Эхо "забытого" прошлого

Несколько минут ей потребовалось для того, чтобы взять себя в руки. Вдох/выдох, она решительно направляется назад к ресторану: надо позвонить Игорю Николаевичу, рассказать о том, что случилось. Но тут её пронзает мысль: она не знает его номера телефона. Ей придется вернуться домой и поискать телефон в записях её отца. Возможно, номер где-то записан. Карина вызвала техпомощь. Ожидая помощи, она медленно ходит около ««Infiniti JX», пытаясь унять противную дрожь в теле. Случившиеся никак не хотело укладываться у неё в голове: трое бандитов похищают человека средь бела дня в центре города, и никто на это не обращает никакого внимания… Рассчитавшись с мастером за колесо, Карина поехала домой. Когда она увидела ту самую реку, она решила остановиться: внезапно перед её глазами возникло тело из шкафа, которое сейчас, наверное, лежит на дне реки. На глаза навернулись слезы. Она заглянула в бардачок, увидела там пачку сигарет, закурила. Курила она редко, только в тех случаях, когда сильно нервничала, сегодняшний день напрочь выбил её из привычной размеренной жизни. Знакомство с Павлом, труп в кабинете отца, потом его похищение прямо у неё на глазах. Возможно, Игорь Николаевич уже в курсе, что подчиненного похитили и предпринимает необходимые действия. Для чего похищают человека? Наверно, для того, чтобы потребовать выкуп, если бы Павла хотели убить, убили бы сразу. Если Игорь Николаевич начальник Павла, то звонить и требовать выкуп наверно, будут именно с него. Да какой он, к черту, начальник. Обыкновенный бандит, только рангом выше. Отец Карины был известным адвокатом, не проигравшим почти ни одного процесса. В основном его клиентами были люди с криминальным прошлым, и даже некоторое количество отморозков. Они платили её отцу большие деньги, которыми он никогда не брезговал, и не без удовольствия вытаскивал каждого из своих клиентов из неприятностей. Они его так и называли «криминальный адвокат». Помимо адвокатской деятельности, отец Карины, также с удовольствием подрабатывал частным сыском: разоблачал неверных жен и мужей, собирал компромат на различных людей, занимался съемкой скрытой камерой и всем, тем, что обычно сопровождает деятельность частного сыщика. Игорь Николаевич был большим другом её отца и довольно часто пользовался его услугами. Павла могут убить только в том случае, если Игорь Николаевич пожадничает и откажется платить похитителям. Выкинув сигарету, Карина перевела дыхание и устыдилась своих мыслей. А почему она, собственно, должна переживать за какого-то Павла?! В конечном счете, кто он ей? Да, никто. Посторонний человек, случайно вошедший в ёё дом… Тем более что в её памяти отпечатался момент разговора, который Карина услышала в кабинете отца, в тот момент Павел назвал её психически нездоровой и интересовался, есть ли у её отца еще наследники на безумно красивый, наполненный всякой всячиной дом. У неё не может быть никакого желания ему помогать, разыскивать Игоря Николаевича и рассказывать ему о том, как он пропал. И все же… Павел помог ей избавиться от тела. Машинально она стала рассматривать содержимое бардачка машины и наткнулась на пачку презервативов, повертев её в руках, она увидела еще три точно таких же разноцветных пачек, губы девушки тронула презрительная ухмылка. Да куда же ему столько! Видать, настоящий кобелина, любитель хорошо потрахаться. С отвращением Карина положила презервативы обратно в бардачок, и тут наткнулась еще на один малоприятный сюрприз в виде тоненьких женских трусов. Наверно одна из бл…, забыла их надеть. Сморщившись, она кинула трусы обратно и отшатнулась от бардачка. С виду вроде порядочный мужчина, а на самом деле… И угораздило же её пойти