Глубокие воды

Серебрящая распахнула глаза и поежилась от холода. Холодный ветер колыхнул её шерсть, заставляя мелко задрожать. Неужели за ночь настолько похолодало? Конечно, сезон Голых Деревьев… и ему это даже свойственно. Но такого пронизывающего мороза на себе воительница не ощущала давно. Кошка стала энергично проводить языком по шерсти, чтобы хоть как-то согреться. До ее ушей донесся чей-то храп. Серебрящая откинулась назад и отвела в сторону звука. В гнездышке недалеко от неё лежали Белошерстая с Громом. Теперь они лежали так, будто это был единый клубок. И кажется, им там было вполне тепло и уютно вдвоем. Нервно поведя усами, Серебрящая быстро отвернулась и почувствовала, как ее когти самопроизвольно заскребли по подстилке. С самого утра ей всё категорически не нравилось. Теперь еще и сама ужасная погода. Только вчера на Совете проговорили о близких похолоданиях, и вот как накаркали! Что же, с этим приходилось лишь смириться и не более того. Серебрящая осторожно пошагала к выходу, чтобы не толкнуть ненароком кого-то из спящих воителей. В сезон Голых Деревьев обычно спалось хорошо, поэтому многие еще даже не поднялись. Серебрящая нагнулась и проползла под лазом воинской палатки. Она сразу же наступила лапой в мягкое покрывало снега. Что-то много его выпало! Серебристая воительница поглядела на свои глубоко впечатанные следы позади. И вновь она почувствовала дыхание ветра, который мгновенно хлестнул ей по морде массивной россыпью снежинок. В глазах закололо и Серебрящая даже чихнула. Нет-нет-нет, только бы не заболеть! Пробираясь через невиданные сугробы, кошка заметила, что начинается метель. Воительница заметила как недовольные оруженосцы выбираются из своих палаток. Оттуда же выкатился Колтунок. Конечно его было видно лучше всех, ведь он был самым темным и резко отделялся от белоснежного пейзажа. Серебрящая только собиралась крикнуть ему, чтобы подошел, как вдруг отпрыгнула в сторону от небольшого испуга. — Эй, ты чего это? — рассмеялась белоснежная кошка. Белошерстая конечно! — Ты что подкрадываешься! Нечего меня пугать, — нахмурилась Серебрящая, пятясь назад и недовольно окидывая взглядом сестру. Та игриво сверкнула янтарными глазами и припала на задние лапы. — Видала какие сугробы выпали? Мы так в детстве в снегу резвились, бегали, гуляли и играли! Было детство, — Белошерстая мечтательно вдохнула запах зимы. Кошка даже закрыла глаза, чтобы насладиться ностальгическим моментом. Серебрящую передергивало от наступившего мороза, а сестра тут в детские мечты улетела! — Слушай, ты меня отвлекаешь. Вообще-то мне надо побыстрее начать тренировки с Колтунком, пока метель не разбушевалась, — фыркнула Серебрящая. Белошерстая медленно удивленно пошевелила усами и непонимающе захлопала глазами. — А ты у нас не в настроении сегодня? — ответила кошка в обиженном тоне. — Я же сказала, мне некогда с тобой разговаривать, — пробормотала Серебрящая, отводя взгляд от сестры и направляясь к выбежавшим из палатки оруженосцам. Белошерстая вжала голову в плечи, но через пару секунд преградила путь серебристой сестре. — А когда с ее величеством можно поговорить?! Что ты меня избегаешь? — белая кошка насупилась. Серебрящая искренне хотела не беседовать с ней, но та назойливо лезла. По крайней мере, так считала воительница. А ведь сестра просто хотела поговорить. — Да отстань же ты от меня! Если ты не помнишь, я наставница, а значит у меня помимо воинства полно обязанностей. Займись делом тоже. Или иди с Громом поваляйся, может будет с кем поговорить! — последние слова серебристая сестра проговорила со всей язвительностью, которой могла, а затем проскочила мимо Белошерстой, демонстративно отворачиваясь. Белошерстая сглотнула и осела в белый сугроб снега. Кошка крепко зажмурилась, а когда зрение прояснилось, рядом уже никого не было. Речное племя разбивалось на охотничьи отряды и отряды патрулирования, но после этой ситуации Белошерстой совершенно расхотелось куда-то идти. «О великие звезды… Почему она так поступает со мной? Хотя я понимаю… Это всё из-за Грома» — подумала она. Белошерстая думала, что загладит свою вину как-нибудь, начнет нормально общаться с сестрой. Белая воительница прижала уши. Ей было так обидно, Серебрящая высказывала ей всё что думает. «Я ведь не хочу ее как-то задеть, а она задевает меня как можно больнее. Но что я могу сделать, когда Гром мне действительно нужен?..»

