По золоту мелом

Прошло два месяца. — Она такая милая и хорошенькая, — прошептал Райан, сильнее обняв меня сзади и поцеловав в шею, опаляя кожу горячим дыханием. У меня на руках лежала двухмесячная Джейн Хоуп Атлас. Этот маленький комочек счастья довольно зевал, изредка улыбаясь мне своей очаровательной улыбкой. — Может быть, тоже заведём малышку? — рука Райана соскользнула вниз, проведя по моему животу. Я тут же замерла на месте, на секунду вспомнив тот ужасный день, когда я полетела кубарём с той самой дурацкой лестницы и потеряла самое дорогое, что было у меня. А всё из-за чего? Из-за Уайлдера. Всё это случилось из-за "распрекрасного" Джека Уайлдера, — Лула, ты в порядке? Ты побледнела, — голос Райана вырвал меня из этой ямы отвратительных воспоминаний. — Я в порядке. Нет, Райан, пока детей у нас с тобой не будет, — вырвавшись из его объятий, я пошла на кухню к Хенли. Я люблю его. Я люблю того человека, за которого через неделю выйду замуж. И я хочу детей от Райана. Но только не сейчас. Мне нужно ещё хотя бы год, чтобы отойти от выкидыша. Мне просто нужно время. Нет. Я решила не говорить Райану о выкидыше. Он не знает, что у меня с Джеком должен был быть ребёнок. Из остальных Всадников ему тоже никто об этом не сказал. Я их попросила. Ведь Райану не за чем это знать. Да, так, черт возьми, получилось, но это прошлое. Но сейчас я живу в настоящем. И у меня всё хорошо. — Так мы идём в магазин выбирать платья для завтрашнего приема? — я аж вздрогнула от неожиданного вопроса Вирджинии, на руках которой у неё лежал малыш Майкл. Майкл Джейк Атлас. М-да. С фантазией у Баффи всё в порядке. Мы фактически столкнулись с ней нос к носу на кухне, пока Хенли буквально в двух метрах от нас объясняла Джею, как уложить детей спать. — Я не знаю. Наверное, сейчас Хенли объяснит своему женишку, что такое быть отцом и мы наконец отправимся в магазин, — как только я успела договорить последнюю фразу, по всему пентхаусу раздался звонкий и оглушающий всех нас плач Джейн. Краем глаза я увидела как Вирджиния поморщилась и отвернулась от меня, чтобы Майкл тоже не заплакал. Начав укачивать малышку в своих руках и напевать себе что-то под нос, я смотрела на этот маленький комочек счастья и улыбалась. Но не успела дочка Ривз и Атласа успокоиться, как кричать начал Майкл. Шрайк-младшая тут же обратно развернулась ко мне и раздраженно закатила глаза. — Сына, ну чего ты плачешь? — Хенли подошла к иллюзионистке и забрала из её рук Майкла. Младенец потихоньку начал успокаиваться на руках у мамы, как и Джейн. — Ну наконец-то. Почему они всё время плачут? — Вирджиния развела руками в сторону и зло посмотрела на Хенли. — Потому что это свойственно им, Вирджи, вот и всё, — ответила я и направилась к лестнице, чтобы уложить в кроватку уже заснувшую у меня на руках малышку Дженни. Пройдя кухню, затем и столовую, я вышла в гостиную, где и находилась лестница. Ступив на одну ступеньку, я выдохнула, стараясь отогнать от себя дурацкие мысли. После последовала вторая, третья, четвёртая, пятая, шестая, и так до одиннадцати. Ступив на пол второго этажа, я медленно выдохнула и направилась в спальню Дэнни и Хенли, чтоб положить девочку в кроватку. Аккуратно уложив этот маленький комочек спать, я невольно улыбнулась, потому что малышка так мило сопела во сне. На секунду даже представила, как когда-нибудь я буду укладывать свою дочь в кроватку. Я, Райан и наш ребёнок. Задернув прозрачную ткань, которая являлась шторкой деревянной кроватки, я развернулась и направилась к выходу. — Ну так мы идём за платьями или нет? — Шрайк буквально застонала, когда Ривз всё ещё убаюкивала Майкла. Я подошла к ней и легонько толкнула бедром, заставляя так сильно не орать. — Идём мы, идём, — шёпотом проворчала я и перевела взгляд на Райана, который быстрым шагом приближался ко мне. — Любимая, я побежал, сегодня в офисе дел по горло, — он легонько положил свою мягкую и большую руку мне на левое плечо и чмокнул в щеку, отчего я немного покраснела, — деньги на платье я перечислил тебе на карту, — Райан протянул мне в руки кредитку и я взяла её, так как знала, что если я не возьму её, мне потом хорошенько достанется. Затем Райан резко наклонился и прошептал, — выбери самое красивое. Ты же у меня королева, — ухмылка. Я чувствую скулой как его губы расплылись в широченной ухмылке, отчего я тихо посмеялась и прикрылась рот ладонью. Выровнявшись, мой парень подмигнул мне и поправив полочки пиджака, направился к выходу из пентхауса. — Он такой противный, — скривилась Вирджи, как только входная дверь захлопнулась. Я тут же смерила подругу недовольным взглядом, давая ей понять, что ещё одно слово и я ей врежу. — Ладно-ладно, молчу.

