Ближе

      Было около шести вечера, когда она очутилась возле его дома. Наверху, в его квартире, горел свет, и от этого света Кристине стало чуточку уютнее и спокойнее. Конечно, с Эриком не может быть спокойно, но осознание того, что он там и вряд ли прогонит ее прочь, заставило девушку улыбнуться.       С собой у нее был небольшой пакет с самостоятельно испеченными булочками с корицей — нельзя же прийти в гости без всего. К тому же, Эрик любит сладкое...       Она поднялась по лестнице и замерла возле его двери. Ей безмерно хотелось постучать, но она боялась.       Вдруг он занят и не захочет ее видеть? Вдруг она помешает ему творить?       Кристина прислушалась. Внутри было бесконечно тихо.       Стучать все же не стоит — вдруг она его напугает?       Девушка тихо отперла дверь и прошла в квартиру.       Внутри было удивительно тепло и уютно — как будто присутствие Эрика делало эту комнату лучше и приятнее. Самого хозяина на первый взгляд не было нигде — по меньшей мере, он не вышел ее встречать. Кристина заперла обратно дверь, осторожно переобулась в принесенные с собой туфельки и сняла пальто, повесив рядом с любимым плащом учителя.       Кристина оставила булочки в маленькой кухоньке и прошла едва слышно в комнату.       Диван был передвинут в угол подальше от окна, и на нем при свете керосинки спал ее учитель. Он почти целиком забрался под одеяло, свернувшись в комочек, и из-под одеяла торчала лишь часть взъерошенных волос и лба, неприкрытого маской. Сама маска лежала возле керосинки.       Кристина невольно замерла.       Он напоминал ей котенка, которого хочется погладить, и от этого у нее сжималось сердце.       Девушка покачала головой и осторожно, чтобы его не разбудить, уселась с поднятой с пола книжкой в кресло. Книжка эта была сборником сонетов Шекспира — видимо, Эрик читал ее перед сном. Ее учитель явно устал — его сон был глубоким и тихим.       Она не знала, сколько так просидела, вчитываясь в до боли знакомые строки, вот только Эрик внезапно заворочался, беспокойно завертелся под одеялом и что-то забормотал. Мужчине явно снилось что-то крайне неприятное, и он будто бы пытался от этого отбиться. Одеяло уже очутилось на полу, и девушка с облегчением обнаружила, что на нем надеты и рубашка, и брюки.       — Нет... не на-а-адо... — он вдруг отчаянно заплакал, и Кристина поняла, что лучше его разбудить. Девушка осторожно потормошила его за острое плечо. — Пожалуйста!       Она еще сильнее потрясла его, и мужчина распахнул глаза.       — Кристина... — облегченно пробормотал Эрик и перевернулся на бок.       Тут только Кристина поняла, как она сейчас смущает своего учителя. Она поспешила убрать руку с плеча Эрика и, не глядя на него, протянула ему маску.       — Простите, — он смущенно прокашлялся, завязывая маску и садясь. Девушка отошла к окну и выглянула на темную улицу. — Я задремал... сколько сейчас времени? Ах, да, часы у меня в кармане жилета, а вот и он лежит, да, уже девять... ох, Кристина, я не знал, что вы придете сегодня.       — Я и сама не была уверена до последнего, — ее губы чуть дернулись в смущенной улыбке, когда она обернулась. — Я принесла вам булочек... с корицей. Ну вдруг вы их любите...       Эрик удивленно уставился на нее.       — Однако... Кристина, как долго я спал, что вы стали носить мне булочки? Кстати, как дела в Опере?       Она робко подошла к нему и взяла за руку. Его холодные пальцы отчего-то больше не казались ей противными.       — Давайте выпьем чаю?