Хамелеон

      В это утро воскресенья ему совершенно не хотелось вставать с постели. После вчерашних событий он проворочался в кровати почти до самого утра, позволяя живым картинкам в голове мучать его вместо сновидений. Робин был напуган тем, что дома у Реджины не было безопасно, и любой их подопечных Крюка мог пробраться внутрь и легко ей навредить. Робин ненавидел себя за то, что позволил ей остаться там одной. Робин вспоминал инцидент с пистолетом снова и снова, как будто в замедленной съемке. Робин был смятен тем, что произошло после на диване в гостиной её дома.       Он все еще не знал, что в этот день потрясло его больше всего.       Тот поцелуй, наверно, навсегда отпечатался в его памяти. Именно в тот момент он осознал, что происходило в его голове все это время, и эта мысль молнией ударила в него в ту самую минуту, когда его губы коснулись её. Все, что Мэри говорила тогда в кафе, все разговоры, ссоры и пререкания, мысли наедине с самим собой – все, наконец, начало обретать смысл. Ему просто нужно было подтверждение, что ему это не снилось, что его чувства были правдой.       Чувства. Странное слово. Мужчина не был до конца уверен, что это было, к чему это могло привести, и что он будет делать дальше, но он точно знал, что чувствует что-то. Вчера они лишь отстранились и, бросив пару неловких фраз и стыдливых взглядов, попрощались, как будто ничего серьезного и вовсе не произошло. Но сегодня, проснувшись, Робин подумал, что был полным идиотом, чтобы уходить вот так, не объяснившись. Конечно, он знал, что Реджина боится, что у неё есть свои демоны в голове, но он совершенно точно планировал увидеться с ней сегодня и надеялся, что она вновь его не оттолкнет.       Когда он выбрался из постели, его уже ждало новое сообщение от Эммы, в котором она просила его зайти за Реджиной, а затем встретиться с ней самой через час. Вздохнув, мужчина пошел собираться, и уже через двадцать минут был готов встретить новый день, а заодно и мисс Шейфер, которая, должно быть, уже ожидала его визита. Он надеялся, что холодная вода, которую он плеснул на свое лицо, умываясь, помогла ему прояснить мысли и разбудить от сна, в котором все было намного проще.       Когда мужчина вышел на улицу, закрывая за собой входную дверь, его взгляд сразу же упал на черный Мерседес, облокотившись на который по другую сторону улицы уже стояла знакомая брюнетка. Все вокруг было белым, и вся эта картина заметно выделялась на таком фоне. Метели не было, но зимняя погода уже обосновалась в городе, позволяя редкому снегу сыпаться на землю в медленном вальсе. Сложив руки на груди, она смотрела куда-то в сторону, позволяя ветру беспечно играться с короткими темными волосами и подолом темно-синего длинного мехового пальто, а мелким снежинкам опускаться на раскрасневишеся от холода щеки. Её аккуратный профиль врезался в его память так крепко, что теперь он видел его везде, куда бы ни шел. Черт. Эта женщина. Робин вздохнул, упорно думая о том, поменяется ли её отношение к нему после вчерашнего вечера, но, как ни странно, мужчина не мог представить ни единого варианта развития событий. Все было так непонятно и смутно, что это практически сводило его с ума.       Делать было нечего. Собравшись с духом, Робин поправил теплый шарф и сложил руки в карманы куртки и направился прямиком в сторону Шейфер. Он искренне надеялся, что она не станет отталкивать его вновь.       Заметив его, Реджина выпрямилась и вздохнула, как-то неловко переступая с ноги на ногу. Он не мог понять выражения её лица. Оно не было нервным или теплым, и Вуд вдруг подумал, что, может, она решила сделать вид, что ничего не произошло.       - Хэй, - он прочистил горло, подходя ближе.       - Хэй, - мягко произнесла она с легкой улыбкой.       Улыбкой? Боже, как же ему понять эту несносную женщину?       – Эмма и тебе написала?       Шейфер не избегала его взгляда, и не было похоже, будто ей неловко вести этот разговор. Но ведь она не могла просто забыть тот поцелуй? Как она вообще может так беспечно говорить с ним, когда вчерашнее тяжелой тенью дышало в спину. Молчать об этом было так тяжело, не то чтобы игнорировать. И в этот момент Робину просто захотелось, чтобы она не молчала, чтобы сказала хоть что-то, намекнула о произошедшем, но брюнетка просто продолжила играть с его нервами и говорить так, как будто все было в порядке. Ничего не было в порядке. Ему нужны были ответы.       