Маленькая история

Проснулся он лишь на рассвете следующего дня. Всё так же светило в окно холодные утренние сумерки, всё так же лениво лизал толстые поленья и остатки декоративного кресла огонь в очаге. Единственное, что говорило Дин о том, что он провёл на ферме уже сутки и за это время убил трёх человек и одного "гуля", было прохладное тело девушки, служившее ему подушкой. К удивлению парня, он воспринял всё, что произошло вчера как должное, несмотря на то, что до этого он всю свою жизнь убивал лишь кровососущую мошкару, если та окончательно охамеет. - Видимо Внешний Мир сильно меняет людей. - Проговорил Дин, выходя на балкон, - Ну с добрый утром, Мир! Вот и я! Мир ответил ему сонной тишиной, - лучшее, что можно ожидать от постъядерного мира. Начало светать. Парень вытянулся и, закинув в рот последние "Сахарные бомбы", отправился вниз. Оказавшись в гостиной, он схватил с подноса на полу очередную бутылку газировки и в три глотка осушил её, избавив себя от жажды ещё часа на три. Подойдя к входной двери, Дин распахнул её, впуская в сумрак комнаты свет восходящего солнца. Затем парень подошёл к лежащим на полу телам давешних противников. Прошерстив карманы куртки Хриплого, Дин нашёл пару довоенных центов, жуткий обломанный клык какого-то хищника Пустошей и грязный тряпочный мешочек с десятком бутылочных крышек внутри. От ежедневно заходивших на Ферму караванщиков Дин знал ценность этих крохотных жестяных тарелочек, поэтому он пересыпал крышки из мешочка в карман, а сам мешочек бросил внутрь разорванной головы трупа. Затем Дин осмотрел карманы штанов Хриплого и был приятно удивлён, найдя в них шесть ярко-красных с золотистым донцем патронов двенадцатого калибра. У Гнусавого же он не нашёл ничего полезного, кроме старого кухонного ножа, зажатого в кулаке. По найденным предметам Дин предположил, что главным в шайке был именно Хриплый. Гнусавый был его заместителем, посему жил победнее товарища, а девушка была для них кухаркой, уборщицей и развлечением на каждый день. Дину было неприятна мысль, что её, скорее всего, насильно подсадили на иглу, но потом он вспомнил, в каком мире находится и взял себя в руки. Подобрав с пола ещё пару бутылок "Ядер-колы", а также брошенный накануне дробовик, он отнёс находки в мансарду, после чего излазил весь первый этаж в поисках упомянутого сейфа. Заглянул в подвал, от которого после двухсот лет всевозможных ненастий остался лишь крохотный пятачок перед дверью, окружённый вылезшей со всех сторон землёй. Никакого сейфа там, конечно, не было. Расстроенный, Дин вернулся в гостиную и, оперевшись рукой о кирпичную трубу камина, задумался о будущем. Во-первых ему было донельзя обидно, что он так и не нашёл сейф. Ему была противна мысль, что, когда он уйдёт, какой-нибудь вшивый бродяга припрётся сюда и вскрыв сейф, получит кучу довоенных сокровищ, совсем не марая рук. Во-вторых его изрядно напряг вопрос с провиантом. Ещё накануне он понял, что не найди он по пути коробку конфет - пришлось бы ему жрать собственную "подушку". К счастью, каннибалы всё же были людьми и не могли питаться одними лишь животными и караванщиками, так что у них в доме накоплены большие запасы довоенных продуктов и напитков, крупицу которых Дин уже сожрал. Решив, что на этот раз ему повезло, парень поставил себе в голове галочку всегда иметь при себе сухпай на случай чего. "Сойдут даже сухие ягоды с водой," - размышлял Дин, - "Главное, чтобы с собой, под боком." Третий вопрос был о трофеях. От торговцев, часто посещавших Ферму, Дин перенял один важный урок: барахло мусором не бывает. Будь то миниатюрная керамическая электроплитка, стрелянные гильзы, рваные и целые довоенные книги или урановые стержни в заводских коробочках, все они всегда востребованы на рынке и всегда находят своих покупателей. Руководствуясь этим принципом, парень, осматривая ферму, хватал всё, что могло стоить хоть пару крышек, и в итоге набил свой рюкзак так, что тот еле-еле закрывался, а дробовик и вовсе пришлось прикрутить сбоку алюминиевой проволокой, проткнув брезентовую