Whether my air

      — Что ты там так долго возишься? — вполголоса ворчала Рейчел, снова и снова всматриваясь в полутьму школьного коридора. В любой момент там мог появиться тучный охранник.              — Сама бы попробовала разобраться во всех этих бумажках.              — Чтобы я еще хоть раз согласилась на это…       Страх, что их все-таки поймают, только мешал сосредоточиться на наблюдении за коридором. Они уже не в первый раз совершали подобные вылазки, но, как назло, именно сегодня директриса наняла на работу нового сторожа вместо старого доброго Джеда. Тот из-за старости уже ничего не слышал и целыми ночами спал в своей каморке.       — А тебе и не придется, — уже намного увереннее ответил парень, и Рейчел могла поклясться, что в этот момент он улыбнулся. — Я нашел их.       Они были знакомы слишком долго, чтобы девушка смогла запомнить все его повадки, начиная от жажды к адреналину, заканчивая маркой джема, который он ест по утрам. Джексон был постоянен в своих привычках. Особенно в склонности куда-нибудь влезть или нахамить тому, кого лучше обходить стороной, из-за чего в последнее время резко возросло количество драк с его участием. Но Рейчел это даже нравилось, хоть и не мешало иногда из-за его выходок.       — Тогда быстрее фотографируй, и сматываемся отсюда, иначе уже завтра вылетим из школы, — прошипела она, внезапно услышав, как хлопнула дверь на первом этаже.       Рейчел не могла снова лишиться места учебы, иначе в этот раз отец сдержит свое слово и все-таки отправит ее в какую-нибудь далекую частную школу для девочек, как и обещал прошлым летом. А для девушки это было страшнее гнева их стервозной математички, которая просто ненавидела всех своих учеников.       Минуты тянулись ужасно медленно, а парень все еще продолжал фотографировать десяток листов с ответами на завтрашний тест, по результатам которого и будет решаться, кого переведут в следующий класс. В крови Рейчел все еще бушевал адреналин, сердце стучало где-то в области горла, а легкие почти не перекачивали кислород из-за ее опаски издать лишний звук.       «Ненавижу стоять на стреме», — мысленно ворчала она, умирая от желания быстрее выйти из школы.       В это время Джед уже давно мирно посапывал на своей кушетке, даже не подозревая, что по школе может кто-то ходить. Раньше девушка никогда бы не подумала, что будет так скучать по этому ворчливому старику, но сейчас, стоя посреди ночи в темной учительской, Рейчел чувствовала себя, будто пробралась на вражескую территорию.       — Все, пошли отсюда, — наконец сказал Джексон и попытался сложить все так, как и было до их прихода, потому что если кто-то узнает об их сегодняшних приключениях… — Ты его видела?       — Нет, охранник еще где-то на первом этаже.       — Ладно, тогда давай…       Перси резко замолчал, напрягая слух и молясь Богу, чтобы хоть в этот раз ошибиться. Но нет. Это были шаги. Тяжелые, гулкие шаги слышались по всему коридору, оповещая подростков, что охранник уже на лестнице. И он приближается.       — Меняем план, — резко сказал парень, отходя от двери и быстро закрывая ее. — Он первым делом пойдет в учительскую, поэтому нам срочно нужно валить отсюда.       — И как же ты это сделаешь, гений? — скептически подняла бровь Рейчел, прекрасно слыша, что звуки шагов усиливаются. Вот теперь она действительно боялась, но не хотела показывать это.       Не говоря ни слова, Перси быстро подошел к одному из окон этого большого помещения и настежь открыл его, зачем-то высунув голову наружу. А вот это ей уже не понравилось. Нет, Рейчел никогда не боялась высоты, но, зная о том, насколько хорошо были зацементированы подступы к школе, она сильно сомневалась в мягкой посадке. Парень так не думал.       — Здесь не очень высоко. Придется прыгать.       Рейчел промолчала, пытаясь придумать еще один путь к отступлению, а охранник в это время уже преодолел половину коридора, медленно приближаясь к учительской и по дороге заглядывая в некоторые классы. Она не хотела прыгать. Она не хотела сломать себе руку или ногу, но Перси уже все решил. Махнув рукой, чтобы девушка следовала за ним, он одним прыжком оказался на пожелтевшем подоконнике, который слегка заскрипел под весом парня, и, заговорчески подмигнув Рейчел, сиганул со второго этажа.       Затаив дыхание, девушка почти в панике ожидала услышать звук удара о твердый цемент, но, к ее большому удивлению, было тихо. Перси снова сделал что-то опасное, и снова с ним было все в порядке. Как и всегда. Медленно подойдя к окну, Рейчел с опаской выглянула наружу, пытаясь хоть что-то рассмотреть в ночной темноте. За время, проведенное в мрачной школе, ее глаза уже успели привыкнуть к темноте, но девушка смогла увидеть только неясный силуэт Перси прямо под окном.       — Не бойся, я тебя поймаю, — приглушенно сказал он, а Рейчел все никак не могла решиться. Разумеется, она доверяла парню, но…       Внезапно прямо за дверью послышался сдавленный кашель охранника, и у Рейчел не осталось выбора. Она быстро вскочила на подоконник, при этом больно ударившись коленом и чертыхнувшись покруче своего водителя Сэма. При одном взгляде вниз сердце девушки оказалось где-то в районе желудка, но времени на лишние раздумья не оставалось. Крепко зажмурив глаза, она сделала шаг в пустоту и… тут же пожалела об этом. Чувство свободного падения захлестнуло ее всего на секунду, но этого хватило, чтобы Рейчел тут же представила себя, лежащую на больничной кровати с загипсованной ногой.       В следующую секунду она почувствовала, как оказалась в кольце крепких рук, в то время как ее ноги еще даже не коснулись земли. Да, девушка была намного ниже Перси. Она тяжело выдохнула в его футболку, почему-то всегда пахнущую морем, почувствовав себя в полной безопасности. Сверху послышался отчетливый хлопок, что говорило о том, что охранник закрыл окно и, кажется, даже не заметил их.       Перси, слегка смутившись, тут же отпустил девушку и посмотрел на часы.       — Нам осталось всего четыре часа, чтобы поспать, — констатировал он и снова посмотрел на Рейчел. Теперь она выглядела довольной и весело улыбалась, будто и не прыгала всего пару секунд назад с четырехметровой высоты, убегая от школьного сторожа.       — Это того стоило, — ответила девушка, и они, не сговариваясь, побежали подальше от школы, чтобы их никто не заметил.

***

      Перси всегда любил рассветы. Для парня это было напоминанием о том, что после темной ночи всегда наступит яркий день, что черная полоса в жизни обязательно сменится белой. Нужно только подождать. А еще рассвет был просто прекрасен. Перси обожал наблюдать за тем, как ночная серость и мгла постепенно отходят все дальше и дальше на запад, уступая место первым, еще ленивым лучам восходящего солнца. Это было завораживающее зрелище.       Парень сидел у открытого окна его маленькой комнатки, наблюдая, как постепенно начал зарождаться новый день. Несмотря на такой ранний час, по улицам Манхеттена уже бродили тысячи людей со стаканами горячего кофе в руках, пытаясь не опоздать на работу или, наоборот, спеша побыстрее оказаться дома и поспать хотя бы пару часов после долгой ночной смены. Нью-Йорк. Город, который никогда не спит.       Перси считал, что с ранних лет привык к нескончаемому шуму мегаполиса, ярким неоновым огням у себя за окном, гулу автомобилей и вою сирен. А еще к вечно спешащим людям, которые, будто муравьи, постоянно куда-то торопились с кислыми лицами, несмотря на время или погоду. Он и сам был таким.       После недавних приключений Перси так и не смог уснуть, хотя прекрасно понимал, что в школе придется несладко. Ладно, ему не привыкать. Достав ответы к сегодняшнему тесту, парень обеспечил себе обучение в этой школе еще как минимум на год, что можно было считать рекордом. Да, он был не в состоянии задержаться где-нибудь больше года, что очень огорчало его маму, хотя Салли всеми силами пыталась не показывать этого. Но Перси все видел.       Солнце уже медленно начало выглядывать из-за огромных небоскребов Манхеттена, а парень все еще сидел на подоконнике, свесив ноги прямо на улицу. Ему не хотелось уходить. Не хотелось возвращаться в свою комнату или ложиться спать, не хотелось идти в школу, чтобы снова получить неуд по литературе. Перси хотелось чего-то большего. Чего-то, что заставит его сорваться с места, все время что-то делать, испытывать яркие эмоции или просто действовать. Он хотел чувствовать себя по-настоящему живым, а не подгнивающим овощем с монотонной и до неприличия скучной жизнью.       — Перси, а ну-ка быстро слезь с окна!       Парень вздрогнул, на секунду застигнутый врасплох. Он так ушел в себя, что даже не услышал хлопка двери за спиной и тихих шагов мамы. Мысленно ударив себя по лбу, он грациозно соскользнул с подоконника и спустя пару секунд уже стоял в своей комнате, покорно склонив голову и всеми силами пытаясь скрыть хулиганскую улыбку.       — Сколько раз я тебе говорила, что это опасно?       Салли пыталась выглядеть строгой, но ее план с треском провалился от одного взгляда на сына. Она не могла злиться на него, а уж тем более кричать. Каштановые волосы женщины были завязаны в тугой хвост, а на легкое белое платье уже был накинут сиреневый халат, означая, что спустя пару минут Салли снова убежит на работу в кондитерскую, скорее всего так и не позавтракав.       — Ладно, — вздохнула она и мило улыбнулась, прощая сына, — завтрак на столе. Пол отвезет тебя в школу.       Получив короткий кивок, женщина быстро вышла в коридор, плотно закрыв за собой дверь и все еще улыбаясь.       «Как же он похож на него…»       Перси быстро натянул на себя повседневную одежду и, коротко зевнув после бессонной ночи, побрел на кухню. Пол еще не спустился, поэтому парень спокойно заварил себе огромную чашку кофе и уселся за небольшой стол, в центре которого стояла тарелка с горой синих блинчиков, политых черничным джемом. Еще один пунктик к тому огромному списку, за что он любит маму, — ее стряпня.       На холодильнике бесшумно шли часы, показывая, что уже семь часов утра. Где-то в коридоре слышались тихие шаги Пола, который скорее всего только недавно проснулся и теперь брел на кухню, где его уже ждала свежая газета.       — Перси, скажи мне, пожалуйста, где ты пропадал сегодня ночью? — даже не поздоровавшись, серьезно спросил мужчина и сел напротив парня. — Я слышал, как хлопнула входная дверь.       Тот чуть не поперхнулся, уже предчувствуя серьезный разговор, и тут же сел ровнее, отложив в сторону недоеденный блинчик. За тот год, что Пол появился в их семье, ему практически удалось заменить Перси отца, и поэтому парень не хотел расстраивать мужчину. А ведь он не будет так доволен, если узнает, что прошлой ночью его пасынок вломился в школу за ответами на контрольный тест.       Молчание затянулось, а Перси все никак не мог придумать правдоподобного ответа, чтобы Пол ни о чем не догадался. Заметив растерянность парня, он решил продолжить, немного подавшись вперед:       — Скажи мне честно: ты связался с плохой компанией?       — Конечно нет! — тут же встрепенулся Перси, мысленно прикидывая, можно ли считать его рыжеволосую подругу «плохой компанией». — Я… Я был с Рейчел.       Пол заметно расслабился, услышав знакомое имя девчушки, что больше десяти лет дружила с Перси. Втайне мужчина надеялся услышать именно это, поэтому только кивнул парню и пошел заваривать себе кофе.       Они стояли в пробке уже пятнадцать минут, и Пол искренне радовался, что решил выехать пораньше. Впереди и сзади не на одну сотню метров тянулись ряды автомобилей, и надеяться, что скоро они смогут ехать дальше, не приходилось.       — Я пойду пешком, — сдавшись, сказал Перси. — Так будет намного быстрее.       Он осторожно открыл дверцу, чтобы не поцарапать стоящую почти вплотную к ним желтую Хонду, и практически побежал между рядами машин, боясь все-таки опоздать на первый урок. Тогда математичка его точно убьет.       Свернув во дворы, Перси быстро перешел на другую улицу и решил еще больше срезать путь, повернув в сторону палаток, где обычно продавали цветы и свежие фрукты. Людей было еще не очень много, поэтому парень беспрепятственно прошел половину пути, мысленно прикидывая, насколько сильно разозлится Рейчел, если он все же опоздает. Ответы-то у него. Внезапно внимание Перси привлекла одна палатка, стоящая почти в самом конце ряда.       Разложенный в ней товар выглядел привлекательно: громоздившиеся друг на друга ящики с кроваво-красными вишнями и яблоками, грецкие орехи и абрикосы, кувшины с сидром в ванне на ножках, полной льда. Клиентов не было, только три старые дамы сидели в креслах-качалках в тени светлого брезента и вязали пару самых больших носков, которые он когда-либо видел.       Эти носки были размером со свитер каждый, но это определенно были носки. Продавщица справа вязала один из них, та, что слева — другой. Дама посередине держала огромную корзину с пряжей цвета электрик.       Все трое выглядели глубокими старухами, бледная кожа лиц сморщилась, как увядшая фруктовая кожура, серебристо-седые волосы покрывали белые косынки в горошек, костлявые руки торчали из рукавов выцветших хлопчатобумажных платьев. И все они смотрели прямо на Перси. Старушка, сидевшая посередине, достала большие ножницы — золотые с серебром и длинные, как коса. Одним легким движением она перерезала пряжу сразу двух носков. Две ее подруги быстро скатали ярко-синие изделия и засунули их в корзину к средней, а в кармане у Перси неожиданно завибрировал телефон. Он на автомате принял звонок, все еще смотря на странных бабулек.       — Джексон, где тебя носит? — зазвучал в трубке гневный голос Рейчел, возвращая парня к реальности. — Через пять минут начнется тест!       — Уже иду, — бросил он и, тут же забыв о носках и старушках, помчался в школу.