Но после он решил, что не будет давить на неё. Рано или поздно они должны будут поговорить, и если для этого придется подождать, он был готов это сделать. В конце концов, он ждал три года, пока его жизнь обретет хоть какой-то смысл, и жалкая пара часов едва ли значила что-то на таком фоне.       - Да, она написала, что хочет встретиться, но не уточнила где, - нахмурившись, произнес он.       - У меня есть адрес, но я не знаю, где это, - женщина протянула ему телефон, где на ярком экране был написан короткий адрес, и прикусила губу в ожидании.       - Ну ка, - он смутился и огласил. – Это… «У бабушки».       - Кафе? – она сгримасничала. – Тогда что это за номер после запятой? Столик? Номер блюда в меню?       - Нет, вряд ли, Эмма не стала бы так заморачиваться, - Реджина вскинула бровь, в согласии кивнув головой. – К тому же, «У Бабушки» это не только название забегаловки. Здесь это что-то вроде… сети, - попытался объяснить он. – Я думаю, это номер комнаты.       Реджина вопросительно склонила голову на бок и нахмурилась.       - Бабушка заправляет маленькой гостиницей, что привязана к кафе, - пояснил мужчина (Реджина пробормотала что-то вроде «И почему я этого не знала?», в недоумении щурясь). – Но… для чего все это?       Женщина переступила с ноги на ногу и придвинулась чуть ближе, быстро оглядываясь по сторонам и переводя взгляд на него.       - Эмма думает, что в наших домах может быть прослушка, и нам нужно что-то вроде… убежища, где мы можем говорить, не боясь, что нас кто-то услышит. Или спрятаться… в случае чего, - пробормотала она, и Робин заметил, какой напряженной она была, очевидно, впуская воспоминание из прошлого.       Вуд бы хотел, чтобы Реджина поделилась с ним своими мыслями и переживаниями, но понимал, что был ей никем, и она ничем не была ему обязана. Просто сосед. С чего бы ей рассказывать самый горький опыт её жизни обычному парню по соседству, который вдруг вообразил себя героем. Но он видел, как больно ей было вспоминать это каждый раз, расцарапывать старую рану и начинать лечение заново, зная, что этот зуд в груди не исчезнет никогда. Он бы хотел облегчить её страдания, и не был намерен сдаваться на полпути теперь, когда брюнетка хоть немного, но начала ему доверять.       - Отлично, - он прочистил горло.       - Тогда идем, - быстро сморгнув все волнение, Реджина развернулась и уже было направилась в сторону кафе, когда её остановил резкий голос Робина.       - Подожди!       Он подошел, но, не рассчитав, оказался ближе, чем хотелось бы.       Боже, было так странно вновь находиться так близко, будто от этого воздух вновь электризовался и заставлял их вспоминать вкус губ, дыхание, тепло. Нужно было отмести эти мысли подальше для их же собственного блага, пока напряжение не затмило сознание полностью. Теперь, когда Крюк был где-то там и совершенно спокойно разгуливал по улицам Сторибрука, им обоим нужно было сосредоточиться на его поимке, а не на сложностях на личном фронте. Как же все-таки не вовремя его угораздило заинтересоваться этой женщиной! Наверно, во всем был виноват его недостаток адреналина в крови…       - Что? – невинно произнесла она. Они оба замерли на мгновение.       Да жизнь просто издевалась над ним! Он сглотнул.       - Почему иду с тобой? – выпалил он, заставив Реджину смутиться, а после спешно добавил: – Я имею в виду… Не то, чтобы я не хотел, но… Вы обе были против того, чтобы я вмешивался в это, а теперь приглашаете в свое убежище? Что изменилось?       Женщина вздохнула.       - Теперь Крюк знает о тебе, хочешь ты того или нет, и мы подумали, что нам бы и правда не помешала лишняя пара рук, если ты, конечно, не против, - аккуратно подвела женщина, наблюдая за его реакцией.       Усмехнувшись, он качнул головой и посмотрел в её глаза так, что у неё сбилось дыхание.       Черт.       - Я уже говорил, что не брошу тебя, и ты от меня не отвяжешься, - лукаво ухмыльнулся он.       - Значит, ты в деле?       На её лице появилась мягкая улыбка, когда Вуд внимательно изучил каждую черту её красивого лица, произнося:       - Я с тобой. Всегда.       Зайдя в коридор, они синхронно оглянулись, рассматривая рассыпанные повсюду довольно старые темно-зеленые двери, потертые коврики и лампы пронзительно желтого цвета. Их взгляды встретились, позволив им безмолвно согласиться с чем-то и продолжить свой поиск.       