I'll Fly Away

В пятницу вечером, Луи приходит к себе домой после работы у Робина, и сразу находит там Гарри, который сидит в своём ноутбуке за большим кухонным столом. В комнате пахнет свежим хлебом, и Гарри сидит, обхватив руками колени, с ручкой за ухом, полностью поглощенный тем, чем бы он там не занимался. Луи не помнит, когда в последний раз кто-то сидел за этим деревянным столом. Его прадед сделал его сам, своими руками, и Луи думает, что этот стол у его семьи почти так же долго, как земля, на которой он стоит. Он слишком долго пылился без дела. Как и всё остальное здесь. Луи и не подозревал, как одиноко было в доме на ферме, пока не появился Стайлс. — Гарри, — тихо произносит он, не желая пугать парня. Тем не менее, Гарри резко подпрыгивает, а затем поворачивается на своём месте, чтобы посмотреть на Луи. — Что? Луи смеётся. — Извини, я просто хотел сказать тебе, что я дома. Стайлс закатывает глаза и снова поворачивается к компьютеру. Понятно, что тот занят, и не заинтересован в пустой болтовне, но Луи был один большую часть дня, и сейчас ему нужно немного общения. К тому же, он считает, что если уж Гарри собирается проводить время в его доме, то должен смириться с тем, что его время от времени будут отвлекать. Луи отодвигает стул напротив парня и тяжело садится. — Что делаешь? Гарри свирепо смотрит на него. — Работаю. Мне нужно закончить план нового промо до приезда Ника. — Подожди. Ник приедет? — Спрашивает Луи. Гарри как-то упомянул, что Ник должен был приехать, но не называл дату и время. Свирепость, с которой он сейчас печатает, указывает на то, что эти самые дата и время уже выбраны, и это очень, очень скоро. — Гарри, — настаивает Луи. — Я задал тебе вопрос. Гарри поднимает голову. Теперь он взбешен, и по телу Луи пробегает лёгкая дрожь. — Когда приедет Ник? Гарри закусил губу и покачал головой, снова глядя на экран. Он несколько раз нажимает на клавиши и отвечает: — Завтра. И я сказал ему, что у меня готова целая стратегия для нашего осеннего плана, и что я готов всё это обсудить, когда он будет здесь, но я был так занят «Сладостями Стайлса», что у меня почти не было времени на сон, не говоря уже об этом. Гарри слегка трёт пальцами свой левый глаз, а затем и правый, и устало вздыхает. Луи задается вопросом, не болит ли у него голова от того, что он так долго смотрит на экран компьютера. Луи помнит, что когда-то его это раздражало. Старый ноутбук Луи работает пиздец, как медленно, поэтому сейчас он в основном использует свой телефон. Вздыхая, Луи встаёт и набирает стакан воды из крана. Он открывает морозилку и обнаруживает, что да, Гарри наполнил лоточки со льдом, поэтому он берёт пару кубиков и бросает их в стакан, а затем ставит его на стол рядом с парнем. — Я уверен, он всё поймёт. А если нет, просто скорми ему одну из твоих шоколадных конфет. Он забудет, что когда-то хотел чего-то другого. Гарри улыбается, но улыбка не доходит до его глаз. — Спасибо, Лу. — У меня завтра выходной, — говорит Луи, хотя это трудно так назвать, учитывая, что ему необходимо провести пять или шесть часов на тракторе, срезая и укладывая сено в тюки. — Если хочешь, я могу развлечь его, пока ты всё закончишь. Улыбка Гарри становится шире. — Правда? Я имею в виду, я не хочу заставлять тебя, если ты не хочешь, но я бы очень хотел, чтобы вы, ребята, познакомились. Найл и Лиам тоже попытаются найти время. Я бы хотел подняться на Вершину Мира*. Ну, знаешь, показать ему самый невероятный вид в округе Лейк. Чёрт возьми, это, наверное, самый красивый вид во всём мире, не так ли? В любом случае, он не из тех, кто любит походы. Так что, я думаю, мы просто потусуемся возле тарзанки. — Звучит весело, — говорит Луи, хотя делить внимание Гарри с каким-то чикагским придурком, звучит совсем не весело. И, типа, если он на самом деле «не из тех, кто любит походы», то что он вообще делает рядом с Гарри. Господи Иисусе. Гарри смеётся. — Это будет весело, обещаю. Луи барабанит пальцами по столу и не отвечает. — О, — говорит Гарри, делая ещё один глоток воды. — Звонила твоя мама. Она хотела, чтобы ты пришел на ужин, если можешь. Дэна нет в городе, и она надеялась, что ты сможешь заменить батарейки в одной из пожарных сигнализаций. Луи скривился, из-за чего Стайлс рассмеялся. — Я сказал ей, что сам сделаю это, если ты не сможешь. Луи бьет Гарри по затылку. — Потребности моей матери не твоя проблема. Лучше беспокойся о том, чтобы доделать свою работу. Он встречается с ним взглядом, и на щеках Гарри наконец появляются ямочки. Луи так облажался.

