Упала. Очнулась. Вы что, серьезно!?

      На залив Хамелеона опускалась первая ночь, не считая той роковой, когда я потеряла не только семью, но и себя. Черная вода билась о полукруглый песчаный пляж, а отражающаяся в беспокойных волнах луна рябила и дрожала. Холодный ветер приносил из-за горизонта соленые брызги, которые каплями оставались на лице, голых руках и одежде.       Ноги, до середины икры утопающие в воде, уже начали неметь. С трудом сглотнув образовавшийся ком в горле, я запрокинула голову назад в бесполезной попытке заставить слезы не скатываться по щекам и оставаться там, где им и самое место – в слезных железах. Но ни отрезвляющий холод извне, ни самостоятельные попытки успокоить бушующие внутри эмоции нисколько не спасали от скорой эмоциональной разрядки.       Только подумать, уже второй день я держала бурю в себе, так как не хотела, чтобы кто-нибудь из чужих неизвестных мне людей видел, как моя жизнь разваливается на части. А таких было действительно много: чтобы помочь аватару, его пришлось привезти в залив, где накрепко засел отряд Южного Племени Воды, во главе которого стоял Хакода – отец Катары и Сокки.       Аангу тут же организовали отдельную палату, самую близкую к палате вождя, а возле нее поставили караул. Лечение маленького монаха доверили Катаре. Девушка не выходила из палаты вплоть до этого мгновения, а обстановка в лагере накалилась. Состояние аватара намного ухудшилось, а постоянные разговоры о том, что мальчишка может не выжить…       Надежда таяла на глазах. И в глазах взрослых воинов, которые на своем веку повидали если не все, то очень-очень многое, и в глазах еще слишком молодых друзей Аанга. Хотя они-то и держались лучше всех, не давая себе впасть в глубокое отчаяние, а заодно вытягивая весь отряд. Но мне ли не знать, как убийственна сила Азулы. Тем более, пришедшая на такую важную часть тела, как позвоночник.       Краем глаза уловив на берегу подозрительно активные движения, я обернулась. Основная масса воинов собралась у палатки монаха. Уставшее, но спокойное лицо вышедшей Катары, сразу дало понять, что опасность миновала. Надолго ли?       Сухой шершавый песок щекотал мокрые пятки, однако ни один мускул на лице из-за этого не дрогнул, не выдавая одну из сокровенных моих тайн - в любой другой день это вызвало бы у меня приступ неконтролируемого смеха. Пока я шла мимо возведенных в два ряда палаток, освещаемых воткнутыми в песок факелами, почти все воины разошлись. У входа остались только члены команды аватара. И Хакода.       Мужчина заметил мою неуверенно топчущуюся фигуру первым. - Здрасте, - все же подошла я, хотя и не особо была уверена в своем решении. Их группа выглядела в точности как семья (и в большей части так оно и было), сплоченная общим горем. Вторгаться в столь личное было… неловко, - как Аанг? - Состояние стабильное, но он еще не очнулся. – Ответила мне Катара. Ее севший от усталости голос и темные круги под глазами явно свидетельствовали о том, что девушка ради своего друга отдала почти все силы. Хакода, поджав губы, хотел приобнять приосанившуюся фигуру дочери, но та лишь замученно отклонилась, не давая себя пожалеть. - Ясно.       Сунув руки в карманы черных штанов, я дергано повела плечами. Оголенная кожа покрылась мурашками, а еще не высохшие капли воды блестели, отражая свет факелов. Больше мне сказать было нечего, да и ребятам сейчас тоже было не до долгих душевных разговоров. Уверена, таковой меня ожидает, обязательно с расспросами о том, почему же я оказалась на их стороне. Но позже. - У нас не было времени познакомиться, - поняв, что разговор не клеится, в диалог вступил вождь. Косички, свисающие с его челки, колыхались от ветра, привлекая внимание, - я – Хакода, вождь Южного Племени Воды. И я рад поприветствовать тебя. Спасибо, что помогла моей дочери спасти аватара. Из какого ты Племени? - Я не из Племени. – Нахмуренно ответила я. От теплого тона мужчины стало не по себе. - О, - Хакода удивленно посмотрел на своих детей, - но твое имя… - А что не так с моим именем? – Перебила я, раздражаясь. Еще чего не хватало, имя ему мое не понравилось! - Она из Страны Огня, отец. – Сокка вышел вперед и смерил меня хмурым взглядом. - Не совсем... – Криво