Глубокие воды

Ракушница бежала в лагерь, а позади нее белым снегом застилало глубокие провалившиеся следы. Кошка дрожала от холода и страха. Всего несколько мгновений хватило, чтобы потерять из виду Медозвезда и слышать лишь его крики. Ракушница видела, как с горки скатывается огромное дерево и представить себе не могла, как такое возможно. Ракушница поежилась, прогоняя в памяти ещё свежие моменты, оставленные в памяти. Воительная глубоко выдохнула, когда обнаружила тропку, знатно протоптанную лапами соплеменников. Вот она, нужная ей дорога! Ракушница старалась изо всех сил передвигать своими крапчатыми лапами. Ее живот уже значительно опустился и давал знать о котятах, следовательно будущая королева очень быстро устала и запыхалась. Снежный буран действительно стих, где-то в округе раздался громкий стук поваленного дерева. Ракушница вздрогнула. И не только она: а все Речные коты, находившиеся в лагере. *** Серебрящая лениво толкнула лапой Колтунка, нападавшего на неё. Они лежали на плоском камне около палатки оруженосцев и бессмысленно проводили время вдвоем, ожидая окончание метели. И вот она как по волшебству закончилась, а Серебрящая, в очередной раз ловко уворачиваясь от нападений своего ученика, перевернулась на живот, прищурила глаза и напрягла уши. Её сердце обжег неприятный осадок, когда в лагерь из-под лаза буквально влетела Ракушница. — Звездное племя упаси! — тяжело дышала рыже-пятнистая кошка, оседая на землю. Уши у нее были плотно прижаты к голове, от воительницы исходили волны страха. С небольшого карниза на владения Речного племени как раз смотрела Медолапа. Глашатая удивленно посмотрела на Ракушницу и могучим прыжком приблизилась к ней. Ракушница все еще продолжала слегка подрагивать. Из воинской палатки пулей выскочил Гром и Крапина. Они подбежали к матери и стали ее вылизывать, будто приводя в чувство. — Что произошло? Что случилось? — наперебой кричали они. Вокруг Ракушницы наконец скопилось так много котов, что Серебрящей пришлось самой подойти туда, чтобы хоть что-то услышать о произошедшем. А что же, собственно, произошло? — Я… — прохрипела пятнистая кошка, отряхиваясь от налипшего снега. — Мы шли с Медозвездом. Началась снежная буря. Мы поспешили домой, но тут вдруг огромный вихрь вырвал дерево, стоящее на отшибе. Дерево стало катится по горе, а лавина надвигалась прямо вниз… прямо на… нас. Сейчас там огромнейшая гора снега, я не знаю, как туда пройти, я… — Подожди-подожди, Ракушница. А Медозвезд-то… где? — беспокойно протянула медовая глашатая, нервно размахивая хвостом. Ракушница посмотрела на неё стеклянными глазами и сглотнула: — Я не знаю. Стоящие вокруг племенные ахнули и засуетились. Серебрящая недоверчиво вглядывалась в дрожащую кошку. К ней уже подбежала Голубика и отвела ее в палатку целителя, при всём при этом сообщив, что Ракушница ждет котят и ей нельзя волноваться и давить на неё. Серебрящая была в полнейшем шоке. И кажется даже не от того, что подруга Медозвезда вновь беременна, а от пропажи предводителя. Медолапа закричала, как нервная: — Быстро сюда мне сильных и быстрых воинов! Я сказала быстро! И не смейте опаздывать, все за мной! Мне сколько раз надо повторить? — раздражение и беспокойство глашатой были на пределе. Серебрящая проскочила к ней и выпрямилась: — Я готова с тобой пойти, Медолапа! — Мне плевать! Я позвала воителей, и пускай сами решают, как им угодно исполнять долг племени, — рыкнула от злости Медолапа, разворачиваясь к лазу и пролезая под ним. Пока она всё это делала, Серебрящая заголосила: — Ежегрив, Кристальный, Снегирь! — бурый