Ближе

      Тоненькая струйка дыма прорвалась через неплотно прикрытую дверь. Девушка сделала шаг навстречу ей и осторожно приоткрыла дверь.       На миг Кристине почудилось, что это и есть ад. Она замерла и ошарашенно смотрела в пламя, что объяло всю гостиную и пожирало мебель. Треск, дым и страшный жар, казалось бы, лишили ее возможности пошевелиться, и девушка просто смотрела на это безумие, не решаясь пошевелиться.       Внезапно ужасная идея пронзила ее мозг.       — Эрик! — ее крик был еще громким, несмотря на ужас, что сковывал ее.       Она кинулась в гостиную, будто бы освободившись от пут, что сковывали ее, и отчаянно принялась звать его, задыхаясь в дыму.       — Эрик! Где вы? Эрик! Эрик!       Она кинулась в его комнату — дверь была распахнута настежь, но внутри никого не было, лишь пламя разъедало шелк на стенах.       Его не было в ванной. Не было и в кухне. Не было в кладовой...       — Эрик! — задыхаясь, она упала посреди горящей гостиной, споткнувшись обо что-то. Подол ее платья весь дымился.       Она не могла определить, где выход. Дым и огонь сливались в одну непреодолимую стену, и девушка не имела возможности сражаться с ними.       — Эрик... — прошептала она из последних сил, и тут, словно сквозь вату, до нее донесся слабый голос, зовущий ее по имени.       А потом что-то тяжелое ударило ее по спине, и все потонуло в темноте.       Кристина распахнула глаза и села на постели, тяжело дыша.       Она поспешно вскочила и распахнула дверь в гостиную.       Там горел свет и было пусто.       — Эрик... — сама не зная, зачем, позвала она. — Эрик!       Дверь в его комнату отворилась, и на пороге появился мужчина, полностью одетый и застегнутый на все пуговицы. В руке он держал карандаш, который тут же был отброшен назад в комнату.       — Эрик! — Кристина подбежала к нему и, как маленький ребенок, уткнулась лицом в грудь, крепко обнимая его дрожащими от ужаса руками.       — Господи, я так испугалась, я так испугалась... я вас потеряла, я вас потеряла...       Она повторяла и повторяла какие-то совершенно неважные слова, а ее учитель молча прижимал ее к себе, зарываясь пальцами в распущенные волосы.       — Кристина... — он робко попытался прервать поток ее восклицаний. — Что случилось? Вам приснился дурной сон? Что... Боже мой, да вы стоите босиком на этом холодном полу!       Он поспешно поднял ее на руки, прижимая к себе и усадил на диван, где тщательно укутал пледом.       — Я вас потеряла... я вас потеряла... — шептала она сквозь слезы. — Эрик, пожалуйста, скажите, что вы никогда не оставите меня здесь одну!       — Кристина... — в его голосе звучало такое изумление, что девушка невольно вздрогнула и будто бы очнулась от пелены ужаса, что захлестнула ее этой ночью.       — Вы заставляете меня поверить в то, что вы привязались ко мне... что вам больше не противно мое общество... о, Кристина!       Она тихо всхлипнула и вытерла лицо рукавом ночной сорочки.       — Простите меня... я просто испугалась.       — Но... — Кристина не дала ему продолжить. Она поднесла к его губам ладонь, будто бы прося помолчать. Девушка смотрела на него во все глаза.       Внезапно она убрала руку и осторожно коснулась его губ своими, словно боясь причинить Эрику боль. Она прикрыла глаза, даря ему несколько коротких поцелуев.       Она сама не знала толком, зачем испытывает судьбу и позволяет себе эту игру.       Но только в эту ночь это действительно имело значение.       Мужчина вдруг отстранился и, тяжело дыша, посмотрел на нее так странно, что Кристина и сама подалась назад.       — Лучше уйдите к себе... прошу вас. Уйдите! Сейчас же!       — Но, Эрик...       — Уходите!       Озарение мелькнуло в глазах Кристины, и она поднялась с дивана, поспешно сбросив плед с плеч, подчинилась. Девушка заперла дверь и опустилась на кровать.       Он — мужчина. Мужчина, который любит ее до безумия. Она — девушка. Девушка, чья красота мучает его уже не первый день.       Ей нужно быть осторожнее.       Так просто переступить эту черту...