***

— Может, вот это? — Шрайк подбежала к очередному лабиринту вешалок с платьями и приложила красную ткань к себе. Хенли, стоявшая рядом со мной скрестила руки на груди и недовольно хмыкнула. Но буквально спустя секунду её взгляд упал на синее платье, надетое на манекен, который находился в двух метрах от неё. — Вирджи, а вот это действительно твоё, — Ривз пощупала ткань и посмотрела на подругу. Шрайк подошла к иллюзионистке и обвела оценивающим взглядом манекен. Спустя, наконец-таки, четыре часа мы выбрали платья. Пускай замучали всех ассистентов магазина, но мы это сделали. Выбор Вирджинии всё же остановился на платье, предложенном ей Хенли. Оно было темно-синего цвета, без рукавов, в пол, пошитое словно пальто, так как оно запахивалось. Черный атласный воротник только придавал платью более богатый вид. Так же, Вирджи сумела подобрать к нему черные туфли на высоком каблуке, с открытым носком. А черный клатч лишь дополнял образ. Хенли. Оу, наша новоиспеченная мамочка выбрала чёрное платье в пол с цветами. Узорчатая юбка смотрелась очень выгодно на рыжеволосой красотке и признаться честно, я не могла от неё взгляда оторвать, когда она вышла из примерочной. Мы с Вирджи сказали в один голос: "Ты прекрасна!", отчего Ривз лишь засмеялась и решила выбрать это платье. Туфли Хенли выбрала тоже черные, на небольшой платформе и шпильке. Черный кожаный клатч с большой металлической пряжкой. Молодая девушка-ассистентка случайно нашла его и принесла показать его нашей маме, но как только Хенли увидела его, то вцепилась мертвой хваткой. К-хм, к-хм. Со мной дела всё же обстояли труднее. Я очень долгое время просто проходила по магазину, пытаясь увидеть то, что действительно мне понравится и подойдёт. И Хенли, и Вирджиния искали мне что-то подходящее, но всё было безуспешно. Всё-таки через некоторое время одна девушка подошла ко мне и предложила пройти во второй зал. Шла я уже полностью разочаровавшаяся во всех смыслах этого слова, а зря. Подойдя к манекену, у меня просто отпала челюсть. Честно. Передо мной было платье бардового цвета, без рукавов, с открытым плечами и разрезам у левой ноги. Ни секунды не думая я тут же его примерила и — о, чудо! — оно подошло мне. Просто идеально село по фигуре. С туфлями я тоже решила долго не заморачиваться, поэтому выбрала нежные и элегантные туфли бежевого цвета. Так как всякие сумочки и клатчи я терпеть не могу, поэтому решила, что обойдусь без них. Отдав на кассе приличную сумму за все три платья, мы все дружно решили пойти прогуляться по торговому центру, находящемуся неподалёку. POV Автор. В то же самое время. — Что ты сейчас сказал? Повтори пожалуйста? — Джек замахнулся кулаком на смазливое личико Атласа, но Мерритт вовремя его перехватил. Джек и Соня прилетели из Хьюстона в Лос-Анджелес около двух часов назад и сразу же направились в пентхаус Всадников, надеясь застать их там. И приехав на место, они действительно застали их там. Только Уайлдеры совершенно не ожидали того, что их там абсолютно никто не ждал. Дэнни, Мерритту и Дилану всё же пришлось рассказать Джеку всю правду о Луле. Как она убивалась после того, как он уехал. Как она старалась держать себя в руках на сцене, чтобы не расплакаться в очередной раз. Как её сильная и сумасшедшая любовь к нему потихоньку переросла в ненависть. Как она встретила Райана. Как начала с ним встречаться. Как полюбила его. Как сказала "да" на его предложение. Как они любят друг друга. Иллюзионист стоял, оперевшись о кухонную столешницу руками и смотрел вниз, пытаясь осознать только сказанную Всадниками информацию. Соня, стоявшая рядом с братом, легонько держала и поглаживала его за левую руку, пытаясь успокоить. Шрайк, МакКинни и Атлас тоже находились на кухне, не говоря ни слова, понимая что именно они виноваты в том, что Джек с Лулой теперь не вместе. Они виноваты в том, что не рассказывали Джеку всё о Луле. Каждый её вздох, каждый выдох, каждый шаг, в конце-то концов. Они виноваты в том, что послали Джека в Хьюстон одного, а не поехали все