prince of peace

Неделя пролетела быстро. Сехун лежал на траве школьного сада, подложив под голову рюкзак и слушая музыку. Был хороший послеобеденный день, и у Сехуна было окно, которое он решил провести, лежа под теплым солнцем. Неожиданно, давно забытая песня Coldplay* заиграла, и Сехун распахнул глаза. Если честно, я скучаю... Сехун не знал, почему его сердце неожиданно стало таким пустым. Он, конечно, очень скучал по своему другу в библиотеке на этой неделе. После их последней встречи, Сехун решил, что не будет нагружать себя предпочтениями эгоистов. Он осознал, насколько привык находиться рядом с молчаливым парнем за две прошедшие недели. Он несколько раз поймал себя идущим в библиотеку, но так и не мог войти. Каждый день он искал глазами в столовой хоть какой-нибудь кусочек человека, о котором он думает так много, но его не было. Сехун подумал, что он, наверное, боится туда приходить из-за риска снова быть избитым. Он вытащил наушники из ушей и закрыл глаза. У него не было времени на мысли о человеке, который даже не хотел общаться с ним. Он лучше заострит внимание на людей, которые были очень дороги ему. Его семья и сумасшедшие, но удивительные друзья... Это ничего не меняло, если он не мог подружиться с человеком, который интриговал и волновал его так сильно. — Эй, маннэ! — прокричал голос, и Сехун открыл глаза, чтобы увидеть двое надоедающих братьев, возвышающихся над ним. — Занимаешься фотосинтезом? — Уже нет. Ты загораживаешь мне мое драгоценное солнце, Пчёль-хён, — улыбнулся Сехун, садясь прямо. Сухо присоединился к ним через пару минут, плюхаясь на траву. — Так вы разузнали? — взволнованно спросил он Бэкхёна. Бэкхён кивнул с устрашающей улыбкой на лице. — Шпионите за какой-нибудь девчонкой-цветочком? — поднял бровь Сехун. — Вообще-то, — сказал Чанёль, игриво улыбаясь, — это красивый мальчик-цветочек в этот раз. — Мы кое-что разузнали о парне, которого спасли в тот день, — широко улыбаясь, сказал Бэкхён. Сехун застыл на месте. Прежде, чем он смог остановить себя, слова вылетели изо рта: — Что ты имеешь ввиду? — Его зовут Лухан. Лухан... Лухан... Почему это имя звучит так прелестно? — поинтересовался Сехун, в душе улыбаясь. — Он выпускник, — продолжил Чанёль. — Учится в классе 2, и, видимо, вундеркинд. — Учителя любят его из-за того, что он тихий, слушает их и получает хорошие оценки. Одноклассники не так сильно. Его задирают и избивают примерно так же, как и на прошлой неделе. Многие думают, что его не существует. Сехун тихо вникал в информацию, которая раздражала его по какой-то причине. Но информация, вроде, совпадала с его наблюдениями. Но ему было этого недостаточно, и он хотел узнать еще больше об этом парне. Непреднамеренно, он ждал у школьного входа в тот день, стратегически прячась и смотря на всех ребят, уходящих домой после длинного трудного рабочего дня. Он искал хрупкое напуганное тело среди толпы. Он был озабочен, что не найдет его, но улыбнулся, когда нашел "цветочного паренька", молочная кожа которого светилась от мягких послеполуденных солнечных лучей. Сехун интересовался, как такой привлекательный парень считался несуществующим. Лухан шел в спешке со старым рюкзаком на плечах, прижимая книги к своей груди. Сехун скрытно последовал за ним, убеждаясь, что его ноги не шаркали, и эффектно прячась в толпе. Он чувствовал себя виноватым, ведя себя, как идиот, но он ничего не мог поделать. Он