Геометрия страсти

- Как она? – присев на небольшой кожаный стул, Зело закинул ногу на ногу, собираясь в очередной раз выслушать сказку о том, что его мать идет на поправку и ее скоро можно будет забирать. - ЧжунХон, понимаете… - Ближе к делу, - слегка грубый голос подростка смутил доктора, который все пытался продумать схему разговора с этим буйным парнем. - У вашей матери наметились осложнения и скорее всего ей придется задержаться у нас на неопределенное количество времени, кроме того, необходимо пропить и проколоть несколько лекарственных препаратов, которых нет в больнице. - Сколько? – холодный голос немного дрогнул от переваренной информации, а мальчишеское сердце непроизвольно сжалось от осознания того, что его мама, возможно, больше не будет той доброй и открытой для всего мира женщиной, которую всегда знал. - ЧжунХон, поймите, я не имею точного представления о какой сумме идет речь, ибо лекарств действительно много, я выпишу вам список. Колонка будет идти от самых важных к наименее. Те, что важны, прошу, доставить к нам к понедельнику, - немного поерзав в высоком кресле, мужчина все же выписал большой список разнообразных лекарств, и, проводив навязчивого родственника, облегченно вздохнул. *** - Мистер Банг, я могу с вами поговорить? – в очередной раз низко поклонившись хамоватому хозяину, блондин неуверенно взглянул на своего работодателя, ища в глазах немой ответ на свой звучный вопрос. - Я не уверен, что мне это интересно, - увлеченно разглядывая порно-журнал, Гук развалился на диване, широко разведя стройные ноги. - Это важно… для меня, - немного помедлив, выдохнул подросток, - понимаете, моя мама лежит в больнице, и ей необходимы дорогостоящие лекарства, я бы даже сказал очень дорогостоящие. Я понимаю, что это некорректно с моей стороны и очень неуважительно по отношению к вам, но могу я попросить вас выдать мне аванс уже сейчас? – выпалив последние слова, словно на одном дыхании, подросток смущенно опустил голову, стараясь скрыть пунцовые щеки. Повисла давящая тишина, только изредка громко постукивающие настенные часы, находившиеся между коридором и гостиной, выводили разум из состояния прострации. ЕнГук медленно отложил журнал и поднялся со своего места. Мягкая кожа дивана угрожающе заскрипела под изгибами тела старшего. Подойдя вплотную к новоиспеченному домработнику, который, кстати, сегодня отработал свою первую неделю в качестве прислуги, Банг придвинулся максимально близко, заглядывая в испуганные глаза. - Аванс? Тебе? – ухмыльнувшись, Гук обошел парня и коротко шлепнул по округлой попке, чем вызвал невольный стон боли и смущения одновременно, - а что мне за это будет? – пошло облизнувшись, старший остановился позади и бережно обнял хрупкое тело, скрещивая руки на груди и немного поглаживая нежную кожу через тонкую ткань обтягивающей рубашки. - Я.. Я могу выйти в свой выходной. Нет, не так. Я выйду в свой выходной! – затрепыхавшись в сильных руках, подросток попытался высвободиться, - мистер Банг, прошу, я должен работать. - Знаешь, я тут подумал… Аванс же надо заслужить, так ведь? – не прекращая поглаживать юношескую грудь, ЕнГук слегка сжал соски, - хочешь, я тебе выдам аванс и подкину деньжат свыше? Мягко убрав одну руку и надавив на спину, чем заставил подростка встать на колени, работодатель обошел ничего не понимающего парня и, схватив за голову, притянул к своей ширинке, куда как раз упирался взгляд. - Мистер Банг, прошу, перестаньте, я просто хочу аванс, - пытаясь говорить как можно спокойнее, Зело отчаянно упирался руками в бедра старшего, стараясь отодвинуться. - Ну уж нет, я все равно возьму свое, просто сейчас даю тебе выбор: либо ты сделаешь это сам и за деньги, либо я просто возьму и отымею тебя в твой блядский ротик, - облизнувшись, мужчина расстегнул ширинку и взглядом указал домработнику приступать к своему занятию. - Но… Но я никогда не делал этого, - густо покраснев, юноша взвешивал в голове все «за» и «против» данного действия. Конечно, блондин понимал, что это далеко неправильно и парень с парнем не должны заниматься подобными вещами, но тут в голове всплывал образ мамы и гулким эхом отдавались слова лечащего врача: «Дорогостоящие лекарства…» - Ничего страшного, - смягчился Гук, садясь на диван и утягивая за собой смущенного юношу. Присев на колени рядом с софой, блондин стянул со старшего джинсы до колен и взглянул на огромный бугор в белоснежных боксерах. Опустив мешающую ткань и неуверенно обхватив розовую головку, Зело принялся неумело двигать головой, погружая вставший орган все глубже во влажный ротик. Член неприятно упирался в горло, которое от частых выпадов бедер со стороны старшего, начало саднить и появился рвотный рефлекс. Закашлявшись, домработник попытался отстраниться, но его нагло схватили за блондинстую шевелюру и притянули обратно, с силой насаживая на возбужденную плоть. Задергавшись в приступе рвотного позыва, ЧжунХон отчаянно застонал, пытаясь отцепить от себя сильные руки хозяина особняка, но те только сильнее сжали волосы в кулак и еще более остервенело принялись опускать голову мальчика, стараясь сделать так, чтобы юные губки коснулись основания паха. Почувствовав на своей плоти влагу, ЕнГук удивленно посмотрел на юношу, который ронял крупные слезы от собственной безысходности и унижения, которое он сейчас в полной мере испытывал. Еще пару раз с силой натянув на себя младшего, Банг излился в его рот. От неопытности Зело закашлялся, не в силах проглотить горячую сперму. - Держи, заработал, - выудив из кошелька крупную сумму денег, Гук сложил купюры на край дивана и встал, застегивая джинсы. А ЧжунХон так и остался сидеть на коленях, весь в сперме и собственных слезах, которые так бессовестно сковывали дыхание и затуманивали взгляд…