Упала. Очнулась. Вы что, серьезно!?

      Я почувствовала настойчивое тормошение по плечу. Перевалившись на спину, при этом скинув на пол лежащую на лице подушку, я издала нечленораздельный хрюкающий звук и вылупилась на Зуко. Тот, подняв вверх одну бровь, смотрел на меня с каплей иронии. Минуту я соображала, что происходит. Шестеренки в мозгу с треском закрутились, в уме появились проблески мыслей. - Мать твою, я проспала!       Вскочив с кровати, я заметалась по кухне. Кое-как напялив кофту, я лихорадочно начала пихать ногу в обувь, при этом матерясь как сапожник. Не вслух, конечно. Наспех соорудив на голове пучок, я кинула взгляд на зеркало. Вся правая сторона лица была отмечена красными витиеватыми полосами, оставленными от тяжелой подушки, а сонные глаза с темными мешками дополняли образ бойца-недоучки. Причитать не было времени, поэтому я попрощалась с Айро, помахала Зуко и скрылась за дверью.       И как меня угораздило проспать? Раньше всех ведь вчера легла. Но если эти двое еще не ушли на работу, значит, у меня еще есть время. Кивнув самой себе, я прибавила шаг. Утром в нижнем кольце было еще гаже, чем днем. Сырой холодный воздух приносил из закоулков острый противный помойный запах и перегонял с места на место куски мусора. Плохо освещенные улицы заставляли держаться подальше от заброшенных мест, поэтому пришлось немного побродить, обходя опасные зоны. Все-таки к учителю я намерена добраться живой и здоровой. Ну, или хотя бы живой тоже не плохо.       Отдышавшись перед дверью Лисицы, я похлопала себя по холодным щекам и выпрямилась. Учитель открыла спустя несколько секунд. Она была одета во вчерашнее тряпье и выглядела немного помятой. Никак, сама проспала? От этой мысли стало немного легче, но не настолько, чтобы мое утреннее фиаско повторять. - Доброе утро. – Войдя, сказала я, отчего женщина зашипела и поморщилась. Нахмурившись, я поняла причину ее состояния «не стояния». Но говорить об этом ничего не стала.       Я терпеливо ждала на табуретке, пока учитель приведет себя в порядок (и мысленно, и физически). Когда это наконец свершилось, она вытурила меня из квартиры и закрыла ее. Говорить Лисица отказывалась, поэтому донимать ее вопросами я не спешила. Мало ли, как плохо человеку. Да и говорить с утра, когда я была еще простым школьником, казалось мне дикостью. Так что ничего такого в этом нет. Только знать бы, куда мы идем… места уже незнакомые.       Благо, проснувшееся солнце освещало большинство закоулков, только в самых дальних углах которых сверкали зелеными глазами голодные карликовые пумы. Довольно длинное замороченное название, надо бы придумать сокращение. Капумы? Пукары? Я издала смешок, еле сдерживая глупую улыбку. Лисица посмотрела на меня, высоко подняв брови. Держу пари, если бы она могла, еще и у виска бы покрутила. И заслуженно, между прочим. - Первая тренировка самая сложная. – Сказала женщина, чем меня очень заинтересовала. - Не пугайте пуганых. Я готова выложится на все сто. – Усмехнулась я, в доказательство согнув в локте левую руку. Образовавшиеся под плотной тканью хилые бицепсы слабо подтвердили мои слова.       Лисица вздохнула, покачав головой и пробурчав что-то типа «эх, молодежь». Постепенно улицы стали наполнять идущие по делам люди, но они исчезли также неожиданно, как и появились. Свернув в заброшенный район нижнего кольца, я с интересом разглядывала полуразрушенные общаги, одиночные дома, забегаловки и товарные лавки. Окна во всех без исключения зданиях были либо выбиты, либо сняты вместе с рамами. Внутри же домов не было ничего: только голые стены, покрытые трещинами. Побитые вывески, раздробленные цветочные вазы, поваленные в некоторых местах фонари и паутины из железных канатов над головой – все это сопровождало нас на пути к месту назначения.       На фоне всего этого постапокалипсиса яро выделялось прямоугольное строение. От других его отличало более-менее крепкое основание, состоящие из целых, не пробитых, досок, заколоченные наглухо окна и огромный амбарный замок на цепи. Кажется, это то, что нам и было нужно. Ржавый замок, прикрытый от дождя резиновой подкладкой, со скрежетом поддался такому же ржавому ключу. Тяжелые двери под напором открылись, впустив нас вовнутрь. Впрочем, ничего интересного там не было: абсолютно голый ящик, прикрытый крышей, в которой, кстати, имелось несколько немаленьких дыр. Благодаря оным мы не тонули в темноте, а вполне себе купались в сгустках лучей солнца. Пол здесь был земляным, покрытым редкими островками травы. В местах обильного освещения эта трава даже цвела. - Здесь нас никто не потревожит, – Лисица достала из сумки, что висела у нее через плечо, цветастое покрывало с дивана и расстелила под одной из дыр крыши. Сев на него, она вытянула ноги, - разомнись. Думаю, для начала дам тебе основы по каждой стихии, а затем будем изучать все более углубленно.       