последовал за Луханом в ближайший район с маленькими уютными домами. Сехуновские исследования показали, что Лухан всегда ходил с опущенной головой, как будто если он посмотрит в чьи-то глаза, то это нанесет ему вред. Но выглядело так, будто Лухан хорошо знал, куда направляется. Он остановился возле милого фиолетового домика и выкрикнул своим мягким мелодичным голосом: — Бо-бо-я! Сехун, прячущийся за углом, вдруг почувствовал тепло, разливающееся у него в животе. Первый раз, когда он услышал голос Лухана, был тогда, когда его избил Тэву и его компания. В тот раз, его голос был напуганным и отчаянным. Но сейчас его голос был полон любви и нежности. Сехун вдруг очень захотел услышать свое имя, произнесенное этим нежным голоском. Сехун выглянул из-за угла, убеждаясь, что его пшеничные волосы не привлекали внимание Лухана. Ребенок не старше восьми выбежал из железных ворот, прыгая в объятия Лухана. Лухан счастливо засмеялся. Блять, он смеялся! Глаза Сехуна расширились, стараясь запомнить счастливого Лухана, который, как он думал, не существовал. Может быть, только этот ребенок мог делать его таким. Сехун не мог поверить, каким счастливым и завораживающим выглядел в этот момент Лухан. Его огромные глаза мило сузились, а губы растянулись в довольную улыбку, показывая его идеальные белые зубы. Его лицо сияло ярче, чем полуденное солнце, слепящее с небосвода. — Как прошел твой день? — нежно спросил Лухан и Сехун задумался, почему кажде слово, слетающее с его губ, делало Сехуна слабым. Тот Бо-бо совсем не был похож на Лухана, и это озадачивало Сехуна. Он не был уверен, какая родственная связь была у Бо-бо и Лухана, но они точно были близки. — Я сегодня ел молёфеное! — мило прошепелявил Бо-бо и Сехун подавил желание громко сказать "Оооооо". Девушка с каре и большими глазами вышла из дома, улыбаясь. — Спасибо за то, что присмотрели за ним вместо меня, Эмбер-нуна. Надеюсь, он не сильно доставал вас, — сказал Лухан, улыбаясь ей. — Вовсе нет, — продолжала улыбаться Эмбер. — Он очень послушный ребенок. И перестань все время благодарить меня, ты... Лухан засмеялся, и Сехун прикрыл рот рукой, пытаясь перестать громко вздыхать от умиления. — Как дела дома? — спросила Эмбер, становясь серьезной. Улыбка Лухана пропала. — Как обычно. Еще одиннадцать месяцев, — ответил он бесцветно. Эмбер кивнула. — Ты же знаешь, что я всегда готова помочь тебе и Бо-бо, верно? — сказала она. — Я знаю, — тепло улыбнулся Лухан. — Вы и так присматриваете за ним для меня каждый день после школы. Я не смею просить чего-то большего. Вскоре, Лухан и Бо-бо направлялись к своему дому. Сехун продолжил идти за ними, пока они не дошли до дома, расположенного не так далеко от дома няни. Лухан сел на колени перед Бо-бо, поправляя его воротник, хотя тот и не нуждался в этом. — Бо-бо, ты же знаешь, что делать, да? — тихо спросил он. Бо-бо кивнул, смотря вниз точно так же, как и Лухан, прежде чем тот забрал его. — Хороший мальчик, — сказал Лухан, поцеловав Бо-бо в лоб и крепко сжимая его ладошку. Он глубоко вздохнул и открыл калитку, входя в неопрятный дом с забытым садом и мусором, валяющимся во дворе. Шестеренки в мозгу Сехуна бешено крутились. Что имел ввиду Лухан, сказав еще одиннадцать месяцев? Почему так резко поменялся настрой прежде, чем они зашли в дом? Это вообще было жильем со всем этим мусором, валяющимся повсюду? Какими людьми были родители Лухана?

