Whether my air

      Три дня спустя.       «Интересно, это вообще когда-нибудь закончится?»       Талия еще плотнее вжалась в мягкую обивку сидения и снова свернула на одном из перекрестков. Дороги в этих местах были на удивление ужасны, и их старенькую Хонду то и дело подбрасывало на многочисленных ямах и ухабах, колеса изредка утопали в лужах, но в последние дни им относительно везло на более-менее пригодные шоссе. Уже давно приевшийся дождь только и делал, что заливал лобовое стекло и уныло стучал по чуть облупившейся крыше машины. Дорога, бесконечные поля почерневшей пшеницы и тяжелое небо над головой — вот все, что они видели за последние несколько суток. Пейзажи были до ужаса однообразные, ливни прекращались разве что ночью, да и то ненадолго, и все это однообразие превращало каждый новый день в копию предыдущего.       Талия с облегчением понимала, что угнать машину в их положении было самым лучшим решением, и плевать на укоризненные взгляды Аннабет, которая внезапно решила стать законопослушной гражданкой своей страны. Перси же просто промолчал, потому что, кажется, ему вообще было все равно, каким образом добраться до Ниццы, а потом и домой, а Кларисса даже помогла ей, «случайно» сбив бедного владельца Хонды, после чего тот всем своим немаленьким весом свалился с крыльца супермаркета и сломал себе как минимум ногу. Достать ключи из его куртки не было такой уж проблемой.       Сейчас же, петляя по заброшенным дорогам и небольшим городкам, где вероятность встретить полицию была намного ниже, Талия только устало всматривалась в свинцовое небо над головой и изо всех сил боролась с сонливостью. Девушке отчаянно хотелось оказаться в Лагере, увидеть знакомые лица Стоуллов, потрепать по маленькой головке Кэтти, побренчать на гитаре с Соласом, не обращая внимания на недовольные взгляды Хирона, и, конечно же, обнять Луку. Талии отчаянно хотелось хотя бы увидеть его, убедиться, что с ним и всеми остальными ничего не случилось, а потом снова продолжить этот чертов поиск. Неведение угнетало, но она все равно не оставляла попыток связаться хоть с кем-то из лагеря, хотя они уже давно поняли, что эти места Ирида явно не обслуживает.       — И всегда вы так? — неожиданно подал голос сидящий рядом Джексон, и Талия непроизвольно вздрогнула. Где-то на заднем сидении завертелась проснувшаяся Аннабет, сонно потирая глаза, а Кларисса только недовольно нахмурилась и решила сделать вид, будто все еще спит.       — О чем ты? — рассеянно спросила Талия, внимательно рассматривая карту на приборной панели: кажется, она снова свернула не туда.       — Ну… — Перси задумчиво откинулся на сидение и секунду молчал, будто бы соображая, как правильно выразиться. — Все эти путешествия, боги, монстры, опасность, беготня от полиции… Неужели для вас это нормально?       На губах Талии против воли появилась легкая улыбка, а откуда-то со стороны «спящей» Клариссы послышалось громкое хмыканье. Брюнетка бросила быстрый взгляд на парня, подмечая небольшие синяки и ссадины, оставленные дочерью Ареса на их вчерашней тренировке, и снова перевела взгляд на дорогу. Было в Джексоне что-то по наивному детское, что-то настолько… Смертное, что иногда она действительно забывала, что Перси тоже является полубогом, ребенком Большой тройки, а подобные вопросы просто вводили ее в ступор. Конечно, Аннабет пыталась разъяснить ему всю суть их мира, обязанности полубогов, все опасности, подстерегающие за границей Лагеря, но, как оказалось, простая информация до Джексона доходила слабо, и единственное, что могло заставить его соображать, — это ежедневные тренировки с Клариссой, где она популярно объясняла самое основное — сражайся или умри. Пока он, конечно, тянул только на второе, но и Рим не один день строился.       Молчание затянулось и густым дымом повисло между полубогами. Перси, кажется, уже и забыл о своем вопросе, снова уставясь на бесконечные поля за окном, а в голову Талии снова пришла мысль, не дававшая ей покоя уже больше недели.       — Вот мне интересно, — снова заговорила дочь Зевса и даже не заметила, как проскочила очередной поворот, — почему тебя до сих пор не беспокоили монстры? Ты сын не какой-нибудь там Немезиды или Януса, а одного из Большой тройки. Это просто невероятно, что ты вообще смог дожить до семнадцати.       Перси только неопределенно пожал плечами, а сидящая позади Аннабет зашебуршала своим новым рюкзаком, выуживая из него недавно стащенные из магазина альбом и карандаш.       — А по-моему, все очень просто, — ответила блондинка и в задумчивости начала кусать карандаш, словно размышляя, что бы спроектировать на этот раз. — Пайпер сказала нам, что боги могут защищать своих детей, скрывая их запах, как это и сделала Афродита. Так что мешало Посейдону поступить так же? Перси, конечно, намного заметнее, но и у его отца была не слабая мотивация: я думаю, что таким образом Посейдон хотел оградить своего сына от пророчества, и тем самым снизить вероятность, что оно вообще сбудется.       — Но появилась я, — тихо добавила Талия, еще сильнее сжимая шершавый руль.       На какое-то мгновение девушке даже захотелось обидеться на Зевса, потому что он даже не попытался спасти ее от такой тяжелой судьбы, но потом она вспомнила о долгих годах, проведенных в облике сосны, и немного успокоилась. Защитой это, конечно, не назовешь, но ей спасли жизнь, а это многого стоит.       Заглянув в зеркало заднего вида, Талия чуть улыбнулась, заметив сосредоточенный взгляд Аннабет, которая уже начала выводить какие-то линии на альбомном листе, и не смогла подавить очередной зевок. Она вела уже часов пять, не меньше, солнце поднялось над горизонтом, предвещая начало очередного серого дня, а до Ниццы оставалось еще несколько дней езды — из-за частых столкновений с монстрами им пришлось сильно отклонить от маршрута.       — Тормози.       — Что? — удивленно спросила Талия, переводя взгляд на серьезное лицо Джексона.       — Моя очередь вести, а то ты сейчас уснешь прямо за рулем.       — Со мной все в порядке, — тут же ощетинилась девушка и упрямо перевела взгляд на дорогу, чуть сильнее надавливая на педаль газа. Она не собиралась отсиживаться в сторонке из-за банальной сонливости, когда действительно могла помочь. Проблема заключалась в том, что из них четверых умели водить только она и Перси, а парень сидел за рулем весь прошлый день, уступив ей место только глубокой ночью.       — Ты себя со стороны видела? — неожиданно вмешалась Кларисса, недовольно косясь на занявшую почти все сидение Аннабет. — Выглядишь паршиво, а я пока не хочу умирать в слетевшей с дороги развалюхе.       Талия упорно молчала, прекрасно понимая, что на каждое ее слово у них найдется с десяток своих. Взглянув на часы, она отметила, что уже наступило девять утра и все придорожные кафешки должны быть открыты. Перси еще какое-то время продолжал недовольно коситься в ее сторону, но потом раздраженная Аннабет — видимо, что-то не сошлось в расчетах — сунула ему в руки какую-то книгу на древнегреческом и заставила читать. Понятно, что Джексон даже и не думал выполнять приказ, поэтому просто наобум открыл случайную страницу и уже спустя пару минут мирно дремал.       Одно поле сменялось другим, пронизывающий ветер продолжал гнать тяжелые тучи, а дождь все никак не хотел прекращаться. Талия даже включила радио, пытаясь отстраниться от неприятных мыслей и немного встряхнуться, но уже на второй песне Маккартни с облегчением вернула тишину. Разговаривать никому не хотелось. Дворники с трудом справлялись с небывалыми потоками воды, что продолжали и продолжали спускаться с неба, и в какой-то момент Талия чуть не проскочила мимо небольшой заправки.       Резко затормозив, она заглушила двигатель, пробормотала что-то о завтраке и быстро вылетела под проливной дождь, даже не захлопнув за собой дверь. До магазинчика было всего ничего, но даже за эти двадцать метров девушка успела промокнуть насквозь. Сонливость ушла на второй план, в нос тут же ударил запах кофе и свежей выпечки, и Талия с удивлением заметила, что настроение начало понемногу улучшаться. Пройдясь вдоль пары стеллажей и бросая внимательные взгляды по сторонам, Грейс с улыбкой поняла, что камер здесь нет, а это значит, что ей нужно лишь немного везения, и неплохой завтрак им обеспечен. Неожиданно входная дверь опять открылась, и в магазин ввалился полностью промокший Джексон. Он встряхнул мокрыми волосами, послав продавщице извиняющуюся улыбку, и быстро направился в сторону дочери Зевса. Та тут же насупилась, уже подготавливая гневную тираду на тему того, что ее уже никуда не отпускают одну, как предвидящий это Перси тут же достал из кармана пару смятых купюр.       — Ты так спешила, что забыла о деньгах.       Пару секунд Талия удивленно смотрела на парня, словно пытаясь понять, не шутит ли он, а потом чуть прикусила губу, чтобы спрятать лукавую улыбку. Осторожно покосившись на продавщицу, которая увлеченно смотрела в свой телефон, она тихо прошептала:       — А кто сказал, что они мне нужны?       