***

Луи сворачивает с шоссе на двухколейку, гравий летит во все стороны, и он останавливает свой пикап прямо рядом с джипом Гарри. Дерьмовый Бьюик Найла тоже здесь, в нескольких футах дальше по дороге. Тропинка к реке уже хорошо протоптана, и кто-то даже убрал бревно, которое лежало поперек дороги последние два лета. Добравшись до пляжа, Луи услышал крик и всплеск воды. — Лиам, ты придурок... Я, блять, не был готов. — Найл хватал ртом воздух и задыхался от возмущения, а Лиам безудержно хихикал. Ещё один всплеск, и теперь Луи видит их всех. Лиам подпрыгивает в воде рядом со всё ещё брызжущим слюной Найлом, а Кара и Кендалл стоят на берегу, раздеваясь до бикини. Гарри, скрестив ноги, сидит на огромном камне, в своих крошечных шортах для бега. Этот ублюдок даже никогда не бегает, так что ему абсолютно незачем было настолько оголяться, с горечью думает Луи, и внезапно застывает. Ник здесь. Ну, конечно же, Луи знал, что Гримшоу будет здесь. В конце концов, вот почему он пришел сегодня — чтобы встретиться с другом Гарри. Но, по какой-то причине, факт, что он увидел этого чувака, прислонившегося к дереву (и уставившегося в свой грёбанный телефон), ошеломляет его. Во-первых, Ник высокий, наверное, даже выше Гарри, и может худее. Он одет — чёрт возьми — в джинсовый комбинезон. Луи хочет знать, где, блять, кто-то вообще находит такие вещи. Он смутно помнит, что его мама носила что-то подобное раньше, но типа, это очень странно. И это также не совсем уместно надевать на пляж. Луи достаточно часто сталкивали в озеро, когда он был в джинсах, чтобы знать, что они тянут тебя на дно и неприятно прилипают к коже. Луи проводит рукой по волосам и теребит шнурок на своих баскетбольных шортах. — Как оно, ублюдки?! — кричит он, наконец, привлекая всеобщее внимание. Затем, когда все здороваются с ним, Луи пробегает мимо Кары и Кендалл и взбирается на дерево. Он не обращает внимания на трение коры о бедро, когда поднимается, стремясь добраться до ветки, с которой свисает верёвка. Когда он добирается к ней, он залазит на тарзанку, крепко держа её в руках и отталкивается от дерева, пролетая над рекой. Он прыгает в речку со всплеском, брызги разлетается во все стороны, когда он уходит под воду. Вынырнув со вздохом, он с удовлетворением видит, что прицелился идеально и Кендалл поймала верёвку на берегу. Забыв о тарзанке, Гарри прыгает в реку и подплывает к нему. Луи приходится встать на носочки, чтобы держать голову над водой, и Гарри, зная это, хватает его за плечи и легко толкает под воду. Луи не был готов к этому и, слегка обескуражено, пытается задержать дыхание. Ему удается утащить Гарри за собой, и после они оба выныривают, громко смеясь. — Ты собираешься представить мне своего скучного друга, который по всей видимости, слишком хорош для тарзанки и нашей грязной реки? — Спрашивает Луи, потому что даже с практически голым телом Гарри, прижатым к его собственному, Луи очень отвлечён присутствием другого парня, Ника. Гарри хмурится. — Он не знал, что мы будем купаться. — Он приехал из Чикаго, чтобы остановиться в доме твоих родителей на озере, и не взял с собой ничего, чтобы поплавать, — шипит Луи. — Я думал, мы будем купаться нагишом, — говорит Ник. Теперь он стоит прямо на краю берега, уже без своего телефона, и ухмыляется им. — Мы с Гарольдом всегда так делаем на озере Мичиган. Он упер руки в бока и поднял брови. Луи ненавидит его. Но, он верит ему, конечно же. Почему бы Гарри не сходить поплавать нагишом в озере Мичиган со своим вроде-как-бойфрендом? Луи вспоминает, что сам он много раз купался с Гарри без одежды. Но это всегда было вызвано необходимостью, или прихотью Гарри, но не романтикой. — Мы можем купаться нагишом и сейчас, — говорит Кара. Рядом с ней Кендалл всё ещё играет с веревкой в руках, словно решая, стоит ли залезть на неё, или нет. Луи думает, что если Кара хочет увидеть Гарри голым, то всё, что ей нужно сделать, это попросить. Гарри никогда не отличался скромностью. Луи знает, что у него впечатляющий член. Но ему не полагается об этом думать. Однако Гарри смеётся и говорит: — Без проблем. — он опускает свои руки под воду, во время того, как говорит, будто хочет стянуть шорты прямо сейчас. Луи набирает воздух и прерывисто выдыхает. Они уже много раз в прошлом были голыми и в паре дюймах друг от друга. Так что это не будет чем-то новым. Совсем. Нет причин для паники. Вообще никаких. Его спасает Кендалл. — Нееет, мерзость, — говорит она, прикрывая глаза. — Спрячь свой член подальше, Гарри. Здесь никто не хочет его видеть. Определенно, это неправда. Если быть честным, Луи может назвать здесь трёх человек, которые точно хотели бы увидеть член Гарри. Кара хихикает, отталкивает Кендалл в сторону и, визжа, запрыгивает на тарзанку. Она качнулась несколько раз туда и обратно, прежде чем отпустить верёвку и прыгнуть в воду рядом с ними. Найл подплывает ближе. — Ты всё ещё думаешь, что сможешь сделать сальто назад, Луи? Луи кивает. Конечно, он может. Ник складывает руки на груди и улыбается ему. — Я должен это увидеть. — Ты просто хочешь, чтобы я облажался. Или сломал себе шею, — шипит Луи в ответ, выбираясь из реки и осторожно взбираясь по песчаному склону. Он не знает, что на него нашло. Он ведь даже не знает этого парня. — Совершенно верно. Ты меня раскусил. Я садист и мудак, — кивает Ник. — Да. Гарри, вышедший из воды вслед за Луи, хихикает. — Я знал, что вы, ребята, понравитесь друг другу. Луи прекрасно выполняет сальто, и все ликуют, когда он появляется. — Хотел бы я посмотреть, как это сделает кто-нибудь другой, — кричит