стенку. Так что он решил, что пока не обзаведётся вьючным брамином с тележкой, ему не стоит сметать всё и отовсюду. Сойдёт и небольшое количество, но дорогих вещей. Ну и наконец, последней темой на день был сам путь Дина и его цели. Парень знал всё от тех же торговцев, что довоенный город Чикаго разрушен и погряз в войне среднезападного отделения Братства Стали и свободолюбивого городского населения, отчего остро нуждался в хороших оружейниках, будь то конструкторы, ремонтники или просто ребята, умеющие хорошо ухаживать за оружием. Дин, имевший полный и не совсем легальный доступ к библиотеке Убежища и пославший фермерство куда подальше, уже имел опыт в обслуживании огнестрельного, пневматического и лазерного оружия, и даже единолично отремонтировал три вышедшие из строя турели. Разумеется, занимался он всем этим исключительно по собственному желанию, и не раз был за это самое желание отлуплен отцом-фермером. Братья и сестра, тоже по мировоззрению фермеры, недолюбливали любовь Дина к ручным и не очень машинками смерти, при этом сами могли без малейших угрызений совести перерезать горло молодому телёнку, с которым только что сюсюкались как с младенцем, а после тут же, на глазах матери коровы, выпотрошить и зажарить его на ужин. Братья по большей части сторонились его, изредка окликая, когда нужно было починить какой-либо механизм или взломать терминал, пароль к которому забыли, даром что он, написанный на бумажке, приколот к стене над столом. Исходя из своего увлечения, политики родного гнезда, а также из рассказов и бесед торговцев, которые негласно являются одним из самых надёжных источников информации на Пустошах, Дин и составил маршрут от Фермы до Чикаго через Маскегон, Гранд-Рапидс и Гэри. До Маскегона парень решил дойти по трассе 31, до которой запланировал дотопать за неделю. Однако теперь в голову Дина начали закрадываться подозрения, что с такими приключениями он и до Кристал Вэлли, своего первого перевалочного пункта на пути к трассе 31, дойдёт лишь через дня три-четыре. И это весьма напрягало его, так как парень знал, что не только лишь он один хочет попытать счастья в чикагской резне, поэтому ему стоит поторопиться. За всеми этими мыслями Дин не заметил, как его рука соскользнула в узкую тёмную расселину между дымоходом и стеной. Едва удержав равновесие, парень пошарил рукой в темноте. Щель оказалась шире, нежели на вид, сухая и пыльная. Он чувствовал, как его рука рвёт невидимую в темноте густую паутину и хрустит высохшими мумиями довоенных тараканов. - А щель-то знатная, - пробормотал Дин. - В ней запросто можно что-нибудь потерять... или?! Внезапная догадка вытеснила из головы Дина все мысли, и на долю секунды он забыл, кто он такой. Справившись со ступором, он включил дополнительную подсветку Пип-боя и, стянув его с руки, сунул микрокомпьютер в расселину. "Ну разумеется!" - Радостно подумал парень, выволакивая второй рукой пыльную широкую шкатулку. - "Я сам не мог подумать, что щель была здесь до войны!" Отряхнув обтянутую красным бархатом крышку, Дин подёргал малюсенькую щеколду. Щеколда честно сохраняла шкатулку закрытой две сотни лет кряду, и за это время в неё забилось столько мелкого мусора, что было уже трудно разобрать, где металл, а где - пыль. - Ну да, конечно! - зло проговорил парень, а затем размахнулся и содрал заевшую щеколду об угол кирпичной трубы. Небольшие латунные петельки захрустели попавшими вовнутрь песчинками, и крышка открылась. Из шкатулки на парня пахнуло запахом смолы, пыли и давно прошедших лет. Внутри шкатулки лежал свёрнутый в трубку выпуск "Военного обозрения" за 2053 год("Всё о 5,56мм! Эксклюзивный чертёж китайских штурмовых винтовок."), нетронутый временем значок Нацгвардии США и белый квадратный голодиск одной из последних моделей. На боковой грани диска располагались целые(Дин не поверил своим глазам, но они действительно были ЦЕЛЫЕ) пластиковые кнопочки пуска/паузы, перемотки и форматирования, стёклышко, закрывающее бобины с магнитной лентой, было целое и даже не исцарапанное, а над