prince of peace

Вытирая пар с зеркала рукой, Лухан уставился на свое отражение после приема ванны. Он хотел улыбнуться и сказать себе, что все будет хорошо, но он не мог. Он улыбался рядом с Бо-бо, Сехуном и его друзьями в школе, но никогда для себя. Он нежно коснулся своего лица пальцами, думая, что же делать с ним. Сине-фиолетовый синяк на его левом глазу почти исчез. Медсестра в клинике сказала, что шрам под его нижней губой будет виден еще долго. Сначала его друзья были шокированы, видя его в таким, но Сехун соврал, сказав, что Лухан попал в передрягу. После этого, они предлагали провожать Лухана до класса, носить его рюкзак и кормить едой из своих коробочек. Лухан интересовался, почему они так милы с ним, даже если Лухан не отвечал тем же. Или, может быть, так дружба и работала, и Лухан этого не знал, потому что никогда не дружил ни с кем. Но он планировал это изменить. С этих пор он планировал помогать им как можно больше. Он не мог жить с мыслью, что был обузой для кого-то. В тот момент, все, что он хотел, это начать жить нормально, как это было до катастрофы. Вздыхая, он вышел из ванной комнаты, оглядывая гостиную, уверяя себя, что его не поджидает опасность, и пошел собираться в школу. Насколько это ужасно, что он даже не мог спокойно вздохнуть в собственном доме?

***

Сехун стоял перед зеркалом, придавая волосам форму с помощью нелепого количества геля, шумно напевая песню 2PM A.D.T.O.Y. Раньше его волосы были в беспорядке, пока он использовал пальцы, чтобы хоть как-то пригладить их. Но с прошлого месяца все изменилось. Он сам просыпался, принимал душ перед завтраком, стильно укладывал волосы и одевался по последнему писку моды. Он не знал, заметил ли человек, для кого он прихорашивался, все усилия Сехуна, чтобы поразить его. Он также знал, что Лухана не удивишь внешностью и одеждой, так как это было просто дополнением. Сехун должен быть джентельменом. Он вздохнул, улыбаясь и размышляя, думает ли о нем Лухан хотя бы на 1/256 того, как думает о нем Сехун ежедневно. Семья, сидящая за столом, могла слышать жалкую пародию на прекрасную песню 2PM. — Мне нравилась эта песня, — буркнула Сохён. — Теперь больше нет. — Хм, — Кюхён озадаченно почесал подбородок. — Что? — Сехун поет A.D.T.O.Y., — задумчиво сказал он, — он что, втюрился? Все шокировано переглянулись. — Он не ходит больше в школу как бомж, — добавила Сохён. — Вовремя просыпается, — продолжил отец. — Он очень рад, что идет в школу, — заметила мама. — О, не говорите мне... — Сохён округлила глаза в непонимании. — Кто? Кто это? — заинтересованно спросил Кюхён. — Он подружился с этим милым маленьким парнем за эти дни, — сказала Сохён, кивая, — и он похож на щенка, следующим за своим хозяином. — Милый маленький парень... — Ага, он очень красивый, — сказала Сохён. — По-моему, даже слишком красивый и хрупкий. — Интересно... — Он даже пошел в библиотеку ради него, — сказала Сохён так, будто Сехун совершил подвиг Геракла. — Вы можете в это поверить? — Это объясняет хорошие оценки, которые он получает эти дни, — сказал отец, положив газету на стол. — Пап, ты не против, что Сехуну нравится мальчик? — взволнованно спросил Кюхён. Обычно, он был злым и непослушным, но он переживал о своем братике. Его мать и сестра посмотрели на отца с таким же вопросом в глазах. — До тех пор, пока у парня нет двух голов — я не против, — сказал отец, вновь возвращаясь к своей газете. Старшие переглянулись, с облегчением улыбаясь. Когда Сехун спустился вниз к завтраку, все уже ушли в школу. Он присоединился к отцу, который все еще читал газету. Сехуну надо было поговорить с отцом о проблеме, которая доставала его в последнее время. Он решил, что это было идеальной возможностью, так как никого не было, и они не будут комментировать каждое его слово. — Аппа? — с надеждой спросил Сехун. — Сехун-а? — ответил отец заинтересованным голосом, не отрывая взгляда от газеты. — Аппа, одному моему другу нужна помощь, — нервно сказал Сехун. — Это тот красивый друг, рядом с которым ты все время ходишь? — спросил отец, стреляя хитрой улыбкой в сторону Сехуна. — К-как ты... — Сехун почувствовал, как плавится на стуле от стыда. — У меня свои связи, — с улыбкой сказал отец. — С чем ему нужно помочь? Сехун вмиг стал серьезным, а его отец отложил газету, смотря на сына. — А можно узнать чьих-то биологических родителей? — с надеждой спросил Сехун. — Мой друг Лухан проходит Ад с монстрами, с которыми он вынужден остаться... Аппа, я очень хочу вытащить его оттуда. Отец задумался над дилеммой сына. Работая в клинике, он всегда сталкивался со случаями, в которых требовалась помощь соц. поддержки. Из-за этого он знал много социальных работников, цель в жизни которых была направлена на человечность и справедливость, чтобы помочь людям, которым нужна она. — Помнишь Донхэ-щи? — сказал его отец. — Он ужинал с нами пару недель назад. — Ли Донхэ, — кивая, сказал Сехун. — Конечно, он кажется очень хорошим человеком. — Возьми, — сказал отец, протягивая Сехуну визитку, — его контакты здесь. Можешь позвонить и встретиться с ним как-нибудь. Уверен, он знает, что делать. — Большое спасибо, аппа, — сказал Сехун, счастливо обнимая отца. — Не за что, сын. Пусть твой друг не переживает, так и скажи ему, — засмеялся отец. — Передам, — сказал Сехун, закидывая рюкзак на плечо и направляясь в школу.