***

Пятница этой же недели. Уставший и потный Сехун шел из танцевального. Сегодняшняя репетиция была изматывающей. Причина? Он услышал, что фестиваль в школе будет через пять месяцев. Он хотел станцевать с Каем — его другом. Кай был хорошим танцором. Все хвалили его пластичность, грациозные движения и завораживающие выражения лица. Сехун, наоборот, считался средним танцором на фоне своего лучшего друга. Сехун был в тени Кая, так что он хотел вырваться из кокона и доказать, что он ничем не хуже. Наверное, стоит выступить сольно в этот раз, — подумал он. Он быстро ополоснулся и выглянул из окна, чтобы посмотреть на хмурую погоду. Только несколько дней назад погода была такой хорошей, но она ухудшилась всего за пару дней. Дождь лил как из ведра, и Сехун сомневался, безопасно ли было выходить наружу при молниях, стреляющих везде. Вскоре, он осознал, что ситуация была намного хуже, чем он думал. Дождь не ослабевал, а лил только сильнее с каждым часом. Репортеры в телевизоре, включенном в столовой, говорили, что это был самый сильный шторм за это десятилетие, и уже произошло множество несчастных случаев. Людям советовали оставаться дома, пока правительство не посчитает безопасным выходить на улицу. Это означает, что Сехун и практически каждый ученик в школе застряли тут, не имея возможности уйти домой в эту ночь. Вдобавок, все электричество вышло из строя, пока все смотрели новости и все, что их окружало, стало темным. — Как отдел погоды мог пропустить такое? — сбивчиво спросил Чен. — Мне тоже это интересно узнать, — пожал плечами Кёнсу. Он был не против насчет идеи провести в школе ночь, потому что проведет ее с Каем. Остальные, все же, не были так взволнованы. — Я пропущу все свои мыльные оперы сегодня! — проворчал Бэкхён, заставляя всех приподнять брови. — То есть, футбол, — исправил он себя. — Футбол! — Правда? — сказал Кай, издеваясь. — Кто сегодня играет? — Эм... И-игроки против тех, кто пинает? — его друзья не могли сдержать смех. У школы было ограниченное количество чрезвычайных поставок и одеял для учеников. Хорошо, что еды было больше, и они смогли предоставить ее каждому ученику. Столовую очистили от столов и стульев после ужина, чтобы освободить место для отдыха. Сехун и его друзья решили делиться одеялами и спальными мешками, разделившись по парам. У всех был партнер, с которым они должны были спать, кроме Сехуна, который был рад этому. Он уселся на пол с друзьями (убеждаясь, что он не спит рядом с Кёнсу и Каем, которые будут пойманы, занимаясь непристойными вещами ночью, судя по тому, как они смотрели друг на друга). Он посмотрел вокруг, видя, что никто не выглядел несчастным, учитывая факт, что им придется остаться в школе. Все были взбудоражены идеей незапланированной ночевки со своими друзьями. Все выглядели беспечными, все, кроме Лухана. У него были красные глаза и заплаканное лицо, когда Сехун увидел его, разговаривающим с директором, который пытался успокоить переживающего Лухана. Сехун не мог услышать разговор, но было видно, как Лухан умолял директора о чем-то, а тот лишь качал головой. Он что-то смиренно объяснял Лухану, который, кажется, еще больше опечаливался. В конце концов, Лухан выбежал из столовой; директор звал его, но Лухан не вернулся. Сехун заволновался, решая остановить Лухана. — Эй, куда направляешься? — спросил его Крис. — Уборная! — ответил Сехун, торопливо отмахиваясь. — Погоди, я пойду с... — Тао начал подниматься. — Нет! Я иду по-большому, — сказал Сехун, не имея возможности придумать более умную и не такую смущающую идею. — Фу, — хором проговорили его друзья. Сехун неловко хихикнул, не дожидаясь ответа от его своих друзей. Он побежал по темным коридорам, разыскивая Лухана, который выглядел, словно комок нервов. Наконец, он нашел его, стоящим возле одного из школьных выходов и смотря на улицу через закрытые двери. Сехун бежал так быстро, как мог, потому что быстро раскусил, что хочет парень. Он быстро развернул Лухана и обнял. Лухан, который вот-вот был готов открыть дверь и выйти наружу в ливень, был сбит с толку, чувствуя свою хрупкую фигурку, которую прижимали сехуновские