Я кивнула и скинула с ног ботинки. Жаль, конечно, что настил здесь земляной, потом ноги замучаешься мыть. Но ведь, будь это бетон, пяткам было бы в разы хуже. А от дерева можно заноз насажать. Непонятно, короче, что в этой ситуации хуже. Полчаса я методично разминалась, не упуская ни единый миллиметр тела. Начала с головы - закончила голеностопом. По икрам разлилась приятная дрожь от наклонов, а колени по-старчески хрустели при приседаниях. Пораженное плечо разминать было страшнее всего, но как только стало ясно, что боль от круговых движений не чувствуется, я сразу забыла о нем.       От жары на щеках появился румянец, а дыхание стало тяжелым. Я чувствовала себя как мягкий пластилин, из которого вскоре слепят нечто прекрасное. И это воздушное вдохновляющее чувство как будто вело, заставляло все упражнения делать быстрее и резче, опустив даже мысли о том, чтобы сачковать. А сачковать я, пожалуй, очень любила. Хоть не особо этим гордилась.       Видя, что я заканчиваю разминаться, учитель, успевшая прикорнуть на солнышке, подтянула к себе сумку и выудила оттуда ленту. Я посмотрела на ткань испуганно и непонимающе, сощурив при этом кислую мину. Лисица отчетливо это увидела, но предпочла проигнорировать. Я, по ее взмаху, подошла ближе и присела на корточки, готовясь постигать тонкости стиля. Стиля боя, конечно же. Ведь, уроки стиля в смысле красоты и одежды, я бы у нее никогда брать не стала. Вкус у нее, мягко говоря, не очень. - Отлично. Ты знала, что только по одной разминке можно много узнать о физических способностях человека? – Задала риторический вопрос учитель, я на него лишь неопределенно пожала плечами. – Возьми ленту и завяжи ей глаза.       В голове промелькнули сомнения насчет этой затеи. Сжав мягкую ткань в ладонях, я все же повиновалась, не выказывая никаких возражений, которые, без сомнения, были бы приняты за нытье. Вообще все мои отрицания ныне расценивались бы как нытье. Задрав голову, я посмотрела на учителя через просветы повязки, за что незамедлительно получила смачный удар чем-то тонким и хлестким по голове. - За что!? – Взвыла я, хватаясь за макушку. - Чтобы впредь не было соблазна подсматривать. Мы тут не в игрушки играем. Сосредоточься, – суровый тембр женщины подействовал как надо. Правда, боль от него меньше не стала, - напрягись. Дыши ровно и глубоко. Я попробую на примере объяснить тебе принцип упражнения.       Я переступила с ноги на ногу и, так как находилась все еще на корточках, забила на пыль и уселась на теплую землю. Сосредотачиваться в удобной позе гораздо лучше, чем когда ноги колет от нагрузки. - Что чувствуешь? Не торопись с ответом, я подожду.       Сказать по правде, ничего я не чувствовала. И это сразу порядком напрягало. А вынужденная слепота нервировала куда больше, чем следовало. Голова то и дело норовила опуститься назад, чтобы хоть немного уловить выражение лица Лисицы и по нему определить, что же все-таки от меня требуется. Но получить по башке хотелось едва ли больше, чем увидеть разочарование в глазах женщины. Собравшись, я глубоко втянула носом воздух и медленно выдохнула.       На кончике носа расплылось тепло, и я уцепилась за эту тонкую нить чувств. Это я должна была ощутить? Но тогда какой в этом смысл? Какая скрытая сила? А может, это просто луч солнца попал на кожу и согрел ее. Поджав губы, я повторила выдох, но ничего не изменилось. Да, это определенно было солнце. Разочарованная, я попыталась привлечь и слух, но никаких посторонних звуков, кроме дыхания учителя и собственного дыхания, не слышала. Запахи тоже отпадали. В воздухе витали ароматы пыли и частично мусора, пробивающегося сквозь толстые стены здания. Что еще остается?       Дернув головой, я ощутила, как тяжелее забилось сердце. Не сразу я смогла понять, из-за чего это произошло. В итоге и не поняла. Слишком сильное чувство тревоги, взявшееся будто из воздуха, сначала сбило ровное дыхание, затем покрыло лоб испариной. Не в силах выдержать давление, возникшее вокруг головы, я рванула повязку и зажмурилась от яркого света.       