***

— Получается, что ты не можешь тренироваться эту неделю? — спросил Сюмин. — Не могу, — покачал головой Лухан, — извини. Я все еще восстанавливаюсь после... после инцидента. — Хм-м-м... — кивая, сказал Сюмин. — Ты все еще идешь на пробы? То есть, у тебя есть выходные и следующая неделя, чтобы подготовиться. — Я подумаю над этим, — сказал Лухан, смотря вниз. — Слушай, советую тебе усердно тренироваться остаток времени, — умно сказал Сюмин, — и придти на пробы. Я сам не был профессионалом, когда прошел отбор в команду. Ты потихоньку научишься. — И то верно... — Скажешь мне, если захочешь потренироваться на выходных? — сказал Сюмин, не убирая руку с лухановского плеча. Лухан кивнул, улыбаясь. Сюмин улыбнулся в ответ и ушел. Улыбка Лухана пропала, когда Сюмин ушел. Он задумался, сможет ли пройти отбор с недельной тренировкой. Хромота пропала, но он не хотел потревожить и ухудшить свое состояние. Впервые ему не было больно, и он хотел, чтобы все полностью зажило. Две руки неожиданно схватили его, потащив в спортзал. Крик Лухана был заглушен большой ладонью, пока он пытался освободиться из хватки человека. Его мгновенно отпустили, и он нахмурился, смотря на два смеющихся лица. — Вам обязательно было это делать? — спросил Лухан, поправляя свою майку. — У меня имя есть, вообще-то... — Так веселее, — смеясь, сказал Кай, — прости, хён. — Привидения подали нам эту идею, — сказал Тао с кошачьей улыбкой. — Видно, — закатил глаза Лухан. — Что такое? — Сам скажи, — сказал Кай, пытаясь разглядеть ответ на лухановском лице. — Сехун хотел, чтобы мы научили тебя нескольким приемам самообороны, так что мы тут. — Зачем тебе это нужно, хён? — с интересом спросил Тао. — Кто-то преследует тебя? — Т-типа того, — быстро ответил Лухан, — не прям преследует... Неважно. Не знал, что Сехун сказал вам это. Потому что я никогда не говорил, что нуждаюсь в помощи... — Он прав, кстати, — потягиваясь, сказал Кай. — Тебя обижают, потому что ты кажешься легкой целью. Неплохо иметь немного козырей в кармане. — Да, было бы полезно, — согласился Лухан. Он мысленно сказал себе купить что-нибудь приятное Сехуну позже, чтобы отблагодарить за такую заботу. Кай и Тао были самыми вспыльчивыми в группе. Тао занимался ушу, а Кай был пластичным и быстрым, спасибо танцам и памяти, которая быстро схватывала движения. Они начали тренировку с разминки и медитации, чтобы успокоить тело и голову. Персональные тренера Лухана не решились тестировать его возможности в первый день, вместо этого рассказывая ему о важности критических ударов, которые он мог нанести противнику. Лухан жадно впитывал информацию, следуя указаниям. — Помни, что не обязательно быть сильным, чтобы причинить кому-то боль, — умно сказал Тао. — Тебе нужно найти баланс в теле и быть уверенным в своих движениях. — Никогда не сомневайся в своих действиях, — улыбаясь, сказал Кай. — Если захочешь, то сможешь заставить плакать мужчину в три раза больше себя. Лухан кивнул, фиксируя самые важные советы в памяти. — Не ожидал, что будет так весело, — ухмыляясь, сказал Кай. — Было реально весело, — хихикая, сказал Лухан. — Большое спасибо, ребят. — Встретимся еще раз на следующей неделе? — спросил Тао. — Конечно, сенсей, — сказал Лухан, поклонившись, а двое хихикнули от его милости. — А, кстати, Сехун тебя ждет, — сообщил Кай. — Он во втором танцевальном зале. — Хорошо, я присоединюсь к нему, — сказал Лухан, помахав им рукой.