усмехнулась я, но поняв, что эта эмоция сейчас вообще не к месту, на лицо вновь упала маска безразличности. - Как девушка, владеющая стихией Огня и путешествующая с принцем Огня, может быть не из этой самой страны Огня? – Не уступал парень, подходя все ближе. Хакода, услышав про принца, посуровел. Приводя аргументы, парень активно жестикулировал руками, отчего мне пришлось отступить на шаг, когда тот подошел слишком близко. - Не владею я никакой стихией. – Снисходительно ответила я и стала наблюдать, как эти слова встали костью в горле парня, так как на его лице не отражалась ничего, кроме вселенского непонимания. - Мы видели, как ты сражалась с Джао огнем. И разрушила Оазис Духов! – Вступилась за брата Катара. Она не была зла, но в ее глазах читалось открытое недоверие. Усталость на ее детском лице сменилась уверенностью. - И очень этим не горжусь, - добавила я, отведя взгляд на опутывающие залив скалы, - короче. Я понимаю, вопросов много, и все они дают вам полное право ненавидеть меня и подозревать в ужасных вещах. Я это правда заслужила. Но вы действительно уверены, что после всей этой эмоциональной мясорубки хотите подвергнуть себя еще большим эмоциональным всплескам? Не думаю. И вообще, Катара, тебе нужен отдых, давайте поговорим об этом завтра. Спокойной ночи.       И я ушла, так и не дождавшись ответа. В принципе, он мне и не нужен был. Хотя я ожидала, что девушка настоит на своем, она все же приняла мои слова и через некоторое время отправилась спать. На ночь лагерь затих.       Облюбовав место у крайней палатки, я присела на камень у костра, разведенного в небольшом углублении. Языки пламени лизали песок, и чуть было не укусили меня за вытянутые пятки. Взяв из кучи тонкую сухую ветку, я расшевелила дрова. В небо поднялись яркие искры и тут же исчезли, оставив после себя лишь серый пепел на одежде.       Вопреки всеобщему мнению, мне было больно смотреть на то, как горит огонь. Как он пожирает очередную ветку, оставляя после себя лишь красные угли, которые, в конце концов, превратятся в труху и разлетятся по ветру. Исчезнут.       Было странно. Жестокое ощущение дежавю. Те страшные события, произошедшие давным-давно, повторялись. Тот же сюжет, положенный на новые декорации, новый набор актеров. А боль все та же. Чувство ненужности и обреченности. Одиночества. Разница лишь в том, что тогда справиться мне помогла семья. Любовь родителей и преданность друзей не позволили погрузиться в омут отчаяния.       И все же это оставило на мне неизгладимый след, сначала отпечатавшийся на вечно угрюмом лице без улыбки, а затем перешедший куда глубже, в самое сердце детской неокрепшей души, заставив ее закрыться.       Неверие. - О, тот парень, кажется, смотрит на тебя? – Звонкий девичий голос ясно пронесся в голове. - Ну ну. – Вторил ему ироничный мой.       Безразличие. « - Погоди, ты что, собираешься в этом пойти? - Мне все равно.       Полное игнорирование. - Хватит дома сидеть, пойдем, погуляем! - Я пас.       Отсутствие мотивации и желания что-либо делать. - Да ладно тебе, в другой раз точно пройдешь! - Не будет другого раза.       И так раз за разом, день за днем. В итоге, конечно, стараниями близких, мне все же удалось воспрять духом. Не так энергично и воодушевляющее, как того хотелось бы, но вполне себе. Я стала следить за собой, чаще улыбаться и ходить с прямо поднятой головой. Все радовались как малые дети. Но никто не мог знать, что внутренне я уже никогда не вернусь назад. Будут косые взгляды, будет недоверие, будут периодические депрессии.       Хм. Еще буквально полчаса назад я хотела плакать. Хотела забиться в темный угол и реветь, размазывая сопли и кровь из свежих ран по лицу. Но не сейчас. Что же это? Такой своеобразный плюс за все страдания? Плоды горького опыта? Не знаю. Да и пофиг уже, на самом-то деле. - Привет. – На камень сбоку присела Катара. Я не дрогнула, когда она легко коснулась моего плеча и подобрала под себя ноги, пряча их от ветра. Костер уже почти потух. - Ты разве не ушла спать? – У меня не было желания повернуть головы в сторону девушки, чтобы проявить элементарное уважение. - Я узнала, что ты так и не нашла себе место ночлега. Будешь спать прямо тут? – В ее