полосатый воитель, серебристый и черно-белый воины выглянули из палатки воителей и непонимающе уставились на кошку. — Ты чего разоралась? — фыркнул Ежегрив, закатывая глаза. Крапина выбежала из палатки целителей, когда проводила мать туда. Крапчатая кошка подпрыгнула к нему и нежно подтолкнула к выходу из палатки: — Скорее, иди помоги. Кристальный посеменил к Серебрящей, снисходительно глядя на неё. Сзади хвостом зашагал Снегирь, его младший брат с другого потомства. Поскольку кошка редко с ними общалась, она неуверенно начала: — Нужно пойти за Медолапой… в общем, Медозвезд может быть в опасности… — Он не просто может быть в опасности, он в опасности! — рявкнул Гром, вставший совсем рядом. — Быстро собрались и побежали на поиски, а я с вами! Черный воитель в тот момент выглядел так смело и прекрасно, что Серебрящая влюбленно поглядела на него. Какой же он сильный, гордый, смелый, красивый… — Серебрящая! Может ты тоже поторопишься, если собиралась пойти? — фыркнул от негодования Гром, прожигая ее своими янтарными глазами. Серебрящая даже прижала хвост от удивления. Чего он так раскричался? Бежит она уже, бежит! Пока серебристая воительница следовала за бегущими Кристальным, Снегирем и Ежегривом, Грома остановила на полпути к выходу Белошерстая. Она, как и многие в племени, толком не поняла и не расслышала, что происходит. Гром был весь на взводе и оттолкнул подругу. Ему еще не хватало время терять! Ради матери он был готов на всё, а тут еще и предводитель опасности! По сути Медозвезд был ему неродным отцом в таком случае. — Гром, что происходит? — Белошерстая чувствовала нарастающее волнение. Но черный воин, даже не удосужившись посмотреть на неё, уже скрылся из лагеря. Белошерстая осталась сидеть и смотреть ему вслед с немым вопросом. — Белошерстая! — крикнул Колтунок, со спины укладывая ту на землю. С головой упав в снег, Белошерстая развернулась и дала черному коту лапой по морде. Колтунок поморщился и зашипел: — Эээй, чего дерешься? — Это ты дерешься, мелкий! — фыркнула Белошерстая, нахмурившись. — Тебя чему Серебрящая учит, а? Когти выпускать да драться наверное! — А вот и нет! — Колтунок похлопал глазами и прижал лапу к царапине. — Мы выполняем много охотничьих и боевых приемов, а еще занимаемся патрулями и… — Бла-бла-бла, мне всё равно, понятно? — недоброжелательно сверкнула глазами Белошерстая. Сестра ее отвергнула, и значит любое общение с ней и её окружением лишь досаждало Белошерстой. Она не собирается унижаться и выпрашивать дружбы с сестрой! Захочет — сама приползет когда-нибудь, а сейчас пусть хоть пасть скалит — Белошерстой плевать. Белоснежная кошка встала и принюхалась. — В племени есть проблемы поважнее, что-то с Медозвездом. — Об этом я и хотел тебе сказать! — фыркнул Колтунок, огибая воительницу. Оруженосец припал на передние лапы и выпустил коготки, оглядываясь. — Если что-то случилось, я всегда готов помочь и всё разрулить! — Ага, — усмехнулась Белошерстая проходя мимо него. — Ты опоздал, малышок. Патруль уже убежал. — Ну и что? — прошипел котенок, замахиваясь и цепляя лапой воздух. — Я всё равно на многое уже способен. Серебрящая прекрасная наставница. Я так рад, что она… — Да хватит уже, — пробурчала Белошерстая, плетясь в палатку оруженосцев и раздумывая, что же могло произойти. Пока в лагерь прибежала Ракушница и все рассказала, кошка заснула под такую плохую погоду и вот буквально недавно оклемалась. Колтунок недоуменно поглядел на неё и произнес: — Что толку, что ты избегаешь сестры? Она хорошая. Я бы не хотел ее терять. Когда Колтунок