Возвращение в лето.

Глава 1.

POV Миша.

      Виды за окном сменялись от Питерских улиц, Хрущев, прекрасных разводных мостов, до дороги с кочками и ямами, лесными массивами. Правительство решило, что дорогу за городом «латать» не нужно, ибо людей ездит не много, да и зачем тратиться на такую ерунду, как строительство дорог. Жлобы. Я ехал уже минут тридцать в душном автобусе, хотя нет, трясся, глазея все время в окно. Людей было немного, половина мест автобуса пустовало, народ предпочел рассесться по одиночке, поставив сумки на соседнее сиденье, всем видом показывая, что «занято». Я не исключение. Пара сумок с вещами и разным хламом занимали место на полках вверху, рюкзак же лежал рядом, не давая чужому человеку сесть. Было довольно жарковато, хоть на улице пасмурно, слишком парило на дождь. Приоткрыв осторожно окно, чтобы потом не было проблем в духе: «Закройте окно, мне дует!», «Не закрывайте, жарко!». Поток прохладного воздуха сразу же приятно охватил лицо, а свежий воздух ударил в нос, обжигая все внутри. Укутавшись в теплую кофту и облокотившись плечом о «стену» транспорта, закрыл глаза, слушая приятную музыку. В плеере играли произведения по настроению, а именно Radiohead—Karma Police. Их песни умеют вгонять, если уж не в депрессию, то в грусть, а она сейчас к стати. Прикрыв глаза на несколько минут, я провалился в дремоту, попутно вспоминая про то, как оказался в автобусе и куда направляюсь.