он. Он знает, что из всей собравшейся группы он, безусловно, лучший в этом дерьме (возможно, за исключением Лиама). Но ему нравится смотреть, как другие пытаются. И, по какой-то причине, очень важно, чтобы </i>Ник</i> знал, что то, что он сделал, не было лёгким трюком. — Я сделаю это, — вызвался Гарри. На что Луи отрицательно качает головой. Это плохая идея. Хотя, что он может знать. Возможно, Гарри научился делать сальто в Чикаго. (Да, чёрт возьми, скорее всего, так оно и было.) К удивлению Луи, Гарри всё же удаётся закинуть ноги за голову, но он падает в воду слишком рано и слишком растягивается, так что плюхается прямо на живот. Его грудь ярко-розовая, когда он подплывает ближе и хмуро смотрит на Луи. — Я не знаю, как ты это делаешь. Я всё время пытался и пытался, и я... Он замолкает, когда Кендалл переворачивается в воздухе, выше и грациознее, чем даже Луи может справиться. — Это моя девочка, — кричит Кара, бросаясь к ней в объятия. Теперь они все в воде, кроме Ника, который снова вытащил свой телефон. Он держит его в их направлении, и Луи не может понять, делает ли он фотку или чатится с кем-то, и он не знает, что бесит его больше. Вообще-то, постоянно быть в своём телефоне — это чертовски грубо. У Луи нет времени много думать об этом, потому что внезапно Гарри, этот маленький ублюдок, снова набрасывается на него. Луи стонет, и отталкивает его. Они шутливо борются между собой, мокрые конечности скользят друг по другу, головы то опускаются под воду, то выныривают на поверхность, смеясь и задыхаясь от нехватки воздуха. Ноги Гарри обхватывают Луи за талию, и он наклоняет их двоих в сторону, пытаясь сбить Луи с ног, снова и снова. С новым движением его член упирается прямо в живот Луи, и Луи чувствует его — горячий и более чем наполовину твёрдый. Его руки скользят вниз к талии Гарри, поддерживая его и одновременно притягивая ближе. — Прекрати, —шепчет он ему на ухо. Но Гарри не останавливается. Он повторяет движение с большей силой, и, блять, теперь у Луи тоже встал, после этого они оба падают в реку. Удар об воду ослабляет хватку Гарри, освобождая Луи, который остаётся под водой, уплывая от Гарри так быстро и упорно, как только может. Когда он выныривает, Гарри стоит у самого берега, где вода доходит ему только до живота, закинув руки за голову, тот снова разговаривает с Ником, спокойный как удав. Какого хрена. Луи ненавидит Гарри. И грёбанного Ника тоже.

***

Pizza Castle набита битком, как и положено в субботу вечером. Даже туристы знают, что это место — чертовски крутое. Жир покрывает здесь всё: столы, прилавок, волосы парня, который принимает у них заказ. Даже "свежие" салфетки, которые он протягивает Луи вместе с заказанными хлебными палочками. Луи в раю. Он ничего не заказывал здесь, уже по крайней мере, десять дней, и пицца барбекю с курицей, вероятно, лучше, чем секс. Нет, на самом деле, — думает Луи, впиваясь зубами в первый кусок, — это определенно лучше, чем секс. Рядом с ним, уткнувшись в свой кусок пиццы, стонет Гарри. Он умолял Луи взять большую пиццу на двоих, и Луи очень неохотно согласился. Даже если он и знает, что он уже не в расцвете сил и больше не может осилить целую пиццу самостоятельно, но он очень голоден, и кто знает, может быть, сегодня он сможет снова пережить свои лучшие годы. — Я бы никогда не подумал, что такой хипстер-гурман, как ты, может наслаждаться местом, вроде этого, — говорит Ник Гарри, снимая слой соленых огурцов со своего сэндвича. Луи не может поверить, что тот не ест пиццу, но некоторые люди, видимо, просто не понимают всех прелестей жизни. — Мне не нравится твоё отношение, Николас, — отвечает Гарри с набитым ртом. — Это самая лучшая пицца, известная человеку, — вмешивается Лиам. — Особенно та, что с барбекю. Я не знаю, что они делают с соусом, но это охренительно. Луи ухмыляется, потому что у Пейна на форменной одежде пятно от упомянутого соуса, о котором никто не потрудился ему сказать. — Еда для королей, — говорит Гарри Нику. — Ты что, не видел все те отзывы на стене, когда мы вошли? — Видел. Лучшая пиццерия в городе двадцать лет подряд. Ну, этого не трудно добиться, когда вы единственная пиццерия в городе. — В радиусе двадцати миль отсюда есть ещё по меньшей мере пять заведений, где подают пиццу, так что заткнись, — вмешивается Луи. — И у тебя нет права судить, учитывая, что ты ешь сэндвич. И даже не тот, что с барбекю, который Гарри предложил тебе взять. — Ага, — подхватывает Гарри после очередного укуса. — По крайней мере, мне не придётся потом сидеть на толчке, — поддразнивает его Ник. Тот не может знать, но он попал прямо в цель с этим. Плевать. — Ты должен быть горд, что закончишь свою ночь пораньше из-за еды из Pizza Castle. Ты будешь одним из избранных. — Ты отвратителен, — говорит ему Ник, но он улыбается, и это делает его моложе. И добрее. Эта мысль заставляет Луи дёрнуться, от чего пластиковое сиденье его стула скрипит. — Мне нужно возвращаться на работу, братаны, — перебивает Лиам, вставая. Он закрывает коробку с оставшейся половиной пиццы внутри, потому что этот мудак всё ещё думает, что сможет съесть всё сам. — Ты сможешь затусить с нами ночью? — Спрашивает Луи. Он уверен, что кто-то уже отвечал ему на это, но он не может вспомнить. Брови Лиама сходятся на переносице. — К сожалению нет, сейчас моя очередь работать в субботнюю ночную смену. Кто-то должен убедиться, что все пьяные туристы счастливы и в безопасности. — Ну, тогда будем надеяться, что мы тебя не увидим, — говорит ему Луи, поднося ко рту кусок пиццы. Смеясь, Лиам качает головой и уходит.