скрылся в своей палатке оруженосцев, Белошерстая похолодела и крепко зажмурилась. *** Серебрящая тяжело дышала. Из пасти струился белый легкий пар. Отряд воителей бежал и отмечал куда вели следы недавно пробежавшей Медолапы. Возможно она сейчас пыталась в одиночку разобраться, где Медозвезд и могла тоже попасть в опасность. Лавина снега — это совсем не шутки! Особенно на территории Речных воителей. Когда Кристальный, Снегирь, Ежегрив, Гром и Серебрящая пробегали возле самой кромки реки, пробегавшей на их территории, Серебрящая заглянула в иссиня-темный лед и все же увидела там отражение себя. Кошка подтянулась, покрылась густой красивой шерстью и совсем похорошела. Серебрящая даже задумалась, как она выглядит. И, как оказалось, очень даже неплохо. Отбросив эти лишние мысли, Серебрящая стала думать о судьбе предводителя их племени. Она умоляла всё Звездное племя, чтобы он не покинул их в такую трудную морозную зиму. Кошка притормозила и проехалась на снегу, когда цепочка котов притормозила тоже прямо перед ней. Они увидели перед собой большое поваленное дерево и огромнейшие сугробы снега. Если туда пробраться, то тебе покажется, будто ты тонешь в цепких лапах глубоководной реки, а в тебя вопьются тысячи иголок. С другой стороны выглянула Медолапа. Она залезла прямо на дерево и осторожно шагала по нему, громко мяукая: — Медозвезд? Братец, отзовись. Медозвезд! Медозвезд! А в ответ ей была глухая тишина и начинавший посвистывать ветер. Медолапа напрягалась, набрала в легкие воздуха и пронзительно закричала: — Медозвезд? Ты здесь? «Пожалуйста, Медозвезд. Скажи, что ты не там…» — на едином дыхании прошептала Серебрящая, приближаясь к этим снежным «руинам». Снегирь стал отбрасывать снег в разные стороны и копать. Кристальный посмотрел на него и последовал примеру. Медолапа отрешенно уставилась в даль и вновь закричала, что есть силы имя брата. Ежегрив критично оглянулся и хмыкнул: — Это не выкопать. Что вы взялись за ненужную работу? Гром посмотрел на него с укором, готовясь что-то сказать, но тут полосатый увалень Ежегрив сам почувствовал на себе жгучий взгляд глашатой. — ВЗЯЛИСЬ ЗА НЕНУЖНУЮ РАБОТУ? Ежегрив шагнул назад, видя, как Медолапа дрожит не то от злости, не то от переизбытка чувств. Как оказалась от обеих причин сразу. Кошка молнией спрыгнула с другого конца дерева и помчалась к отряду. Снег разметался под ее лапами, пока глашатая неслась как стрела по направлению к Ежегриву. Воин вжался в снег и наклонился, закрываясь лапами. Медолапа напрыгнула на него и прижала лопатками к земле: — Как ты смеешь так говорить? — шипела ему в лицо кошка. Серебрящая прижала уши и отвернулась, начиная выкапывать снег. Медолапа хлестнула Ежегрива по лицу лапой со втянутыми когтями и попала в нос. Скорчившись от боли, буро-полосатый попытался закрыться, но Медолапа сильно прижала его и закричала прямо в лицо, так, что её обезумевшие глаза сверкали: — Заткнись, пока я не располосовала тебя! Еще раз ты заикнешься, что мы делаем ненужные попытки спасти моего брата, ты уйдешь отсюда и больше никогда не появишься, ПОНЯЛ?! Серебрящая вздрогнула, а как вздрогнул Ежегрив она не смотрела и видеть не хотела. Ей было страшно. Она никогда не видела такую Медолапу. Эта глашатая всегда была мягка и общительна, а особенно со своей любимой ученицей Серебрящей. Теперь же серебристая видела в ней сильную, но будто сумасшедшую кошку. Гром усердно выкапывал рядом снег, стараясь не слушать перепалку, а к сжавшейся Серебрящей подошел поближе Кристальный. Почувстовав на себе его взгляд темно-голубых, почти синих