Сквозь слезы, вызванные раздражением слизистой оболочки глаза тканью, я разглядела двоящееся лицо Лисицы, явно недоумевающее. Она держала вытянутые руки с раскрытыми ладонями перед собой, а аккурат между ее кистями была моя голова. - Что это за упражнение такое? - Разводя руки учителя по сторонам, я почувствовала явное облегчение. Будто бы с головы сняли пакет, до этого мешавший дышать. - Любопытно, - протянула женщина, недоверчиво на меня глядя, - по задумке, ты должна была ощутить тепло ладоней на щеках. И безошибочно определить это. - Знаете, я уже привыкла не удивляться, когда все идет не по задумке. И что это значит? - Ничего особенного, – резко оторвала Лисица, - продолжим. С больной ногой я мало чем могу помочь тебе с оттачиванием навыков. Сейчас лучше всего попробовать поработать с Воздухом. Отойди от меня на несколько метров и надень повязку. - Что!? С повязкой? Но в ней я ничего не увижу! - Какой сюрприз, - пробубнила женщина, вставая с насиженного места, - увернуться без повязки любой дурак может, а здесь мы будем оттачивать «способности» не зрения, а шестого чувства вкупе с осязанием. Тем более, как только что выяснилось, оно у тебя очень развито. Остается только снова и снова заставлять его работать, пока все не будет происходить на автомате. - Звучит довольно логично. Но на деле…, - встретившись с суровым взглядом Лисицы, я усмехнулась, - только в лицо не кидайте, по легенде я работаю в цветочном магазине.       Несмотря на вполне оправданную просьбу не бить по лицу, женщина ее проигнорировала, объяснив свою позицию коротко и ясно: «Это твои проблемы, и решать ты их будешь сама. А моя задача – сделать из тебя мастера стиля Четырех стихий». Название, конечно, звучало до ужаса пафосно и глупо, но было в нем что-то такое, что внушало и уважение.       И все же, такой поворот событий меня не устраивал. И, так как возражать категорически было нельзя, оставалось только заставить работать то самое волшебное шестое чувство. Для начала учитель, подобрав камешек с земли, прицельно кинула аккурат мимо правого уха. Я среагировала как настоящий слоупок, дернув головой спустя несколько секунд. - Ощутила кожей прохладу рассекаемого воздуха? А щекочущее покалывание вдоль скулы? Сейчас твоя забота – научиться молниеносно реагировать на эти раздражители и, соответственно, уворачиваться. – Прикрикивая, продолжила лекцию Лисица. - А вы уверены, что именно так учились воздушные кочевники? – С сомнением протянула я. - Но ты не воздушный кочевник.       Вполне, вполне.       Я снова встала в удобную позицию, чуть согнув ноги в коленях и подняв руки на уровне груди. Так мне будет легче переносить центр тяжести, и, следовательно, увеличить мобильность и скорость. Также я закатала рукава кофты, чтобы увеличить площадь голой кожи. Ощущать столь мимолетные и слабые сигналы через одежду, было для меня пока за гранью добра и зла. Следующий камень прошелся в опасной близости от голой шеи, оставив на той длинный красный след.       Уворачиваться в слепую было сложно, но не невозможно. Это я поняла раз эдак на тридцатый. Или тридцать второй? Сказать точно было затруднительно, так как считать летящие камни я перестала уже после двадцать третьего. Но с каждым разом, с каждой свежей царапиной у меня все больше получалось проникнуться сути упражнения. И будто бы услышав мои мысли, Лисица стала жестче. Она больше не кидала в опасной близи, она теперь целилась прямо в меня. В руки, ноги, живот и плечи. Я шипела, иногда даже теряла равновесие, но не падала, упорно продолжая стоять на месте. Вдруг обстрел прекратился. Я замерла, прислушиваясь. Команды закончить упражнение не было, значит, готовится что-то поистине страшное. Неужели она тащит с улицы какой-нибудь килограммовый булыжник? Ну, чтоб наверняка? Волосы на затылке, как по сигналу, встали дыбом. Развернувшись, я выставила вперед ладонь, чтобы защитить лицо от летящего в нос камня, но вместо этого схватила рукой что-то мягкое. - Можешь снять повязку, – довольный голос учителя прозвучал впереди, совсем близко. Я стянула раздражающую ткань с глаз, привычно сощурившись. Поймать мне удалось не что-то там, а левую кисть Лисицы, - неплохо для первого раза. Отдых пять минут, дальше приступаем к приемам Земли.       Дойдя на ватных от постоянного напряжения ногах до покрывала, я призвала в себе остатки наглости и села на самый краешек, вытянув грязные ноги. - Как же я устала. – Закинув голову назад, я подставила ее жарким лучам солнца. Но через минуту снова выпрямилась. - И все же силы, чтобы оставаться в вертикальном положении, у тебя остались. Хоть и частично. – Села рядом учитель. - Но… - И говорить тоже. Пойми, привыкшая не выкладываться на полную в тренировке, в реальном бою подсознательно ты будешь также хранить силы непонятно для чего, при этом вредя только себе и теряя порой столь драгоценное время. Это недопустимо.       