***

Они оказываются в баре Хоранов, отчасти потому, что Найл сегодня работает, а отчасти потому, что это то, где они всегда зависают, в конце концов. Найл купил им кувшин пива за счёт заведения, в честь приезда Ника, и Луи берёт на себя смелость вылить остатки в свой пустой стакан. Он не стеснительный. — Ты действительно думаешь, что ты достаточно мил, чтобы мы просто взяли и позволили тебе допить всё самому? — Спрашивает Ник. Он вжимается в угол кабинки прямо рядом с Луи, и когда Луи поворачивает голову, чтобы посмотреть на него, тот ухмыляется. — Никто ещё не называл меня «милым», — говорит Луи. Это не совсем так. Его мама назвала его так однажды, и когда он «Уилл», все называют его "милым" или "очаровательным". Но Луи знает, что он маленький и довольно симпатичный для чувака, поэтому он сделал всё возможное, чтобы бороться с этим первым впечатлением и хотя бы немного завоевать себе репутацию крутого парня. Отрастить небольшую щетину; иметь грязные, мозолистые рабочие мужские руки; ввязаться в несколько драк; иметь постоянную, красивую подругу — и тогда люди не будут называть тебя милым. По-видимому, некоторые всё-таки будут. Некоторые, типа, чикагского-радиоведущего-гея Ника, который дружит с Гарри. Также, похоже, у парня достаточно большие яйца, потому что на этом он не останавливается. Нет, он решается на щекотку, целеустремленно направляя пальцы к ребрам Луи. Луи пытается увернуться, но у него не особо получается, и когда Ник находит свою цель, Томлинсон издаёт смущающе высокий визг. — Ник, прекрати, — бросает Гарри через плечо, как будто Луи нужно, чтобы тот вставал на его защиту. — Заткнись, Гарри, — говорит он. Но прежде чем он успевает добавить что-то о том, что может позаботиться о себе сам, Ник говорит: — Да, заткнись, Гарри. Ему это нравится. Луи сердито смотрит на Ника. Гримшоу улыбается ему в ответ и качает головой. — Гарри мало рассказывал мне о тебе. И это о чём-то говорит, потому что он всегда много говорит о тебе. Гарри слегка ерзает на месте и возится с соломинкой в стакане, избегая встречаться взглядом с Луи. Но сам Луи очень хочет, чтобы тот посмотрел на него, ему нужен хоть какой-то предлог, чтобы не поворачиваться к Нику, чьи глаза всё ещё разглядывают его, внимательные и счастливые, отчего у Луи что-то трепещет в животе. Через стол Кара и Кендалл находятся в своём собственном мире, полностью поглощенные чем-то в телефоне Делевинь. Между ними и Луи стоит пустой кувшин, и он хватает его. Толкая Гарри в плечо, он говорит: — Пойду в бар и наполню эту малышку. Гарри позволяет себя толкнуть, но даже не пытается встать, вместо этого надувает губы и смотрит на него. Луи бьёт его по носу. Теперь Гарри. Гарри — тот, кого можно назвать «милым». — Ты сам вызвался быть водителем сегодня, так что перестань дуться, — говорит он, решив, что должно быть именно это было причиной нового мрачного настроения Стайлса. Гарри высовывает язык и затем говорит: — Не мог доверить это тебе. Не так ли? — Да, точно, — соглашается Луи, потому что это правда. Если он собирается провести весь вечер, развлекая одного из друзей Стайлса (вероятно, его парня), то он не собирается оставаться трезвым сегодня, ни за что, блять, на свете. Луи пробивается сквозь толпу. Он рад видеть, что здесь полно народу, и уверен, что Найл тоже. Если бы у них не шел бизнес в июльские субботы, то они оказались бы в таком дерьме, из которого уже не выбраться, учитывая локацию прямо в центре города, ещё и возле реки, как у них. Прежде чем он доходит до бара, кто-то хватает его за руку, а затем его притягивают в крепкие объятия. — Луи, бро, как жизнь? Оли. Он учился в одном классе с Луи, когда они ходили в школу в Эдвардсвилле. Он и Кэлвин, который стоит рядом с ним, составили Луи компанию в классе, хотя Луи легко признаёт, что его лучшие друзья были и всегда будут парни из One Direction. Все на год или два младше него. Но эти двое всё ещё важны для него, и они оба сейчас живут далеко, а это значит, что самый близкий контакт, который у него был с ними за последние годы, это сталкеринг их страниц на Фейсбуке. — У меня всё прекрасно. Не знал, что вы оба были в городе в эти выходные, — говорит он им. — Я пытался написать тебе на Фейсбуке, бро, но ты так и не ответил, — говорит Кэлвин, глубокомысленно кивая в своё пиво. — Хотя я и не ожидал, что ты это сделаешь. Мои братья пиздецки заняты тюкованием сена в эти выходные, так что я решил, что ты, скорее всего, тоже будешь там. Луи пожимает плечами. Это то, где он должен был быть. Дядя Кэла живёт в тридцати милях к востоку, на молочной ферме, и он не слишком много платит семье Луи за сено, но этого достаточно, чтобы Луи постарался ничего не испортить. Но. Он не будет думать об этом сегодня. Нихрена. Сегодня он сосредоточен только на том, чтобы набухаться. — Всем нужно немного времени для себя, — отвечает Луи, поднимая кувшин. — Я за столиком с Карой, Кендалл, Гарри и его другом из Чикаго. Вы, ребята, должны присоединиться к нам. Оли вытягивает шею, чтобы лучше видеть. — Кара и Кендалл, да? Луи кивает и поворачивается обратно к бару. — Да, я вернусь через секунду. Хочу наверстать