голосе не было ни намека на шутку, но и дружелюбия я не услышала. Сухая вежливость. - Да ладно тебе. Какая разница, я ведь типа враг ваш, и все такое. - Это не так, - выпалила девушка. Я тут же смерила долгим взглядом, - я не знаю. Но ты помогла Аангу, поймала его, не дав разбиться. - Аанг всего лишь ребенок, я не могла дать ему умереть в любом случае, - я будто бы пыталась убедить Катару в том, что действительно являюсь их врагом, - по крайней мере, Зуко наконец-то сделал свой выбор, и теперь я смогла сделать свой. – Я свела брови вместе, активно колупая тлеющий костер. Дрова уже давно кончились, а оберегаемые от холода ноги снова покрылись мурашками. - Если хочешь, можешь приходить в нашу палатку. Справа от палатки вождя. Места немного, но спальный мешок мы тебе найдем, - Катара встала и, задержав взгляд на том, как я упорно пытаюсь воскресить пламя, удалилась с тяжелым вздохом.       Когда ее шаги утихли, я замерла, досадливо цокнув. И я не понимала, что раздражает меня больше: то, что мне приходится пользоваться этакой «добротой», вызванной элементарным чувством жалости, которое может испариться в любой момент, или же то, что уйти от этой жалости у меня нет никакого шанса. Не было карты, не было знаний, не было даже места, в которое я могла бы вернуться и быть принятой.       Теоретически, я могла бы найти Шрама, кажется, я даже помнила примерное расположение деревни, в которой мы первый раз встретились. Но не было гарантии, что он и его компания все еще там. Не было и малейшего шанса, что охотники за головами помнят меня или вообще захотят иметь дело со мной. Возможно, все это было лишь временной забавой, но не более. Так ведь бывает.       Я оказалась в тупике. И самым оптимальным в этой ситуации было пользоваться радушием Катары, пока та в порыве благодарности готова дать мне хотя бы не умереть от холода и голода. Низко. Какая же я отвратительная.       Засыпав костер песком, я подтянула к себе обувь и направилась к палатке. Внутри она оказалась действительно небольшой. Три спальных мешка, уложенных в ряд, уже были заняты спящей девушкой, ее братом Соккой и девочкой Тоф, с которой у меня не было шанса познакомиться, но которая хорошенько гоняла Азулу по руинам Ту Зин своей стихией Земли.       Развернув рулон свободного мешка, я уложила его у тряпичной стены и с наслаждением забралась в теплую ткань по самую макушку, мысленно все же поблагодарив Катару за проявленную инициативу.

***

      На следующий день поговорить нам не удалось. Как и на последующий. Корабли страны Огня прибыли в залив слишком неожиданно, слишком быстро они начали заполонять воды Царства Земли. Деваться было некуда, и с подачи Сокки было принято решение захватить один из вражеских кораблей, дабы не светить своей принадлежностью к племени Воды.       Идея мальчишки была проста, приняли ее все. Почти все. Но я, не имея вообще никакого веса в данной касте, тихо помалкивала в стороне, ведь план-то неплохой… только с практической стороны. А пока мы сворачивали лагерь и ныкались в кустах, дабы дать отряду шанс незамеченными пробраться к пришвартовавшемуся кораблю, я лишь затравленно наблюдала за ним, отмечая, что он до боли смахивает на тот самый.       Конечно, этого просто не может быть. Наш корабль взорвался, разлетелся на железки и пошел ко дну еще в тот печальный день. Это было так давно… или недавно? В любом случае, это просто чувства разыгрались. Все военные корабли строят по единому типажу, и похожесть их не является чем-то из ряда вон выходящим. - Сигнал! Идем быстрее.       Бережно подняв перебинтованного Аанга на руки, я, стараясь сильно не шататься, аккуратными, но быстрыми шажками следовала за Катарой. На самом деле, я очень удивилась, когда она сама предложила меня в качестве не просто сопровождающего, а носителя мальчишки. Возможно, я себе надумала, и в этом решении большой вес сыграло то, что остальные силы попросту должны были захватить корабль (а скопом это сделать быстрее и проще), но было приятно, что ли.       Доверие всегда приятно. Особенно когда оно вроде как должно быть не оправдано, но ведь оно все равно есть. - Я знаю, где тут самая лучшая каюта. Положим Аанга туда. – Собравшиеся на палубе в целости и сохранности члены отряда оперативно разошлись осваивать новую технику. - Веди.       