Быть рядом с ней было волнительно, и вряд ли это было от того, что за ними охотился наемный убийца. Просто сам факт, что Шейфер перестала отталкивать его и позволила стать частью её жизни, пускай все еще являясь для Вуда полнейшей загадкой, по крупицам возвращал его к жизни.       Он был рад быть здесь, в этом богом забытом месте, что насквозь пропахло кетчупом и жареной картошкой, до тех пор, пока ощущал себя нужным и пока знал, что она будет рядом с ним.       Комната под номером восемь была дальше по коридору и ничем не выделялась на фоне остальных. Он подумал, что именно это было одним из необходимых качеств хорошего убежища. Краска на двери облупилась в некоторых местах, делая эту комнату еще более неприметной в глазах остальных, и было чудом, как пластиковая цифра все еще держалась на крохотном гвозде. Что ж, была не была.       - Должно быть, мы на месте, - выдохнула она, глядя на мужчину. Было что-то обеспокоенное и в то же время, уверенное в её взгляде, что заставило его забыть обо всех опасениях.       Шейфер отчетливо постучала в дверь три раза, и коридор погрузился в тишину, позволяя только их дыханиям разрезать напряженное молчание. Через мгновение дверь отворилась, и блондинистая голова Эммы оказалась по ту сторону.       - Хэй, - коротко бросила она. – Убедились, что за вами нет слежки?       Оба кивнули. Оглянувшись по сторонам в поисках лишних глаз, они скользнули внутрь, закрывая за собой дверь на замок.       Внутри все выглядело лучше, чем казалось сначала. Довольно таки миленькая двуспальная кровать стояла посреди комнаты, по углам располагалась пара шкафов, зеркало во весь рост и пара стульев. И все бы было ничего, если бы не эти отвратительные обои в цветочек, которые явно портили всю идею конспиративной квартиры. Робин смутился, оглядываясь по сторонам. Однако он должен был отдать должное этому местечку: здесь было довольно чисто и даже… уютно.       В углу комнаты стоял увесистый черный чемодан, что явно не был предметом местного интерьера.       - Да, я знаю, что вы думаете, но это всего лишь временно, и у нас не то, чтобы был большой выбор, - пробурчала она. – В этом чертовом городе едва ли есть приличный бар, я уже не говорю о настоящем отеле. И никто из местных не сдавал квартиру в этом районе. Черт, если этот город вообще имеет районы…       Реджина усмехнулась, складывая руки на груди. Робин же сделал пару шагов в сторону загадочного чемодана.       - Здесь не так уж плохо, - хмыкнул он. – Хотя я до сих пор не до конца понимаю, зачем нам нужно это место.       - Здесь безопасно… Да и вряд ли кто додумается искать нас здесь, - Эмма сгримасничала. – Мы можем говорить без страха, что кто-то слушает, обсуждать планы, касающиеся Крюка, да и…       С какой-то взволнованной улыбкой она подошла к чемодану, что мозолил глаза Вуду с той самой секунды, что он вошел внутрь, и опустилась на колени, опустив руку на свой багаж. Простой черный замок блестел на свету, когда Реджина тоже смятенно устремила на него свой взгляд.       - …хранить кое-какие вещи, где никто не сможет их найти, - она загадочно усмехнулась.       Распахнутый минутой позже чемодан явил всем троим присутствующим богатый арсенал отполированного оружия, выложенного в ряд внутри чемодана. На мгновение Робин подумал, что попал в один их тех дешевых боевиков, что годами смотрел по ящику, сидя на своем диване. Адреналин разлился по его телу, стоило мужчине только взглянуть на этот комплект. Реджина же, к его удивлению, лишь сильнее нахмурилась, качая головой.       - И что, теперь мы уподобимся им? – она прочистила горло.       - А у нас есть выбор? – Эмма поджала губы.       - Неужели похоже, что мы всю жизнь провели в полицейском участке? Я едва ли держал пистолет в руках за всю свою жизнь, и я сомневаюсь, что Реджина тоже, - он мимолетом посмотрел на Шейфер, разводя руками. Реджина напряглась, сглатывая, но не издала ни звука.       - Так будет спокойнее, - кивнула блондинка.       Поднявшись, она достала два отполированных пистолета, взвешивая их в руках и передавая их Реджине и Робину. Холод оружия мгновенно обжег его кожу, а тяжесть вещи заставила кровь быстрее бегать по его жилам. Было чувство, как будто все это происходило не с ним, а сам Робин мог наблюдать это со стороны, позволяя линиям расплываться, а реальности и воображению смешиваться в странном сплетении.       