руки; их груди соприкасались, а лица были на расстоянии одного выдоха. — Ты спятил?! — закричал Сехун, но Лухан был слишком обескуражен, чтобы нормально ответить. Сехун стоял так близко к нему во всей своей красе. В его глазах плескался страх и забота, и Лухан задумался, за него ли он волновался. Его теплое дыхание чувствовалось на лице Лухана, заставляя покраснеть. — Боже, ты просто сумасшедший идиот, — сказал Сехун, прижимая Лухана к себе сильнее. Сердце Лухана зашлось в бешеном ритме, и он чувствовал, что грохнется в любой момент. Сехун, на другой руке, волновался за него, и Лухан не мог не закрыть глаза, наслаждаясь теплотой этого человека, и это было чувство, доселе незнакомое ему. Взволнованный Сехун смягчился спустя пару минут, разрывая объятия и обхватывая лицо Лухана ладонями, спрашивая: — Ты в порядке? Лухан посмотрел в эти незнакомые сладострастные глаза, которые по-волшебному блестели каждый раз, когда ударяла молния. Он как-то смог кивнуть и оттолкнуть Сехуна. Сехун, осознавая, что он сделал, отвел взгляд и сказал: — Извини, я не подумал... Сехун был затянут близостью с Луханом и видом его огромных прекрасных глаз, которые смотрели на него и говорили, что он стоял слишком близко и нарушал границы близости. Он знал, что никогда не забудет лухановские прекрасные губы, которые находились так близко с его губами, и то, как он прижимался к Сехуну, словно нуждающийся в чем-то младенец. — В-все в порядке, — прошептал Лухан, уперевшись взглядом в пол. — Так что ты планировал сделать? — зло спросил Сехун. Лухан немного отошел назад, сказав слабым голосом: — Я н-не могу остаться... Я должен идти... — Куда? Лухан не ответил, избегая взгляда Сехуна. Сехун подошел к нему поближе, крепко держа за плечи. — Эй, просто скажи мне, — как можно мягче сказал Сехун. — Я попытаюсь помочь. — Правда? — посмотрел на него Лухан туманным взглядом. — Обязательно, — приветливо улыбнулся в ответ Сехун. Лухан расслабил свои напряженные плечи и вытер глаза. — Мой братик... — смог выдавить он. — Я хочу убедиться, что он в порядке. Сехун закусил губу. Он должен быть осторожным, чтобы не позволить Лухану узнать о его преследованиях на этой же неделе, словно он был каким-то чудаком. — Младший брат? — спросил Сехун. Лухан кивнул. — Ты знаешь, ушел ли он из школы? — Да, он покидает ее около трех часов дня и остается с классным руководителем в ее доме, пока я не заберу его в шесть вечера, — тихо сказал Лухан. То есть та Эмбер его классная руководительница... Но почему его брат не идет домой сразу после школы? — подумал Сехун. — Ты звонил учительнице и спрашивал ее? — У-у меня нет сотового, — сказал Лухан, опустив голову. Глаза Сехуна увеличились, но он решил не реагировать и избежать еще худшего для напуганного парня. — Говори ее номер, — сказал он, вытаскивая свой телефон. Но как только он проверил на наличие сети, он увидел, что сигнала нет. — Сомневаюсь, что у тебя есть сеть в такую плохую погоду, — грустно ответил Лухан, предчувствуя то же самое. Сехун убрал телефон, напрягая мозг и придумывая способы коммуникации. Он знал, что интернет тоже не работал, так что отправить эмейл или написать на каком-нибудь сайте не удастся. — О, — прошептал он, когда идея появилась у него в голове. Лухан с надеждой взглянул на него, ожидая ответа. — Мистер Пак, наш проректор и учитель истории, — задумчиво сказал Сехун, — я знаю, что у него есть наземная линия в кабинете. Он не желает носить с собой телефон по какой-то причине, — закончил Сехун, чертыхаясь. Он тут же прикусил язык, осознавая, что только что ляпнул. Лухан пару минут сказал, что у него нет мобильного. — Извини, я не это имел ввиду... — начал он, но Лухан лишь покачал головой. — Как я и говорил, — продолжил Сехун, прочистив горло, — у него есть наземная линия. Мы можем попробовать это, но сработает лишь если у учительницы твоего брата есть такая же. — У нее есть! — сказал Лухан, держа голову между своими крошечными ладонями. — Ее мама остается дома, и она установила наземную линию только в прошлом месяце! — Отлично! — сказал Сехун, улыбаясь. — Н-но, где гарантия, что это