Песчаная защита

В Конохе была зима, несравнимая с вечным летом Суны. Кушина приготовила завтрак и ждала Минато. Он спешил на пост, но не мог проигнорировать стараний жены. Узумаки от этого разве не мурлыкала, но уж точно хорохорилась. Лицо ее было румяным и привлекающим, Йондайме не удержался от того, чтобы оставить на щеке беглый поцелуй. И только после умыкнул в Резиденцию. Намикадзе пообещал взять документацию, попросить о помощи секретаря и обратно домой. Кушина еще не знала того, что он желал устроить ужин. При этом сам Минато не догадывался, что Узумаки хотела обратиться к Биваки-сама, второму по могуществу ирьенину Конохи. Впрочем, никто бы не сказал, что ястреб оповестит о своем прилете криком и сядет на оконную раму. Перебиравший отчеты Хокаге повел бровью. На лапе птицы был контейнер с запиской, а выгравированный знак — ветер. Что нужно было правителю Суны, Минато мог только предполагать. Заседание закончилось не так давно, и на свиту Казекаге предположительно напали. Только такие мысли и вились в его голове, когда мужчина поспешно осмотрел запечатанное письмо. Но ни почерк, ни само послание не принадлежали Расе. Намикадзе только зарылся пальцами в волосы и тяжело вздохнул. Он догадывался, что не все в семье Собаку но просто, однако никак не ожидал просьбы о помощи. Насколько он знал, у Расы было двое детей и ожидался третий. Что могло сподвигнуть женщину бежать прочь, если у них была, казалось бы, крепкая семья? Точно не глупости. — Будьте добры позвать Шикаку, — передал Йондайме дежурящим Анбу, — а секретаря попросите принести отчеты со свободными на данный момент доверенными шиноби. И пока была свободная минутка, Минато сложил руки в ладонях и прислонился лбом. Он не был глупым, не зря занял свой пост, ввязываться в конфликт с Суной значило развязать новое противостояние, и это после недавно утихнувших событий с Ивой. Намикадзе терзали сомнения, в то же время он не мог не помочь человеку, зная о его беде. Был велик шанс, что над Карурой нависла смертельная опасность, а Минато и без того считал себя виновным в гибели многих. Ему был просто необходим разговор со своим советником, а потом и с женой. Уйти пораньше не получалось, но Намикадзе удалось выполнить несколько дел, пока Нара все же не постучал в дверь. — Проходи, — Хокаге отложил листы и указал мужчине жестом, что дверь лучше запереть. Не захотевший возвращаться назад Шикаку сложил печати и затворился созданными тенями руками. Минато только вздохнул. Не порицать он хотел, далеко не порицать. — Обнаружилось дело первостепенной важности. Международное. — Не Киригакуре же? — нахмурился Нара и поудобнее откинулся на спинку кресла, расположенного напротив Йондайме. — Они явно не пошли бы на открытые действия после того, как группу их шиноби растерзал Треххвостый. — Не стали, это и не они, — согласился с ним светловолосый мужчина. Глаза Минато из привычных светло-синих обратились в темные, и он отвел взгляд. Насколько неприятна тема стран Камня и Тумана, Шикаку знал не понаслышке. Из-за Ивы не один Хокаге потерял учеников, он тоже. — На этот раз вопрос встал о Суне. — И это после недавнего визита? Не припоминаю ранних распрей, да и в этот раз не было открытых конфликтов. Только… точно, его жена. — Да, Шикаку, речь о ней. Она просит для себя и своих детей политическое убежище. Я вошел в ее положение, как мужчина, но не знаю, как мне поступить, будучи Хокаге. Шикаку сложил руки, как некогда Минато, это значило лишь то, что он погрузился в размышления. Решать такие вопросы было сродни изобретению стратегии на поле битвы: оступишься — погибнешь, жалеть тебя не станут. И наткнуться на осуждение других деревень казалось легче легкого. Но столь же легко было вообразить тирана на месте Казекаге. Если он позволил себе такие непозволительные вольности с семьей, что ее членам хочется бежать прочь из страны, что будет дальше? Раса вполне подходил на роль деспота, посягнувшего на спокойствие соседей. Потому ответ дался Наре сравнительно легко. Минато внимательно слушал своего советника. — Сдается мне, хуже не станет, если мы возьмем но Собаку под опеку. А впоследствии и поглядим, агрессивен ли по отношению к нам Казекаге. Хорошая проверка для дальнейших международных дел. Если да, мы сумеем поднять этот вопрос на мировой уровень, и им займутся Дайме. — Они соблаговолили моему учителю, ты уверен, что они не испугаются Расы? — Как будто Джирайя — плохой человек. Помнится, были те еще деньки, где он спаивал нас, — Шикаку потянулся, поддаваясь сладостным воспоминаниям с привкусом горького и теплого саке. — А его советы нам обоим на руку сыграли, мне вот с Йошино, тебе с Кушиной. Бывай. Нара уже было направился к выходу из кабинета Хокаге, как пунцовый Минато остановил его сравнительно твердым голосом. Было трудно не дрогнуть, если учесть, что Джирайя — писатель высокорейтинговых книг, а своими познаниями делился, не беря во внимание, нужно это человеку или нет. Юнцам Минато и Шикаку они были не к спеху, но кто же их спрашивал… Теперь уже взрослые мужчины и давние друзья смотрели друг на друга хоть и с равным уважением, но разница в их силе и положении давала о себе знать. Намикадзе мог легко его остановить. — Я хочу подобрать группу тех шиноби, кто свободен и кому под силу сопроводить но Собаку из Суны. Ты мне поможешь. — Велика проблема, — хмыкнул Нара и все так же вальяжно шествовал отдыхать. — Эта гениальная парочка Учиха подойдет как нельзя кстати. Тебе останется выдать им в напарники ирьенина, с этим Вы справитесь, господин Хокаге. Но осталась эта дружеская легкость, присутствовала небрежность. Минато нахмурился, а после рассмеялся и кивком головы разрешил ему уйти. Лень этого гениального стратега тоже была вещью неизменной, и это позволяло Намикадзе оставаться самим собой. Старые друзья не падали перед ним ниц, все смотрели ему в глаза, по-прежнему шутили. И это было именно тем фактором, различающим его с Расой. Он не считал себя королем, только ответственным за свою деревню. Следом за ушедшим Шикаку зашел секретарь, и Минато мог передать необходимые дела, а еще рассмотреть кандидатуры. Проблемы с выбором не возникло: после реформы Тсунаде Сенджу, сильнейшей женщины-ирьенина, в Конохе было много способных медиков. Так он подобрал девушку в команду Шисуи и Итачи Учиха.