вместе с ним. И плевать на концерты, шоу, фанатов. Плевать. Ведь раньше Всадники были одной семьёй. Но что, черт возьми, стало сейчас? А ведь они были одним целым. Одним океаном, одной материей, одним целым. Джек и Лула. Они проводили фактически всё своё свободное время друг с другом. Понимали друг друга без слов, находясь на сцене, несмотря на то, что частенько им предстояло выступать без репетиций. И это было далеко не простое взаимопонимание, нет. Это была какая-то магия. Магия общения. Между ними была такая сумасшедшая химия, что, наверное, ни одна пара на планете не сравнилась бы с ними. Даже Хенли и Дэнни. Но сейчас уже всё по-другому. Лула не с ним, а черт пойми с каким Райаном, за которого она, кажется, может убить. И которого она любит до безумия. Прямо как Джека. Когда-то давно... Фокусник уже абсолютно ничего не мог сделать. Мыслей в голове не было, всё остановилось в одну секунду... Он безуспешно пытался осознать, поверить в то, что ничего уже не вернуть, но опустошённость с каждой новой секундой всё больше и больше росла в Джеке. И единственная эмоция, которая обитала в нем на данный момент, была злость. Злость на себя самого. Джек теперь винил себя сотни раз за то, что уехал. Не взял с собой Лулу. Они бы жили там вместе. Мечта Сони познакомится с иллюзионистской тысячелетия исполнилась бы. Но увы. Прошлого уже не изменить. Неожиданно дверь лифта ведущего прямо в пентхаус открылись и раздались сразу три женских голоса. Всадники тут же оживились и вышли из состояния оцепенения. Джек резко поднял голову и обернулся, как только услышал смех Лулы. Секунда. И они с Хенли входят на кухню. Широченная улыбка Мэй в одночасье пропадает с её лица, когда она переводит взгляд с подруги на впереди стоящего человека. Замерев, она беглыми глазами осматривает своего уже бывшего парня. А Джек, смотря на свою неповторимую девочку влюблёнными глазами, не может поверить, что они наконец встретились. В пентхаусе царит гробовая тишина. Вирджиния, которая стояла в коридоре у зеркала не смея пошевелится, уже поняла, что приехал Уайлдер. Она же телепат. И, конечно же, она знала какой будет реакция Лулы. Мэй быстро-быстро моргала пытаясь осознать, что перед ней стоит тот человек, которого она когда-то так сильно любила. И который её бросил. На глаза набежали слезы, но иллюзионистка сию секунду взяла себя в руки и со скоростью света направилась вверх по лестнице. Хлопок двери уже ЕЁ спальни дал всем присутствующим понять, что она никого не хочет видеть. — К-хм, знаешь, Джек, я думаю вы с Лулой в одном помещении пока не уживётесь. Может, ты поживешь в квартире пока что? — тихо проговорил Атлас, боясь реакции Всадника. Уайлдер обернулся и посмотрел на иллюзиониста. — Думаю, да, но в какой квартире? — А-а-а, этажом ниже. Просто нам как-то её подарили. И по счастливой случайности, эта квартира оказалась прямо под нами, — Мерритт хлопнул по плечу Джека и прошёл в прихожую, вызывая лифт. Уайлдер с Соней взяли сумки и прошли за фокусником. Все они спустились в большую двухкомнатную квартиру-студию в абсолютной тишине. Джек беззвучно поставил небольшой чемодан на пол и прошёл в гостиную, начав внимательно осматривать жилище. — Ну в общем, вот такая квартира, — МакКинни открыл дверь в большую ванную и Уайлдер-младшая мигом туда заглянула. — Спасибо, Мерритт, мы поживем пока здесь, — Соня положила руку на плечо Всадника, еле кивнув ему, чтобы он покинул квартиру. МакКинни ехидно улыбнулся и тут же направился к выходу. — Джеки? — танцовщица подошла к брату, который громко стукнул кулаком правой руки по стене. — Какой я идиот... — Всадник развернулся и направился в прихожую, но уже через секунд пять вернулся обратно разутый и с чемоданом в руках. — Джеки, ты не идиот, — Соня растерянно смотрела на брата, пока тот аккуратно складывал вещи в шкаф-купе рядом с кроватью. — Она выходит замуж. Соня, ты слышала? Она выходит замуж! — Джек на секунду остановился у кровати, на которой лежал чемодан. — Слышала. Лула выходит замуж через неделю. Но, Джеки, мне