Реджина приняла оружие с глубоким вздохом.       - Всегда держите их при себе, - проинструктировала женщина. – Никогда не знаешь, что может поджидать тебя в темном переулке, верно?       Робин кивнул, рассматривая оружие, пытаясь привыкнуть к его весу в своей руке, заставить непокорного зверя подчиняться и работать в команде. Если бы еще полгода назад кто-то сказал ему, что его жизнь будет похожа на погоню с горькой капли драмы, он бы, наверно, рассмеялся этому человеку в лицо. Еще полгода назад он бы заказывал блинчики с сиропом за одним из столиков в кафе «У бабушки», ворча об очередной крикливой дамочке, что привезла сегодня машину в его мастерскую, или же смотрел футбол с банкой пива в руке, пялясь в потолок во время рекламы. Но он никогда бы не подумал, что сможет хранить пушку во внутреннем кармане, рассуждая о том, как убрать одного чрезвычайно неприятного человека раз и навсегда.       Это было безумием.       Его жизнь стала одним большим запутанным клубком проблем.       И в эти моменты ему действительно нравилась жизнь.       Заворожено уставившись на пистолет, Робин не сразу заметил, с какой апатией стоящая рядом с ним Реджина смотрела на свои руки, крепло сжимающие оружие.       - Ты в порядке? – он затронул её руку.       Она сглотнула, моргая. Рваный вздох расколол тишину.       - В порядке? – она не подняла глаз, бормоча себе под нос и качая головой. – Что мы делаем?..       - Реджина? – Эмма вопросительно вскинула брови.       - Это чертов пистолет! Что это, дешевый триллер, в котором я играю главную роль? – воскликнула она, хмурясь. – Еще полгода назад моей самой большой заботой был поход за продуктами и счета за электричество, а теперь я должна разгуливать по улицам города с пистолетом в кармане, боясь, что в любой момент меня могут убить. Боже, - она поджала губы. – Во что превратилась моя жизнь? Это безумие.       - Все не…       - И теперь я стою в пропахшей отчаянием крохотной квартире в этой глуши и держу в руках пушку, не имея ни малейшего понятия, доживу ли до конца сегодняшнего дня. Так что нет, я не в порядке.       Она вздохнула. Её губы пересохли.       Чуть помедлив со своим решением, Вуд несмело потянулся и сжал руку брюнетки в своей (он надеялся сделать это незаметно), как бы передавая всю поддержку и искреннюю заботу через одно такое незначительное прикосновение. Она, на удивление, не дернулась, но и не подняла на него глаза. Проведя большим пальцем по её бархатной коже, он предложил свое тепло, и она только лишь шевельнула пальцами в ответ. Что ж, это был старт.       - Никто не говорит, что тебе нужно пользоваться им постоянно. Это лишь для самозащиты. Все будет хорошо, - уверила блондинка, вновь закрывая чемодан на замок. – И Робин? Мне нужно, чтобы ты был рядом с Реджиной как можно чаще, раз уж ты вызвался волонтером и ввязался во все это. Вы оба должны больше находиться в каких-то людных местах. Крюк не будет настолько глуп, чтобы снова нападать, когда рядом кто-то есть.       - Мне не нужна нянька, - возмутилась Реджина, медленно отходя от своего транса.       - Не думаю, что ты будешь возражать, - она подмигнула в ответ на хмурый взгляд брюнетки.       Шейфер тут же смутилась, безмолвно раскрыв губы. Она мгновенно высвободила свою руку из плена мужских пальцев. Робин мог поклясться, что видел, как она слегка покраснела, после чего опять вернулась к своему образу женщины-загадки. Он бы усмехнулся, если бы мог сделать это в присутствии брюнетки.       - Заткнись, - она шикнула, закатывая глаза, чем заставила Свон рассмеяться. – Так… что там насчет нового плана…       Реджина быстро сменила тему, но, к счастью для неё, не заметила понимающий лукавый взгляд, которым обменялись её компаньоны.       Дом встретил их неприятной холодной тишиной. Когда они оба зашли внутрь, она тут же скинула свое пальто, быстрым шагом прошла вперед и бросила ключи на один из комодов. Робин же остался чуть позади, закрывая за собой дверь и позволяя звукам нетвердых шагов наполнять пространство между ними. Он стянул с себя куртку и оставил её на вешалке к входа. Они решили остаться вместе и пойти к ней домой после разговора с Эммой, ведь по её словам так было спокойнее, но, казалось, Реджина все еще не пришла в себя после той встречи в конспиративной квартире. Молчаливо она прошла в гостиную, оперевшись на спинку дивана, и сделала глубокий вздох.       