Я кивнула, не утруждая себя словесным ответом. Нужно восстановить силы и выжать максимум из тех пяти минут, что мне отвели на отдых. Прикрыв глаза, я расслабила тело. - Пять минут закончились. Вставай. - Уже…       С крехами и охами, я встала, хрустя костями. Усталость давала о себе знать, выражаясь в трясущихся коленях и руках, но я все еще чувствовала в себе остатки сил, не дающие свалиться на землю замертво и плюнуть на все. Учитель хоть и была по характеру своеобразной, но порой говорила чертовски правильные вещи, с которыми не согласиться было просто невозможно. Это и бесило и восхищало одновременно. - Приемы Земли… блокировки ударов и иже с ними? – Тряхнув сначала левой ногой, затем правой, я встала рядом с учителем. - Верно. Самое главное в этих приемах твердая стойка. Ничто и никто не должен сбить тебя с ног. Основное положение – ноги широко расставлены и согнуты в коленях, представь, что ты сидишь на высоком стуле, - объясняла учитель, жестко хлестнув меня по ляжке прутиком, призывая сесть еще глубже, - руки напряжены. Готовься в любой момент отразить удар, но не смей даже с места сдвинуться!       Ноги дрожали так, будто земля под ними ходуном ходила. Соблазн сжульничать и подняться чуть выше, чтобы уменьшить нагрузку, был слишком велик. Сжав зубы, я откинула эти глупые мысли куда подальше. Какой тогда смысл в тренировке? На постоянных поблажках далеко не уедешь, особенно когда в тупике зажмут пара тройка разбойников, а надеяться, кроме как на себя, будет не на кого. - Тебе повезло, раз у меня болит нога, пока обойдемся только ударами по рукам. Но ты должна понимать, в уличном бою таких смягчающих обстоятельств не будет. - Разумеется.       Лисица встала в стойку, до одурения смахивающую на стойку Зуко при нападении: правая нога впереди, левая чуть сзади, руки согнуты в локтях, правая, соответственно, чуть впереди, чем левая. Значит, сбивать она меня будет Огненным стилем. Вполне оправданно, ведь именно он, по словам учителя, в квадрате стихий отвечает за атаки. - Собственно, защищаться ты можешь двумя способами. Первый – это принять весь удар на себя, а второй – отвести его в сторону. Второй более полезен, так как не травмирует, а лишь тратит энергию. А с твоим телосложением он так и вообще идеален. - Вы намекаете на то, что я дохлячка? – Возмутилась я, опуская руки вдоль тела. - Я намекаю на то, что из каждой составляющей силы ты должна выбрать для себя наиболее подходящие и, как бы глупо не звучало, уместные приемы. Не стоит хвататься за все и сразу. Выучи один финт, но так, чтобы враги при виде него бежали, сверкая пятками. - О-о-о… - Начнем с азов. Сначала я буду медленно показывать тебе движение рук. Попробуй отвести удар, но помни – думать наперед никто не запрещает.       Следить за траекторией рук учителя, параллельно напрягая трясущиеся ноги, делом было не из простых. В голове стоял туман, мозг просто не понимал, что ему делать, какое из этих двух вещей считать в приоритете, а какое можно пропустить. Я не была реинкарнацией Юлия Цезаря, определенно. Печально, ведь сейчас его умения делать одновременно несколько задач очень бы пригодились. - Не спи, отводи удары! Враг не будет молча стоять и ждать, пока ты сообразишь. Действуй интуитивно!       Сначала Лисица била точно вперед, позволяя мне мягко отводить ее руки. Когда она била правой, я левой рукой отводила удар вправо, а когда левой – наоборот. Потом ее кулак стал тяжелее, чтобы подвинуть его теперь требовалось немало усилий. А когда к прямым ударам примешались боковые – я вообще растерялась. Первый смачный удар настиг правое плечо. Пораскинув мозгами, я решила блокировать боковые, так как отводить их не получалось. Доказательством тому – синяки на обоих плечах, боках и ребрах.       Сколько мы так простояли, повторяя одно и то же снова и снова, я не знала. Ноги как будто онемели и совсем не чувствовались, руки гудели, голова кружилась, тело ныло. Ко всему прочему накатила усталость, а в животе урчало. - Думаю, с Землей на сегодня мы закончили. – Удовлетворенно сказала Лисица, вытирая со лба пот. Для нее эта тренировка была не намного менее тяжелая, чем для меня. Вспомнить хотя бы, какая дикая отдышка каждый раз мучила меня, стоило только самостоятельно забраться на страусовую лошадь с больной рукой. - Кх, учи… тель, - тяжело дыша, позвала я женщину, - помогите мне дойти, пожалуйста.       Несмотря на свою рану, женщина позволила мне опереться на ее плечо. Еле волоча ногами, мы дошли до покрывала. Я упала на колени рядом с ним, а затем и вовсе, лишившись сил, распласталась на земле. Рассчитать падение не удалось, и лицом я приземлилась не в мягкую ткань, я в твердую землю. Но мне было настолько пофиг, что я даже не предприняла попыток подвинуться. - Вот об этом я и говорила, – учитель ободряюще похлопала меня по спине, - Огонь и Воду освоим после обеда. Бутерброд будешь? Может, яблоко? - Бутер.       