* * *

      Где-то месяц назад родители принесли ужасную новость домой, умерла моя двоюродная бабушка, которая жила в Верхних Осельках за 60 км от Питера. Когда был мелким, часто ездил к ней на летние каникулы, точнее меня туда выпроваживали родители, потому что на все лето уезжали по работе в Польшу. Мне там нравилось, свежий воздух, отдых на все три месяца, помощь бабушке особо не требовалась, да и хорошие друзья были, вообщем—отличное лето. Со временем я начал взрослеть и бывать там все реже, ибо родители уже не боялись оставлять одного дома, да и ездить туда уже не было интереса, интернет лаганный, друзья разъехались по городам, дачников становилось все больше, с ними и скука одолевала страшно, ехать на все скучное лето не очень хотелось. Эта новость про смерть бабушки очень расстроила всю семью, особенно меня, у нас с ней были хорошие отношения, она во многом понимала и помогала в подростковых проблемах. Через несколько дней состоялись похороны, прощальный обед, за которым практически все молчали, выпивали, изредка проговаривая хороший тост. Сорок дней завешенные зеркала, фотография с черной ленточкой в зале, черный платок на голове матери и хмурый взгляд отца, все как положено. Я держался, ходил в школу, ради друзей натягивал веселую улыбку, получал нормальные оценки и подтягивал успеваемость к концу года, ибо лето не за горами. Как оказалось, бабушка составила завещание, что отдает свой дом и сбережения в банке нам. Большое спасибо, бабушка.       Утром родители выгнали меня на школьный выпускной девятого класса, просто посмотреть и вспомнить свой. Вообще им нужно было, чтобы я не мешал, шастая по квартире, ибо в гости заявится очень важная шишка, обсудить что-то по работе. Такое бывает часто, либо меня выгоняют на улицу, либо тихо сижу в своей комнате, не выходя где-то пару часиков. Умывшись и позавтракав хлопьями с молоком и кофе, пошел одеваться в то, что приготовила мама. На кровати лежала белая поглаженная рубашка, в мелкий черный горошек, черные брюки и пиджак, у мамы всегда был неплохой вкус. Быстро одевшись и причесав лохматые темные волосы, я уже обувался, как мама поймала на пороге и подцепила на шею кожаную бабочку. Такое ощущение, что выпускной не у девятого класса, а у меня, всех затмлю своим видом на празднике. Обув лаковые туфли, накинув легкую ветровку и сумку через плече, получил легкий поцелуй от мамы в щеку и вышел, спускаясь по ступенькам, не хочу на лифте, лучше пройдусь, не очень хочется идти на выпускной.       Улица встретила меня не очень дружелюбно. Пасмурная погода, лужи и прохладный ветерок—так типично для Питера. Шмыгнув носом дождливой погоде, застегнул ветровку, вставил наушники в уши и пошел в сторону злосчастной школы. Людей на улице практически не было, только сонные собачники, гуляющие со своими питомцами, спешащие на работу и местная алкашня, которая занимает подъезды, когда холодно и парковые лавочки, ничего необычного. Хорошо, что в нашем доме никто не тусуется, ни алкаши, ни гопники, а все потому, что дом с дорогими четырехкомнатными квартирами, и смотрителем Михалычем, правда он все время сидит в своей каморке и залипает в телевизор, но чужаки соваться к нему не планируют. Пешком добравшись до школы за полтора часа, я зашел в холл, где во всю галдело куча народу, выпускники, гости, их друзья и родители. Что ж, не было смысла идти пешком, все равно пришел во время. Голова разболелась от гула. Расстегнув ветровку, протиснулся между школьников и прошел в спортзал, где будет проходить мероприятие, ибо он намного больше актового. Присел на свободные места по середине, чтобы не сидеть в самом конце и ничего не видеть, и не впереди, чтобы тебя видели все. Народ уже начал усаживаться по местам, учителя, выпускники, родители… Рядом со мной тоже кто-то присел, краем глаза заметил черное красивое платье с сетчатым декольте. — Миш, привет, не думала увидеть тебя сегодня,— мягкий девчачий голос был веселым и знакомым. Повернув голову в сторону девушки, увидел одноклассницу—Кристину, в классе ее любят называть «Финк», когда она чихает, то издает что-то похожее на «финк-финк». — Доброе утро,— пожелал я и приторно улыбнулся. Если честно, то не хотел никого видеть из знакомых, а уж тем более из одноклассников.— Решила не сидеть дома и придти сюда? — Да-а-а…— протянула она и улыбнулась в ответ. Она неплохой человек, мы с ней достаточно хорошо общаемся. Кристина добрая и отзывчивая, помогает на тестах и контрольных, а еще является моей соседкой по парте, да и живет в соседнем доме, частенько ходим вместе.