***

Серебрящая била кончиком хвоста из стороны в сторону и с самым хмурым видом направлялась на тренировочную поляну, где отрабатывали приемы оруженосцы. Серебристая наставница обернулась назад. За ней следовал Колтунок. Серебрящая подгоняла его и перекрикивала свистящий ветер. В морду ей все так же били ледяные осколки, а говорить было довольно трудно. И как в таком случае проводить тренировку? Но наставница с учеником упорно следовали к поляне. Когда они пробрались туда, то им было довольно тяжело пробираться через огромные сугробы. А снег все валил и валил не переставая, словно готовый поглотить их с головой. Серебрящая крикнула: — Колтунок, давай стойку, потом пару силовых приемов предыдущего занятия, еще… — Что говоришь? — крикнул Колтунок, находившийся в нескольких метрах от нее. Снежная метель усиливалась, учащенный снегопад скрывал лики, оставляя видимыми лишь нечетки силуэты. — Колтунок, погода ухудшилась. Лучше давай вернемся в лагерь, — Серебрящая даже не могла нормально принюхаться, чтобы лучше чувствовать, где ее ученик. Но к счастью, она все же его увидела, ведь он был узнаваем среди снега. Она подошла как можно ближе и произнесла. — Быстрее, побежали в лагерь. Пока они выбирались из огромной толщи белых покровов, ветер с небывалой мощностью трепетал ветки кустарников и расшатывал редкие деревья их территории. От этого Серебрящей было не по себе и ей хотелось как можно скорее вернуться в безопасное укрытие, воинскую палатку. Почему же все сегодня против неё?