Не знаю, как это случилось. Как только моя нога ступила на лестницу, ведущую вглубь корабля, освещенного факелами, дыхание сперло. Буквально каждый миллиметр чертовой жестянки возвращал в прошлое. Казалось, что из-за угла вот-вот выйдет лейтенант Джи, спеша в рубку, а за ним – испуганные его недовольным лицом рядовые. - Налево. – Скорее самой себе констатировала я, сворачивая. Короткий коридор, заканчивающийся тупиком, выглядел словно ловушка. - Ты так хорошо знаешь этот корабль. – Голос Катары глухо отражался от стен. - Да.       Остановились мы напротив заветной двери. Тонкими, с виду хрупкими кистями, девушка схватилась за рулетку и прокрутила ее, впуская нас внутрь. В какой-то момент я перестала даже дышать. Вопреки тревоге, внутри не оказалось невысокого столика, уставленного свечками. На стене не висели палаши. Не было ничего, что я ожидала, но не хотела видеть. - Он ведь будет жить? – Уложив Аанга на устланную покрывалом кровать, я присела на ее край, вглядываясь в бледное лицо мальчишки. - Я сделаю все возможное. – Катара села с другой стороны и осторожно погладила руку друга. - Иногда даже этого недостаточно. – Жестко ответила я, отводя взгляд. - Нужно верить! – Запротестовала девушка, но не злобно, а с той непоколебимой уверенностью, перед которой я всегда склоняла голову. Именно такие люди воодушевляют, именно они ведут за собой. - Прости. Я просто немного не в себе. Еще и этот корабль… - Да, я поняла. Они очень похожи.       Мы немного помолчали, думая каждая о своем. Через пару минут корабль задрожал и с тяжелым толчком тронулся. - О, вы здесь. – В каюту вошел Сокка, в руках он держал две длинные теплые накидки. Сам парень также был одет в такую. - Спасибо. – Тепло поблагодарила брата девушка, приняв презент и тут же накинув его на себя. - Это тебе.       Я вскинула голову, уставившись на парня, как баран на новые ворота. - Что бы там ни было, мы благодарны тебе за помощь. – Парень выглядел серьезным и слишком уж взрослым в этот момент. Еще когда он выкладывал свой план, который с уважением выслушали все взрослые, мне стало все понятно. И о том, какой он человек, и о том, как далеко он сможет зайти. Если захочет. - Спасибо, – победив заторможенность, я взяла грубую на ощупь ткань и провела пальцами по выведенному на спине символу огненного народа. Заметив, что в этот момент вокруг стало слишком напряженно и тихо, я сделала вид, что просто смахивала пыль, - кхм, вы уже решили, куда будете держать курс? - Пока нет, но я работаю над этим. – Гордо ответил мне Сокка. - Это хорошо, - кивнула я, - пока есть фора. Думаю, за вами не погнались только по одной причине – они подумали, что Аанг мертв. Это может сыграть вам на руку, когда он очнется. - А что в таком случае будешь делать ты? Не думаю, что теперь ты желанный гость в стране Огня. – Рассудила Катара, сложив руки на груди. - На самом деле, сначала я хотела нагло попользоваться вашим расположением, а затем уйти куда-нибудь, - я кривовато улыбнулась, выдав неудобную правду, - но дело в том, что я вообще без понятия куда. - Как насчет, вернуться домой? Если хочешь, мы подбросим тебя, если по пути. – Миролюбиво предложила девушка. - Мой дом далеко. Очень далеко. Боюсь, даже на самом высокотехнологичном корабле туда не добраться. - Где же он находится в таком случае? – Сокка, в присущей ему манере (как я успела заметить) скептицизма, смерил меня прищуренным взглядом.       На секунду мне самой показалось, что моя история – чистой воды выдумка. Сказка, причем очень посредственная и заезженная. - Пожалуй, давайте найдем место получше, и обсудим все там, - предложила я, видя, как Аанг морщится во сне то ли от боли, то ли от сна, - история в любом случае долгая и… специфическая. - Тогда я схожу за Тоф. Она определит, сколько в твоих словах «специфики». – Говоря последнее слово, Сокка выделил его более вытянутым тоном и руками изобразил воздушные кавычки, после чего удалился.       