Аллюзии романа

Проблем со свиданиями у Дэниела не возникало со времен старшей школы. И тогда проблемой было банальное отсутствие этих самых свиданий – фокусы он только начинал осваивать, подростковые комплексы цвели в душе неистребимо, и привлекать противоположный (хоть какой-нибудь) пол тощему, как жердь, нескладному пареньку было решительно нечем. Старые добрые деньки. Теперь, в ретроспективе, все это казалось несерьезным и не стоящим беспокойства. Переминаясь с ноги на ногу возле парковки на Грэйт-Кросс-авеню, Атлас чувствовал, как у него потеют ладони и предательски дрожат колени. А ведь к этому моменту он уже справился с такими великими философскими вопросами, как «что надеть» и «куда пойти». Восьмиугольная черепичная крыша чайного домика, аккурат через дорогу от Гринвичской королевской обсерватории, виднелась из-за крон деревьев, как маяк в бушующем море молодой зелени. Майский вечер был свеж и томен, располагал в равной степени к прогулкам и тихим посиделкам, а самый главный и сложный философский вопрос «как пригласить» Дилан, будучи настоящим лидером, благополучно решил за него. Дэнни просто не мог вспомнить, когда ему еще случалось так нервничать. - Привет. Давно ждешь? – на плечо легла знакомая широкая ладонь, и по позвоночнику тут же прошла волна горячего озноба. Броуновская чехарда мыслей в голове сменилась прямо-таки звенящей тишиной. Атлас обернулся, откидывая назад капюшон тонкого джемпера, и его яркие, четко очерченные губы на мгновение сложились в короткое «о». - Да. В смысле, нет. Подожди, - Дэнни кашлянул в кулак, прочищая горло, и, наверное, весь его облик хотя бы отчасти отражал ту бурю эмоций, которые разрывали грудную клетку, потому что во взгляде Родса отчетливо мелькнуло беспокойство. – Дилан, могу я тебя кое о чем спросить? Для человека, который ранним утром прилетел из другой страны, он выглядел просто неприлично хорошо. Светлая рубашка выгодно подчеркивала смуглую кожу, волосы были (относительно) призваны к порядку, и весь облик Дилана прямо излучал бодрость и энергию. В ответ на последнюю реплику он часто заморгал от растерянности и неуверенно улыбнулся. - Вот так сразу? - Почему ты раньше ничего не делал? – почти одновременно вырвалось у Дэнни. На открытом выразительном лице Родса теперь обозначилось искреннее изумление. Дилан даже отступил на полшага, словно видение Атласа в перспективе могло помочь бывшему офицеру полиции понять тот хаос, что царил в его голове. Надо было вспомнить, что в прошлом это уже не срабатывало. - Что? - Нет, ладно. Забудь. Ты прав. Давай начнем с чего-то другого, - резким нервным движением Дэнни набросил капюшон обратно, потом, спохватившись, опустил снова. Он двинулся через парковку в сторону чайного домика, и Дилану ничего не оставалось, кроме как молча последовать за ним. Внутри павильона было светло и тихо, почти как в церкви, и едва различимое гулкое эхо только усиливало впечатление. Атласу уже доводилось бывать здесь, впервые - еще до второго шоу в Вегасе, и ему нравился просторный интерьер с пестрой, плохо подобранной плиткой на полу и стенах, малым количеством самой необходимой мебели и высоким потолком, который в середине зала переходил в восьмигранный купол. Посетителей в чайном домике всегда было немного и, в основном, они предпочитали занимать столики под открытым небом. У Дэнни было довольно своеобразное представление об уюте, и это место ему соответствовало. - Так что ты все-таки имел в виду, спрашивая, почему я «раньше ничего не делал»? – поинтересовался Дилан уже спокойным голосом, когда они оформили заказ и устроились за столиком возле одного из французских окон. Косые лучи закатного солнца золотили верхушки дубов, и все в окружающем мире буквально пело от безмятежности. Атлас подумал, что лучше бы он, как классический плохой бойфренд, на первом свидании начал говорить о работе. - Меня просто удивляет, - он замялся, пытаясь сделать расплывчатую фразу из мысленных рассуждений, предельно короткой и понятной, - что мы знаем друг друга уже почти два года, и ты никогда раньше не пытался… как бы это сказать?.. перевести наши отношения на другой уровень. - Ты тоже, - хмыкнул в ответ Дилан, рассеянно вертя в пальцах бумажный пакетик с сахаром. – И, кстати, для меня прошло больше, чем два года. Дэнни не мог не оценить ту ловкость, с которой лидер «Всадников» уклонился от прямого ответа. Все, что было тайным, и уж, тем более, тайная жизнь Дилана, Атласа слишком интересовало. В этот раз он тоже, в конце концов, повелся: неопределенно качнул головой, призывая пояснить. - Я наблюдал за всеми вами в течение нескольких месяцев, - просто сообщил пятый «Всадник», как