почему-то кажется, что Лула до сих пор любит тебя, просто она сделала это тебе на зло. Уайлдер положил джинсы своей младшей сестры на полку и замерев, непонимающе посмотрел на Соню. — Джеки, это простая женская логика, — девушка подошла к чемодану и вытащила оттуда футболку. Она направилась к шкафу, рядом с которым стоял Джек, — ничего ты в ней не смыслишь! Она выходит замуж только для того, чтобы показать, как ей "хорошо", — брюнетка показала руками кавычки, — живётся. А так, мне кажется, тебя разлюбить невозможно. Соня усмехнулась и потрепала по голове своего старшего брата. Она всегда вгоняла его в ступор своими жестами, потому что вела себя с ним так, как будто не она младшая сестра, а он её младший братец, за которым Сонечка должна присматривать. — Она прибежит к тебе, Джеки. Прибежит. Потому что любит. В то же самое время этажом выше. — Лул, можно к тебе? — брюнетка просунула голову в проем между дверью и стеной. — Можно, — отрезала та, даже не соизволив повернуться лицом к подруге. Мэй также продолжила сидеть спиной к двери на кровати в позе лотоса и смотреть в пустоту. — Как ты? — следом за Вирджинией вошла Хенли и села на кровать рядом с Лулой, чтоб видеть её лицо. Заплаканное, красное, с мокрыми солёными дорожками от слез. Лула шмыгнула носом и утёрла очередную слезу, вновь скатывающуюся с её глаз. — Нормально. Я всегда для всех нормально. Хенли, вот почему он всегда появляется тогда, когда мне хорошо без него? Когда я счастлива. Ривз притянула к себе подругу и обняла так сильно, как только могла. — Джек. Милая, ну так получилось. Он ведь любит те... — Если бы он любил, Хенли, то не бросил бы, — Лула обвила спину подруги своими руками и прижалась к её груди словно ребёнок, который боялся отпустить свою маму. — У него были обстоятельства, Лула, — Хенли перевела взгляд на окно понимая, что именно сейчас ей всё-таки придётся рассказать правду. — Какие к чертовой, — шмыг носом, — матери, обстоятельства? — Соню похитили тогда, когда он уехал. Затем, так получилось, что она оказалась наркозависимой и Джек лечил её в клинике в Хьюстоне. Из-за этого он не мог приехать так долго, — Вирджиния села по правую сторону от Всадницы и теперь люЛула сидела в середине. — Откуда ты знаешь? — Мэй резко вырвалась из объятий Хенли и посмотрела на Шрайк-младшую. — Потому что... Лула, мы все всё знали про Джека. У нас была с ним связь этот год и мы постоянно созванивались, но никто об этом, — Вирджиния посмотрела вниз, уже морально готовившись к тираде Мэй. — Зашибись, то есть... Стоп. Вы обо всем знали и не говорили мне? — Лула поочередно посмотрела сначала на Ривз, а затем на Шрайк. — Да, в общем, — брюнетка потёрла переносицу и зажмурила глаза. — Ну класс. Вау, круто. Надо же, какие у меня замечательные подруги, — Мэй вскочила с кровати и начала расхаживать по своей спальне взад вперёд, — я вам доверяла, а вы слова мне не могли сказать? Спасибо вам большое, дорогие мои, — Всадница развела руками в сторону и зло сверкнула глазами в сторону фокусниц, — Джек объявился. Вы же об этом знали, верно да? Вы обо всем заранее знали, каждый его шаг, вы всё делали сообща! Боже, какая же я дура, что верила вам, — брюнетка закрыла глаза рукой, проклиная себя за такую глупость. — Джек ни в чем не виноват, Лула. Не надо винить его. Он лишь хотел тебя защитить, поэтому попросил нас ничего тебе не говорить, — тихо проговорила Вирджиния, достав из кармана зауженных темно-синих брюк айфон и начав набирать телефон Джека, — но я прошу тебя, поговори с ним. — Что? — Лула заорала на весь пентхаус, разведя руками в сторону, отчего что-то внутри Хенли и Вирджи болезненно сжалось, — вернуться к нему? Ни за что! — Мы не просим тебя вернуться к нему, мы лишь просим поговорить, — Хенли театрально выгнула левую бровь и посмотрела на подругу. Лула скрестила руки на груди показывая всем своим видом, что она не собирается брать телефон, протянутый Вирджинией, но когда Ривз и Шрайк грозно на неё посмотрели, Мэй тихонько проскулила и нехотя взяла айфон.