Джексон чуть нахмурился, не сразу сообразив, что она имеет в виду, а потом только удивленно вздернул брови. Талия в это время еще раз оглянулась и, спрятавшись за парнем, сунула в кроссовки пару небольших пачек каких-то леденцов и потянулась к другой полке.       — И где же ты такому научилась? — тихо спросил Перси, делая вид, что его интересуют журналы по вязанию, и продолжая прикрывать дочь Зевса.       — Не твое дело, — беззлобно ответила та, отправляя в, казалось бы, бездонные карманы несколько кексов, пачку кукурузных палочек и даже бутылку воды, а потом, мысленно что-то подсчитав, сунула ему в руки пачку сухариков. — А теперь идти к прилавку и закажи четыре стакана кофе.       Решив, что спрашивать что-либо бессмысленно, парень просто пожал плечами и направился в нужную сторону, чуть кашлянув, чтобы обратить на себя внимание. Продавщицей оказалась женщина лет тридцати, которая неохотно оторвалась от своего телефона и подозрительно покосилась в сторону Талии, но заказ все же приняла. Девушка же с невозмутимым видом достала из своей сумочки черный карандаш и стала подводить глаза, используя одну из витрин в качестве зеркала. Мысленно же она зареклась помочь Клариссе на ближайшей тренировке, если Джексон хоть как-то умудрится выдать их.       К счастью, хоть в чем-то парень мог проявлять сообразительность, и уже спустя несколько минут, когда кофе был готов, он спокойно расплатился и направился в сторону выхода. Но, кажется, это был не их день. Талия уже схватилась за ручку двери, мысленно готовясь снова оказаться под проливным дождем, как неожиданно их остановил голос продавщицы:       — Arrêtez-vous, s’il vous plaît¹.       Сердце тут же бухнуло куда-то вниз, когда девушка, медленно обернувшись, заметила стопку газет на самом краю прилавка. Из-за дислексии она так и не смогла прочитать заголовка, зато ее взгляд тут же зацепился за собственное лицо, красовавшееся на первой полосе одного из изданий. В голове тут же пронеслась вереница воспоминаний, начиная с избиения старушки, в которую из-за Тумана превратилась одна агрессивная драконица, и заканчивая угоном автомобиля, но это уже не имело значения: ее узнали.       — Валим отсюда.       Набрав в грудь побольше воздуха, Талия тут же вылетела из магазина и помчалась в сторону машины. Сзади послышались какие-то крики женщины, но она все равно ничего не поняла и только прибавила скорости, подгоняемая еще и проливным дождем. Добравшись до машины, девушка уже потянулась к дверце у водительского места, как ее неожиданно отдернули в сторону.       — Даже не думай об этом, — хмуро бросил Перси, сам опускаясь за руль и тут же заводя двигатель.       Времени препираться уже не было, поэтому Талия только сильнее стиснула зубы и села рядом. Не успела она закрыть за собой дверь, как старенькая Хонда сорвалась с места, сдавая назад, и устремилась в сторону очередного шоссе. Сонные Аннабет с Клариссой только непонимающе переглянусь, уже собираясь задать пару вопросов, как неожиданно к ним на колени упала пачка сухариков, Талия выхватила у парня кофе, отдавая девушкам их долю, а потом начала методично доставать все свои заначки, мысленно надеясь, что им навстречу уже не выехала пара патрульных машин.       Небо немного посветлело, освободившись от груза тяжелых туч, и на их место пришли яркие созвездия. Ночь выдалась довольно теплой по сравнению с предыдущими, ветер немного поутих, да и ненавистный дождь наконец прекратился, вселяя надежду, что завтра будет немного суше. Часы уже показывали половину второго, когда Талия внезапно проснулась от очередного кошмара. Голова немного побаливала, ноги затекли, и девушке пришлось приложить немного усилий, чтобы улечься чуть удобнее. В машине стояла приятная темнота, нарушаемая разве что отсветом от фар и слабым сияньем приборной панели.       — Пить хочешь? — тихо, чтобы не разбудить остальных, спросил Перси и протянул Талии небольшую бутылочку воды.       — Давай я сменю тебя, — она потянулась, насколько это позволяло неудобное сидение, и села ровнее. — Все равно уже не усну.       Джексон ничего не ответил, бросая быстрый взгляд на карту. Выглядел он не ахти, целый день проведя за рулем и выходя только для того, чтобы наполнить бак из небольших канистр, так кстати оставленных бывшим владельцем машины. Сегодня опустошили последнюю и понятия не имели, что будут делать потом, когда стрелка на приборной панели вновь приблизится к нулю.       — О чем ты мечтаешь? — неожиданно спросил Перси, не отрывая взгляда от дороги.       Талия тут же напряглась, внимательно рассматривая его уставшее лицо, и с ее губ чуть не сорвалось пару ласковых. Она ненавидела разговоры о чем-то личном, оставляя это для Луки или Аннабет, да и вообще не была любительницей всякой болтовни, поэтому и теперь не собиралась отвечать на вопрос парня. Внезапно ей пришло в голову, что за этот день они с Джексоном общались больше, чем за все три недели, что были знакомы.       «Лимит исчерпан», — твердо решила Грейс, скрещивая руки на груди, но Перси было явно скучно, и поэтому он сделал вид, что не заметил серьезного лица девушки.       — Да ладно тебе, у каждого есть мечта, пусть даже несбыточная. Аннабет постоянно что-то чертит в своем альбоме, может, художником стать хочет…       — Архитектор, — тут же перебила его брюнетка. — Аннабет хочет стать архитектором, — но Джексон, казалось, даже не заметил этого.       — У Клариссы мечта — найти самого сильного монстра и сделать из него котлетку, все довольно просто. Но вот у тебя… О чем мечтаешь ты?       Талия подавилась воздухом от такой наглости. Упрямо отвернувшись в сторону окна, она твердо решила игнорировать парня и еще подремать, но потом внезапно задумалась.       «О чем я мечтаю?»       Когда-то давно, еще до Лагеря, она мечтала обрести семью и спустя какое-то время встретила Луку и Аннабет. Кажется, что в те времена, слоняясь по всей Америке и сражаясь с монстрами, девушка была по-настоящему счастлива. Но потом они встретили Гровера, за ними погналось сразу несколько циклопов, и Грейс выпала из жизни на долгих семь лет. Далее было пробуждение, вся эта история с пророчеством и одна-единственная мечта, которая не позволила ей сойти с ума в эти страшные несколько лет, — спасти Луку. Но война уже была выиграна, боги не позволили ему умереть, они вдвоем вернулись в лагерь, казалось бы, живи да радуйся, но все же…       — Музыка, — неожиданно даже для самой себя выпалила Талия. — Я бы хотела заниматься музыкой.       Перси только чуть заметно улыбнулся, и, сверившись с картой, повернул направо. Девушка слегка озадаченно посмотрела на него, ожидая хоть какой-то реакции, но тот просто пожал плечами и немного сбавил скорость.       — Разве это проблема? — удивленно спросил он, а Талия подавила желание закатить глаза.       Кажется, Перси никогда не усвоит хотя бы один-единственный урок — полукровкам всегда грозит опасность. Где бы они ни были, куда бы ни пошли — монстры всегда будут рядом, чтобы в самый неожиданный момент напасть из-за поворота, и чем старше ты становишься, чем больше возрастают твои силы, тем меньше шансов дожить до следующей субботы. Конечно, был еще и Новый Рим, но Талия всегда считала себя гречанкой до мозга костей, и поэтому не ездила туда даже на встречи с братом.       Девушка даже не заметила, как сказала это вслух, и только тихое фырканье Перси смогло вырвать ее из собственных мыслей.       — Ты говоришь с полубогом, который за все свои семнадцать лет ни разу не встречался с монстрами. Ну, до недавнего времени. И что-то я сомневаюсь, что к этому делу как-то причастен мой папочка, так что вот тебе живой пример того, что нет ничего невозможного, и если ты хочешь…       Неожиданно он умолк и тут же ударил по тормозам, из-за чего машину тут же качнуло в сторону. Тишину ночи разрезал свист покрышек по мокрому асфальту, Талию бросило вправо, и она сильно ударилась головой о край своей дверцы, а потом ее и вовсе откинуло на сидение. Сзади послышались голоса Клариссы и Аннабет, которые не могли понять, что происходит, а Перси в это время делал все возможное, чтобы их не сбросило с дороги. Хонду бросало из стороны в сторону, пока парню все же не удалось каким-то чудом обуздать технику, и они не остановились на самом краю кювета.       Из-за сильного удара виском Талия словно из бочки слышала голоса девушек, которые явно что-то кричали, перед глазами все плыло, и Грейс с трудом удалось разглядеть в свете фар одинокую женскую фигуру, стоящую посреди дороги. На ней было надето какое-то странное платье, больше похожее на сшитые между собой листья клена, темные волосы развевались от небольших порывов ветра, но кроме одежды что-то в этой женщине было не так. Талия не могла понять, что именно, к горлу начала подкатывать тошнота, как внезапно дверь с ее стороны с шумом открылась, и девушку поглотила тьма.