с ним в ресторан… Чтобы успокоиться нервы, Карина вышла из машины. Наступило её самое любимое время суток, ночь. Увидев тропинку, она узнала место, где они останавливались с Павлом, неожиданно ей пришла в голову мысль, пойти посмотреть, на месте ли лодочник. Карина спустилась к реке и спряталась за большим деревом, оттуда хорошо просматривалась та самая лодка, на которой еще несколько часов назад находилось тело. Рядом с лодкой не было ни лодочника, ни тела… Оно и понятно. Лодочник получил деньги, сделал дело и отправился поправлять здоровье. Карина хотела уже вернуться обратно к машине, но тут к реке подъехал черный «BWB». У неё затряслись от страха колени, она затаила дыхание ,постаралась взять себя в руки. Это же надо было так нарваться! Угораздило же её остановиться… Скорее всего, черный «BWB» приехал сюда за тем же, за чем приезжали и они с Павлом. Из «BWB» выйдет мужчина, достанет из багажника мешок и станет искать лодочника. Лодочник был прав: его «частный бизнес» пользуется стабильным спросом. Как она и предполагала, из «BWB» вышел плотный мужчина и огляделся по сторонам, нажал сигнал на руле, и словно по команде рядом с лодкой появился лодочник. Их разговор ей не был слышен, но она догадывалась, о чем они разговаривают. Лодочник подошел к лодке, достал из нее мешок, развязал его и извлек их с Павлом тело. Карина пришла в ужас. Её тело покрылась холодным липким потом, она встала на колени и осторожно подползла поближе, чтобы слышать содержание их разговора. От их взглядов её скрывала темнота и растущая вдоль берега реки высокая трава. Она напрягла слух. – Щас подсвечу, а то ни ничего не видно, – сказал мужчина и включил фары черного «BWB». – Так кто привез это тело? – Я же тебе говорю, – ответил лодочник, который все еще был под градусом. – Молодой мужчина с женщиной. Его лицо я хорошо запомнил, да и женщина… такая красивая… Ее грех было не запомнить. У нее отличительная черта есть, сразу бросается в глаза. – Какая? – Я женщин с такой белой кожей еще никогда не видел. – А какая же она должна быть, черная, что ли? – усмехнулся мужчина и закурил. – Вернее, она не белая, а скорее очень бледная, словно она на воздухе вообще не бывает и никогда не загорала. – Тоже мне отличительная черта… Водку пить меньше надо, тогда будешь хорошо людей запоминать. Бледная… Тоже мне примета, сегодня она будет бледная, а завтра румяная, как свекла. Твою мать! – Да не кипятись ты, Иваныч. Посуди сам, лето в самом разгаре, а женщина белая, словно смерть. Зуб даю, что она никогда в жизни не загорала, лицо и руки у нее белые как снег, хотя видно, что она довольно обеспеченная, при деньгах. Может, она болеет чем. В общем, они мне мешок оставили, денег дали и ушли. А я следом за ними пошел, да так аккуратно, чтобы никто не заметил. Я, Иваныч, твои инструкции неукоснительно соблюдаю. Я видел, на какой они машине приехали. – Может, и номер запомнил? – Ну, запомнил, а почему бы мне его не запомнить. – Это совсем другое дело. А то «гонишь» мне про какую-то бледность. – Черный джип «Infiniti JX», а номер – три восьмерки. – Номер, то блатной . – Понятия не имею, блатной он или нет, запоминается легко. По номеру хозяина можно легко вычислить, если, конечно, он не по доверенности ездит. – Мои дальнейшие действия, тебя не касаются. Ты, главное, делай свою работу аккуратно, а в мои дела не лезь. – А я свое дело хорошо выполнил. Номер запомнил и марку машины. Куда уж лучше-то! Видишь, Иваныч, как мне твой сотовый телефон пригодился, как только машина отъехала, я сразу тебе позвонил. Только ты долго ехал… – Я на другом конце города был, кое-какие дела делал. Да и ехать сюда не близко. Я же не на вертолете летаю, мать твою. Дай мне