Чтобы получить желаемое пришлось принять сидячее положение. Вкус половинок черствого хлеба с пожаренным яйцом посередине был поистине великолепен. Я вгрызалась в хрустящие булки со звериным аппетитом. Крошки летели во все стороны. Закончив с одним, я тут же приняла второй. Затем Лисица понимающе передала мне третий. Запив все это дело холодным чаем, я откинулась на спину и замерла в позе звезды. - Как долго вы учились этому стилю, учитель? – Сонно пробормотала я, приоткрыв один глаз и посмотрев на женщину. - Я совершенствую свой стиль вот уже более двадцати лет. – Лисица смотрела в землю перед собой. Губы ее растянулись в снисходительной улыбке. - Ого-о-о, - лениво протянула я, не в силах даже удивиться, - мне на это тоже понадобится столько лет? - Вовсе необязательно, - развеяла мои опасения учитель, - я расскажу тебе о принципах каждой стихии, на чем она основывается. А когда тебе известен принцип, ты и сама можешь легко создавать свои собственные приемы. А дальше лишь дело практики. Может быть, тебе на это понадобится с десяток лет поменьше. Кто знает, у меня ведь не было учителя. - Спасибо вам за помощь. – Искренне поблагодарила я женщину, отчего-то расчувствовавшись. - Благодарность будешь выказывать не словом, а делом.       Ну, еще бы.       По солнцу, что сейчас находилось в зените, я прикинула время. Оно, правда, варьировалось от двенадцати до часу, но определить точнее не представлялось возможным. Если брать в расчет, что началась тренировка часов в восемь утра, то на каждую стихию будет уходить два часа. Всего получается восемь часов каждый день. Значит, освобождаться я буду примерно в четыре вечера. Вполне достаточно, чтобы вернуться домой, немного отдохнуть и успеть приготовить ужин.       Схема складывалась слишком хорошо. Настолько идеально, что вызывала подозрения. И они, главным образом, крутились вокруг Зуко. Допустим, на сегодня я смогу придумать бредовую и оттого реалистичную отмазку своим увечьям, но делать это из раза в раз будет все сложнее. А парень не дурак, даже наоборот, иногда его догадливости можно позавидовать. Кроме всего прочего, заняться ему, кроме как работать в чайной, нечем. И от скуки он начнет придираться ко всему, что видит. И первой в поле его зрения попаду я. Далее Зуко поделится своими наблюдениями с Айро, и вместе они, как бабки на лавочке, начнут докапываться до сути.       Мне это надо? Нет. Даже если учесть, что рано или поздно они все равно узнают, что продажу цветочков в магазине я променяла на махалки кулаками, то пусть это лучше произойдет поздно. Тогда я хотя бы сумею ловко увернуться от подзатыльника старика, либо элементарно убежать от ярости принца. А пока этого не произошло, я буду с честью хранить тайну и делать все, чтобы ее не раскрыли. Пусть для этого и придется притворяться неуклюжей слонихой в посудной лавке, IQ у которой меньше нуля.       Остальное время я провела, бездумно валяясь на спине. Тело восстанавливалось после полученных ушибов и ран, но слишком медленно. К концу заветных получасов, оно не успело как следует отдохнуть, и это отчетливо сказывалось на дальнейшей продуктивности. Тем не менее, тренировку мы продолжили, не взирая даже на такие, казалось бы, уважительные обстоятельства. - Давай-ка разберем Огонь. Вставай в стойку, надеюсь, поняла какую? – Насмешливо выгнула брови Лисица, разминая руки. Я поняла. Ту самую, которой полчаса назад она била меня при отработке приемов Земли. – Скажи, что самое главное в атаке? - Хм, - я задумалась, модулируя в голове ситуацию. Что бы я сделала, окажись один на один с противником? – Думаю, нужно попробовать убежать от него. - Ты рассуждаешь прямо как воздушный кочевник. Но изучаем мы сейчас вовсе не Воздух. - А, ну тогда следует напасть первой, пока враг в замешательстве. – Уверенно ответила я, склонив голову набок. - Сначала нужно оценить общий уровень противника. Опытный, или новичок, может быть, он быстрый, но слабый, или сильный, но медленный. Также важны любые мелочи типа левша он, правша, ранен, или хромой, или одноглазый. Любая деталь может сыграть на руку тебе, только нужно быть чуточку внимательнее.       Теперь мы работали в зеркальном отражении. Я пыталась пробить защиту учителя любыми способами, а она, тем временем, отводила мои атаки без особого труда. Даже так, при каждом неудачном ударе я внимательно следила за руками женщины, запоминая годные приемчики. Мне удалось даже воспроизвести неожиданный удар, которым она разбила мою защиту вдрызг, но получилось не так эффектно, как у нее.       