***

Сехун лежал на полу, пыхтя и пытаясь отдышаться. Он откинул в сторону кепку, прилипшую к его мокрому лбу, взъерошив волосы. Он усердно тренировался последние два часа, оттачивая свой танец. Он улыбнулся, понимая, что осталось совсем чуть-чуть до последнего штриха. Никто не сможет помешать победе на конкурсе в этом году. Даже Кай... Сехун сел, схватив наполовину опустошенную бутылку с водой, лежащую рядом с ним. Он отпил немного, остальное выливая себе на голову, которая, кажется, в любую минуту взорвется. — Сехун? — послышался мягкий голос, и Сехун взглянул на ангельское лицо, которое приближалось. — Хань, — он мечтательно улыбнулся. — Ты в порядке? — сказал Лухан, наклоняясь над Сехуном и убирая мокрые прядки с глаз. — В порядке, — сказал Сехун, все так же улыбаясь. — Рад, что ты теперь здесь. — Ты горячий*, — сказал Лухан, положив руки на горящие щеки Сехуна. — Я знаю, — сказал Сехун, обворожительно улыбаясь и подмигивая. Глаза Лухана расширились, а он покраснел. — Я не это имел в виду, — прошептал он. — Ты не думаешь, что я сексуальный? — сказал Сехун, дуясь, и Лухан посмотрел на него. Он быстро пошарил в сумке Сехуна, вытаскивая оттуда энергетический батончик и протягивая ему. — Съешь вот это. Сехун улыбнулся, послушно взяв батончик. Лухан подождал, пока Сехун доест, а потом обнял его. Сехун слегка оторопел, так как Лухан обычно этого не делал. Лухан всегда так стеснялся прикосновений, но Сехун был рад, что вытаскивает его из кожуры. Он засмеялся, любовно похлопывая Лухана по спине. — А это зачем? — спросил он после того, как Лухан разорвал объятия. — Я... эм, должен был отблагодарить тебя... — За что? — За личные уроки самообороны, — сказал Лухан, ярко улыбаясь. — О, это... Я просто думал над способом, с которым ты можешь оставаться в безопасности, — краснея, хихикнул Сехун. — Очень умно, — сказал Лухан, краснея еще сильнее. — Нет-нет, это... не проблема, — заикался Сехун, теребя майку. Они краснели, словно щеночки какое-то время, пока никто не знал, как разрушить давящую тишину. Сехун судорожно отодвинул руку, чтобы взять полотенце и протереть щеку Лухана, которая была мокрой из-за волос Сехуна. Как только он подумал, что краснеть дальше уже невозможно, щеки Лухана приобрели оттенок красной шелковой простыни. Лухан вспомнил приятную теплоту, когда Сехун успокаивал его, поцеловав в шею. Он все еще не мог объяснить, почему его нервы были сжаты в комок, будто были готовы взорваться в любую минуту. — Полезно ли это было? — спросил Сехун, стараясь не смотреть на Лухана. Лухан выглядел так прекрасно, что Сехун едва сдерживал желание наброситься на него. — Конечно, — улыбаясь, сказал Лухан. — Мне было весело, пока я учился. Ты должен придти в следующий раз. — Обязательно, — засиял Сехун. — Чем хочешь заняться? У нас есть еще час прежде, чем ты заберешь Бо-бо. — Можем выпить баббл-ти, — предложил Лухан. — Я угощаю. — Хён, ты уверен? — взволнованно спросил Сехун. Он знал, как много работал Лухан ради каждого пенни. Он не хотел, чтобы Лухан тратил деньги на Сехуна, а потом пропускал обед. — Да, я хочу, — твердо сказал Лухан. — Тогда это свидание, — ухмыльнулся Сехун, но его губы вмиг растянулись в завораживающую улыбку, когда он увидел, как Лухан снова краснеет. Сехун ушел в душ, обещая, что вернется через десять минут. Лухан послушно ждал, листая мангу, которую ему оставил Сехун. Лухан не знал, что манга может быть такой поглощающей и интересной. Его глубокая задумчивость была прервана сладкой гитарой, играющей где-то близко. Лухан встал, идя на звук. Пение исходило из кабинета, находящегося рядом. Лухан зашел внутрь, увидя парня, играющего на гитаре и напевающего песню. Он подождал немного, слушая знакомую мелодию и почувствовал, как сам напевает ее. Он никогда не слышал эту песню, но она казалась знакомой. Она напоминало Лухану о чем-то давно забытом... Песня, колыбельная, которую он слышал несколько лет назад. Лухан почувствовал головокружение, пока мелодия проникала к