телефон, посмотрю, сколько там осталось. Лодочник достал из своего кармана сотовый телефон и протянул мужчине. – Я уже тебе говорил, кроме меня, никому не звони, а ты болтаешь хрен знает с кем. Положу еще пятьдесят баксов на телефон, не трать, экономь деньги. – Иваныч, я и так всегда экономлю. Не переживай. Я тут подумал… Труп этот странный, сразу видно, что ему уже не одна неделя. И вот что меня насторожило: тело не разложилось, а высохло. Словно его чем-то специально облили, чтобы он высох. Заметь, от него не исходит никакого запаха. – Да, пахнет оно. Просто ты свой нюх на водку променял. Ты лучше вот что сделай… В воду тело не скидывай, замотай снова его скотчем и спрячь где-нибудь рядом со своей сторожкой. Этот труп может нам еще понадобиться. – Само собой. Лодочник достал папиросу. Неожиданно Карине в нос попала трава, в носу защекотало с такой силой, что она не могла сдержаться и чихнула. Поняв, что прятаться бессмысленно, она быстро вскочила на ноги и побежала к машине. – Иваныч, это и есть та самая женщина! – закричал лодочник. ГЛАВА 4 Все последующие события пронеслись в её голове словно цунами, она с трудом вспоминала их последовательность. Включая зажигание, Карина ужасом увидела, что преследователи уже подбегают к «BWB». Она нажала на газ и поехала прямо на мужчин, те мгновенно отскочили в разные стороны. Один из них достал пистолет, правда, выстрела не последовало. Через несколько минут её машина уже неслась по шоссе, Карина до упора давила на газ, не забывая, правда постоянно оглядываться. Погони не последовало. Петляя с одного шоссе на другое, она немного успокоилась и поняла, что её никто не преследует. Теперь ей предстояло решить, что делать с засвеченным джипом «Infiniti JX». Первое, что пришло ей голову, – бросить машину к чертовой матери, поймать попутку и вернуться домой. В конце концов, Павел оставил машину у ресторана, и она совсем не обязана спасать его от автомобильных воров. Может, она вообще машину водить не умеет, может, она от ресторана уехала домой на такси. Но как ни крути, а она его должница, значит, должна попытаться спасти его машину. Ведь именно он помог ей избавиться от тела… Правда, своеобразно помог… Наверное лучше бы не помогал… Какого мать твою хрена он обратился к этому лодочнику? Так и быть, она поставит этот чертов джип в подземном гараже дома ,а там будет видно. По крайней мере она к этому джипу никакого отношения не имеет, поэтому через машину на неё преследователи никак не выйдут . А если через нее можно выйти на Павла, то его сейчас вряд ли не найдешь. Было бы хорошо, если бы похитители держали его в заложниках как можно дольше. Дома Карина поставила «Infiniti JX» в подземный гараж, рядом с машиной отца. В том, что машину никто не найдет, у неё не было почти никаких сомнений. Как обычно, с подсвечником в руках Карина вошла в кабинет отца. Одного взгляда на дубовый стол было достаточно, чтобы понять простую истину – телефон Игоря Николаевича найти в этих залежах документов практически невозможно. Но буквально в следующую минуту Игорь Николаевич позвонил сам, словно услышав её мысли. – Карин, куда исчез Павел? В последние часы я никак не мог до тебя дозвониться… – Меня не было дома. – Странно, я думал, что предпочитаешь не покидать дом. – Павел пригласил меня в ресторан. – В ресторан? – Да. А что тут необычного? Вы считаете меня, нельзя пригласить в ресторан? – Ну, можно конечно. Просто Павел не поставил меня о его планах в известность. Он нашел документы? – Нет. Он хотел поискать их еще раз после ресторана, но его похитили. – Кого похитили? – Павла. Я с ним вышла из ресторана и увидела, что у его машины спущено колесо, в этот момент к его машине подъехал черный джип. Трое