Было больно видеть её такой – потерянной и отстраненной. Наверно, он был одним из немногих, кто действительно мог её понять. Черт, да он едва ли держал оружие в руках за всю свою жизнь, а теперь должен был по ночам прятать его под подушкой. И да, может, он смотрел на вещи немного по-другому, может, недостаток адреналина заставлял его радоваться даже таким отчаянным поступкам, но он понимал. Жизнь кидала её в крайности, и Шейфер уж точно не заслуживала судьбы, которую получила, однако у неё не было выбора. У него был. И оставшись с ней, Робин сделал свой.       Проблемы дышали им в спину, и если бы он мог, Вуд бы отвел все её несчастья на себя, сделал бы что угодно, чтобы она не проходила через этот ад, чтобы она была счастливой. Но, видимо, жизнь была жестокой. Ему оставалось лишь беспомощно и отчаянно бегать кругами, тыча пистолетом в пустоту в желании что-то изменить.       - О чем думаешь?       - Обо всем, - шепнула она, разворачиваясь к нему лицом. Стеклянное опустошение на лице заставляло его сердце ныть и метаться. Поджав губы, она выдохнула: - Моя жизнь больше похожа ну шутку.       Она усмехнулась, пожав плечами.       - Это не так.       - Нет, так, - она качнула головой. – Если бы я сказала кому-то из прежней жизни, что спустя полгода после… - она проглотила слова, очевидно, не осилив произнести имя своего жениха вслух, -...произошедшего... я буду бегать по городу размером с футбольную площадку, вслепую отстреливаясь от наемников, то мне бы просто рассмеялись в лицо, - она фыркнула.       Он состроил на лице слабую улыбку.       - Ты, может, даже никогда не используешь эту пушку, - сощурился он. – Они нужны нам для самозащиты.       - Робин, - она устало покачала головой. – Ты не понимаешь, насколько все серьезно. Это не закончится мирными переговорами или откупом. Мы начали войну, когда решили сражаться в ответ. Я не…       Она сглотнула. Вуд подошел ближе, пытаясь заглянуть ей в глаза, которые она так тщательно скрывала, опустив голову вниз. Он думал, что, может, если он подойдет ближе, она почувствует его поддержку.       - Я боюсь… что мы можем не выбраться отсюда живыми, - она подняла глаза, кажется, становясь еще бледнее, и именно в этот момент Робин почувствовал острую нужду быть рядом с ней, успокоить её, сказать, что все будет хорошо. Проблема была в том, что он сам не был уверен в своих же словах. Ему хотелось коснуться её, передать свою силу через одно прикосновение, и казалось, будто она тоже нуждалась в этом контакте.       Он не знал, что ей ответить.       Горько усмехнувшись, она тихим вкрадчивым голосом продолжила, не дожидаясь ответа.       - Знаешь, всю жизнь я хотела жить где-то в пригороде, - она печально подняла уголки губ. – Чтобы у меня была большая лохматая собака, постоянно тащившая грязь в дом, идеально выстриженная зеленая лужайка, болтливые соседи и тот отвратительный почтовый ящик рядом с воротами в дом. Я хотела идеальную жизнь. И каждый день, что я провела маленькой квартире… в Портленде, я думала о том, что стоит бросить все и просто уехать.       Она сглотнула, поджимая губы и порой позволяя глазам избегать взгляда мужчины. Вуд подошел еще на шаг ближе.       - И теперь… - она шепнула. – У меня, наконец, есть злосчастный дом со злосчастной лужайкой… вот только это место больше похоже на кошмар, чем на прекрасный сон. И это уж точно не то, чего я хотела…       - Реджина…       - И если ты думаешь, что мы просто разберемся с Крюком, и все снова будет хорошо, то ты ошибаешься, - выпалила она. – Это не прекратится, пока я жива.       Он провел ладонью по её руке, оказываясь совсем близко. Так близко, что он мог чувствовать её легкий цветочный парфюм, и Робин мог поклясться, что его прикосновение заставило мурашки бегать по её коже.       - Мы в ловушке, - она облизнула губы, вновь пряча глаза.       - Не говори так, - шепнул он.        - Но назад пути нет…       Она съежилась, пытаясь не сказать лишнего, но у неё едва ли хорошо получалось делать это. Потерянная и встревоженная, она казалась ему совсем маленькой, и он жалел о том, что брюнетка не знала, что он готов сделать для неё, только чтобы ей стало легче.       - И знаешь, я всегда знала, чего хочу от жизни. Я контролировала все вокруг, у меня были планы, но сейчас, наверно, впервые в своей жизни, я не имею ни малейшего понятия, что будет дальше. И это… пугает меня больше всего, - она почти прошептала свои последние слова, втягивая носом воздух. Искренне.       И где то в этот момент Робин сдался на волю чувствам.       - Иди сюда, - пробормотал он.       Она не стала сопротивляться и с тяжелым вздохом оказалась в его объятиях, пряча голову в изгибе его шеи. Её рваное дыхание потерялось где-то на мужской груди, пока Вуд продолжал стоять посреди гостиной и вдыхать аромат женщины, за которую хотелось бороться. Тепло разливалось по всему его телу и почему-то, за долгое время, он чувствовал себя полностью в своей тарелке, и впервые делал то, что казалось единственно правильным. Не хотелось отпускать её никогда, как будто такой простой жест вселял в него силу, но удивительным так же было то, что Реджина все еще безмолвно позволяла ему держать себя так близко.       Морально истощенная и усталая, она просто отпустила своих демонов на прогулку и без задней мысли просто позволяла себе сделать что-то по первому порыву. Какое-то время они молчали, но напряжение и неловкость росли с каждой секундой, позволяя им медленно осознавать, что они делают. Через несколько секунд пронзительной тишины она прочистила горло.       - Робин? – пробормотала она, чуть отстраняясь.       - Да?       - Насчет… эм… насчет того поцелуя… - потупив взгляд, Шейфер запнулась, все еще находясь в опасной близости.       - Давай просто… - он выпалил, - не будем говорить об этом…       Он сглотнул, бормоча что-то невнятное. Он знал, что еще несколько часов назад до безумия жаждал услышать ответы, понять её, открыть завесу тайны, но теперь… Жажда прошла и оставила за собой только обгорелый след. Вуд много думал о том, что они правда могут сказать друг другу после того поцелуя, как они посмотрят друг на друга и какие выводы сделают после. Он думал о том, чувствовала ли она это ноющее желание, которое сводило с ума, непонятную искру в воздухе и напряжение. Это меняло все и ничего в одно и то же время, ведь теперь он лишь сильнее убедился в том, что происходит между ним и Реджиной и о своих чувствах по этому поводу. Однако для этой сложной, сильной женщины это мог быть лишь мимолетный эпизод, который едва ли что-то значил. Он не мог забраться в её голову и не мог прочитать мысли.       Всему было свое время. Не было нужды говорить о том, что было так неясно и хрупко. Объяснения вдруг стали ненужными и неважными.       И теперь, когда она стояла так близко, он предпочел не знать об её чувствах хотя бы на некоторое время. Ему хотелось жить в своем пузыре так долго, как только возможно.       - Хотя бы сегодня… Я не хочу ничего обсуждать сегодня, - он выдохнул, позволяя тишине вновь поселиться между ними. Она дышала полной грудью, все еще пряча глаза, и он больше не мог выносить этой неловкости. Черт, они были взрослыми людьми, и Робин решил, что больше не хочет прятаться. – Хэй, посмотри на меня.       Она замешкалась. Его рука украдкой скользнула на её подбородок.       - Посмотри…       Помедлив, все еще стоя от мужчины в опасной близости, Шейфер подняла глаза, позволяя шоколаду столкнуться со сталью. Она сглотнула, находя захватывающее волнение в этом контакте глаз, но не отстранилась и не произнесла ни слова.       - Все будет хорошо, я обещаю тебе, - он слабо улыбнулся. – Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось.       Это было искренне, и, казалось, Шейфер прочувствовала каждое слово и пропустила его через себя, как будто это было самым настоящим, что ей когда-либо говорили. Вздохнув, она слабо улыбнулась.       - Ты должен волноваться за свою жизнь, - она сверкнула глазами. – Я могу о себе позаботиться.       - О, я уверен в этом, - он ухмыльнулся.       Они все еще стояли очень близко, и мужчина практически держал её в своих руках. Какое-то напряжение витало в воздухе и росло с каждой секундой, как будто токсичным было находиться рядом такое долгое время. Было чувство, что прошла уже целая вечность. Они не говорили – просто смотрели друг другу в глаза, как будто там можно было найти что-то еще. Как будто сказанных слов было и вовсе недостаточно. И не было ничего странного в том, чтобы вот так стоять и гипнотизировать друг друга взглядами.       