сработает? — Не узнаем, пока не попробуем, — упрямо сказал Сехун. — Идем со мной. Он взял Лухана за руку, ведя в кабинет проректора, совсем не замечая тот факт, что Лухан находился все это время в прострации. Он не привык к тому, чтобы его трогали, особенно с искренними намерениями. Они вошли в кабинет Мистера Пака, и Сехун закрыл дверь. Они прошли к телефону, который стоял на прекрасном столе из красного дерева, и Лухан быстро подбежал к нему. — Здесь есть кнопки! — воскликнул он от радости и начал нажимать на цифры. — Я-я подожду... — Сехун начал разворачиваться, но был остановлен хрупкими пальцами, которые взяли его за руку. — Пожалуйста, останься, — сказал Лухан, а его невинные глаза затягивали Сехуна. Он молча согласился, смотря на Лухана, который ожидал, пока поднимут трубку с другой стороны. — Алло? — прозвучал голос Эмбер на другом конце. Лухан чуть ли не закричал от облегчения. Эмбер подтвердила, что Бо-бо был с ней и проведет с ней ночь. Она заверила Лухана, что Бо-бо был в безопасности и ему не о чем волноваться. — Я не знаю, как отблагодарить вас, — с благодарностью сказал Лухан. — Заткнись, парень, — чистосердечно сказала Эмбер. — Я — человек и Бо-бо мне как брат. Это не пожелание, а мой долг. Лухан все равно отблагодарил ее много раз, и Сехун нашел это милым. Он так же мог слышать женщину на том конце, угрожая Лухану, что если он отблагодарит ее еще раз, и это заставило его хмыкнуть. Лухан положил трубку с улыбкой на лице. Сехун уставился на завораживающую улыбку, впервые видя ее вблизи. Лухан повернулся к Сехуну с той же улыбкой, открывая рот и собираясь что-то сказать, но не смог. Дверь распахнулась и Мистер Пак влетел внутрь, утаскивая Сехуна и Лухана за шкирку. — Вы чем это занимаетесь, сопляки? — зарычал он. — Сейчас же в кровать! Он затолкал их в столовую, где почти половина учеников уже спала. — У вас есть одеяла?! — злобно спросил Мистер Пак, и Сехун кивнул. Лухан, боясь ответить, лишь уперся взглядом в пол. — Ты, худой парень, — вновь спросил Мистер Пак, указывая на Лухана. — У тебя есть одеяло? Лухан застыл на месте, и Сехун решил что-то сделать, прежде чем Монстр-Пак станет злым. — Я могу поделиться своим, — быстро сказал он. — Огромное спасибо, сэр. Он быстро схватил Лухана за руку, уводя его прочь от дракона, который, казалось, станет выдыхать огонь в любой момент. — По-поделиться? — сбивчиво спросил Лухан. — Я ни с кем его не делю на данный момент, — тепло сказал Сехун. — Я могу поделиться им с тобой. — Не думаю, что это... То есть, ты... Нет-нет! Я не... — Лухан не знал, как правильно сформулировать предложение. Он взглянул на Сехуна, который нежно улыбался ему. — Все в порядке, — по-доброму сказал Сехун. — Я не против. К тому же, я должен присматривать за тобой, чтобы ты не сбежал опять. — Я-я не сбегу... — покраснел Лухан. Сехун и Лухан обогнули спящих учеников, в конце концов доходя до места, где его друзья уже заснули. Сехун нашел свое одеяло, указывая Лухану на него. Лухан снова вспыхнул, залезая в спальный мешок, куда позже присоеденился и Сехун. Сехун аккуратно накрыл их одеялом, пока Лухан подтянул колени к груди. Глаза Сехуна привыкли к темноте, и он смог увидеть Лухана, слегка сомневающимся насчет сна с незнакомцем. — Спокойной ночи, Лухан, — сказал Сехун, поворачиваясь к нему спиной, чтобы Лухан не так сильно нервничал насчет того, что он делит спальный мешок с ним. — Спокойной ночи, — прошептал Лухан, — Сехун... Сехун почувствовал, как голос Лухана создавал радость в его сердце. Лухан помнил его имя! Все это время Сехун думал, что Лухан просто игнорировал его существование, но, может быть, это не было правдой. Он закрыл глаза, улыбаясь, пока спокойная нега разливалась в его сознании. Лухан смотрел на спину Сехуна, наблюдая за его равномерным дыханием длительное время. Он покраснел, вспоминая глубокий голос Сехуна, который произносил его имя. Он поинтересовался, откуда Сехун узнал его имя. Он поинтересовался, почему Сехун решил помочь ему, хотя Лухан был всем, кроме хорошим с ним на прошлой неделе. Улыбаясь, он закрыл глаза, делая напоминание нормально отблагодарить Сехуна.