красивых глаз, кошка невольно опустила голову. — Ты дрожишь от холода? — склонил в непонимании голову Кристальный. — У тебя ведь такая густая и красивая шерсть. Серебрящая резко вскинула голову и тупо уставилась на него. Кристальный смутился и продолжил распространять поляну от снега. Серебрящая немного напряглась. С чего это он ей такое говорит и можно ли это было считать за комплимент? Нет, ну ведь сейчас для такого не подходящее время! Наконец, потрепав нервы Ежегриву, Медолапа встала и запрыгнула на высокую гору снега и раскидала его по сторонам. — Медозвезд, брат! Отзовись, прошу тебя… — казалось, что недавно рассерженная кошка готова была зарыдать, ведь голос её начинал подрагивать. Она говорила натянуто. Серебрящая никогда не предполагала, что такое происшествие может показать весь спектр эмоций, показать себя настоящего. Они раскапывали долго, а сверху уже сгущались сумерки. Небо нахмурилось и потемнело, затягивая серой дымкой свет от звезд к земле. Стало темно, но белый снег блестел, отдавая немного источника света. Серебрящая прорыла самую глубокую яму — она очень усердно работала. Мжет быть, вымещала так свои эмоции. Хотя Медолапа тоже изо всех сил старалась. Вдруг серебристая подпрыгнула и ахнула, пятясь назад. Работающие рядом воители моментально вскинули головы и непонимающе посмотрели на неё. Они уже были изнурены и совсем разочарованы. Им казалось, что шансов на спасение Медозвезда нет просто потому, что под этой лавиной нет абсолютно никого и ничего. Но Серебрящая доказала обратное. Среди снежных руин торчал клочок рыже-медовой шерсти предводителя. Медолапа так торопилась туда, что споткнулась и полетела вниз, расчистив еще добрую половину снежной горы. Теперь это видение замело. Серебрящая воскликнула: «Нет!» и заработала лапами, расчищая и расчищая снег. Так она не старалась, быть может, ещё никогда. Кроме подъема в горы… Серебрящая почувствовала, как рядом прижались остальные участники отряда и стали копать. Конечно, стало намного легче. И вот они уже достали из-под снежных развалин тело Медозвезда. Красивая медовая шерсть повисла тусклыми клочками. Он был ужасно холодным… А форма его тела странно исказилась. Неудивительно. Дерево любого переломает. Медолапа навзрыд закричала. Она упала к брату и прижалась крепко-крепко. Серебрящая отодвинулась и в её глазах тоже заблестели слезы. Пелена накрыла её глаза, заставляя их щипать от слез и заглушить зрение. Возникла резкая и давящая тишина. Они нашли его… Вот он, Медозвёзд. Но зачем им нужен был он уже не живой? В горле Серебрящей застрял огромный ком, но она едва сдерживала себя. Гром, Снегирь, Ежегрив и Кристальный низко склонили головы и скорбили. — Нам нужно найти ему место, — наконец нарушил всхлипы и рыдания Медолапы в тишине Гром. Он с болью смотрел на эту картину и не мог приблизиться, чтобы нарушить связь сестры и брата — Медолапы и Медозвезда в этот момент. Такой искренней и светлой любви к брату Серебрящая не видела давно. И ей стало больно в душе. Всё внутри сжалось. Рыдала ли так Крапина, когда погиб Крапиволапик? Кажется, она выдержала, чтобы не проронить ни слезинки. Рыдал бы так любой другой в их племени? Рыдала бы так Серебрящая, потеряй она Белошерстую? Когда слез у Медолапы уже не осталось, она поднялась и пошатнулась. Кажется, у нее совсем разболелась голова и она с трудом могла сделать хоть шаг. — Снегирь, мне придется тебя оставить на эту неприятную процедуру. Ты поможешь найти для него хорошее местечко. Да… — каждое слово глашатая говорила с трудом. — Но прежде позови тех, кто хотел бы