мужчин скрутили ему руки, бросили в машину и увезли. – Ты запомнила похитителей? – Что значит запомнила? Они были одеты в черные костюмы ,на глазах у них были черные очки. Стриженые и плотные. Субъекты так сказать без особых примет. Я попытаюсь сегодня найти папку. – Я буду тебе очень признателен. Позвоню позже. – Игорь Николаевич, а что вы намерены предпринять по поводу похищения Павла? – Как – что? Попытаюсь его найти. – Удачи вам, – спокойно сказала она и положила трубку. После долгих часов поисков Карина убедилась, что никакой папки с фамилией Ветров в кабинете отца нет… Немного побродив по дому, она легла спать, но сон не шел. Завтра у неё будет новое испытание. Ей придется встретить своего сводного брата, еще одного законного и полноправного наследника… Проснулась она довольно поздно. Посмотрела на часы, быстро вскочила с кровати. Твою мать, надо успеть выпить хотя бы одну чашку кофе перед тем, как ехать в аэропорт встречать брата. Она сделала несколько глотков буквально на ходу и побежала одеваться. Времени на размышления у неё не было. Схватив темно-бордовый костюм от Gucci, который отец привез ей из Франции, она приложила его к себе и, глядя, в зеркало удовлетворенно кивнула. Очень короткая юбка и длинный пиджак – в этом что-то есть. Одевшись, она с неудовольствием посмотрела на свое бледное лицо. И почему она так ненавидит солнце, твою мать. Слегка подкрасившись, она снова осмотрела себя придирчивым взглядом и слегка улыбнулась. Это не просто встреча… Это встреча с её братом… После энного количества лет… Отец отправил Дениса учиться в Англию, когда ему было двенадцать лет. Денис с отличием закончил колледж, поступил в академию, а затем приехал в Питер и там обосновался. После нескольких телефонных звонков Карина поняла, что дела у него идут достаточно успешно. Собственная просторная квартира, собственный прибыльный бизнес , собственная жизнь… У него было все, чего не было у неё. Свобода, самостоятельность, неплохие перспективы. На все просьбы Карины поехать вместе со сводным братом отец отвечал категорическим отказом. Как только она окончила начальную школу, он нанял ей преподавателей и организовал обучение на дому. Дом оказался для неё реальной тюрьмой, она завидовала своим сверстникам, которые сидели за школьными партами, бегали на переменках и хватали друг друга за косички. Потом она смирилась и привыкла. Человеческая натура устроена так, что она привыкает буквально ко всему, даже к тому, к чему, кажется, невозможно привыкнуть. Она давно поняла, что она не такая, как все. Она закрылась в мастерской и начала рисовать. Шли годы, а она все сидела в своей мастерской и рисовала.. Постепенно она отвыкла от людей, стала их бояться и по возможности стала избегать с ними контакта. Медленно, но верно, у неё появилась своя жизнь, свой внутренний мир… А с течением времени она стала бояться не только людей, но и дневного/солнечного света. Она полюбила темноту и старалась прятать глаза от солнца. Вдох, выдох, она постаралась взять себя в руки, сдержать так некстати выступившие слезы. Проходя мимо портрета отца, она остановилась и помахала ему рукой. – Здравствуй, отец. Твой дорогой и любимый сын приезжает, твой наследник. Ты решил, что он будет твоим единственным наследником, и даже не упомянул моего имени в завещании, но ты явно недооценил меня отец. Я не собираюсь ни при каких раскладах и обстоятельствах, отдавать, то, что по праву принадлежит только мне одной. Я никогда не умела делиться, отец, это черта у меня от тебя, это качество взрастил в моем характере ты. Именно ты закрыл меня от внешнего мира и скрыл от посторонних глаз. Ты не имел желания делить меня ни с кем. Люди говорят, что я психически