динамиком находилась узкая бумажная полоска, на которой был отпечатан объём памяти диска - 128 килобайт. Сам по себе диск уже стоил целое состояние, так как был совершенно новым, однако в тот момент Дина куда больше волновала записанная на нём дорожка. Затаив дыхание, Дин нажал на кнопку. Диск зашипел, нагреваясь после двух сотен лет бездействия, а потом комнату наполнил приятный мужской голос. - "Пап, это Гарри. Папа, сколько раз я тебе говорил: не суй пароль от сейфа за холодильник! Мало того что мы с братом по твоей просьбе затащили на своём горбе этот чёртов сейф в мансарду, так ты ещё и заложил его кирпичом! Ну кто, кто, скажи мне, поверит, что дымоход по проекту такой горбатый?! Это уже смешно! Что ты там такого хранишь?.. Теперь у Эндрю растяжение, и мы Бог знает когда вернёмся к работе! Ах да, новый пароль от твоего сундука сокровищ - "Белладонна", в честь нашей бабушки. Умоляю тебя, не забудь его! Ребята из "СофтЛок" со мной уже на улице здороваются. Всё, обнимаю." Запись закончилась, и диск, предупредительно пискнув, выключился. Дин стоял с диском в руках, глупо хихикая под нос. - Хе, а ведь недаром моя удача - 9 по "Спэшлу"! Вот оно как... - Парень рассовал значой и свёрнутый журнал по карманам, ещё раз заглянул в пустую шкатулку и, помахивая диском, взлетел в мансарду. Ещё раз прослушав запись, он бросил диск на грудь лежащему на кровати телу и направился к дымоходу. Совершенно не зная сделавшего запись Гарри, в одном Дин был с ним полностью согласен: не заметить замурованный в кирпич сейф не мог никто. Хозяин дома не только не удосужился подобрать подходящий по виду к трубе кирпич, но даже оставил между кладками сантиметровую щель, совершенно лишая маскировку смысла. На стороне дверцы кладки не было. Молясь, чтобы имевшийся у него код оказался последним, что записывал Гарри, парень ввёл через маленькую цифро-буквенную клавиатуру кодовое слово. Раздался щелчок, и дверца подалась в сторону. Внутри лежала толстая папка документов на владение землёй, бутылка виски, тонкая книжечка, шесть малых энергетических батарей и серый с жёлтым пистолет. Папку с документами, необходимыми только для уже несуществующего правительства, Дин, не церемонясь, швырнул на пол. Сунув батареи в карман, где уже лежали крышки и патроны для дробовика, парень взял в руки виски, книжечку и пистолет и направился к тахте. - "Энергетический пистолет Глок 90 Авто. Инструкция по эксплуатации." - Прочитал слух название книжечки парень, - Глок, Глок... Что-то я о нём читал, это то ли человек, запихнувший свой мозг в компьютер, то ли компьютер, обретший разум. Первый в мире создал плазменное оружие. Великий человек, кем бы он не был. Дин запихал виски и патроны для дробовика в рюкзак, взял с тела Шлюхи голодиск, стёр запись Гарри и отправил его всё в тот же рюкзак. затем поднял с пола бутылку "Ядер-колы" и упаковку яблочных пастилок, влез с ногами на тахту, устроился поудобней и, положив голову на грудь мёртвой девушки, углубился в чтение. Часы Пип-боя показали одиннадцать часов утра, когда Дин закрыл книжечку, зевнул и вытянулся. - Ну ладно. Пора собираться. - скомандовал он сам себе, - В гостях хорошо, но лучше мне поторапливаться. Он закинул на плечи рюкзак, выругался, что он такой тяжёлый, подобрал с пола последнюю бутылку газировки, зарядил "глок" и засунул его в карман к запасным магазинам для пистолета-пулемёта. "Надо бы перевязь для оружия намутить." - подумал Дин, осматривая комнату в последний раз. Разумеется, тут осталось столько довоенного барахла, что можно было бы купаться в крышках, но парень не имел ни желания, ни возможности унести его. Вздохнув, маленький жадина спустился вниз и, выйдя из дома через парадный вход, вернулся на дорогу. Проведя в пути ещё часов шесть, Дин прошёл 188-авеню; посмотрел на рыбаков на озере Скул Секшен, которые баграми и ручными гарпуромётами вылавливали из воды непонятых жутких тварей, похожих и на человека, и на краба, и на черепаху; свернул на Восток-Джефферсон-роуд, с неё - на 176-авеню, а оттуда - на Восток-Мэдисон-роуд. Дорога