упущенное. — Хорошо, да. Окей, — говорит Кэлвин. Найл не торопится подходить, чтобы обслужить его. Группа хорошо одетых студенток флиртует с ним, когда он открывает им бутылку виная По крайней мере, Луи надеется, что они студентки колледжа, а не старшеклассницы — на вид они кажутся довольно юными. Когда Найл наконец появляется перед Луи, указывая на кувшин, он ухмыляется. — Кто-нибудь из этих девушек хочет задержаться допоздна, чтобы заценить твою квартирку? — Спрашивает Луи, наблюдая, как Найл наполняет кувшин светлым пивом Bud. Этот засранец знает, что Луи предпочитает другое, но если Луи сделает из этого большую проблему, Найл, вероятно, прямо сейчас, заставит его положить деньги на эту стойку, вместо того, чтобы просто добавить их на счёт, поэтому Томлинсон молчит. Тот кивает. — Возможно. Похоже, у тебя тоже есть поклонник. Луи хмурится и снова переводит взгляд на стол. Гарри занят разговором, хихикая с Карой, в то время как Кендалл наблюдает за ними, смеясь. С другой стороны от них, Ник в упор смотрит прямо на Луи. — О чём ты говоришь? Кара, кажется, влюблена в Гарри, и я ей определенно не интересен. И я почти уверен, что Кендалл ненавидит всех мужчин. Найл ставит полный кувшин между ними, но не выпускает его из рук. — Я говорю не о Каре. И не о Кендалл. — Он поднимает брови, и сердце Луи падает куда-то вниз. Найл не может знать о них с Гарри. Просто не может. — Я говорил о друге Гарри, Нике, — поясняет Хоран. Луи замирает и встречает взгляд Найла. Тот ошибается. Ник пришел сюда, потому что ему нравится Гарри. Он собирался быть парой Гарри на свадьбе Лиама. Он попросил Гарри поработать над его шоу. Луи его не интересует. И, типа, вообще-то. Луи не... он не встречается с парнями. Даже с высокими, смешными и темноволосыми парнями. — Он ведь не думает, что я тоже заинтересован в нём? Как думаешь? — Спрашивает Луи у Найла, снова переводя взгляд на стол, где к разговору присоединился Ник. — Бро, твою игривость легко истолковать превратно. Если бы я был на его месте и интересовался парнями, я бы даже подумал, что ты со мной заигрываешь. Найл произносит эти слова так спокойно, как будто вполне логично предположить, что чикагский босс приехал бы на каникулы в маленький городок и просто предположил, что местный мужчина, который поддразнивает его, тоже гей и заинтересован в перепихоне. Луи это кажется притянутым за уши. — Ты видишь дерьмо, которого нет, — говорит он, кладя руку на горлышко кувшина. Найл же позволяет своим рукам опуститься по его сторонам. — Конечно, но будь осторожен. Не испорти ничего для Гарри. Луи закатывает глаза и говорит: — Хорошо, мам, — прежде чем вернуться к столу. — Мои мальчики приходили? — Спрашивает Луи у Гарри, проскальзывая в кабинку рядом с ним. Гарри наклоняет голову и хмурится. — Твои мальчики? Луи кивает. — Каллиопа, и О-дог. Гарри качает головой и наливает Луи стакан пива. — Не слышал ни о ком с такими именами. Прости. Ник ставит свой стакан, чтобы Гарри налил и ему, и встречается взглядом с Луи. Он что, флиртует? Луи ничего не понимает. Может быть, тот следит за конкурентами. Не то чтобы Луи считал себя соперником Ника. Если только... Если только Гарри не рассказал ему об их поцелуе. Он вдруг задается вопросом, а не сделал ли этого Стайлс. Если он вообще хоть кому-нибудь рассказал... Блять. Они никогда не говорили о том, чтобы держать всё в секрете. Луи считал само собой разумеющимся, что они не будут трепаться, учитывая обстоятельства. Но он не подумал о Нике. Если они с Гарри что-то вроде бойфрендов, то для Гарри было бы логично сказать ему об этом, чтобы быть честным. А Гарри — очень, очень честный человек. Луи уже наполовину выпил свой новый стакан пива, когда Ник снова втягивает его в разговор. — Что насчёт тебя, Луи? Есть здесь кто-нибудь сегодня вечером, кого ты хочешь забрать домой? Держу пари, что ты очень популярен среди дам. — Его слова пронизаны смехом, и Луи не знает, как это истолковать. — Я... Я... — заикается он. Что он там недавно рассказывал своей маме? Ах да. — Я ищу кого-нибудь, кто сможет за мной угнаться. Здесь никого такого нет. — Значит, ты у нас быстрый парень? — Спрашивает Ник. Вопрос скорее игривый, с намеком на вызов, и Луи никогда не был одним из тех, кто отступает от таких. — Быстрый на язык, — уточняет он, а затем, смотря на пронзительный взгляд Ника, подмигивает. — Ладно. Думаю, этого более чем достаточно, — говорит Гарри. — Я начинаю ревновать. И, блять. Во-первых, это был не лучший способ, чтобы выразить своё равнодушие к мужскому полу. А во-вторых, это же вторая половинка его лучшего друга (или, возможно, будущая вторая половинка или типа того). — Извини, — бормочет Луи. — Мне нужна сигарета. И это не ложь. Направляясь к двери, он снова видит Оли и Кэла и останавливается, чтобы подтолкнуть их локтем. — Какого хрена, ребята? Вы собираетесь подойти и поздороваться, или как? — Почему бы тебе не оставить этих педиков и не прийти повеселиться с нами? — Спрашивает Кэл, отталкивая его локтем. — О, отьебись. Я уверен, что Гарри тоже будет рад тебя видеть, — настаивает Луи, стараясь не дать этому слову сбить его с толку. Он знает, что Кэл