присутствовать. А я… мне пора. Серебрящая сначала даже поразилась, но потом всё осознала. Медолапа теперь будет предводительницей Речного племени. И ей пора идти к Лунному Озеру. Но ведь можно было это отложить на завтра? Почему нужно идти в сейчас? Но когда Медолапа уходила прочь, еле передвигая лапами и задыхаясь от нехватки воздуха, Серебрящая всё поняла. Иногда проще уйти от проблем хотя бы ненадолго, чтобы прежить всё случившееся. *** Сегодняшний день… Точнее, сегодняшняя поздняя ночь была, пожалуй, самым траурным днём за прошедшие множество лун жизни племени. Серебрящая теряла всех, кого она любила. Каждого она любила по-своему. Медозвезд для неё всегда был примером и опорой. Самым лучшим наставником на свете. И она любила его, пожалуй, как собственного отца. Когда пришел её черед сказать пару слов ушедшему по звёздной дорожке коту, она прижалась к нему и прошептала: — Легкой охоты тебе на небесах, Медозвезд. И ей показалось, но лишь показалось, будто в тот момент кто-то провел по ее спине гладким пушистым хвостом. Таким, как у Медозвёзда. Серебрящей было очень тяжело в этот поздний час прощаться с предводителем племени, поэтому она не находилась долго на церемонии в отличии от шокированной Белошерстой. Кошка с презрительностью посмотрела на белоснежную сестру. Она могла бы за весь день узнать, где ее любимый Гром… ну и даже Серебрящая, а та лишь сейчас узнала, что случилось и теперь восклицает! Серебрящая со злости хлестнула себя хвостом. «Она не ценила Медозвезда так, как я. Но мне уже все равно на Белошерстую, да…» Серебрящая после прощания с предводителем осторожно покинула толпу и направилась в лагерь. Кристальный стоял в толпе, и увидев, как воительница уходит, поспешил за ней. Кошка повернулась к нему вопросительно посмотрела. Ей даже не очень-то и хотелось узнавать, возможно, он просто тоже решил последовать её примеру и пойти уже отдыхать. — Проводить тебя? — раздался вопрос от молодого серебристо-серого воителя, который привел кошку в ступор. Знаете, когда такое спрашивают у кошки, привыкшей быть одной без ухажеров — это весьма странно. Вот и сейчас Серебрящая даже удивилась. Но вспомнив, что она уже достаточно повзрослела и готова принимать ухаживания, кошка кивнула головой. Она сама не поняла, почему позволила Кристальному следовать с ней бок о бок, но всё же это немного сняло её напряжение. Кристальный проявлял к ней какую-то особую нежность и ласковость, хотя она такого раньше не замечала. Значит ли это, что она ему симпатизирует? Веротяно, да. «И почему я не могу быть привлекательной?» — самоуверенно подумала Серебрящая, вспомнив, как она себя увидела сегодня в отражении чистого льда. — «Может, если с Громом не заладилось, то Кристальный будет хорошим другом…» Тут Серебрящая резко повернулась, пока они не покинули центр лагеря. Выловив глазами знакомую черную шерсть, Серебрящая попыталась телепатически указать Грому, чтобы тот посмотрел на неё. Вот она, и она не одна! У неё есть, с кем быть! «Зачем я это делаю…» — тут же словила себя на мысли кошка, немного виня себя. Назло Грому? Но это, опять же, бессмысленно… Да, она пыталась кому-то что-то доказать, но от этого было только хуже. Нужно просто выкинуть обидчиков и ненужных из своей жизни! Наверное, пора понять, что кто как поступает с тобой, так и ты с ними! Серебрящая пробралась к своему гнездышку в сопровождении Кристального. Он немного замурчал и пожелал спокойной ночи и сладких снов. — И тебе, — прошептала кошка, слегка прикоснувшись к нему хвостом. Эти телодвижения немного смущали кошку, но она