Тэ. – Что это было? – задал вопрос Чонгук. Задал, но не получил ответа. Ведь откуда Тэхён знал, что это было? – Знаешь, – начал Тэ через десять минут молчания, – мне трудно. – Чонгук хмыкнул, – мне правда очень трудно. Все эти дела с компанией, то, что между нами.. – запнулся,– скажи, – и из глаз непроизвольно брызнули слёзы, – почему ты меня так ненавидишь? Чонгука будто облило холодной водой. Он хорошо помнил тот их первый день знакомства, помнил, что тогда случилось. Но... был ли он прав? Вот так вот поставить крест на человеке, не зная его мыслей и чувств. Он сожалел. Откровенно сожалел и, поддавшись минутному порыву, он обнял хёна, прижимая его к себе. Зубы скрежетали от злости к самому себе. Тэхён находился в шоковом состоянии примерно минуту, но затем разревелся с новой силой, утыкаясь в плечо младшего, а пальцами сжимая мягкую ткань на его спине. – Я приревновал тебя, – честно, оно и правильно. Ещё один шок. – Что?! – Что слышал, – улыбаясь, ответил Гук, – как и ты меня. – Когда? Ничего подобного. – Да только что... или мне следовало остаться с ними? – Тупой Чонгук, – изрёк Тэ, вырываясь из согревающих объятий и направляясь обратно в сторону столовой. Это слишком смущало. Но Тэхён был рад. После посещения всех достопримечательностей города, тело ломило от усталости. Естественно, ведь прокатавшись по городу туда-обратно, не имея чёткого плана, но каким-то образом сумев осмотреть абсолютно все интересные места, все были уставшими и тихими. Все, кроме Чимина, который выступал инициатором путешествия и по совместительству нескончаемым источником энергии. Джин подошёл к Тэ и Гуку. – Ребят, я могу попросить вас об услуге? Два любопытных взгляда уставились на старшего в немом вопросе. – Мы с Намджуном слегка поссорились, – начало уже пугало, – но сумма за наш номер уже внесена и мне не хотелось бы терять деньги. Нужно два человека... Сможете помочь? – Джин обаятельно улыбнулся. Тэхёна напрягла просьба старшего. Очень напрягла. Мало этой странной ссоры, так и эта просьба... Джин никогда не обращал особого внимания на такие мелочи, однако, возможно, Тэ чего-то не знал. Но это чувство подставы не отпускало до конца. И он ещё не представлял, насколько был прав. Пока Тэ был погружён в свои глубокие мысли, Чонгук согласился помочь, на что получил благодарную улыбку Сокджина. Когда вещи были перенесены, Тэхён открыл окно, проветривая комнату и надеясь избавиться от той давящей боли в голове. И тут он осознал нечто важное. Это будет их последняя ночь на источниках, которую он проведёт в чонгуковской компании. Один на один. В одной комнате и на одном татами. Однако прямо сейчас следовало собираться в купальню, о чём оповещал Гук, стоявший у выхода из комнаты в халате и перекинутым через плечо полотенцем. Через пару минут они уже заходили в душевую с полотенцами, повязанными на бёдрах. Каждый пытался незаметно рассмотреть тело другого, и Тэхён, с замиранием сердца заметил изящные кубики пресса на чонгуковском теле, которых у него самого, к сожалению, не было. Чон рассматривал изящное и подтянутое тело рядом, почти полностью обнажённое, а когда Тэ стянул с себя полотенце, устраиваясь ко всем своей шикарной задницей, чтобы помыться, Гук и вовсе испугался возможности образования незапланированной эрекции в общественном месте. Горячая вода в контрасте с ледяным воздухом будоражила, и ТэТэ поёжился, пока заходил глубже в воду. Остальные уже были в воде, за исключением Чонгука, который задержался где-то сзади. Тэхён полностью залез в воду, чувствуя нахлынувшее тепло, и провёл руками по своим бёдрам, разгоняя тепло по телу. Взгляд зацепился за отражение в воде, и собственное лицо показалось ему уставшим и измождённым. Пепельная чёлка прикрыла лицо, и Тэ больше не слышал голосов друзей. Единственным, за что уцепился его взгляд, был Чонгук, который, ничего не скрывая, залез в воду, плавно погружаясь ниже. Странно. Тэхён старше. Тэхён должен быть накачаннее. Но всё же тело Гука ужасно манило, и Тэ, погружённый в свои не особо приличные мысли вскоре понял, что думать надо меньше. Он чувствовал напряжение там, внизу, а так же становившийся всё более чувствительным собственный член. Немая паника охватила парня, но он не двинулся, понимая, чем это может закончится. Сидящий рядом Чонгук заметил перемены в поведении Тэхёна и напрягся. Тот сидел молча, а за взглядом, прикрытым чёлкой, нельзя было проследить. – Мы пойдём, – Джин встал, хватая Чимина за руку. Собственно, кроме них в компании Тэ и Гука никого не было. Повисло напряжённое молчание. Но напряжённым оно было лишь потому, что напряжение стояло между ног старшего. Он не мог придумать ничего лучше, так что просто обратился к Гуку, указывая пальцем куда-то в небо. – Смотри, – и, воспользовавшись минутным замешательством младшего, выпрыгнул из воды, резко оказываясь на холоде и прикрывая стояк своим полотенцем, а затем, надев халат, быстрее помчался в сторону комнаты. Сердце стучало в висках, тело горело, желая отведать или быть отведанным. Тэ не знал, что делать. За дверью послышались шаги и единственной адекватной мыслью было притвориться спящим. Он прыгнул под одеяло и накрылся с головой. – Тэхён? – с каким-то сомнением спросил Чон. – У тебя всё хорошо? 'Да, сука, лучше не бывает' - огрызнулся старший в собственных мыслях. Свет всё ещё был выключен, и Гук, похоже, не собирался его включать. Он лёг под одеяло, и Тэ буквально чувствовал, как внизу окрепла его плоть. Надо было срочно что-то делать. Он лёг спиной к Чону и только коснулся себя, как талию обвили две крепкие руки, а шею внезапно опалило горячее дыхание. Кто-то попал...