***

Снежная буря не успокоилась, а напротив, еще сильнее разогналась. Ярые порывы ветра ломали ветви с деревьев, кружили снежные вихри в воздухе. Все вокруг было словно в тумане из-за белой снежной дымки. Медовый предводитель остановился посредний бескрайнего белого простора. Рядом с ним стояла Ракушница. Они отделились от пограничного патруля и теперь не могли разобрать, в какую сторону им идти. — Я прежде никогда не видел такой бушующей снежной бури! А сколько снега… — перекрикивал поднявшийся ураган Медозвезд. Он старался всеми силами двигаться в сторону лагеря, но снежная буря хлестала по морде и не давала сосредоточиться. Ему очень было неспокойно на душе. Лишь присутствие рядом любимой подруги немного согревало сердце в такой холодный день. Ракушница прикоснулась к нему хвостом. — У меня уже челюсть стучит от холода. Мне главное не заболеть. Мне этого точно не нужно… Медозвезд старался быть как можно оптимистичнее и успокаивал ее, продолжая пробираться к тропинкам лагеря. Деревья тяжело гнулись от навалившегося снега, а ветер, воспользовавшись этим, гнул их до невозможности. Медозвезд содрогнулся, но продолжил идти, низко опуская голову и зажмуриваясь, поскольку мело в глаза. — Не волнуйся. Даже если… даже если… — Медозвезд надрывал связки. — Заболеешь… То выздоровеешь, несомненно… — Медозвезд… — проскулила Ракушница, прижимаясь боком к медовому коту. — Я не хочу ухудшить свою состояние. Ведь я жду котят. У Медозвезда затрепетало сердце. Он остановился и стоял, тупо оставившись на силуэт Ракушницы. Он так жалел, что плохо видел ее мордочку в эту момент, и она плохо видела его, ведь ему сейчас хотелось чтобы их счастливые взгляды соприкоснулись друг с другом. У Медозвезда разлилось тепло по всему телу и он согрелся мгновенно от бушующей бури. Он был так счастлив, что его сердце уже выпрыгивало из груди. Его котята…вернее ее котята… вернее их котята! Его первое потомство, в отличии от Ракушницы. — Ты моя радость! — прохрипел от счастья Медозвезд, и Ракушнице пришлось напрячь уши, чтобы уловить его сумбурное от внеземной радости бормотание. — Мы вернемся в лагерь и скажем всем-всем-всем! А ты почему мне раньше не сказала? — Я сама только сегодня узнала, — воскликнула кошка, отряхиваясь от снега, покрывающего ее шерсть с ног до головы. — И вот ждала, когда тебе сказать… Знаю, сейчас не самый подходящий момент. Но как ты понимаешь, за этим мне нужно сейчас хранить свое здоровье. А ветер с новой силой гнул деревья. И это было совсем не к добру. Медозвезд уже прокликнал в мыслях этот сезон Голых Деревьев. Они не могли найти верную протоптанную дорогу домой, здесь всё замело. И никто не мог пойти на поиск предводителя, ведь из лагеря выбраться было крайне трудно, также, как и найти из него выход к ним. Ракушнице уже было трудно дышать, и морозный пар исходил от ее дыхания. Медозвезд переодически поглаживал ее хвостом по боку, подбадривая. И вот в один миг ветер настолько сошел с ума, что готов был сбить с лап. Лапы Медозвезда и Ракушницы не держали их на земле, ветер полностью оглушил все в ушах, говорить и дышать было тяжело. Но сквозь шум Медозвезд уловил треск. Какой-то громкий шум, словно спасительный маяк. Медовый кот приблизился к уху Ракушницы и произнес: — Ты слышишь? Нам нужно идти туда… Это какой-то знак, посланный Звездным Племенем… Ракушница уже вся дрожала от страха и холода: — Но кажется вот тропка в лагерь… Видишь… Знакомые кусты, деревья… Давай пойдем здесь, ведь мы не знаем, что за звук… Медозвезд закричал: — Ты можешь ошибаться! Чутье подсказывает мне, что нужно следовать на звук! Хоть мне сейчас и плохо слышно… Пожалуйста, иди за мной, Ракушница! И вдруг земля задрожала и завертелась вокруг. Сквозь пелену снега Медозвезд разглядел какую-то тень. Огромный силуэт на верху склона их территории. Медовый кот стоял в самом низу склона со своей подругой. Медозвезд осторожно попятился назад. Внутри все перевернулось. Со склона прямо на них падало вырванное ураганом дерево! Оно распластало свои крупные ветки и многочисленные корни и с огромной скоростью спускалось вниз, подпрыгивая на поверхности. Медозвезд всего на несколько секунд замер от неожиданности, а затем с силой толкнул Ракушницу. Она упала, вскрикнув. — Что ты делаешь, Медозвезд? Что… — Беги, Ракушница! Беги отсюда! — заорал Медозвезд, но голос его сорвался в лихорадочном безумстве. — Медозвезд? Что случилось?! Тебе плохо? — Ракушница, пожалуйста, быстрее! Я не хочу, не хочу оставлять тебя… Я тебя люблю, но пожалуйста, беги! Ракушница развернулась и побежала что есть силы. Потому что она интуитивно чувствовала, что Медозвезд прав и ей стоит быстрее уходить. Но она в последний момент остановилась и подумала, что значит «не хочу оставлять тебя?» Предводитель Речного племени стоял лицом к лицу к опасности, а лапы его дрожали от страха. Он очень сильно хотел жить. Он никогда не был в такой ситуации. А в родном лагере он не находился в безопасности! Но сейчас ему было главное то, чтобы Ракушница добралась до лагеря целой и невредимой. Он слышал ее отголоски уже где-то вдалеке. Она не понимала, что случилось и не видела, что прямо с большой высоты летит вырванное дерево, а из-под него огромная снежная лавина. Кошка бежала, полагаясь на свою интуицию. А сердце ее билось чаще в сто раз. Ракушница понимала, что Медозвезд остался позади, но ведь он не зря ей сказал уходить? Да и у нее уже не было сил, ей хотелось лишь добраться до безопасного места. А Медозвезд смотрел на падающее дерево, словно в замедленном действии, и его будто парализовало. А в глазах у него отражалось столько страха, сколько Медозвезд не испытывал никогда в свой жизни. Никогда. И такого не пожелаешь никому. Он не мог сдвинуться с места. А огромная смерть приближалась к нему с высокого склона. Кот не мог убежать, потому что уже потерял последнюю ниточку надежды. Он не знал куда ему деться. Предводитель напрягся и прыгнул, когда огромный силуэт уже не размывался перед глазами, а прояснялся все сильнее. В эти минуты Медозвезд слышал лишь биение своего сердца на полной громкости. Медозвезд подпрыгнул в надежде хоть как-то уцелеть, а когда поднял глаза, то на него уже надвигалась страшная снежная лавина. Мгновение, и она поглотила его с головой. А сверху, будто коронный удар, падала огромная черная страшная тень. И тень эта была не прозрачным и невесомым миражом, а настоящим огромным деревом, которое в этот злочастный день позволило ветру не просто сломать, а вырвать себя с корнями. Медозвезд закрыл глаза, понимая, что он не сможет отсюда выбраться. У него оставалось достаточно жизней, но он знал, что не выберется. По крайней мере, не успеет выбраться. И быстро растеряет все свои жизни… Но он готов был умереть от счастья после того, что сказала ему подруга. После того, как этот страшный миг произошел, вокруг все затихло. Словно так и нужно было. По одному щелчку, по одному мгновению, и все стало так, как и прежде. Сильнейшая метель стихла, оставляя после себя горы снега, обломки деревьев, ветки. Но неужели все это может быть так важно по сравнению с потерянными жизнями предводителя Речного племени. Эта страшная злейшая буря совершила нечто большее, чем очередной хаос на территории Речного племени. Последнее, о чем он подумал, когда уже лежал в снежном покрывале с головой и без единого источника дыхания, так это о том, что Ракушница обязана добраться до лагеря. Она и их дети. Медозвезд столько всего хотел сделать. У него были еще все…жизни… впереди. Он столько планировал. Воспитание детей, любимая подруга, забота о племени. За что? Так решило Звездное племя.