была однообразной и скучной, так как шёл Дин по более-менее обжитым местам, где караваны ходили регулярно, и потому за дорогой следили. Время от времени парень ради развлечения останавливался и вскрывал одну из стоящих на дороге машин, но больше ничего ценного ему не попадалось, только списки покупок, истлевшие записки любящих жён и, изредка, - довоенные четвертаки. Чем ближе он подходил к Кристал Вэли, тем меньше попадалось закрытых машин, а вскоре они и вовсе перестали хвастаться наличием дверей. Было видно, что дорогой пользуются часто и помногу: машины были оттащены на обочину, упавшие фонарные столбы переброшены в кювет и распилены на проводку и металл, дорогу усеивали остатки кострищ, кучи браминьего дерьма и следы множества ног и копыт. Подходя к частично обвалившемуся бетонному параллелепипеду, отмеченному Пип-боем как "Мэни Блессингс Маркет", Дин увидел остановившийся на привал караван. Возле двух топчущихся на месте браминов горел костёр. Возле костра сидели, сгорбившись, трое караванщиков и неотрывно смотрели в огонь. Дин не знал, заметили его торговцы или нет, но на всякий случай сунул руку в карман, нащупал там одну крышку и, зажав ещё между указательным и средним пальцем, демонстративно поднял руку вверх. Этому жесту он также обучился на Ферме, болтая с приезжими караванщиками. Они рассказывали ему, что давным-давно, в 2126-ом году в маленьком городке под названием "Хаб" одна из делящих город торговых компаний захватила единственный в округе источник пригодной для питья воды и объявила на него монополию. Этим авантюристы сильно разозлили своих конкурентов, которые ответили на заявление просто и со вкусом - начали расстреливать лавки и караваны обидчиков из автоматов. Монополисты, естественно, начали наносить ответные удары... - И вот всё это дерьмо продолжалось чуть меньше двух лет. - Рассказывал старик Тимкертон, сидя за дубовым столом в фермерской таверне, - И знаешь, парень, мой дед со своими людьми тогда даже близких друзей с ножом и пушкой в руках встречали. Страшные были времена для торговли, да и сейчас не лучше. То коготь смерти на пути встретится, то караван конкурентов с охранниками... Да-а. И тогда, значится, вольным торговцам было страшно принимать покупателей - а вдруг пальнут из-под полы? Да и покупатели боялись к торговцам подходить на расстояние выстрела. Тогда, парень, торговцы и придумали Знак Крышки. И такая эта штука - Знак Крышки! Идёшь ты, допустим, с товаром в город, тебе навстречу раз! - и брат-торгаш со своим брамином идёт, пыль ботинками мнёт. Ты с земель Цезаря идёшь, а у него на боку телеги - двухголовый медведь пасть раскрыл и замер, вот что ты будешь делать? Тут бы вам обоим за пушки схватиться, а? - Тимкертон ехидно хмыкал под заинтересованный шёпоток своих людей, - Нет, други сердешные, смотришь на него, а он тебе крышку между пальцами показывает - святой знак! Видишь его, так оружие опусти и улыбнись, без страха пожми руку и предложи привал. А как сойдёте с дороги отдохнуть - можешь продать свои товары, али купить чего тебе надо. Знак Крышки любой вольный торговец знает, потому, парень, если выйдешь в Пустошь и встретишь караван, так возьми крышку между пальцами вот так, - Старик достал из кармана крышечку, подкинул её в ладони а затем ловко взял её между пальцев и продемонстрировал Дину. - Вот, и руку вверх тяни. Тогда они поймут, что ты им не враг, и можешь смело идти говорить. Запомни, парень, Знак Крышки тебя с любыми торгашами сговорит, ежели они - частники. А уж молодчики "Красного каравана" тебя хоть со Знаком, хоть ты сам мистер Хаус, расстреляют и оберут, к гадалке не ходи! С этими кротокрысами держу ухо востро, а руку - на пушке, понял? Дин понял. Понял, запомнил, и теперь ещё раз вспомнил добрым словом всех тех караванщиков, которые дали ему по-настоящему нужные знания о мире. Вот только ни один из караванщиков и ухом не повёл при виде столь важного знака. Дин простоял с крышкой в руке ещё минут пять, после чего подошёл поближе к костру и замер, не в силах пошевелиться.