Они находили в этой ситуации комфорт и волнение. Казалось, время замерло в тот момент, когда их взгляды встретились. И Реджина не понимала, что с ней происходило. Этот человек был загадкой, которую ей еще предстояло разгадать, ведь никто, никто прежде не вызывал у неё такую реакцию. Такое… слепящее и резкое чувство.       Она сглотнула.       Дверной звонок, что внезапно пронзил весь дом, заставил их очнуться и отстраниться, будто ничего и не было. Прочистив горло, они оба пробормотали что-то и разошлись в разные стороны. Мужчина остался в гостиной, пока она поспешила к двери.       Черт бы побрал того, кто решил заявиться к ней домой именно сейчас.       С другой стороны, кто знает, чтобы бы случилось, если бы звонок их не остановил.       Шейфер как-то нервно распахнула дверь, во всю сверкая негодованием и смятением на лице, находя на своем крыльце Эмму, что стояла с распахнутым ртом и рукой, застывшей в воздухе, будто она вот-вот собиралась вновь постучать. Светлые локоны струились из-под вязаной шапки, а сама она была больше похожа на снеговика в этой теплой куртке. Блондинка закрыла рот и внимательно всмотрелась в черты лица подопечной.       - Вау, у тебя, должно быть, выдался действительно плохой денек, - усмехнулась она. - Меня не было всего-то чуть больше часа, а у тебя уже испортилось настроение.       Реджина тут же опомнилась и поумерила свой пыл, прочищая горло. Она поежилась, замерзая на холодном воздухе.       - Все, - она заправила локон за ухо, - в порядке…       Эмма кивнула с ухмылкой.       - Ну да.       Шейфер потупила глаза, складывая руки на груди и пытаясь усиленно игнорировать тот факт, что Эмма видела её насквозь. Тот факт, что еще минуту назад она была в руках Робина и не имела ни малейшего понятия, что творит, заставлял её лицо гореть от стыда и вновь и вновь задаваться вопросом, как она могла себе такое позволить. Сейчас мужчина копошился где-то в её гостиной, кажется, включив телевизор, а блондинка изучала её, стоя на её же крыльце, и Реджина искренне желала провалиться сквозь землю и остаться наедине со своими мыслями.       Уже когда брюнетка зашла внутрь, приглашая гостью, блондинка воскликнула:       - Погоди-ка, а это что-за?.. – сощурившись, Эмма подошла к корзине с цветами, что стоял снаружи совсем рядом с дверью, наклонилась, и подобрала с земли маленькую коробку. Поверх лежал аккуратный свернутый пополам листочек бумаги.       Женщины обменялись настороженными взглядами, прежде чем вновь посмотреть на посылку. Никакого адреса, никакого знака или подписи. Это значило только одно: нельзя было ждать ничего хорошего от этого неизвестного отравителя. Что она могла найти внутри? Очевидно, коробка была слишком мала, чтобы посылать в ней головы или части тела. Так вполне могла быть бомба, и пока что Шейфер успокаивал факт, что она не слышала тиканья. Нет, если Крюк послал это, он уж точно не стал бы убивать её так просто.       Брюнетка отдала бумажку в руки Эммы, которая тут же развернула её, пока Реджина с опаской раскрыла посылку. Напрягшись, она слышала пульсацию в своей голове, как будто что-то подсказывало, что ей не понравится то, что лежало внутри. Её сердце часто билось, сбивая её с толку, и когда её пальцы бережно развернули упаковку, она увидела…       Подвеску.       Простенькую серебряную цепочку с кулоном в виде сердца и маленьким изумрудом в самом его центре. Ей понадобилась всего пара секунд, чтобы узнать эту, казалось бы, совершенно бесполезную вещицу. Её лицо вытянулось, и что-то будто бы резко ударило женщину по голове.       Сердце Реджины дрогнуло, когда она оцепенела, безмолвно пялясь на украшение.       Эмма нахмурилась, прочитав содержимое записки.       - «У тебя больше слабостей, чем ты думаешь». Что это вообще значит? – поморщилась она и тут же подняла глаза на застывшую брюнетку. – Ты чего?       Выдохнув, вторая женщина надрывно шепнула:       - Роуз…       - Реджина! – голос Робина внезапно раздался из гостиной, и было в нем что-то особенно тревожное.       Слыша лишь звон в ушах, брюнетка с опаской обменялась взглядами с Эммой, после чего обе женщины в спешке зашли в дом. Реджина первая залетела в комнату, где Робин сидел на диване, неотрывно смотря в телевизор, и её глаза уткнулись в большой экран, что в ярких красках показывал какой-то репортаж о женщине, что была найдена мертвой в своей квартире в Бруклине. Все мгновенно замолчали, позволяя громким голосам репортеров разноситься по её дому, неприятным звоном отдаваться в ушах и с шумом разбиваться о голые стены. Реджина, кажется, перестала дышать, точно завороженная смотря в злосчастный экран.       - Ты, кажется, упоминала одну женщину по имени Роуз Тинкерс…       Её сердце билось так, как будто место в грудной клетке было уже не достаточно. Ей хотелось кашлять от давления внутри, и, наверное, в её жизни было мало моментов, когда такое происходило внутри.       Чуть не оступившись по пути, женщина медленно опустилась на диван рядом с Вудом, все еще не отрывая глаз.       «Этим утром в местное отделение полиции поступил звонок от мужа погибшей, известного нью-йоркского бизнесмена и активиста мистера Уолша Тинкерса, который, по известным нам данным, после ночной смены вернулся домой и нашел свою жену на полу в их спальне. Сообщается, что к этому моменту женщина была мертва уже несколько часов».       Реджина рвано выдохнула, поднося дрожащую руку ко рту. Она бы не почувствовала, если бы оставила царапину на своем лице от своей же хватки, ведь её тело будто бы потеряло чувствительность, и все, что она слышала, это пульсация крови в висках.       - О, нет… - прошептал Робин, кладя руку на её плечо в знак поддержки. Ему хотелось сделать больше, но мужчина не мог угадать её реакцию. Судя по тому, что происходило с ней сейчас, она и правда потеряла подругу. Буквально недавно, по дороге домой, Реджина мельком упоминала о женщине, её единственной хорошей подруге, которую ей пришлось оставить дома, и теперь…       И все же, в новостях передали, что Роуз была родом из Нью-Йорка, хотя Реджина утверждала, что приехала из Портленда… Что ж, кажется, это был вопрос для другого дня.        Гнев подкатывал к горлу, ведь он догадывался, кто мог совершить такое в погоне за местью.       «Также стало известно, что данный инцидент не был случайностью, а убийство было совершено намерено. Полиция занимается этим делом на данный момент, пытаясь отыскать преступника, что смог сделать такое с миссис Тинкерс. Мистер Тинкерс предпочел воздержаться от комментариев и попросил, чтобы репортеры уважали его личное пространство».       Каждое слово резало по ушам Шейфер с новой силой и усердием, как будто хотело оставить её пустой изнутри.       «Из подробностей хладнокровного убийства известно только то, что жена бизнесмена была найдена с перерезанным горлом, и, по некоторым данным, с шеи миссис Тинкерс пропала серебряная подвеска, которая всегда сопровождала её на каждом светском мероприятии».       Реджина резко всхлипнула и раскрыла свой кулак, оцепенело смотря на крохотную цепочку и кулон, что в приглушенном свете блестели на её дрожащей ладони. Кажется, на какой-то момент женщина даже перестала дышать, не отрывая от неё глаз.       Робин выдохнул, переводя глаза с фото на экране, где на шее улыбающейся Роуз красовалось украшение, на руку женщины, сидящей рядом с ним. Его глаза распахнулись в непонимании, и мужчина мельком взглянул на Эмму, что дублировала его шок, нахмурившись и озадаченно запустив руку в свои волосы.       - Нет, нет, этого не может быть, - пробормотала она. – Он… он не мог этого сделать!       Она выронила подвеску, и где-то в этот момент Робин поймал застывшую брюнетку. Женщина оказалась в руках Вуда, забыв обо всех предрассудках и запретах, но все еще была с ним лишь физически. Её мысли были где-то далеко, и она чувствовала их агонию, их давление, их замешательство.       Роуз. Её больше не было.       Она всегда знала, что нельзя иметь слабости. Они только делают человека уязвимым…       В ней просыпался гнев, но её сердце все еще не чувствовало ничего кроме тупой боли, поэтому женщина позволила Робину просто держать её. Мужчина прижал её к себе, как будто боялся отпустить и позволить ей сделать что-то необдуманное и глупое. Как будто хотел показать, что она не одна. Как будто знал, что контакт кожи мог показать больше, чем любые слова, которые Шейфер не слышала из-за обожжённых мыслей.       Не было никаких сомнений. Крюк зашел далеко, но, как бы отвратительно это не звучало, он выполнял свое обещание. Этому хаосу надо было положить конец. Робин вздохнул и прижал её чуть ближе, понимая, что достаточно стоял в стороне. В тот самый момент, когда брюнетка забылась и сама опустила голову на его плечо, желание прижать этого сукина сына и заставить платить за все вспыхнуло в нем с новой силой и ядом прошлось по каждой клетке мужского тела.