Нового в этой стихии я ничего не узнала. Но в том не было вины Лисицы. Все-таки, меня учили маги Огня на корабле, не удивительно, что я переняла многое из их движений. Вспомнив о Донге и Хуне, я зависла, за что получила удар в челюсть. Не сильный, но вполне себе больнючий. После этого больше не отвлекалась, сосредоточившись на женщине.       Вода, к счастью, представляла собой нечто среднее между Огнем и Землей. Первое, что нужно было сделать – это отвести удар противника в самый неудачный для него момент (например, когда он подался вперед и из-за этого может потерять равновесие), схватить его руку или ногу (смотря, чем бил) и провести атаку в ответ. При этом нужно быть «пластичным и текучим как вода», иначе твою контратаку перехватят, и все старания пойдут по… кхм…       Время пролетело незаметно. Когда Лисица сказала, что на сегодня все, я просто не поверила своим ушам. На улице во всю светило солнце, не было даже намека на приближающийся вечер. - Ну что, завтра придешь? – Усмехнулась женщина, закрывая на замок теперь уже официально мой тренировочный зал. - Еще бы. – Хмыкнула я, чувствуя ужасную усталость, но вместе с тем и удовлетворение. - Тогда до скорого. Дорогу назад найдешь? - Конечно, - я кивнула, подтверждая слова, - а вы? - А у меня еще есть дела. Завтра утром можешь приходить сразу сюда. - Хорошо, тогда до свидания.       В нижнем кольце, судя по оживлению на улицах, начиналась «самая пора» всего дня, а мне уже хотелось простого человеческого дойти до дома и завалиться спать. Шла я к своей цели медленно, еле передвигая ногами, но верно. Прохожие то и дело останавливались и косились на меня, всю растрепанную, с грязными ногами и красными щеками. Ничего, ничего, вот отмоюсь и покажу еще, кто тут чушка.       Вспомнив, что для того, чтобы отмыть с себя слои грязи, придется еще греть воду, я застонала. Ко всему прочему, у меня даже сменной одежды не было! Пошарив во внутренних карманах, я выудила пару золотых, порадовавшись, что вчера их не выложила. Сейчас меня даже не волновало, что скажут Зуко и Айро по поводу того, что я второй день непонятно на какие шиши покупаю себе одежду. Мне просто нужна домашняя чистая ночнушка, а все остальное – неважно!       На все том же рынке, который уже стал мне вторым домом, я приобрела спальные шорты до колена бежевого цвета и мягкую, до середины бедра, кофту красного цвета. Естественно, с длинными рукавами. Продавщица, пухлая женщина средних лет с пучком на голове, нагло воспользовалась моим состоянием беспомощности и втюхала вдогонку парочку комплектов нижнего белья, поверх накинув носков. Денег мне было не жалко, поэтому я даже не торговалась, просто смиренно отдала монеты и вышла, в мыслях представляя мягкую постель.       Подняться по лестнице к нашей квартире оказалось сложнее всей сегодняшней тренировки. Устало толкнув входную дверь, я зашла на кухню/свою спальню. Было душно, поэтому я открыла окно, предварительно его занавесив. Слабый ветер сразу затрепал занавески, а воздух начал наполняться неприятными запахами с улицы. Ну, уж лучше так, чем умереть от жары.       Тазик, полный воды, тут же отправился на разожженную плиту. Кинув на постель комплект белья, шорты и кофту, я спрятала остальное в тумбу и принялась таскать в душ холодную воду. Сам он представлял собой ничто иное, как большую бочку, из которой торчала труба. Становишься под эту трубу, тянешь за веревочку и вуаля – почти как в «цивилизованных» странах. Хорошо хоть туалет не на улице, госпаде!       Пока вода нагревалась, я скинула грязную одежду на пол, оставшись в одном лишь нижнем белье. А что? Все равно никого нет, а Сатане вообще пофиг, в чем я хожу. Обделенный вниманием в последнее время, он стал слишком прилипчивым и ласковым. Бедняга, в следующий раз нужно будет взять его с собой. В квартире-то особо не разлетаешься, а в зале - простор.       Постепенно нагретую воду я ковшиками стала переливать в бочку. В итоге я немного переборщила с ней, и пришлось мыться если не в кипятке, то в довольно горячей воде точно. Но, ища даже в таком фейле плюсы, я решила, что благодаря этому мышцы, наконец, расслабятся, и на следующий день боль будет немного, но меньше. И это факт ведь, не поспоришь. А вот отсутствие нормального шампуня расстроило. Нужно будет организовать как-нибудь элементарных средств гигиены, а то мыть волосы мылом врагу не пожелаешь. Хоть бы после этого лысой не остаться, емано.       Купленная пижама оказалась уютно-удобной. Окинув взглядом кухню, я клятвенно пообещала себе, что «вот сейчас совсем немного полежу», отдохну, а потом сразу возьмусь за готовку ужина. Кто же знал, что как только моя голова коснется подушки, я сразу вырублюсь?       