Меня это почему-то позабавило. - Что он имел ввиду? - Тоф умеет распознавать ложь по биению сердца. Как известно, когда человек врет – он волнуется. А когда волнуется – сердце бьется чаще. - Ого, да она крутая, - искренне восхитилась я, - а ты умеешь что-нибудь эдакое? - Оу-у-у. – Было видно, как Катара смутилась моему любопытству. Поняв это, я мысленно одернула себя за излишнюю открытость. Не стоит. - Извини. - Все нормально. Я умею врачевать.       И девушка улыбнулась мне. Дружелюбно. И я улыбнулась в ответ. После этой немой сцены мы вышли из каюты. По пути встретили Сокку и Тоф. Всю компанию я повела в столовую, где, разместившись за одним большим столом, мы начали яростную дискуссию. Точнее, во время рассказа все молчали, изредка Тоф утвердительно кивала на мои слова, когда Сокка, открыв рот, искал у подруги подтверждения моих невероятных на первый взгляд историй.       Сама дискуссия началась где-то в середине рассказа, когда мы дошли до момента, где я объясняла тогдашнее наличие и нынешнее отсутствие у меня магии Огня. - Этого просто не может быть! – Возражал Сокка. Он бил кулаком по столу и смотрел на меня так, что на его грозный взгляд хотелось лишь хохотать. - То есть, то, что я из другого мира, тебя не так смутило?       И все начиналось по новой. К концу я так и не поняла, в какой такой момент мы свернули не туда. Я дико ржала, скатившись под стол на железную лавочку, пока парень своими комментариями и весьма глуповатым лицом добивал меня все сильнее. Его сестра была более сдержана на эмоции, но и она не смогла удержаться от хохота. Тоф среди нас была похожа на того единственного человека, который на вечеринку опоздал, и теперь пытается понять, почему все такие угашенные и что, черт возьми, происходит.       Потом все перешло в более спокойное русло. Трое, соблюдая очередь, задавали интересующие их вопросы касательно моего мира. Услышав о том, что магии у нас там нет, то есть, вообще нет, Тоф и Катара чуть не выпали в осадок. Я думала, что мне придется их откачивать на пару с Соккой. Парень же, наоборот, лишь мечтательно грезил о том самом мире, где никто не смог бы окатить его водой. Или попасть в голову камнем. Или сбить с ног ошеломительным потоком воздуха. Или всем сразу?       Самое интересное началось тогда, когда парень, не желая останавливаться, притащил мне бумагу и чернила, попросив изобразить карту моего мира. Со смехом и неуместными комментариями я попыталась вспомнить примерное расположение континентов и стран. Это уже разительно отличалось от карты этого мира, которая была расстелена рядом для сравнения. - А я жила примерно вот тут, – я тыкнула пальцем куда-то в западную часть России, - кстати говоря, отсутствие стихий у нас компенсируется высокими технологиями, например…       На рассказе о самолетах, танках, машинах и кораблях девчонки немного заскучали, а когда после него я переключилась на торговые центры и салоны, заскучал уже Сокка. Правда, Тоф заинтересовать девчачьей болтовней также получилось не особо. Зато, немного отойдя от довольно энергичной, но на все сто процентов, приятно выматывающей беседы, я наконец поняла, что Тоф слепа.       И для меня это оказалось полнейшим шоком. Нет, сначала мне определено было не по себе, когда я отметила, что девочка вообще не реагирует ни на какие слова глазами, не смотрит на карту или не водит головой, когда я в воздухе пытаюсь руками показать, как работает самолет. Это было странно, но спросить напрямую я не могла, пока, забывшись от удивления, против своей воли не выпалила: - Ты что, слепая!?       На меня уставились две пары вопросительных глаз. Опомнившись, я заизвинялась, неловко пытаясь установить зрительный контакт с Тоф. Потом треснула себя по лбу из-за своей тупости. На удивление, девочка отреагировала на мой выпад спокойно, популярно объяснив впоследствии, как ноги в прямом смысле заменили ей глаза. Я была настолько ошарашена тем, что такое вообще может быть, что чуть ли не забывала дышать при рассказе девочки. - Да ты, черт возьми, даже круче, чем Чак Норрис!       Кто такой Чак Норрис Тоф, конечно же, не поняла. Но по моей интонации догадалась, что это довольно крутой чувак. - О, я, кстати, узнать хотела, - когда болтовня ни о чем постепенно сошла на нет, я вспомнила разговор с Хакодой, который заставил меня призадуматься, - мое имя. Почему ваш отец решил, что я из водного племени?       