нему в голову, смешиваясь с шестеренками в мозгу. Он вспомнил красивый дом, окруженный маленьким садом. Он играл в этом саду все лето и всегда создавал много шума, когда кто-то просил его зайти внутрь. Лухан начал подпевать, сам не понимая, откуда он знает старые выцветшие слова песни. — Лухан? — сказал мягкий материнский голос, и воспоминание о саде разбилось, как стекло. Голова закружилась и заболела, стараясь вернуть неожиданное воспоминание обратно... Что-то, что произошло еще до того, как Лухан начал понимать простые вещи. Он почувствовал руку на своем плече, которая направила его куда-то. Лухана посадили на стул, пока эта же рука поглаживала его спину, а голос шептал: — Все в порядке. Просто плохое воспоминание. А теперь дыши и постарайся думать о чем-нибудь хорошем. Дыши... Дыши... — приказал себе Лухан, думая о Сехуне. Это удивляло, так как он не задумывался, что Сехун будет первым, кто всплывет в его голове при мыслях о счастье. Но это помогло ему успокоиться. Он открыл глаза, взглядом ища помогающий голос. Он принадлежал милому парню с ямочками, честными глазами и яркой улыбкой. — Тебе лучше? — спросил он таким же мягким голосом, и Лухан кивнул в ответ. — Похоже, ты шокирован сейчас, — сказал парень. — Тебе следует пойти домой и отдохнуть. — Эта-эта песня... — неуверенно сказал Лухан. — Откуда ты ее знаешь? — Это китайская колыбельная, — сказал парень, улыбаясь. — Моя мама пела ее, когда я был маленьким. Моя мама тоже... — подумал Лухан, но не произнес это вслух. Его голова гудела, и он решил, что больше не будет думать об этом. — Сыграй что-нибудь другое, — сказал он, и парень недоуменно посмотрел на него. — Пожалуйста, я должен избавиться от этой песни, — Лухан посмотрел вверх. Парень серьезно кивнул, поднимая гитару и садясь напротив Лухана. Он наигрывал веселую мелодию, которая напоминала Лухану счастье, смех и спокойствие... Чувство, которое он испытывал, находясь рядом с друзьями... Чувство, которое щекотало эмоции, когда он был вместе с Сехуном и слышал его детский смех... Лухан улыбнулся, смотря на парня, играющего на гитаре. Парень, смотрящий на Лухана пришел в норму, улыбаясь в ответ и закончил песню на прекрасной ноте. — Ты очень талантлив, — добавил Лухан. Но прежде, чем парень смог что-нибудь сказать, дверь открылась, чтобы показать запыхавшегося испуганного Сехуна. — О... Ты... Здесь... — сказал Сехун между вздохами. — Извини, я снова заставил тебя волноваться, — виновато сказал Лухан. — Нет-нет, иногда я бываю параноиком, — сказал Сехун, отмахиваясь. Он переключился на парня с гитарой, сказав: — Эй, Син-хён, как ты? — Хорошо, Сехун, — Исин встал и улыбнулся. — Как с репетицией? Я слышу твой усердный труд за дверью напротив. — Да, я регулярно тренируюсь теперь, — кивнул Сехун. — Хочу быть лучшим в этот раз. — И будешь. Скорость, с которой ты идешь, не выдержал бы даже Кай, — хихикнул, сказал Исин. — Лучше сказать, чем сделать, — улыбнулся Сехун. — Все равно, нам пора. Увидимся. Лухан встал и последовал за Сехуном. Но резко вспомнил, что даже не представился. — Кстати, я Лухан, — сказал он, поворачиваясь. — Исин, — парень улыбнулся. — Спасибо, — искренне сказал Лухан. — Не волнуйся, — улыбаясь, сказал Исин. Лухан повернулся, но был остановлен, когда Исин окликнул его. — Придешь завтра? — спросил он. — О, эм... — У тебя красивый голос, — сказал Исин. — Мне нужен певец, когда я играю на гитаре. Лухан был шокирован. Он прирос к земле, словно дерево. — Я-я? М-мой голос? — сказал он, указывая на себя. Сехун улыбнулся, держа его за плечи. — Пожалуйста, хён, — мило умолял он. Смотря на нетерпеливость Сехуна и надеющийся взгляд Исина, он передернул плечами, сказав: — Я могу... попробовать, — Сехун прыгнул от радости. — Увидимся завтра, Лухан, — сказал Исин, помахав рукой. Я не знаю, как петь... — угрюмо подумал Лухан, но счастливый Сехун рядом с ним думал по-другому. — Хань — отличная рок-звезда, — сказал Сехун, ухмыляясь и заставляя Лухана смеяться вместе с ним.