***

— Ну? И о чем мы будем о говорить? — Лула села на мягкое сидение, напротив Джека, положив телефон перед собой на стол. Единственное место, где она с Джеком постоянно ошивалась, был Старбакс. И конечно же, Джек посчитал нужным встретится с Лулой именно здесь. Сегодня, на удивление посетителей известной кофейни было не так много, что было только на руку. Ведь лишние любопытные журналисты и вечно сующие свой нос куда не попадя фотографы нашим Всадникам были не нужны. — О тебе. Обо мне. О нас, — Уайлдер слабо улыбнулся своей девушке и слегка откинулся на спинку мягкого диванчика. — Джек, нет больше никаких нас, — Мэй скрестила руки на груди. Тон её голоса был низким, холодным и безразличным, от которого по спине Уайлдера побежали мурашки. — Лула, послушай. Когда я уехал... — Когда ты сбежал, — нагло перебила Джека Всадника и с укором посмотрела на него. — Когда я уехал. — Когда ты сбежал, Джек. Ты нагло и подло сбежал, как самый последний трус, даже в принципе не потрудившись обьяснить, что твою сестру похитили. — Ты знаешь? — опешил фокусник, подняв брови вверх. — Не идиотка, — огрызнулась Мэй, — какой меня хотел выставить ты, — последнее слово иллюзионистка просто выплюнула своему собеседнику. — Так вот. Когда я оказался в Хьюстоне, то понял, что совершил ошибку. Самую большую ошибку в своей жизни. Я оставил тебя в Лос-Анджелесе, хотя должен был взять тебя с собой. Я понимаю, как тебе было больно, когда я внезапно покинул город и... — Нет, Джек, ты не понимаешь этого. Тебе никогда не понять боли, что испытывает мать, теряя своего ребёнка. — Что?! — карманник ошарашенно посмотрел на брюнетку сидящую перед ним и не совсем понимал о чем идёт речь. — Оу, Всадники не соизволили тебе этого рассказать. Забавно, — Мэй скривила губы и закивала театрально головой. — О чем ты говоришь, Лула? — О ребёнке, Джек. Я была беременна от тебя на тот момент, когда ты нагло сбежал. Но я потеряла его. У меня случился выкидыш. — Господи, — Уайлдер закрыл лицо руками. — Почему так получилось? Из-за кого? — Тебе же всё равно, не так ли? — Лула чуть наклонила голову и сощурила глаза. — Мне никогда не было всё равно, Лула. Так как это случилось? — Упала с лестницы из-за тебя. — Из-за меня? — Джек начал отбивать по столу какой-то простой ритм пальцами правой руки, в то время как Лула потянулась за сумкой и уже через несколько секунд достала оттуда сигареты и зажигалку. Сунув ментоловую никотиновую палочку в рот, Мэй шаркнула пару раз первым пальцем правой руки по колёсику и огонь появился. Она поднесла огонь к концу сигареты и она сразу зажглась. Впустив едкий дым в свои лёгкие, Всадница ответила. — Из-за тебя, — затяжка, — Джек Уайлдер, — она снова выплюнула его фамилию прям ему в лицо, а Джек судорожно пытался понять новую Лулу. Ту, которая появилась, когда умерла прежняя. Добрая, милая, всегда улыбчивая Лула. И её больше нет. На её месте теперь сидит холодная, стервозная, бесчувственная Лула Мэй. Затяжка, — ты промыл мне собою мозги. И, собственно говоря, из-за мыслей о тебе, я полетела вниз кубарём с лестницы. Если тебе, конечно, интересен мой рассказ. А то ты там, наверное, в Хьюстоне развлекался с молодыми студентками, — Мэй стряхнула пепел в пепельницу, смотря при этом в окно и снова затянулась. — Что? Да я ни с кем вообще не был там. Можешь даже спросить у Сони. — Оу, — Лула резко посмотрела на Джека и наигранно подняла брови вверх, — твоя сестра-наркоманка. Мне плевать на неё точно также, как и плевать на тебя, — Мэй выдохнула дым, — Джек Уайлдер. Иллюзионист смотрел на неё и не мог поверить своим ушам и глазам. Неужели перед ним сидит сейчас когда-то его любимая малышка Лула. Его девочка, которая с самого начала принадлежала только ему. Неужели за год она смогла так кардинально поменяться? — А твой томный взгляд, Джек Уайлдер, может сработать только на молодых студенточек университетов Лос-Анджелеса. Подъедешь к ним на своём Порше, — она издевалась. Это только забавляло Мэй. Она выделила последнее слово и посмотрела в потолок, — и они сразу лягут к тебе в постель. Штабелями, — она легко закивала головой и пожала плечами, — Клево, что пообщались, — с этими словами Лула поднялась со своего места, держа клатч и телефон в руках и сразу же направилась к выходу, желая поскорее избавится от общества Джека. А Всадник всё также остался сидеть в раздумьях, совершенно не понимая, что ему делать дальше.