нездорова. Это ты, отец сделал меня такой. После стольких лет мучительной, жестокой жизни, которые ты мне создал, ты мать твою, даже не удосужился упомянуть меня в своем чертовом завещании! Да будь ты проклят. Хотя ты уже и так проклят. Скоро ты увидишь, насколько виртуозно я выучила твои уроки. Это будет довольно скоро, так как ко мне приезжает твой дорогой сын… Затушив свечи, Карина вышла из дома. В аэропорту она купила небольшой букетик цветов. «Это для второй претендентки», – мелькнула шальная мысль у неё в голове. Она ненавидела избранницу Дениса, даже ни разу не видя ее. Она знала точно одно: раньше ей предстояло противостоять только сводному брату, а теперь к нему еще добавилась его, так называемая невеста, вместо одного врага, целых два, это обстоятельство её совсем не радовало. Наконец, объявили о приземлении самолета, и вскоре появился Денис. Он практически не изменился, все такой же привлекательный. На нем был дорогой костюм и светлый галстук. Рядом с ним шла симпатичная молодая девушка, одетая в легкий шифоновый сарафан. – Карин, привет! –крикнул Денис и помахал ей рукой. Карина слегка улыбнулась, подбежала к сводному брату, обняла его за шею.. Поцеловав Дениса в губы, она слегка прикусила мочку его уха так, чтобы все его тело покрыли мелкие мурашки. Она проделывала такой фокус в детстве, и её сводному брату это очень нравилось. Он поначалу слегка растерялся, но быстро пришел в себя и спокойно сказал: – Карин, знакомься. Это Ирина. Моя вторая половина. – Как, уже? – Ну, скоро будет, – пожал плечами Денис и поцеловал сестру в щеку. – Вот когда будет, тогда и будешь называть ее второй половиной. А на данный момент она просто твоя невеста, – произнесла «ледяным» тоном Карина и протянула Ирине букет. Девушка взяла букет и постаралась скрыть раздражение от последних слов Карины. По дороге к машине они говорили о всякой ерунде. Карина положила руку Дениса себе на плечо и умышленно не давала Ирине ни шанса принять участие в их разговоре с братом.. В машине Денис снял галстук и расстегнул верхние пуговицы рубашки. – Ну и жара у вас тут. И давно жара держится? – Понятия не имею, довольно редко бываю на улице. В основном провожу время в мастерской. Работы у меня хватает. Только напишу одну картину, а в голове уже возникла другая. И так практически, без остановки. – А ты не думала где-нибудь выставлять свои картины? – Да, нет. Пока у меня нет такой необходимости. Главное для меня – моральное удовлетворение. – Материальное удовлетворение вполне может дополнить моральное. Тебе надо попробовать выставить свои работы. Возможно, на картины появиться покупатели, ты сможешь получить за них деньги. Мы обсудим с тобой эту тему чуть позже. – Твоя сестра художница? – как-то слишком любезно спросила Ирина и с интересом посмотрела на Карину. – Художница, которая упорно не хочет показывать свои картины. Но я постараюсь поставить на этом добровольном затворничестве точку. Когда мы въехали в наш коттеджный поселок, Ирина с восторгом рассматривала похожие на средневековые замки дома. – Боже мой, живут же люди! – вслух удивлялась она. – Да, тут довольно неплохо. Здесь живут обеспеченные люди с очень большими деньгами, – сказал Денис. – Скоро уже приедем. – Твой отец был таким обеспеченным? Ты никогда мне о своем отце не рассказывал, почему? – Ну, я почти с ним не жил. Когда я был, ребенком он отправил, меня в Англию в дальнейшем он предоставил мне полную самостоятельность. – Добро пожаловать домой, брат, – наигранно сказала Карина брату, как только они въехали в ворота дома. – Спасибо, – ответил Денис и обнял сестру. А она в это время искоса следила за реакцией его невесты. Ирина смотрела на дом такими восторженными, сумасшедшими