Разбудил меня волшебный аромат еды. Выпутавшись из покрывала, я спустила ноги с кровати и огляделась. За плитой стоит старик и, энергично насвистывая, что-то варит в небольшой кастрюле. Зуко сидит за столом спиной ко мне. В отражении окна я поймала его мрачный взгляд. - Ой, – виновато улыбнулась я, почесав затылок. Рука, правое плечо, шея и торс тут же отдались болью, - я что-то задремала… надолго. - О, проснулась, соня, - в голосе Айро не было осуждения или недовольства. Даже наоборот, - садись за стол, скоро ужин.       Пытаясь сделать мужественное лицо, я встала, в мыслях крича от боли. Скрыть полностью это не удалось – повреждения мышц обличались в дерганых движениях, тихом шипении и слишком частом зажмуривании глаз. Сев за стол, я сцепила руки в замок и уставилась в окно, боковым зрением наблюдая за принцем. Он неотрывно смотрел куда-то на соседнее здание и не моргал. Задумался? Взгляд скользнул по его длинной челке, сосредоточенному лицу и остановился на скуловом порезе необожженной щеки. Свежий… откуда? Утром его точно не было!       Увлекшись разглядыванием раны, я не сразу заметила, что Зуко наблюдает за мной. Ничуть не смутившись, я подождала, пока парень развернется к столу. - Откуда у тебя порез? – Не утруждая себя прелюдиями, в лоб спросила я. Сердце забилось чаще, когда взглядом я зацепила на его пальцах свежие ссадины. - Что произошло? - В чайную сегодня наведался Джет. – Сложив руки на груди и откинувшись на спинку, ответил Зуко. Я обернулась на Айро, будто бы не веря словам парня. К сожалению, глаза у старика погрустнели. - Тот самый Джет? И что ему было нужно? - Он прилюдно признал в нас магов Огня и устроил погром. Пришлось немного проучить его, чтобы не болтал лишнего. – Равнодушно поведал Зуко, смотря на меня. - Чего!? С чего бы ему точить на вас зуб? - Я почувствовала, как ладони вспотели. Еще чего не хватало, чтобы за нами тут все охотились! Но раз уж Айро и Зуко здесь, значит, волноваться не о чем? - Кажется, ему не по духу весь огненный народ. - Стоп, а как же Смеллерби? Она тоже была там? - В том-то и проблема, поймали только Джета. Где его команда неизвестно, возможно сейчас они также строят козни против нас.       Вот уж действительно – проснулась и тут же в гущу событий попала. Съехав вниз по стулу, я сгорбилась, рассеянно глядя на стол. - Ну, ну, - Айро поспешил развеять напряженную ауру, - мне кажется, племянник преувеличивает. - А что если нет? Мне тоже слабо верится, что они на такое способны, но… что если это действительно так? Бежать некуда, если царь вдруг узнает, что в его городе члены враждебной семьи Лорда Огня…       Повисла гнетущая тишина. Так всегда, как только мне показалось, что жизнь пошла своим спокойным чередом, найдется какой-нибудь… Джет и все испортит! Я яростно сжала кулаки и обессилено их разжала. - А с тобой-то что? – Поинтересовался Зуко, поджав губы. Я растерялась от такой резкой смены темы, мотнула головой и дернула плечом. - Ну, как бы… на кактус упала. Лицом…       Да, определенно, эта отмазка должна была сработать не так. Когда я ее придумывала, то рассчитывала на более дружелюбную атмосферу, чтобы можно было отшутиться и забыть. Но сейчас был не тот случай. И, даже несмотря на это, я выкрутилась! Зуко лишь устало выдохнул, а Айро, похоже, даже и не задумывался ни о чем подозрительном. Но облегчения от этого я не ощутила.       Вяло поковыряв палочками лапшу в бульоне, я отставила от себя миску и вернулась на кровать, не забыв, конечно, поблагодарить Айро за приготовленный ужин. Аппетита не было совершенно, и спать тоже не хотелось. Плюхнувшись на матрац, я стала распутывать пушистые чистые волосы, одновременно расчесывая их пальцами.       Когда время подошло ко сну, я убедила старика, что сама вымою всю посуду и приберусь на кухне, аргументируя это тем, что вполне выспалась и не лягу теперь до глубокой ночи. Айро ободрительно улыбнулся и ушел спать. Как обычно, Зуко не последовал за ним. Он еще некоторое время сидел за столом, но что делал, я не видела, так как стояла спиной и драила грязную кастрюлю.       Через десять минут парню, видимо, надоело, и он также скрылся в спальне. Я тяжело оперлась о железный край раковины и опустила голову вниз. Когда наваждение прошло, продолжила мыть посуду как ни в чем не бывало.