Брат с сестрой внезапно переглянулись. Расслабленные лица тут же напряглись, а Катара так и вовсе отвела разочарованный взгляд, предоставив Сокке слово. - Твое имя – типично для нашего племени, - начал парень, а я нахмурилась, ведь по реакции этих двоих было понятно – это еще не основная причина, - а еще, так звали нашу маму. - Мне жаль, - я сочувственно покачала головой, сожалея, что задала этот неудобный вопрос, - если вам будет легче, хотя глупо конечно на это рассчитывать, но Кая – не мое настоящее имя. Его дал мне Айро, когда я появилась на корабле. - Тогда, какое твое настоящее имя? – Полюбопытствовала Тоф, подперев щеку рукой. - Не знаю, - я пожала плечами, - точнее, не помню. К сожалению, из моей памяти уже давно стерлась эта информация. Ни имени, ни лиц родителей я не помню. Только вот, как видите, всякие мелочи остались. - Это грустно, - вздохнула Катара, но буквально через секунду ее взгляд сменился с поникшего на уверенный, - но если хочешь, я могу помочь тебе вспомнить! - Это как вообще? - Мой дар целителя, я уже использовала его один раз в этом плане. Я погружу тебя в транс, где ты сможешь вспомнить, если не все, но хотя бы самое важное. Идем, – и девушка встала с места, схватив меня за руку. Вопреки ее ожиданиям, я лишь испуганно отдернула кисть, - что не так? - Катара, спасибо за все, но не стоит. Я не хочу вспоминать, – не смотря на девушку, я встала со своего места, - как ты уже знаешь, вернуться домой я уже никогда не смогу, поэтому воскрешать воспоминания, которые кроме боли ничего не принесут, не имею никакого желания. - Как ты можешь так говорить? – Изумилась девушка, а я в который раз поразилась ее искренности. – Что может быть важнее имени, которое дали любящие родители своей дочери!? - У меня теперь новое имя, и его дал мне новый родитель. Айро помогал мне, оберегал и поддерживал. Пожалуйста, Катара. Я уже потеряла все, не забирай у меня хотя бы имя. - Я понимаю, - видя, как поменялась направленность нашего разговора, девушка сдалась, - но если ты вдруг захочешь, можешь попросить меня в любой момент. - Да, я учту.       Мне не хотелось заканчивать разговор на печальной ноте. Но и дальше продолжать его не было смысла. Попрощавшись, я пожелала компании спокойной ночи. Ноги сами вели меня в каюту, с которой, по сути, и началась моя история.       Ступая мягким шагом босых ног по коридору, я мечтала лишь об одном, - как бы не пожалеть о том, что отказалась от предложения Катары. Мне ужасно хотелось увидеть родителей. Но больше этого мне не хотелось знать, что они не настоящие, а просматривать воспоминания в попытке вернуть, хоть и ненадолго, фантомное ощущение семейного тепла, казалось, обернется мне еще большим страданием.       И вот я здесь. Кажется, каюту до меня еще никто не успел занять. Лучше бы успел.       Отворив скрипучую дверь, я переступила высокий порог и оглядела помещение. Как и ожидалось, никаких намеков на то, что этот корабль имеет хоть какое-то отношение к призраку прошлого, не было.       Так бывает. Как будто бы вернулась на ультра крутые качели в деревне у бабушки, которые в детстве казались чуть ли не верхом искусства. И теперь, спустя пять лет, у тебя в них даже жопа не влезает.       Вдруг стало обидно. Да так, что кулак сам поднялся, чтобы со звонким ударом врезаться в железную стену. - Кх-х-х. – Только и вырвалось из горла.       А я ведь сама виновата, что запомнила качели такими яркими и прекрасными. Я виновата, что, по дороге к бабушке, накрутила себе, что буду качаться на них весь день. Я виновата, что не смогла понять, ведь качели со временем, как и я, тоже смогли измениться. Потемнеть. Заржаветь.       И что самое хреновое - дело тут было вовсе не в гребаных качелях.       Потерев костяшки пальцев, с которых за один сильный удар я смогла содрать кожу, я плюхнулась на кровать, уставившись в потолок. У меня не было объяснения, почему внутреннее «я» никак не может найти баланс и решить, все равно ему на происходящее или все же еще нет.       Эмоции кидало из стороны в сторону похлеще листика, попавшего в бурлящий ручей. Наверное, это было нормально. Переживать – это ведь нормально?       Накрыв правой рукой глаза, я замерла на кровати, вслушиваясь в звенящую тишину.