— Подруга из 9-го позвала, Юля Реш, может быть знаешь ее? — Это та, что с яркими рыжими волосами?— оглядев всех девушек сидящих на местах выпускников, нашел знакомую девушку, кажется она. — Да-да, это она.       Нашу «милую» беседу прервали фанфарами, означающие начало мероприятия. Люди затихли и приготовились смотреть всю ту вакханалию, что будет твориться следующий час. Это время шло мучительно долго. Выпускники пели про учителей, родителей, благодарность им, пением это было трудно назвать. Какие-то неразборчивые завывания, невнятные слова и непопадание в такт музыки. Некоторые прятались за спинами одноклассников, чтобы не позориться, а некоторое вообще не знали текста песен, просто открывали рот и смотрели вдаль, при чем их мимика категорически не совпадала со словами песен. Учителя плакали от такого «душевного» исполнения. Мы с Кристиной изредка переговаривались и шутили по поводу происходящего. Мучение закончилось для всех, директор с проницательной речью вручил выпускникам свидетельство о неполном среднем образовании, все обрадовались и закончили мучить людей пародией на выпускной. Кристина попрощалась и пошла поздравлять подругу с красивым букетом цветов, а я на радостях направился домой, ибо скоро окажусь в теплой постельке, ноутбуком и «Клиникой». Домой решил ехать на автобусе, чтобы поскорее исполнить то, что задумал—проваляться весь день в постели с едой и сериалами. День должен был быть хорошим, но не долго. Позвонила мама, сказала, что их разговор с «гостем» еще не окончен и мне нужно погулять еще где-то часа полтора. Блеск. Настроение улетучилось коту под хвост, пришлось зайти в ближайший чайный дом, чтобы хоть как-то скоротать время. Заказав цитрусовый чай и сахарную булочку, ничего не оставалось, как залипнуть в телефон. Беспроводной интернет—сила.       Так я просидел до трех часов дня, а у мамы это означало «часа полтора», в жутком одиночестве с телефоном, булками и чаем. Ну, хоть не на прохладной улице, где уже успел начаться проливной дождь, а я зонт не взял, думаю, хуже уже не будет. Расплатившись и добежав до остановки, запрыгнул в нужный автобус, сел на свободное сиденье и доехал домой, надеясь, что «собрание» закончилось. Так и было. Мать охнула при виде промокшего меня, стянула мокрую ветровку и сумку, отправив в ванную. Взяв со своей комнаты все необходимое, я набрал ванную, закинул мокрую одежду в стирку и залез в расслабляющую воду, с которой во всю вздымался пар. Ванная после трудного дня—спасение. Вода настолько согрела и расслабила, что я умудрился задремать на минут десять, пока голова не соскользнула и плюхнулась уже в остывшую воду. Закончив с водными процедурами, я вышел из ванны и прошел в гостиную, там сидели родители, что-то бурно обсуждая и перебирая бумаги. Увидев меня они замолчали и попросили присесть рядом. Намечался какой-то серьезный разговор, что ли? В голове уже перебирались все мысли того, где мог уже накосячить, или хотели, чтобы я опять где-то погулял, ну уж нет, буду тихо сидеть в своей комнате. — Миш,— начала мама, в ее голосе была грусть, а в глазах понимание. Я уже начал думать, что снова кто-то умер.— Тот дом, что завещала бабушка, просто пустует, в нем никто не живет, да и мы не собираемся делать из него дачу. Мы тут с папой решили, давай его продадим?       От услышанного у меня аж в горле пересохло и сердцебиение участилось. Как можно было продавать дом, где прошло мое детство? Они прекрасно знают, что я люблю его, любил бабушку, и ни за что не дам согласие. — Нет,— отрезал я, вставая с дивана и направляясь к своей комнате, остановившись у двери и развернувшись к родителям, произнес.— Вы решили, а не я. Раз дом пустой, и по вашим словам, никто из вас дачу не хочет, я хочу. Сегодня же соберу все, что нужно, а завтра утром поеду в Осельки, хотите вы этого ли нет.       Зайдя в комнату и демонстративно громко хлопнув дверью, достал сумки, которые пылились в шкафу только для поездок заграницу, начал улаживать все, что видел на своем пути. Самое главное—ноутбук, зарядки для него и телефона, WiFi роутер, USB модем, даже приставку соньку 4 с дисками взял, чтобы со скуки не помереть. Захватил пару тройку толстых книг, сгреб всю одежду в сумку, забрал все сбережения, кредитку, и сложил готовые сумки у двери. Рано утром оставил записку на кровати для родителей, попрощался с котом Фантиком и ушел восвояси, купив билет за 140 рублей в один конец. Так и оказался в душном автобусе на Верхние Осельки.

