В плену его взгляда

Остров Юктус. Окрестности столицы Если быть честной, а мадам не привыкла врать самой себе, то желание принца заплатить почти в два раза предложенного вызвало не то, чтобы недоумение, а полный шок. Что мог сделать наследник с маленьким мальчиком за одну ночь, раз настолько повышал оплату. Неужели он покалечил ребенка больше обычного. Мадам, конечно, предполагала, что они там не просто сексом будут заниматься, но ведь не до инвалидности же. И пусть у юкаев была повышенная регенерация по сравнению с теми же людьми, но и она была недостаточной, если повреждения были слишком сильными. Видимо, при всей многолетней практике, хозяйке борделя впервые не удалось скрыть истинные эмоции, поскольку наследник пояснил свое желание. Оказалось, что у него есть небольшое дело к своей ночной игрушке, и он хотел бы увидеться с ним еще раз, но уже вне стен этого здания. К огромному разочарованию юноши, мадам не дала ему адреса прекрасного мальчика, но пообещала устроить любую встречу в своем заведении, когда бы ни захотел ее назначить принц. - Тогда пригласите его сюда послезавтра в это же время, - раздраженно буркнул наследник, зло сверкнув глазами. И все же Эйген рассудил, что до свадьбы останется еще пять дней, а, значит, они должны будут успеть. Юноша окинул взглядом своих спутников, отметив, что каждый из них успел привести себя в порядок. Вид выглядел довольным жизнью и едва ли не облизывался от счастья. Шлау и Айген были довольны представившейся возможностью отдохнуть. Несмотря на то, что они были его давними друзьями и давно принимали участие в его похождениях, даже они не знали, зачем именно приходил юноша в это заведение, выбиваясь из «расписания посещений». И только Рэдлиш смотрелся инородно в этом заведении. Мужчине явно было некомфортно в борделе, но он и не отказывался от похода сюда, впрочем, и не поддерживал идею, как это сделали его друзья. Рэдлиш Ирэ был несколько старше окружения принца. Его приставил к сыну король, дабы, как он выразился, привить наследнику то понятие чести, что было так развито у барона. Род Ирэ был отдаленной побочной ветвью королевской династии, и король несказанно обрадовался возможности отдать заботу о репутации сына в руки дальнего родственника. Вроде как правящая семья не отвернулась от непутевого сына, но и самому следить не нужно было. Не сказать, что Рэдлиш был очень рад подобной перспективе проводить с наследником большую часть дня. Все же он в большей степени был воином, нежели нянькой. Да и его ненависть к королевской семье играла не последнюю роль. Да и как можно было ее любить, когда король – дурак, а его старший сын – самодур. И лишь младший, почти не появляющийся на людях, принц мог похвастаться умом. Его постоянно заставали то в библиотеке, то в лаборатории придворного лекаря, где он учился варить то или иной зелье. Покойный отец барона Ирэ был человеком мягким и неизменно преданным короне. Что, собственно, его и сгубило. Ничего этого Эйген не знал, да и не считал нужным знакомиться теснее с мужчиной, чье общество ему было столь грубо навязано. Принц, конечно, мог просто отказаться повиноваться, но решил, что будет интересно ставить Рэдлиша в неудобные положения. Посещение борделя как раз и было одним из таких положений. Едва они переступили порог, как стало заметно, насколько неуютно себя чувствует барон. Пусть он обладал тренированным в изнурительных схватках телом, но в делах сексуального характера был почти что неоперившимся птенцом. - Думаю, мы заглянем в игорный дом, - немного подумав, предложил Эйгенвилиг. Друзья и валет его поддержали, а мнение няньки его не волновало. - Доброй ночи, господа, - с лукавой улыбкой мадам проводила его высочество со свитой до двери. Когда их любезные прощания смолкли, женщина закрыла дверь изнутри и заперла ее на все замки. Волнение за Рэйза не покидало ее, и она поспешила подняться наверх, чтобы самой оценить степень принесенного ущерба. О других подопечных она волновалась в меньшей