***

Понедельник, следующая неделя. Сехун дремал за обеденным столом, пока его друзья о чем-то болтали. Он практически не отдыхал во время выходных, думая о ночи, которую он провел во сне рядом с Луханом. Он помнил, что посреди ночи он почувствовал, как Лухан подвинулся к нему. Сехун почувствовал успокаивающее тепло внутри себя, и позволил Лухану обнять себя со спины. Когда он проснулся утром и повернулся, то Лухана уже не было. Сехун потер глаза, сникнув и интересуясь, снова ли начнет игнорировать его Лухан. Он был уставшим и нуждался во сне. Он думал, стоит ли ему самому наведаться в библиотеку к Лухану, потому что он был уверен, что Лухан никогда не придет и не заговорит сам. Все эти эмоции так утомляли и он не знал, что делать. — Се-сехун? — раздался голос и его друзья резко перестали болтать. Такая тишина разбудила Сехуна, который слегка приоткрыл глаза, чтобы увидеть того, кто звал его, и увидел нервно мнущегося Лухана, стоящего перед ним с друзьями, которые следили за ним. — Извини, если ты спал, я позже подойду, — сказал он, отступая назад. Его друзья теперь уставились на Сехуна, который был полностью проснувшимся, в голове танцующим буги и мило улыбающимся. — Эй, Лухан, — приветливым тоном сказал он. — Как дела? Как твой брат? Все уставились на Лухана, заставляя его занервничать еще больше прежнего. — Х-хорошо, — сказал Лухан, чуть подрагивая. — С ним все хорошо. Просто, я... Сехун терпеливо ожидал, пока Лухан сумеет собрать свою уверенность. — Я пришел отблагодарить тебя, — сказал Лухан, заставляя себя посмотреть на Сехуна. — За помощь на прошлой неделе и за спасение от задир. Это было мило с твоей стороны. — О, это... — Сехуну не хватало слов, пока он чувствовал, как краснеют его щеки. — Это не так уж и важно, правда. — Для меня важно, — продолжил Лухан, улыбнувшись. — Я хотел купить тебе что-то как благодарность, но я не знал, что тебе нравится. Так что... Лухан порылся в рюкзаке, доставая оттуда огромную плитку шоколада. — Надеюсь, ты примешь мою благодарность с этим, — сказал он, протягивая плитку Сехуну слегка подрагивающими руками. Сехун растрогался. — Это... — сказал он, вставая и забирая у того шоколадку. — Я ничего тебе не... — Нет-нет! — помахал руками Лухан. — Ты не должен. Ты и так натерпелся со мной. — Хотя бы позволь мне купить тебе обед, — настаивал Сехун. — Я бы чувствовал себя намного лучше, если бы сделал это. — Я не голодный... — Пожалуйста? Лухан поигрался с пальцами несколько секунд, прежде чем улыбнуться Сехуну на миллион. Сехун почувствовал, как его дыхание прервалось от такого милого лица. — Мне нравятся сэндвичи, — сказал Лухан, заставляя Сехуна счастливо хмыкнуть. Сехун быстро спрыгнул со стула, и они оба ушли к секции с едой. — Что за... — сказал Чанёль, смотря на других. — Что это было? — недоуменно спросил Чен. Все пожали плечами, кроме Сухо, который наблюдал за завязывающейся дружбой между их маннэ и тихим, но хорошим парнем. — Рождение чего-то особенного, — улыбнулся Сухо. И, кстати, так и было...