глазами, что у Карины мелькнула в голове шальная мысль, не потеряла ли невеста брата ненароком рассудок. Она нервно курила, сбрасывая пепел прямо себе на туфли, покраснела, тяжело дышала – в общем, казалась тяжелобольной… Слегка откашлявшись, она тихо спросила Дениса: – Ты уверен, что с твоей будущей невестой все в нормально? Денис бросил на Ирину взгляд полной нежности и любви . – Я уже, по правде говоря, отвык от этого богатства, – сказал Денис и кивнул в сторону дома. – Ничего, привыкнешь, – тихо сказала Карина и закрыла ворота. – К хорошему, знаешь ли, привыкаешь быстро. Вот к плохому привыкать трудно. Открыв дверь, она гостеприимным жестом пригласила брата: – Проходи и вспоминай. Денис сделал несколько шагов, остановился и посмотрел на сводную сестру ничего не понимающим взглядом. – Карин, где здесь свет включается? Тут абсолютная темнота… – Ах, свет… Она прошла вперед и щелкнула выключателем. Гостиная озарилась ярким светом, люстры заиграли множеством разноцветных огоньков. – Извини, я почти никогда не включаю свет, – растерянно сказала она и печальным взглядом посмотрела на стоящий, на полу подсвечник. – Ты что, сестра?! Как можно жить без света? сказал Денис и поставил свой чемодан с вещами на пол, затем, особо не размышляя, он подошел к окнам и открыл рольставни. В гостиной стало так светло, что необходимость в искусственном освещении отпала. Карина нервно прикусила нижнюю губу, но не подала виду, что ей совсем не понравился этот хозяйский жест сводного брата. Денис стал быстро подниматься по лестнице, и она не выдержав, крикнула ему вслед: – В мастерской ничего не открывай! – Не буду! – ответил ей брат. – Вы что, рисуете свои картины в темноте? – ехидно спросила Ирина и бросила на Карину взгляд полный презрения. – Рисуют дети в школе, а я пишу, причем довольно профессионально. Тем временем её сводный брат остановился напротив портрета отца и с недоумением смотрел на него. – Карин, кто это? Демон, что ли? – Демон, – спокойно ответила она и в знак подтверждения кивнула. – От таких картин, знаешь ли, да еще в темноте, может помутиться рассудок. Я вижу, тебя одолевают какие-то нездоровые фантазии. Хотя, знаешь, в этом демоне что-то есть… – Что именно? – оживилась она. – Этот демон тебе кого-то напоминает? Скажи, на кого он может быть похож? – Понятия не имею, – сказал Денис и пожал плечами. – Это отец, – сказала Карина. – Отец?! В голосе брата звучал неподдельный ужас. Он снова посмотрел на портрет, затем слегка замешкавшись, Денис бросил на сестру растерянный взгляд и предпринял попытку перевести разговор на другую более приятную тему. – Карин, тут почти ничего не изменилось! – он бегом спустился по лестнице. – Как знать, – тяжело вздохнула она. Буквально через несколько минут её брат взял инициативу в свои руки: отнес вещи в спальню для гостей, переоделся в футболку и длинные шорты, обосновался на кухне и принялся готовить праздничный обед. Ирина переоделась в домашний халат и с удовольствием помогала брату с обедом. Посмотрев на идиллию на кухне, Карина почувствовала себя лишней и ушла в мастерскую. По понятным причинам работа у неё не заладилась. Все закончилось тем, что она разбросала кисти, пролила пару банок с краской и, не выдержав, ушла в свою комнату. Денис решил идти напролом, сразу показав, кто настоящий хозяин в доме. Он успел побывать в её спальне и открыть там окна. На её постели лежала небольшая белая коробка, перевязанная красной лентой. Она развязала ленту, Карина открыла коробку и достала из нее темно-вишневое шелковое платье. Оно оказалось ей впору и выгодно подчеркивало все достоинства её фигуры. Правда у него было слишком открытое декольте, да еще глубокий вырез на спине – почти