***

— Итак, дамы и господа. Я хочу представить вам самых талантливых фокусников в мире и вообще на планете... — голос ведущего буквально резал слух, потому что микрофон быть включён на полную громкость. Всадники стояли за кулисами большого зала и поправляли свои смокинги и платья. Лула элегантно поправила ткань, где располагался разрез её левой ноги и обернулась к Вирджинии, которая просила посмотреть всё ли в порядке с её спиной. При всех, Джек и Лула не обмолвились толком и словом, несмотря на то, что парень часто смотрел в её сторону. И, конечно же, Мэй об этом знала. Но предпочла не обращать на Всадника ни малейшего внимания. Вдруг черный занавес резко опускается вниз и перед всеми людьми из так называемого в Лос-Анджелесе "высшего" общества предстают семь Всадников. Дэниел, Мерритт, Джек, Дилан, Вирджиния, Лула и Хенли. По всему помещению тут же раздались восторженные возгласы и оглушающие аплодисменты. Каждый из присутствующих знал, что известные Всадники сегодня не будут устраивать шоу, но не встретить их так тепло и радостно, не мог каждый. Иллюзионисты помахали всем руками и улыбнулись, как бы говоря "спасибо" за такой тёплый приём. Спустя час, фокусники уже разбрелись по разным залам, общаясь с людьми, занимающие высокие посты и статус в Америке. Лула с Райаном стояли рядом в обнимку и разговаривали с компаньонами Андерсона. Джек, подошедший к их кругу, сразу же привлёк внимание миллиардера. — Оу, Джек Уайлдер, приятно познакомится, — Райан протянул руку иллюзионисту для рукопожатия, когда его коллеги расступились в сторону, давая поговорить с небезызвестным Всадником. Джек слабо улыбнулся и посмотрел на руку бизнесмена. Нехотя пожав её, отвёл взгляд в сторону и пробормотал что-то вроде "Мне тоже". — Пожалуй, я оставлю вас на некоторое время, — Андерсон повернутся к Луле и та улыбнулась своей очаровательной улыбкой. — Конечно, милый, — пролепетала брюнетка, после чего её жених поцеловал её в щеку и дружески хлопнув пару раз Джека по плечу, ушёл прочь. — Надо же, ты выходишь замуж за того, которого когда-то ненавидела, — усмехнулся Уайлдер и посмотрел на Лулу. — Надо же, — она специально повторила эту фразу, — а я уже и забыла, какой ты хам. Джек нагло усмехнулся, решив принять её дурацкую игру. — М-м-м, что же тебе ещё напомнить? Лула опешила от такого вопроса и её брови взмыли вверх. Но, кажется, спустя буквально секунду, она и Джек оказались в ванной комнате. Его руки сжимали талию любимой девушки в тисках, впиваясь в губы страстным поцелуем и проникая языком в рот. Лула зарывалась руками в волосы Всадника, оттягивая их, заставляя фокусника простонать. Он вжимает её в стену своим телом, покрывая жаркими поцелуями каждый миллиметр шеи, оставляя на ней красные засосы. Джек жадно и грубо целует губы Всадницы, пытаясь поцелуем выразить всё, что накопилось в нём за год. Всё, что он хотел сказать ей, он говорит. Через поцелуй. Руки беспорядочно шарят по таким родным и любимым изгибам тела сквозь платье, безрезультатно ища молнию. Но вскоре Джек удачно вспомнил про замечательный разрез платья у левой ноги. Но Лула тут же этой ногой обвила правое бедро парня, прижимая его к себе ещё ближе. Её руки бродят по его спине, ощущая, наконец, рядом тело любимого человека. Мэй запрокинула голову назад, тихонько простонав, когда Джек прошёлся рукой по её обнаженной ноге, слегка царапая короткими ногтями, одновременно целуя её шею, ключицы, плечи. Возбуждение всё нарастало с каждой секундой, а воздух становился жарким для них двоих. Уайлдер ловит руки Мэй где-то в районе его плеч и заводит за голову, сжимая запястья до хруста. Но неожиданно дверь туалета открывается и затем в комнату входит женщина лет пятидесяти. Джек нехотя отрывается от такого желанного тела, выпроваживая женщину за дверь. Она возмущается, крича что-то вроде "Это вообще-то женский туалет. Чем вы здесь занимаетесь?!" Но Уайлдеру плевать. Он закрывает дверь на замок и оборачивается к той, за которую готов жизнь отдать. Лула стоит согнувшись, опираясь руками о свои колени, пытаясь восстановить дыхание. Джек снова подходит к ней, прижимает её к холодной стене, снова прильнув к таким сладким и сахарным губам. Он продолжает оставлять засосы на идеальной коже и водя руками по телу, но Мэй отталкивает Джека, резко отходя в сторону. — Джек, —шумный выдох, — я не могу. Между нами, —выдох, — больше ничего, — выдох. Лула опирается спиной об стену и смотрит устало вверх, — нет. Я не могу. Далее последовал хлопок двери, известивший Джека о том, что Лула не хочет продолжения сегодняшнего вечера.