ничего такого не имел в виду. — Разве он не занят со своим парнем? — Вставляет Оли. — Он и не заметит, если ты проведёшь с нами несколько минут. "Он не его парень", — хочет крикнуть Луи, хотя всего минуту назад его совесть кричала как раз об обратном. — Как скажете, придурки, — сдаётся Луи. — Я выйду покурить. — Мы, наверное, пойдем в «Тину» после этого, посмотрим, сможешь ли ты это сделать, прежде чем мы уйдём? — Предлагает Кэл. Луи действительно хочет потусоваться с ними, и он, вероятно, должен позволить Гарри и Нику немного побыть наедине, но напиваться с этими двумя — уже и так не трезвыми созданиями — звучит не особо привлекательно. И всё же он кивает. — Окей. Ночь тёплая, и на улице тихо. Луи бросает взгляд в конец квартала, чтобы посмотреть на клуб Sailor’s, который имеет популярный внутренний дворик на берегу реки. Летом у входа обычно собирается толпа людей, курящих, как и Луи, но сейчас он видит только две одинокие фигуры. Снаружи у бара Хоранов находится только он, хотя он видит швейцара, сидящего на табурете внутри здания. Он делает глубокий вдох свежего воздуха, прежде чем закурить. Несколько затяжек спустя, дверь открывается, и оттуда вырывается шум. Чей-то голос говорит: — Ты куришь крепкие? Это Ник. Луи задумчиво смотрит на парня. И, да, он курит крепкие сигареты, но он не уверен, хочет ли он поделиться своей с Ником. Гримшоу выпячивает губу в самой жалкой попытке выглядеть очаровательно, какую Луи когда-либо видел. Ему нужно взять несколько уроков у Гарри. И всё же Луи смягчается. Делить сигарету — это вряд ли то же самое, что сосать член парня. Принимая сигарету от Луи, Ник говорит: — Спасибо, мужик. И спасибо, за этот вечер. Для Гарри очень важно, то что мы встретились. Луи кивает. Гарри уже много лет только и говорит о том, чтобы познакомить их. — Он был прав насчёт тебя, — говорит Ник, обхватив пальцами кончик сигареты и делая затяжку. Луи это не нравится. Не то чтобы он не хотел, чтобы Гарри был прав насчёт него, или чтобы Гарри говорил о нём с Ником. С этими вещами всё в порядке. Чего он не хочет, так это чтобы Ник Гримшоу почувствовал, будто он что-то знает о Луи. Когда это не так. Он был рядом с ним всего один день. — Ты умный парень, — говорит Ник. — И весёлый. Луи достаёт из пачки ещё одну сигарету и закуривает её, после чего говорит: — Кто бы говорил, не так ли? — Рад, что ты так думаешь, — отвечает Ник. — Ещё ты красивый. Но этого Гарри мне не говорил. Луи расправляет плечи. Ему нравится, когда Ник называет его так, вот и всё. Небольшая волна гордости, которая пронзает его, неоспорима. Но в то же время, он также, типа, не... он не может ответить взаимностью. — Кто бы говорил, — снова повторяет Луи. Ник придвигается ближе. — Да? Луи кивает, глядя прямо перед собой в большую стеклянную витрину книжного магазина на другой стороне улицы. Его пульс учащается. Ну, он не лгал Найлу. Он не заинтересован в том, чтобы флиртовать с Ником. Но ему, вроде как, интересно посмотреть, как далеко может зайти парень. Ради Гарри, — в отчаянии думает он. Потому что Гарри заинтересован Ником, и он должен знать, если Гримшоу дурачит его. — Гарри говорит, что твоя семья владеет фермой, — комментирует Ник, меняя тему разговора так резко, что Луи поворачивается, чтобы встретиться с ним взглядом. — О, да, — говорит он. — Немного дальше отсюда. Я живу там. И Гарри там готовит. — Именно это он и сказал. За всю свою жизнь я был только на одной ферме. И то, только собирал яблоки, пил горячий сидр и ел пончики. Мои родители отвозили туда меня и мою сестру каждую осень, — говорит Ник. Луи хихикает. — Вы сами собирали свои яблоки? Наверное, так за них и платили больше. Что за пиздец. Гребанные пригородные мудаки. — Эй, — говорит Ник, сдвинув брови. — Я просто говорю, что тебя обманули. Типа, кто собирает яблоки для развлечения? Здесь это называется работой, — объясняет Луи, качая головой. Он действительно не понимает богатых людей. — В любом случае, — говорит Ник, растягивая слова с презрением, явно устав от спора. — У вас на ферме есть животные? А как насчёт амбаров? Тракторы? — Животных сейчас нет, а наш трактор — старая рухлядь. Мой дедушка купил его ещё до рождения моей мамы. Типа, я понятия не имею, как он всё ещё работает. — Можно мне посмотреть? — Спрашивает Ник. И, о, до Луи внезапно всё дошло. Ник спрашивает Луи, не хочет ли тот сейчас уйти домой. С ним. Луи краснеет от смущения. От того, что сначала не понял его, а затем, и от того, что наконец понял. — Может Гарри тебе покажет? — Предлагает Луи, потому что он хороший друг. Он упорно работает над тем, чтобы не паниковать, не срываться на Ника за то, что он предположил, что Луи может быть заинтересован в этом. — Ты хочешь сказать, что Гарри Стайлс разбирается в тракторах? Это глупо звучит, потому что, да, Гарри вообще нихрена не понимает в тракторах, но он определенно мог бы рассказать Нику несколько вещей о них. Но то, как Ник сказал "тракторы", ясно даёт понять, что он говорит совсем не о настоящих тракторах. Что делает его слова ещё глупее, потому что Луи уверен, что Гарри знает намного больше о "тракторах", чем он, и это должно быть