* * *

      Открыв глаза и взглянув в окно, я узнал место, через которое лежит один из маршрутов в Осельки, мы проезжали деревню Бугры в Гатчинском районе Ленинградской области. Никогда не был в ней, но знаю, что она небольшая и не превышает жителей сто человек. Водитель объявил, что бензин заканчивается и нужно заправиться, поэтому он остановится у ближайшей заправки, можно будет выйти и прогуляться пару минут. Оставив вещи на местах, пассажиры вышли и разбрелись кто куда, я же решил зайти в маленький магазинчик у заправки, дабы затариться едой в дорогу. Глаза разбегались при виду вкусностей, разных батончиков и булочек. Купил воду без газа, пару шоколадных батончиков, булочку и пачку чипсов, этих вкусняшек должно хватить на всю дорогу. Водитель еще не закончил с заполнением бака, поэтому пассажирам пришлось ждать у транспорта, кто хамячил купленную еду, кто задумчиво смотрел вдаль, многие вообще ехали только до этой деревни. Мест в транспорте стало еще больше. Я стоял недалеко от автобуса, наблюдая со стороны от нечего делать, как зазвонил телефон, я догадываюсь, кто это может быть. Подняв трубку, был готов к худшему, поэтому немного отстранил телефон от уха, чтобы барабанные перепонки не лопнули. — Михаил Солодков, скажи, что это шутка, и ты не поехал в Осельки,— да, я был прав, звонит мама. Видимо родители недавно проснулись, и обнаружили мое отсутствие и записку, они явно не в восторге. — Как видишь, меня нет дома, значит я не шутил,— разговаривать с родителями в таком тоне неуважительно, но я все еще зол и обижен на них из-за глупой выходки с домом.       В трубке послышались вздохи и непонятные фразы отца. Наверное, мать попутно переговаривается с ним, прикрывая динамик рукой, чтобы я не слышал ругани от папы в свой адрес. Я знаю, что заставил их волноваться, ведь не каждый день твой сын собирает все барахло со своей комнаты и исчезает, оставив прощальную записку, надумать можно все что угодно. — Хорошо,— тихо послышалось в трубке.— Мы тебя поняли, только, сынок, вернись домой, не нужно бунтовать, мы не будем продавать дом, он тебе слишком дорог.       Видимо за то время, пока она молчала, обсуждала мой поступок с отцом, и поняли, что были неправы, но я не хочу возвращаться, ибо преодолел большую часть пути, да и давно не был в деревне. Стоит взять выходной, хоть и не работаю, и посвятить всего себя этому беззаботному лету со всеми его прелестями. — Нет, мам, я уже далеко,— заходя по просьбе водителя в автобус, продолжал я.— Поживу пару дней в Осельках, отдохну от городской суеты. Не переживайте с папой, все будет хорошо. Я взял все необходимое, одежду, деньги, ноутбук, вообщем не помру со скуки, пора стать самостоятельным, мне уже 17, верь в меня, мам.       Я говорил чисто искренне, ведь считал так же. Мне уже 17, пора бы заняться «строительством» своей жизни, думать планы на будущее, нет, далеко зашел, стоит просто приучаться к ответственности и самостоятельности. Видимо, эти слова слишком растрогали маму, она начала шмыгать носом и издавать тихие всхлипы, через несколько секунд она продолжила: — Сынок, ты у меня такой взрослый уже,— очередной всхлип.— Раз ты хочешь, то делай, мы не против, только звони чаще, а мы будем высылать тебе деньги, а как закончим с работой, то сразу же к тебе приедем, договорились? — Договорились,— я не мог скрыть радости. Наконец-то родители поняли, что я уже не их маленький Мишенька, а вполне самостоятельная личность. Водитель сообщил об продолжение маршрута в Верхние Осельки и попросил, чтобы все заняли свои места.— Мне пора, мам, буду ждать вашего приезда, целую.       Я положил трубку и сел на свое место, настроение выше крыши, теперь без всяких проблем могу отправляться в назначенный маршрут. Надев наушники и сменив грустную песню на Avicii — Wake Me Up, начал перекусывать батончиком, смотря в окно, предвкушая самостоятельную жизнь в доме, где проводил все свои летние каникулы. Пейзажи снова сменились от деревенских домиков, до полей и лесов, даже легкие лучики солнца выглянули из-за темных туч, они тоже способствовали улучшению настроения. Батончиков уже не было, булка была в процессе поедания, а транспорт все ближе к концу маршрута—Верхние Осельки. За окном снова знакомый вид, мы проезжали через деревню Скотное в Ленинградской области, с конным клубом и учтенным 33 домохозяйством за 2014 год. Знаю эту всю информацию из брошюр, которые стоят на прилавке в каждом магазине деревни. Последние пол часа были потрачены на пачку чипсов и просмотр сериала на ноутбуке, а все-таки хорошо, что взял его с собой, он стал мне уже как сын, всегда беру этот кусок пластика и железяки с собой. Время перевалило за десять часов утра, да, я довольно рано испарился из дома, часов в шесть проснулся и в полвосьмого вышел с дома, купил билет и уехал вторым рейсом в деревню. Вот виднеется въезд, табличка с надписью «Добро пожаловать в Верхние Осельки», так и радовала, хоть и выглядела довольно старой. Закинув рюкзак на плече и взяв сумки с вещами, я улыбнулся и вышел, вдыхая свежий воздух, где отчетливо слышен запах цветов и дождя. Ни пасмурная погода, ни лужи и грязь не могли испортить настроение, ведь вот, я тут, в месте, где прошла большая часть моей детской жизни. — Ну, привет, место моего раннего детства,— проговорил сам себе я, глядя на красоты Осельки, и пошел от остановки вперед по улице, рассматривая прекрасные и неизменные пейзажи.       Это утро было трудным, труднее, чем каждый день вставать в школу. Стоит дойти до дома, а там хорошенько отдохнуть пару часиков, чтобы потом пойти прогуляться по улицам.