***

Три часа ночи. Пентхаус Всадников. Рука Райана нежно обвивала талию Лулы, которой всё никак не спалось. Парень уже давно уснул, так как сильно утомился на приеме. Мэй нервно кусала губы, которые до сих пор были опухшими от поцелуев Джека. Она глядела на лунную дорожку, которая начинала свой путь у чуть задвинутых штор и заканчивала у лица Всадницы. Но как только фокусница закрывала глаза перед ней представала та картина, которая приключилась с ней и Джеком в ванной. Его руки, его поцелуи, его прикосновения, его дыхание. Лулы нервно сглотнула и прикрыла глаза. Посмотрев на луну, она чуть повернула голову влево, в очередной раз проверив спит ли её жених. Когда Мэй всё же убедилась в этом, она аккуратно выползла из объятий Райана и села на кровати. Вокруг царил сплошной полумрак и как только глаза иллюзионистки привыкли к темноте, она свесила ноги и через секунду коснулась ими прохладного пола. Колючий слабый ветерок подул по ногам, но не обратив на это ни малейшего внимания, Лула поднялась с кровати и тихонько, словно кошка, касающаяся подушечками своих лап поверхности, направилась к двери. Дверь беззвучно открылась и Мэй прошмыгнула в коридор. Прихватив по дороге шёлковый бардовый халат, она накинула его на себя и поплотнее запахнув полочки халата, побежала по лестнице вниз, стараясь не создавать шума. Ступив на пол, Лула огляделась и быстрым шагом направилась в прихожую, где находился лифт. Всадница отлично ориентировалась в полной темноте, поэтому она с лёгкостью прошмыгнула в коридор, умудрившись не задеть ни один предмет. Рука Лулы судорожно клацала по кнопке вызова лифта, потому что сейчас ей абсолютно не хотелось находится в пентхаусе с Райаном и тем более с Всадниками. Она хотела его. Она хотела Джека Уайлдера. Его прикосновений. Рук. Губ, которые покрывали каждый миллиметр идеальной кожи девушки. Её тело хотело его. Несмотря на то, что разум в тысячный раз кричал "Нет". Но в данный момент, Луле было абсолютно плевать, что говорил ей мозг. Она хотела засунуть его куда подальше и высказать Джеку всё, что так хотела. Снять эту дурацкую маску абсолютного безразличия и показать ему, что она всё та же Лула. Всё та же Лула Мэй. Его родная девочка. Двери лифта распахнулись перед ней и тут же зайдя в него, Лула нажала кнопку этажа ниже. Меньше чем через десять секунд она оказалась в квартире Джека. Так как двери лифта являлись и дверями в квартиру, то Мэй тут же ступила голыми ногами в уютную прихожую, выполненную в серо-черных тонах. Брюнетка заглянула на кухню, но там не оказалось Всадника. Она заглянула в спальню и увидела, что из-за угла сочится тусклый свет. Кровать, стоявшая по правой стороне от неё была расстелена, так как Уайлдер уже собирался ложится спать. Серые шторы большого окна во всю с стену были не задернуты, поэтому свет луны также свободно гулял по комнате. Везде был идеальный порядок. Комод, шкаф, тумбы, картины, всё было чистое. Нельзя было разглядеть хотя бы одну пылинку. Лула абсолютно беззвучно босыми ногами прошла спальню, завернула за угол и вошла в ванную комнату. Она увидела его. Увидела того, которого всю жизнь безумно любила. Джек стоял в одних черных джинсах спиной к Мэй, оперевшись руками об раковину и смотря вниз. Перед иллюзионистом висело зеркало, где Лула увидела своё отражение и слабо улыбнулась. Взъерошенные волосы, уставшие глаза, опухшие губы и шея в засосах, которые начинали еще сильнее проявляться. Лула подошла к иллюзионисту и встала за его спиной. Дрожащими и ломкими пальцами правой руки она коснулась спины фокусника, отчего тот чуть заметно вздрогнул. Она приложила вторую руку к идеальной спине и медленно повела обоими ладонями вверх, остановившись у его плеч. Джек выпрямился и посмотрев в зеркало тут же понял — это Лула. Ее пальцы, её руки, её тёмные лак на длинных, но ухоженных ногтях, он узнает из тысячи. Он обернулся и увидел её. И не мог поверить своим глазам. К нему действительно пришла Лула. К нему сама пришла Лула! — Прости меня, — прошептала она, обвив руками талию Всадника. Джек слабо улыбнулся ей и взяв такое родное лицо в свои руки, накрыл её губы своими. Нежно, ласково, медленно, пытаясь растянуть этот момент на целую бесконечность. — Это ты должна меня простить, — Уайлдер нехотя разорвал поцелуй. Но он также держал её лицо в своих руках, соприкоснувшись лбами. — Мне не за чем тебя прощать. Я всё поняла, Джек. Ты уехал ради сестры. А я обозвала её наркоманкой, — на глаза навернулись слезы, пока Мэй тараторила, — Джек, прости меня. Я такая дура, я просто идиотка, я... — не успела она договорить, потому что Всадник снова накрыл её губы своими, заставляя замолчать. — Я, — поцелуй в уголок губы, — давно, — в скулу, — простил, — за ухом, — тебя, — в шею, — Лула, — в ключицу. Мэй тихонько застонала, когда Джек притянул её ближе к себе, продолжая целовать её шею. — Я скучала. И я... Я всегда любила только тебя, Джек, — поражение. Лула, наконец, поняла, что проиграла в этой схватке с чувствами. Фокусник на секунду отпрянул от такого желанного тела и выпрямившись, посмотрел своей девушке в глаза. Мэй загадочно улыбнулась, прикусив нижнюю губу, и в её глазах запрыгали чертики. Она