Путь смирения

Я не мог отвести глаз от своего отражения в зеркале. И моё ли оно вовсе? Всё что я мог видеть — это бездушная машина, от лица которой я наблюдал. Мысли роем ос беспорядочно мельтешились в голове. «Смерть — самое лучшее что могло произойти», «больше не человек, а извращённое его подобие — омник», «обречённый заложник собственного тела…». Как можно было заметить, мысли были исключительно позитивные. Я как завороженный трогал лицо руками и, не отводя глаз смотрел в одну точку. Похоже, я глубоко ошибся, когда назвал Циглер своим ангелом-хранителем. — С тобой всё в порядке? — Голос Ангелы заставил меня выйти из своего транса. — В порядке... В порядке?! Ты ещё смеешь спрашивать?! Посмотри на меня! Видишь кем я стал? Видишь в кого ты меня превратила? — Я всплеснул руками, заставляя девушку окинуть взглядом моё тело. — Я ходячая груда металлолома! Да лучше бы я умер, чем стал тем, кем являюсь сейчас.

Pov Автор.

Эти слова явно задели Циглер, но она умело скрыла все эмоции прежде, чем они отразились на её лице. Работа врача выработала в ней эту способность, ведь главное в этой профессии — хладнокровие. За время своей карьеры Ангела успела со многим столкнуться: с успехами, провалами, неудачами и потерями. Но слышать: «Да лучше бы я умер…» от человека, которого ты буквально вернул с того света ей приходилось впервые. Поджав губы, девушка направилась к выходу из палаты и не оборачиваясь промолвила: — Рано или поздно ты примешь свою новую сущность и всё-таки скажешь мне спасибо... — Она покинула палату и быстрым шагом направилась в свой кабинет. Она шла по коридорам, словно в тумане, никого не видя и не слыша. Войдя в кабинет, Ангела обессиленно рухнула на диван, располагавшийся в левом углу, рядом с письменным столом. Слова Гэндзи отказывались покидать ещё свежую голову Гения медицины, а, напротив, отравляли густым туманом ясность мыслей. Внутри девушки всё будто бы сжалось, отчего хотелось надрывно взвыть. «Я всё сделала правильно, я всё сделала правильно», — повторяла она самой себе. — «Я давала клятву спасать всех людей, и я верна ей», — но от этого легче ей вовсе не стало. Устало закрыв лицо ладонями, её по-прежнему терзало необузданное чувство. — Кхм. Я не помешал? — Тихий дверной скрип потревожил наступившее безмолвие. — Не помешал, — Циглер быстро смахнула предательскую слезинку, которая намеревалась скатиться по щеке. — Проходи, Джек. Глава медицинских разработок снова воспользовалась своим профессиональным качеством и приняла сосредоточенный вид. Мужчина медленным шагом зашёл в помещение и сел в кресло напротив Ангелы. — Что-то случилось? Нужна моя помочь? — Нет, нет всё в порядке, — Моррисон тут же успокоил обеспокоенную девушку. — Я просто хотел поинтересоваться, как Гэндзи Шимада. К нему уже можно заходить? — При упоминании этого имени голубые глаза потускнели. Повисло короткое молчание. Джек непонимающим взглядом смотрел на сотрудницу. — Он так и не пришёл в себя? Ангела? Девушка воспрянула от голоса мужчины, тихо ему ответив: — Мистер Шимада уже очнулся, ещё вчера вечером. Я изучила его жизненные показатели — они в норме, но я бы не советовала заходить к нему в ближайшие пару дней. Он ещё не совсем адаптировался… ему нужно время, — девушка покачала головой. — Даже не представляю, что он сейчас испытывает, — сочувствующим тоном произнес Моррисон. — Но младший из братьев создаёт представление сильного человека, думаю Гэндзи с этим быстро справится, я всё же зайду к нему сегодня. Джек покинул кабинет Циглер, сославшись на дела. А та в свою очередь достала из стола папки с документами. Работа — лучшее лекарство в её случае.

Pov Гэндзи.

Я никогда раньше не занимался самобичеванием. Всегда считал это уделом совестливых. Но сейчас почему-то моё мнение было иным. Я сидел на холодном, немного отрезвляющем кафеле, которым был уложен пол и, впечатывая снова и снова кулак в бетонную стену, бродил по бульвару своих дрянных мыслей. Они противно хватались за меня и закрадывались в самую глубь головы. Я пытался представить, как всё обернулось, если бы я был пай-мальчиком и просто по настоянию клана стал его соглавой? Унылая, скучная жизнь? Идеальные до тошноты отношения с братом? Не думаю, что это именно то, чего я хотел от жизни, но и стать ходячей железякой... И тут всё же на роль наименее отвратительного жизненного сценария напрашивался первый вариант. Лучше быть человеком без личной жизни, погрязшим в криминальной деятельности, еже ли такой тварью. И к какому выводу я сам себя привёл? Я сам виноват в случившемся? Стоп, такое чувство, будто я это уже говорил... Рука уже изрядно побаливала и противно скрипела. Я удивился, что ощущал боль, значит я не бесчувственный. На окрашенной бежевой краской стене, после моих манипуляций красовалась вмятина средней глубины. А, плевать, что скажут, у меня депрессия. — Неплохие удары, — низкий с небольшой хрипотцой мужской голос прозвучал где-то позади меня. — Похоже, твои умения и рефлексы обострились после кибернизации. Это нам только на руку. Я обернулся и не понимающе посмотрел на зашедшего гостя: — Простите, а вы вообще кто? — Джек Моррисон, — мужчина протянул руку для рукопожатия, но я проигнорировал это действие. — Я возглавляю организацию Овервотч, именно с её помощью ты остался в живых. Я недовольно фыркнул от последней услышанной фразы. — И вы пришли услышать слова бесконечной благодарности? Извините, но спешу вас огорчить. Я ненавижу то, что вы со мной сделали! И да, будьте прокляты!