очевидно для Ника. Только это не так, и Луи не понимает почему. Никто здесь никогда даже не предполагал, что он гей, разве что в шутку. Просто это... не для него. По крайней мере, так было раньше, до сих пор. — Ник, — говорит Луи, делая глубокий вдох. Он может сделать это вежливо. — Я польщен, что ты хочешь посмотреть на мой трактор, приятель. Но я думаю, что у тебя неверное представление обо мне и... эм, моём тракторе. Мне не очень нравятся другие люди с... тракторами. Ник сдерживает улыбку, и становится ясно, что он не верит Луи. Он говорит: — У меня нет трактора. Вот почему я хочу увидеть твой. — О боже мой! — Громко говорит Томлинсон. Это намного больше информации, чем он просил. — Ты хочешь сказать, что ты...? Ник закатывает глаза. — Нет, Господи. Окей, ты действительно не заинтересован? Я просто хотел немного развлечься. Мы даже можем не говорить Гарри. Луи качает головой. — Нет, эм... — он хочет придумать способ намекнуть, что Гарри может быть заинтересован в нём, не говоря об этом прямо. — Просто... Гарри... Луи слишком взволнован. Он докуривает сигарету и достаёт из пачки ещё одну. — Всё нормально. Не беспокойся. Просто недопонимание, — вздыхает Ник. — Я всё понял. Луи не уверен, что Ник понимает, боже, но он чувствует облегчение, когда тот поворачивается, чтобы вернуться внутрь. Луи смотрит ему вслед, и когда тот открывает дверь, чтобы войти в бар, Кэл и Оли выходят на улицу. — О! Супер, а то я подумал, что ты уже свалил. — говорит Оли. Кэл указывает большим пальцем на удаляющуюся спину Ника. — Чего хотел этот высокий ублюдок? Сделать тебе минет? Луи хмуро смотрит на него, желчь подступает к горлу. Но он сохраняет хладнокровие, пожимая плечами. — Не могу поверить, что эти отбросы могут жениться. Типа, блять. Я не против позволять им заниматься своими делами, но это уже перебор. Они должны оставаться на своей полосе — в грёбанном Сан-Франциско или где там ещё, — а мы останемся на своей, — продолжает Кэл. Луи поджимает губы. Он докуривает сигарету и хочет вернуться в внутрь, но эти придурки продолжают болтать. — Я не понимаю, почему они не могут просто держать это в секрете. Типа, это свободная страна, но им не нужно тыкать это в лицо другим людям. Луи сглатывает. — Этот парень — Ник — тоже пытался выёбываться перед тобой? Только не говори мне, что это манерная задница не клеилась к тебе, — говорит Кэл. И Луи больше не может сдерживаться. Он тянется к воротнику рубашки Кэла. — Какого хуя ты можешь знать о том, почему Ник был здесь. Он курил чёртову сигарету, как и я. Отъебись. Луи прервал свою вспышку гнева, немного встряхнув его. Он уже собирается отпустить парня и вернуться в бар, но Кэл говорит: — Ужасно оборонительно, Луи. Ты сказал ему «да»? — Какого хрена? — Бормочет Оли, и Луи не знает, на чьей тот стороне. Он снова встряхивает Кэла и с большей смелостью, чем он ожидал, говорит: — А что, если так? — Чёрт, извини, чувак. Отпусти меня. Ты хоть и тряпка, но не педик, — говорит Кэл, отступая назад. Хватка Луи ослабевает, когда он слышит, как позади него пару раз взвыла сирена. Он опускает руки, когда полицейская машина останавливается. Лиам спрыгивает с переднего сиденья и идет к ним быстрыми и целеустремленными шагами. — Никаких проблем, офицер Пейн. Здесь нет никаких проблем, — кричит Кэлвин, пятясь назад по улице к своей машине. — Ты бы всё равно не встал на нашу сторону, если бы это и было так, — кричит Оли, следуя за ним по пятам. И даже Луи, несмотря на свой вспыльчивый характер, знает, что это слишком. Но Лиам не идет за ним. Вместо этого он достает свой телефон и печатает, пока говорит: — Тебе повезло, подонок, потому что я тоже сомневаюсь, что принял бы твою сторону. Луи всё ещё тяжело дышал, и костяшки его пальцев покалывало, хотя он ими и не пользовался. Блять. О чём, чёрт возьми, он думал, вступая в этот спор? Он смотрит на Лиама. Точно, этот придурок должен был патрулировать город сегодня вечером, так ведь? Пиздец. — Что вообще случилось? — Спрашивает Лиам. Пятно от барбекю исчезло, и Луи задается вопросом, какую магию он использовал, чтобы избавиться от него. Эта фигня оставалась на одежде Луи годами. Потом он понимает: — Ты переоделся. — Я не животное, Луи, — говорит ему Лиам, скрестив руки на груди. — В отличие от тебя, очевидно. — Всё в порядке? Луи не ранен? — Гарри выбегает из бара с телефоном в руке. Ник следует за ним по пятам. — С ним всё в порядке. Только что сцепился с парой ублюдков, которые, клянусь Богом, были его друзьями в старшей школе, — говорит Лиам Гарри, всё ещё скрестив руки на груди. — Его нужно отвезти домой. Кто из вас достаточно трезв, чтобы забрать его? — Я и сам трезв, — лжет Луи. Однако, он не прямо таки пьян, и он не хочет встречаться лицом к лицу с Гарри и Ником, не после странного предложения Ника и определенно не после этой гребаной недо-драки. — Я сегодня водитель, — говорит Гарри. — В любом случае, нам, наверное, пора заканчивать. Мы с Ником хотим сделать кое-что по работе завтра утром, прежде чем он уедет. Луи кивает и неохотно следует за ними к джипу. Никто ничего не говорит, и, хотя тишина неловкая, сейчас его это чертовски успокаивает.