степени из-за того, что уже знала, что где произошло. Шлау и Айген выбрали на двоих одного мальчика, но кроме этой особенности никакими извращениями они не занимались. Юкай даже получил удовольствие, что было редкостью и от того ценилось гораздо больше. Валет принца ушел наверх вместе с прекрасным пухленьким созданием. Он только связал свою игрушку на ночь, наслаждаясь беспомощностью жертвы. Пожалуй, самым необычным посетителем был Рэдлиш. Мужчина выбрал самого хрупкого юкая из представленных в гостиной. Мадам уже начала было беспокоиться, ведь новый клиент был почти в два раза крупнее, но все обошлось на удивление хорошо. Барон зашел с мальчиком в комнату, но заснул вместо того, чтобы развлекаться. Он оставил юкая сторожить вход с наказом запрыгнуть на кровать, если кто-то осмелиться войти. Мадам толкнула дверь в комнату, где сегодняшней ночью развлекался принц. Казалось, что в помещении никого нет – в темноте было плохо видно обстановку. Но когда под потолком вспыхнул свет… Окровавленное маленькое тельце было распростерто на кровати. Руки и ноги были привязаны к столбикам на кровати, что растягивало юкая, словно на дыбе. Хвост безвольной плетью вытянулся вдоль тела. На спине даже с такого расстояния были видны глубокие царапины, правда, мадам никак не могла понять, что именно могло их нанести. - Принесите теплой воды! – метнувшись в коридор, крикнула, зная, что ее услышали бы, даже говори она шепотом. Маленький тазик, на краю которого висела мягкая тряпочка, появился почти через мгновение. Молодой юкай, столь негативно отнесшийся к принцу, с ужасом смотрел на истерзанное тело. - Сбегай за магом, - приняла решение мадам. Обычно она звала просто лекарей, но здесь повреждения были слишком глубокими, чтобы от них не осталось шрамов при стандартном лечении. А принц заплатил достаточно для вызова мага, что смог бы свести ужасные следы. Мальчишки и след простыл, когда он услышал приказание. Он был в борделе новеньким, но все равно не представлял, что такое можно сотворить с живым существом. Слишком наивен он был для подобного заведения, зато отлично справлялся с ролью слуги. Мадам ловко разрезала веревки ножом, который всегда был закреплен на ее голенище под складками юбки. Но Рэйзенд не пошевелился, когда его руки и ноги были свободны, лишь хвост едва заметно дрогнули. - Рэйз, я знаю, что ты чувствуешь себя использованной игрушкой. Грязным и недостойным, - уши мальчика чуть приподнялись, и мадам продолжила, воодушевленная такой реакцией, - но у тебя есть младший брат. Ты столько вытерпел ради него, переступил через себя, так неужели ты позволишь этой королевской выскочке растоптать твою личность?! – возмущенно спросила мадам в пустоту. – Наоборот, ты должен стать сильнее, чтобы твоему братишке было с кого брать пример. Женщина окунула тряпочку в воду и, хорошенько отжав, стала протирать окровавленную спину. Рэйзенд вздрогнул и глухо застонал, уткнувшись лицом в матрас. Его плечи мелко затряслись от напряжения. - Расслабься настолько, насколько сможешь, - ласково прошептала мадам, не прекращая своих действий. Она понимала, что делает мальчику больно, но даже самый опытный маг не будет лечить раны, которых не видит. А ближайшим к ним маг был из той породы юкаев, что стали лекарями не ради самой помощи несчастным, а из-за всеобщего почтения и высокой оплаты за каждый вызов. Мадам скривилась от отвращения, стоило ей вспомнить этого пузатого юкая, который вряд ли когда-то в жизни увидит свои ноги. Но другого просто не было, поэтому приходилось брать, не глядя. Когда ее рука коснулась истерзанных ягодиц, Рейз вновь застонал, но теперь, судя по всему, больше от стыда. - Тебе нечего стыдится, - твердо заявила женщина, стараясь своей уверенность склеить те осколки, что остались от решительного юкая. – Ты не желал для себя такой судьба – да и кто бы пожелал? – но иногда у нас просто не бывает иного выхода, - грустно закончила она, но уверенность так и не покинула ее голоса. - Я