что-то само собой разумеющееся. - Уличные представления, малые сцены, пара коротких фокусов в автобусе – мне нужно было узнать, что именно вы можете. Не просто слухи и сплетни – увидеть своими глазами, - поколебавшись еще несколько мгновений, Родс все же разорвал один из пакетиков и высыпал в чашку. – Я был почти на всех представлениях, что ты устроил за это время. Стоял в толпе. Атлас слушал, затаив дыхание. Возникший в сознании образ Дилана, серьезного и молчаливого, следящего за его руками цепким оценивающим взглядом, заставил Дэнни нервно передернуть плечами. От публичных выступлений он всегда пьянел не хуже, чем от дюжины коктейлей в баре, минутное вдохновение заставляло порой говорить и делать такое, что Атлас никогда бы не повторил вне сцены – и речь не о карточных трюках, мгновенном развязывании узлов или ловле пуль зубами. Почти каждое выступление заканчивалось для него сексом с новой девушкой (иногда он специально подводил к этому, иногда - нет), и это тоже было прямым следствием накрывающей в такие моменты эйфории. И Дилан наблюдал за ним несколько месяцев. Теперь, во всяком случае, Дэнни действительно стало многое понятно. Он бы тоже десять раз подумал прежде чем к себе, такому, подкатить. - И что ты увидел? – произнес он, чувствуя как во рту все пересыхает – поспешно отхлебнул из своей чашки, обжегся и быстро прижал к губам салфетку. – Там, на этих представлениях. Родс улыбнулся, наблюдая за его метаниями, но как-то совсем не насмешливо, даже не весело. - Острые углы. Дилан смотрел куда-то мимо него, в окно, к которому сидел полубоком, машинально размешивал сахар в чае. Закатный пейзаж должен был бы умиротворить душу и более мятежную, чем у него, но, вероятно, такие эмоции, как спокойная радость, просто не были Родсу доступны. - А отношения с другими мужчинами у тебя когда-нибудь уже были? Дилан определенно зря в этот момент решил, наконец, попробовать свой черный цейлонский. - Уф. Извини, - прокашлявшись, выдал он, качая головой из стороны в сторону. - Это было слишком прямо. - В самом деле? Тогда ладно. Можешь не отвечать. Тема-табу для первого свидания, вариант второй: «Бывшие». - В колледже я немного экспериментировал, - после некоторых раздумий все же признался Родс. – Это не было чем-то серьезным, и я не думал, что когда-нибудь станет. - Но теперь же стало? Ореховые глаза напротив искрились теплом и весельем. Дилан выдержал академическую паузу, потратив ее на вторую попытку сделать глоток из своей чашки, и только потом произнес: - Да, теперь стало, - и просто потому, что в жизни Дэнни все просто не могло быть совсем хорошо и замечательно, добавил: - Знаешь, однажды – и, вполне вероятно, что очень скоро – наступит день, когда ты ничего этого не захочешь. Не от меня. Ладно, возможно он был вполне достойным конкурентом в поиске худших тем для разговора на первом свидании. Дэнни застыл на своем месте, пораженный этой абсурдной догадкой, как громом. Пусть раньше он и не был идеалом надежности в отношениях, но уже тот факт, что жизнь для него делилась на «раньше» и «теперь», лучше любых клятв говорил: Дэниел Атлас не просто влип по уши – ушел с головой, и сверху еще накрыло. Ему казалось, Дилан это тоже видел, он ведь вообще все видел, потому и был так успешен в управлении людьми. - Подожди, - видя, что Дэнни собирается возразить, Родс мягко сжал его предплечье. – Я только хотел сказать, что не буду давить. На тебя – не буду. И, отвечая на самый первый твой вопрос: я не пытался… как ты там сказал?.. «перевести наши отношения на другой уровень», потому что тогда, два года назад, тебе не было это нужно. Дэнни почему-то вспомнил ставшую для него переломной встречу на рынке в Макао, когда ждал уговоров и угроз, а Дилан вместо этого лишь глухо попрощался, развернулся и ушел – и хотя то, что заведомо мертво, болеть не может, где-то в душе, как старая рана, заныла совесть. В общем, Атласу не нравилось, когда он разворачивался и уходил. В павильоне чайного домика кроме них посетителей не было, а в поцелуях Дэнни – слава великому прогрессу, хоть в чем-то – все же значительно продвинулся со времен старшей школы. Чужие пальцы скользнули по коротко остриженному затылку, прошлись вдоль хребта, привлекая его ближе, заставляя практически лечь животом на круглый белый столик, и вот уж в чем они точно были согласны друг с другом: это была лучшая часть их сегодняшнего крайне неловкого свидания. - Ну, да, - сам с собой вслух согласился Атлас, когда их губы, наконец, разомкнулись; у него в запасе еще оставался последний великий философский вопрос, который Дэнни никак не мог решить в одиночку. – Итак… К тебе или ко мне?