до пятой точки… Вполне в стиле её брата. Когда они были детьми, он наряжал её в различные куски тканей, косынки и прочую ерунду. Она всегда была госпожой, принцессой, а сводный брат её верным кавалером. Однажды отец застал их за этим занятием, и это ему совсем не пришлось по вкусу. В тот момент Денис закутал сестру в какую-то очень длинную косынку и по-детски поцеловал в шею. Отец в момент пришел в дикую ярость, оттолкнул Дениса, дал ему увесистый подзатыльник и посмотрел на Карину взглядом, полным неприкрытой ненависти. – Такая маленькая, а уже шлюха, – произнес он и закрыл меня в комнате. В скором времени отец отправил Дениса на учебу в Англию, и с этого времени она никогда больше его не видела. Никогда, до сегодняшнего дня… Встав у зеркала, она с грустью посмотрела на свое отражение и достала тональный крем: ей захотелось закрасить свою неестественную белизну. Наложив на лицо крем, она снова посмотрела в зеркало. Вот так намного лучше. Когда она окончательно разберется с навалившимися на её голову проблемами, она обязательно сходит в солярий. Надо только поскорее разобраться с чертовым наследством… В этот момент открылась дверь, и на пороге её спальни появился Денис. Он осмотрел Карину с ног до головы и сказал: – Прекрасно выглядишь. Если бы я не был твоим братом, обязательно начал бы за тобой ухаживать. Я довольно долго выбирал это платье, объехал множество магазинов, прежде чем нашел то, что нужно. Мне хотелось видеть тебя такой, какой я вижу тебя сейчас. Она пристально посмотрела на сводного брата и тихо сказала: – Спасибо. Мне никогда никто не дарил подарков. Кроме отца… – У тебя, нет молодого человека? – Нет. – Почему? – У меня нет желания отвечать на этот вопрос. – Ну, ладно, если не хочешь, не отвечай, но подходящего спутника я тебе постараюсь найти. Можешь не сомневаться. – Денис как всегда поспешил перевести разговор на другое: – Карин, пошли к столу. Я и Ирина решили устроить небольшой праздничный ужин , приготовили всякой вкуснятины. Как-никак мы с тобой не виделись очень много лет, почти целую жизнь.. Когда я уезжал, ты была совсем ребенком, озорной, красивой девочкой с очень большими глазами… Я постаралась сдержать выступившие слезы, подошла вплотную к брату и тихо сказала: – Да давай пойдем, а то твоя невеста заждалась. Денис взял сестру за руку. – Карин, если у тебя все-таки есть молодой человек, то было бы неплохо, если бы ты пригласила его к нам обед. Думаю, вчетвером будет намного веселее и комфортнее. Мне бы хотелось, чтобы ты не чувствовала себя одинокой. – У меня нет молодого человека, – резко ответила она, а потом провела рукой по волосам сводного брата. – Одиночество – мой образ жизни. Я к такой жизни вполне привыкла, и у меня нет желания, что-либо менять. Я промолчу про твою вторую половину, но, тем не менее, скажу, что мне вполне хватает твоего общества. Макс шел позади её, но она все равно чувствовала спиной, его тяжелое, прерывистое дыхание. Ирина в нарядном платье сидела за столом. Когда Карина с Денисом вошли, Ирина посмотрела на девушку «недобрым» придирчивым взглядом. Денис отодвинул стул и помог сестре сесть за стол. Ужин состоял из телятины с лисичками; Денис разливал шампанское, говорил один тост за другим. Карина нарочно несколько раз роняла вилку и наклонялась за ней одновременно с услужливым сводным братом, их руки соприкасались, и она буквально кожей ощущала страстное дыхание брата. Иногда, когда она наклонялась, чтобы положить себе салат, вырез платья еще больше расширялся, обнажая до «неприличия» и без того достаточно открытую грудь, несколько раз Карина ловила на себе полные ревности и ярости взгляды невесты брата. – Карина, а почему вы таки не пригласили на обед