боюсь, - рвано прошептал Рэйз на выдохе. – Боюсь, что он вернется. - Рэйз… - мадам замялась, не зная, как сказать, что с этим уродом мальчику придется встретиться еще раз. – Его высочество хотели встретиться с тобой еще раз, послезавтра, - тихо добавила она. Юкай было рванулся под ее руками, но сил хватило лишь на то, чтобы слабо пошевелить конечностями. - Тшш… - захлопотала женщина над болезненно скривившимся мальчиком. – Ты просто с ним встретишься, он хотел с тобой поговорить. Я обещаю тебе, что буду присутствовать при вашем разговоре, если ты захочешь. - Я уже хочу, - слабо пробормотал юкай и отключился. Прибывший через десять минут толстопуз долго колдовал над более-менее протертым мальчиком. Ему было совершенно не жаль ребенка, над которым так поиздевались – он лишь уточнил, что оплата повысится из-за экстренности вызова. Мадам раздраженно взмахнула рукой, показывая, что цена ее абсолютно не заботит. Наконец на бледной коже маленького юкая не осталось никаких следов. Все порезы затянулись, а синяки исчезли на глазах. Разорванная кожа восстановила свою былую гладкость. Хозяйка борделя облегченно вздохнула и без возражений отсчитала магу заранее оговоренную сумму. Напоследок лекарь заметил, что мальчику нужно давать успокоительные отвары, что эмоциональная травма затягивалась столь же хорошо, как и физические повреждения. Мадам приказала проводить мага до его дома, а сама вернулась к кровати Рэйза. Она еще раз убедилась, что раны затянулись – на их месте кожа была чуть светлее, но шрамов не должно было остаться. Женщина выглянула в коридор и сразу же наткнулась на пожилого юкая. - Пфар, перенеси, пожалуйста, мальчика в мою комнату, - попросила она, с благодарностью смотря на своего верного охранника. Этот юкай не раз спасал ее из не слишком приятных ситуаций, и она привыкла доверять ему, как самой себе. И все-таки мадам не была бы самой собой, если бы не могла быстро взять себя в руки. Убедившись, что мальчик удобно устроился на ее кровати, она отправилась в кабинет, чтобы заняться делами. Вызванные слуги убежали прибирать комнаты, чтобы к прибытию новых клиентов каждое помещение сияло чистотой. Мальчишка, провожавший лекаря, вернулся и сказал, что маг без происшествий дошел и закрылся в своем доме.

***

Очнувшийся на следующий день Рэйзенд первым же делом отправился проведать брата. Он взял немного денег, остальное оставив в сейфе борделя, который охранялся, наверное, так же хорошо, как и королевское хранилище. Юкай со всех ног несся к их ветхому, но уютному и чистому жилищу. К сожалению, в доме никого не оказалось. Мальчик осмотрел каждый уголок, надеясь хоть в одном обнаружить свернувшегося в клубок брата, но того нигде не было. Рэйз чертыхнулся и постарался не поддаваться слепой панике. Куда мог пойти совсем маленький юкай, один, да еще когда брат строго-настрого приказал ему сидеть дома и дожидаться его прихода. Мысль о похищении Рэйзенд отбросил почти сразу же. Похищают обычно, чтобы потребовать выкуп, а какие деньги могли водиться у двух сирот… Можно, конечно, было отдать маленького юкая в рабство, к примеру, в гарем, но на рынке и так хватало «товара», рабовладельцам незачем было красть детей из их домов. Родители и сами были рады отдать ненужное чадо и выручить за него неплохую сумму. Брат мог пойти и заблудиться. Но такого раньше никогда не бывало. Зарлих не посмел бы ослушаться, не после смерти родителей. Братья держались друг за друга, ведь у них больше никого не было. Рэйзенд начинал тихо сходить с ума, строя всевозможные предположения. Искать мальчика в огромной столице не было смысла – все равно это было нереально сделать. Значит, нужно было просить чьей-то помощи, но чьей? У него не было знакомых, которые смогли бы сделать что-то стоящее в подобной ситуации. И тут на ум пришло одно имя. Эйгенвилиг. Наследный принц, который хотел встретиться с ним завтра…

__ __ __ __ Огромная просьба: оставляйте комментарии, чтобы автор знал, стоит ли продолжать или нет...