старалась заглушиь свое сильно бьющееся сердце. Кристальный растянулся в самой искренней и приятной улыбке. Серебрящая легла на подстилку, вытягивая и стараясь расслабить мышцы. Они жутко болели, все тело сковало и тянуло. Как же всё-таки продуктивно влияет работа! Жаль только, что её результат не привел ни к чему хорошему, как если бы они и не делали её. Кошка вспомнила детально сегодняшний день и зажмурилась. Ей казалось, что она уже достаточно погрустила, но слезы самопроизвольно потекли по щекам. И почему всё так сложно в жизни? Почему нельзя просто просыпаться и засыпать в сладких грёзах, не думать ни о чем, кроме спокойствия, радости и счастья… Спокойствия, радости, счастья...Спокойствия... Кошке казалось, что она ступает лапами по чему-то мягкому, яркому и блестящему. Нет, не казалось! Она шла прямиком по светящимся искристым звездам. Серебрящая задрожала, ей казалось, она вот-вот потеряет равновесие и рухнет вниз. А внизу была темно-синяя завораживающая бездна. И лишь звезды создавали безопасную тропинку. Серебрящая шла, будто в сказке. Со звезд сыпалась невесомая пыль. Она вновь была в гостях у Звёздного племени. — Серебрящая, — раздался знакомый голос. Тепло раздалось по телу кошки. Больше всего ей хотелось услышать именно Медозвезда! Медовый кот шел к ней с другого конца. Его медовая шерсть была вся усыпана блестящей звездной пылью. Призрачный мираж расступился и Серебрящая ступила на мягкую воздушную поверхность. Облако… — Медозвёзд, — вдруг произнесла Серебрящая с самым серьезным тоном. — Зачем ты покинул нас? Медолапа страдает от горя. Мы все страдаем. Как ты мог? — На то не моя воля, звезда моя, — шутливо проурчал кот. Кажется, здесь он был так доволен, как не был в последнее время. Но от этого Серебрящей было еще душевно больнее: — Тебе здесь лучше? — Мне лучше там, где мой дом, семья и друзья. А значит… на земле, — протянул Медозвёзд. Но продолжил: — И на небе. Серебрящая подбежала к нему и прижалась к призрачно-холодной шерсти. Медозвёзд принял объятия, а затем отошел и строго посмотрел на кошку. — Послушай, я пришел не только попрощаться. Я хочу, чтобы ты знала. Когда Медолапа вернется из путешествия к Лунному озеру уже предводительницей, она обязана будет выбрать глашатая. Серебрящая затаила дыхание. Ей казалось, что всё происходит будто в сказке. — Я хочу оставить после себя несколько пожеланий. Одно я оставлю Ракушнице о котятах, другое Медолапе о правлении — но мы с ней увидимся позже на посвящении в предводительницы… А вот тебя я хочу уже заранее посвятить в глашатаи. — Что? — Серебрящая не верила своим ушам. Как такое может быть? Она — глашатая? Да в жизни не поверила бы. — Но почему я?.. — Я считаю, ты должна занимать эту должность. И я верю, что ты сохранишь в своих лапах племя. Потому что ты готова к этому, ты способна на это. Ты — та опора для племени, которую оно ждет. Я полностью уверен, что ты справишься. Медолапа конечно тоже сделает правильный выбор, я не сомневаюсь. Но я ей вскоре скажу. Помни… — Медозвезд, я… — Серебрящая поежилась. — Может, я все же не готова? Ведь я даже не… не Речная кошка. То есть, Речная…, но и Грозовая в не меньшем количестве… — Это никогда не будет оправданием, чтобы не быть глашатой, — весело пошевелил усами Медозвезд. — И я это уже знаю. Здесь рассказали. А знаешь, что еще сказали? — Что?.. — округлила свои серебристые светящиеся глаза Серебрящая. — Берегись стихии своего племени. — Медозвезд, но я не понимаю! — вскрикнула Серебрящая, но все как обычно растворилось и провалилось в мглу. Опять… опять, опять, опять!