утягивает его за собой. Молча, без слов и продолжая также загадочно улыбаться. Ладонь девушки как всегда тёплая и маленькая, а его — широкая и мозолистая. Её пальцы, тонкие и ломкие, хорошо помещаются в ладони Уайлдера, на что он только хмыкает и берёт инициативу в свои руки, заходя в спальню и усаживаясь на кровать, которая тут же прогибается под весом его тела. Парень расставляет ноги, заставив девушку встать между ними, и его ловкие пальцы уже находят узелок халата, развязывая его. Шелковая ткань скользит вниз, оголяя худое, костлявое и угловатое тело. Она делает шаг вперёд, кладя чуть холодные ладони на сильные мужские плечи. Джек проводит ладонями от коленей до бёдер, останавливаясь на черном кружеве. Лула слабо улыбнулась и села сверху на Джека. Она провела дрожащими пальцами по его плечам, груди, и остановилась на животе. Мэй робко накрыла губы Уайлдера, даря очередной поцелуй, но постепенно он перерос в страстный и чувственный. Иллюзионист сжимал её бёдра, притягивая всё ближе к себе. Он держался за неё сейчас будто бы за самое дорогое, что у него есть. И он в миллиардный раз клялся себе, что теперь никогда и ни за что не отпустит свою девочку. Джек резко перевернул Лулу, отчего та рвано вскрикнула, и оказалась теперь сверху. Фокусница немного заерзала на кровати, устраиваясь поудобнее. Она откинула голову назад, тихонько простонав, в то время как Уайлдер оставлял дорожку поцелуев от скулы до самой ключицы, шепча ей слова любви. Джек навис сверху, опираясь на ладони, расположенные по обе стороны от лица Мэй. Он проводит ладонью по её плоскому животу, восхищаясь прекрасным телом. Всадник шныряет под спину Мэй, и буквально спустя секунду бюстгальтер летит куда-то в сторону. Он сжимает грудь брюнетки в своей руке, впиваясь в её губы страстным поцелуем, одновременно прижимаясь к её телу всё сильнее. Лула обнимает торс Джека ногами, нечаянно касаясь каменного стояка через джинсы. Она чуть приподнимает таз, чтоб помочь Уайлдеру снять ненужную ткань с себя. Лула стонет, когда Джек в очередной раз чуть больно кусает шею. Но ей не больно. Нет, ни в коем случае. Мэй целует Всадника в губы, а затем тянется руками к пряжке ремня, на что Джек лишь только ухмыляется. Он разрывает поцелуй, справляется с собственными джинсами и тянется куда-то влево к тумбе. Лула видит это и резко вцепляется в плечи иллюзиониста, заставляя его посмотреть на неё. — Не надо, — она буквально умоляла фокусника, что сегодня им не нужная контрацепция, — давай так. Уайлдер выгнул бровь, явно не ожидая такого ответа и снова прильнул к таким сладких и манящим губам. Он ловко приподнял её руками за бёдра и погрузился в неё со стоном, заставив Мэй выгнутся дугой ему навстречу. Она открыла прекрасный вид на её шею, пахнущую вишней, откинув голову назад с новым толчком ещё сильнее и громко застонав. — Тише, — Джек прикладывает указательный палец к губам Мэй, но фокусница лишь раскрыла глаза и словно ребёнок смотрела на любимого большими серо-голубыми глазами, — нас могут услышать, — он сдувает упавшую на лицо чёлку девушки, на что та лишь по-детски улыбнулась, а затем она слегка укусила палец Уайлдера. — Нас не услышат, — последнее слово буквально утонуло в очередном стоне, так как Джек снова вошёл в неё. Он целует её плечи, ключицы, переплетая их пальцы над головой Лулы. Она вновь выгибается в спине дугой почти до хруста, позволяя полностью входить и выходить из неё. Джек оставляет засосы на шее иллюзионистки, растворяясь в своём ангеле с каждым новым толчком всё больше и больше. Толчки становятся резче, быстрее, мощнее, вынуждая девушку буквально кричать от удовольствия. Джек накрывает её губы своими, пытаясь заглушать громкие стоны, разносящиеся по всей квартире. Лула зарывается пальцами в волосы Уайлдера, сильнее оттягивая их, вызывая у Джека очередной стон. Уайлдер впивается в бёдра Мэй пальцами так, что на этом же месте завтра можно будет увидеть синяки. Он притягивает её ближе, подминая под себя. Джек продолжает резко двигаться в ней, чувствуя, что до вожделенной разрядки осталось немного. Буквально пара толчков и они оба кончают. Фокусник наваливается на брюнетку сверху, понимая что не может допустить того, чтоб она вышла за Райана замуж. Не-а. Джек пытается привести дыхание в норму, всё также вдыхая шоколадный запах волос Лулы. Мэй водит рукой по волосам Уайлдера, всё ещё обнимая ногами его за бёдра, начиная с каждой секундой дышать всё ровнее и ровнее. Но вскоре Джек выходит из Лулы и перекатывается на другую сторону кровати. Он целует Лулу в лоб, отчего та только улыбается и прижимает её к себе, желая Мэй спокойной ночи. Лула поворачивает голову, целует Всадника в губы и возвращается в обратное положение. Лула улыбается во все тридцать два зуба, радуясь что единственный человек, который необходим ей словно кислород — это Джек. Закрывает глаза, пытаясь уснуть, но ей мешает рука Джека, выводящая замысловатые узоры на её плоском животе. — Джек, — выдыхает она, сладко улыбнувшись. Уайлдер тут же отозвался, подарив ей очередной поцелуй в плечо, — ты мешаешь мне заснуть. Он улыбается. Лула чувствует это. Его рука прекращает движения, притягивая к себе Всадницу ещё сильнее.