***

      Две недели из жизни как будто бы вылетели, помахав ручкой на прощание. Четырнадцать дней, двадцать четыре на семь, я не помнила себя от усталости, постоянно находясь на грани между сном и реальностью. Жизнь будто проходила мимо, а я находилась в своей реальности. Тренировка – дом – тренировка – дом… один день не отличался от другого совершенно ничем. В какой-то момент мне это надоело, и весь вечер до прихода Зуко и Айро я провела в слезах. Накопившиеся негативные эмоции просто вырвались наружу, и я не в силах была их остановить. Да и не хотела.       Зато после этого стало намного легче. Собравшись с мыслями, я выпросила у Лисицы один выходной, намереваясь провести его максимально продуктивно. Благо, интенсивные тренировки не прошли зря (еще бы они прошли зря, тогда бы я точно слезами затопила соседей снизу), и тело привыкло к постоянным нагрузкам. Боль в мышцах хоть и не исчезла без следа, но уменьшилась в разы.       Сняв постиранную кофту и штаны с вешалки, я натянула нагретую на солнце ткань. Настроение в разы улучшилось. Накинув на плечи болотный рюкзак, купленный буквально на днях, я подождала, пока Сатана запрыгнет мне на плечо и вышла на улицу. План был прост – сначала пройтись по рынку, наткнуться на что-нибудь безумно прикольное, купить это, побаловав себя любимую, и взять курс на чайную.       Рынок я выбрала не самый ближний, а тот, что находился недалеко от тренировочного зала. Топать до него нужно было около часа, но ничего, время есть! Заодно можно будет и в сам зал заглянуть, я там где-то резинку для волос вчера посеяла…       После того, как я завернула в заброшенный район, появилось неприятное буравящее чувство между лопаток. Чувство слежки. Я сделала вид, что не заметила его, но по сторонам все же косилась. Вычислить горе сталкера не получилось – он, или она, ловко умел прятаться и скрываться от чужих глаз. Хмыкнув, я засунула руки в карманы и прибавила шаг. Главное, чтобы некто не напал на меня здесь. Лучше завести неизвестного в зал и там с ним разобраться.       Среди заброшек показались ворота зала. Вытащив ключ из рюкзака, я отворила замок и зашла внутрь. Теперь о поиске резинки не могло идти и речи. Дойдя до середины здания, я села на землю в позу лотоса лицом к входу, и принялась ждать. Кто бы этот некто ни был, он точно пойдет за мной, ведь наблюдать тут можно только с крыши, а в таком случае я его точно замечу. Больше вариантов нет.       И действительно, я оказалась права. Тяжелые ворота со скрипом отворились, пропуская незнакомца. Самодовольная улыбка сползла с лица, заменившись приоткрытым от удивления ртом. Я встала, отметя весь тот фарс, с которым хотела победить своего первого противника. - Аанг!? Ты что тут делаешь? – Не двигаясь с места, задала вопрос я, во все глаза уставившись на татуированного лысого монаха. Вид у него был вполне себе серьезный. - То же самое я хотел спросить у тебя. - Нахмуренно перевел стрелки монах. - Я тут живу. - Буркнула я, недовольная тоном мальчишки. - Зуко тоже в городе? - Да, но я не понимаю, в чем тут соль. Мы оставили тебя в покое, к чему ворошить прошлое? - Моего бизона, Аппу, украли. Я знаю, он где-то в городе. Если вы как-то причастны к его исчезновению… - Аанг угрожающе выставил вперед свою палку-леталку. - А, так вот оно что, - я облегченно вздохнула, поняв, что с нас взятки гладки, - извини, Аанг. Придется тебе искать своего друга где-нибудь еще.       Мальчик сурово на меня смотрел, и я с честью выдержала этот проницательный взгляд. Поняв, что я все же не вру, он поник. Сердце сжалось от его потерянного вида. Почесав щеку, я сократила дистанцию между нами и оказалась рядом. - Может, тебе и не станет от этого легче, - с легкой улыбкой я коснулась плеча аватара, - но я могу поспрашивать про твоего Аппу у кое-кого.       Теперь настала очередь Аанга удивляться. - Зачем тебе мне помогать? - Скажем так, на разных сторонах мы с тобой оказались по совершенно дурацкой причине, - я глупо улыбнулась и завела руки за спину, - я не желаю тебе зла, аватар. Ни тебе, ни твоим друзьям. - Тогда почему ты путешествовала с Зуко? – Искренне недоумевал монах, пытаясь вникнуть в самую суть. И я, смотря на его чистые серые глаза, хотела бы все рассказать, да не могла. - Прости, может, когда-нибудь… а сейчас, можно тебя попросить? – Я дождалась кивка и продолжила. – Хоть мы и начали новую жизнь, Зуко все еще может… пожалуйста, не летай к западу отсюда. Предоставь этот район мне. Если я что-то узнаю, то сразу сообщу. Пусть это будет тайной, как для твоих друзей, так и для моих. - Хорошо, я верю тебе. – После недолгих раздумий согласился Аанг, и его тонкие губы растянулись в улыбке. - Ты отличный малый, аватар. Миру повезло с тобой.       На этом мы распрощались. Стоя у ворот зала, я еще долго провожала взглядом оранжевую точку в небе, летящую в противоположную от дома сторону. А когда она исчезла, закрыла ворота на замок и вернулась к насущным делам, которые ради мальчишки пришлось немного подкорректировать.       Блин, резинка!!