***

Как только они выезжают на дорогу, Гарри говорит: — Я же говорил тебе, что они того не стоят. — Да, я отчётливо помню, как ты это говорил. В десятом классе. — Луи уже второй раз за вечер удивляется собственной вспышке гнева. Он не хотел ссориться с Оли и Кэлом, да и сейчас не хочет ссориться с Гарри. К счастью, Гарри только вздыхает в ответ. В зеркале заднего вида Луи видит, что Ник играет на своём телефоне, по крайней мере делая вид, что не обращает на них внимания. — А из-за чего вы вообще ругались? Из-за твоей мамы? Вопрос Гарри возвращает Луи на восемь лет назад, в начало средней школы, когда все мальчики, особенно Гарри, шутили о том, какой горячей была мама Луи. Луи знал, что Гарри просто прикалывался. Но только не Оли; он пялился на её декольте, буквально при каждом удобном случае. Луи не ударил его тогда, но был близок к этому. В последнее время он стал более уравновешенным, не ввязывался ни в какие драки и даже не устраивал пьяных дебошей. — Они просто несли всякую чушь. Я не знаю. Это было глупо, мне не следовало так злиться. Они ничего такого не имели в виду, — говорит Луи. Гарри хмыкает. Остальная часть поездки проходит в тишине, и Луи уже начинает засыпать, как слышит хруст гравия, когда Гарри въезжает на подъездную дорожку фермы. Луи открывает дверцу, и Гарри глушит мотор. — Я тут подумал, — начинает Гарри, а затем делает паузу. — Что? — Я подумал, может мы можем переночевать здесь? Всё над чем я работал для шоу Ника, лежит на твоём столе, а его вещи для сна всё ещё в багажнике джипа. Луи смотрит на Ника, вспоминая его недавнее предложение. Он не думает, что парень будет настолько смелым, чтобы сделать ещё одну попытку, не с Гарри рядом с ними. — Твой дом в десяти минутах езды, — возражает Луи, но ему на самом деле плевать. Они могут переночевать здесь. Всё в порядке. — Лу, — умоляет Гарри. Боже, как же хорошо он умеет просить. Луи смягчается. — Ладно. Но ни одна из кроватей не застелена. Вам придется взять одеяла, простыни и всё остальное из бельевого шкафа, и всё это, вероятно, пыльное или заплесневелое, или покрытое мышиным дерьмом. — Спасибо, — говорит Гарри, выбираясь из машины. На самом деле у Луи нет сил играть роль хозяина, поэтому он этого и не делает, позволяя Гарри показать Нику, где они будут спать. Луи снимает свои шорты, вместе с нижним бельём, когда слышит стук в дверь своей комнаты. Она открывается прежде, чём он успевает ответить, и Гарри входит внутрь. Его глаза двигаются вверх и вниз по обнаженному телу Луи, наконец останавливаясь на его члене. Луи тяжело вздыхает, а затем наклоняется, чтобы порыться в куче одежды в поисках пижамных штанов. — У тебя есть что-нибудь чистое, в чём я могу спать? — Голос Гарри низкий, грубый. Луи кивает на комод и натягивает свои самые мягкие хлопковые пижамные штаны. — Там. Гарри выбирает оранжевую баскетбольную футболку Лейкерс и серые спортивные штаны. Он будет выглядеть как выпускник старшей школы, и от этой мысли у Луи немного болит сердце. — Где вы, ребята, спите? — Спрашивает Луи. Ему нужно будет знать, чтобы завтра сложить постель и постирать простыни. Или типа того. Гарри уже стоит в дверях, держа в руках сверток с одеждой Луи. У него темные круги под глазами, и его конечности с трудом двигаются, когда он тянется к ручке. — Я займу комнату Лотти, а Нику оставлю большую кровать твоей мамы, если ты не против. Луи закусывает губу. Теперь уже ясно, что Гарри и Ник не спят вместе, пока ещё нет. Луи чувствует себя немного неловко, что он так думал. Нет, он знает, что если два парня — геи, это ещё не значит, что они хотят трахнуться друг с другом, или встречаться, или что-то ещё. Но то, как Гарри говорил о Нике, как он был взволнован их встречей с Луи, как он планировал привести его в качестве своей пары на свадьбу Лиама, — это всё позволяет Луи не слишком сильно корить себя за это предположение. — Спокойной ночи, — говорит он. Гарри оборачивается, чтобы встретиться с ним взглядом, и его улыбка обнажает ямочки на щеках. — И тебе.