своего молодого человека? – потеряв остатки терпения, спросила Ирина. – У меня нет молодого человека, – ответила Карина, и слегка улыбнулась. – Вы поссорились со старым другом, а с новым еще не успели познакомиться? – Я по моему вполне внятно выражаю свои мысли: у меня нет, и никогда не было молодого человека, – отрезала она и «ледяным» взглядом посмотрела на такую «непонятливую» невесту брата. Та на какое-то время замолчала, пытаясь найти достойный ответ на выпад Карины, а затем без излишних предисловий спросила: – Ты что невинна, никогда не имела с мужчинами интимных отношений? Да, ты много потеряла по жизни. Ты ведь довольно зрелая девушка, неужели природный рефлекс у тебя так и не сработал? Как-нибудь без твоего брата мы обязательно поговорим на эту занимательную тему. Может быть, я расскажу тебе много интересного и поучительного. Карина не растерялась, её губы лишь тронула презрительная ухмылка, затем она довольно спокойно произнесла: – Я не невинна и в интимных вопросах я разбираюсь гораздо лучше, чем ты можешь себе представить. Когда рядом не будет моего сводного брата, мы обязательно поговорим на эту так волнующую тебя тему. У меня есть твердое убеждение, что после нашего разговора ты откроешь для себя много интересного. Чтобы заниматься сексом, не обязательно иметь старого или нового приятеля. Ирина выронила вилку и нервно закурила. Денис, впрочем, как и всегда попытался «замять» неприятную ситуацию. Когда так называемый ужин подошел к концу, в доме раздался телефонный звонок, это снова был Игорь Николаевич: – Карина, это снова я. Как продвигаются поиски папки по делу Ветрова? – Никак, – ответила она. – Перетрясла весь кабинет, но документов не нашла. – Ничего не понимаю, – в голосе Игоря Николаевича прозвучали крайне раздраженные нотки. – Ты уверена, что хорошо искала? – Да, уверена. Если Вы мне не верите, приезжайте ко мне домой и ищите папку сами. – Именно так я и собираюсь поступить, – сказал Игорь Николаевич и бросил трубку. Карина пожалела, что не успела спросить про Павла. – Карин, у тебя какие-то проблемы? – донесся до неё голос сводного брата. – Да, нет никаких проблем. Наш отец ухитрился так сказать, даже умереть «не как все нормальные» люди. Оставил после смерти нерешенные дела, которые теперь приходится разруливать мне. – Ну, объясни, что не имеешь к этим делам никакого отношения. Нет человека, нет никаких дел. – Это верно. Только эти люди, не желают ничего понимать, для них жизнь продолжается, и нерешенные проблемы надо решать. Ни на кого не глядя, Карина ушла к себе. Упав на кровать, она закрыла глаза и сжала кулаки. Обильно наложенный на лицо тональный крем, казалось, ужасно давит, мешает дышать. Перед её глазами снова возник образ отца. Такой большой и такой властный, а рядом стояла она, слабая, бессильная, абсолютно беззащитная… Она отчетливо помнила тот вечер, до мельчайших деталей. Её сводный брат улетел в Англию. Она сидела в своей комнате и играла в игрушки. Неожиданно дверь открылась, в комнату вошел приемный отец. Он посмотрел на неё каким-то странным взглядом, таким, каким он никогда не смотрел на неё раньше. Ей стало не по себе, внутри все сжалось, она поняла, сейчас случится что-то непоправимое, она тихо произнесла: – Отец, ты что? Он ничего не ответил, быстро подошел к приемной дочери, сорвал с неё платье, разорвал трусы и изнасиловал. Это повторялось изо дня в день, за исключением тех дней, когда отец уезжал в командировки. По началу она плакала, сопротивлялась, но потом, со временем она поняла, что сопротивляться бессмысленно… Именно тогда она и полюбила темноту. В темноте она чувствовала себя защищенной, а самое главное, в ней она могла спрятаться от ненавистного «папы».