250 shades of black and white

— Ну и что на сей раз? — он не успевает даже промокнуть лицо, когда его затягивает Узами одной Силе ведомо куда на этот раз. В прошлый раз Рэй медитировала, сидя на крошечном куске камня посреди воды. Ясное дело, небось просила, чтобы ее сбросили с Сокола, дабы Кайло не догадался, куда бежать за нею. И ладно бы она просто подвинулась, место ему уступила, хотя бы капельку, чтобы он тоже сел, а то после дня на ногах — тяжела жизнь Верховного Лидера, Хаксу и не снилось — Кайло предпочел бы сесть на коррелианского ежа, чем смотреть на ее круглое задумчивое лицо сверху вниз еще часок-другой. Лицо у мусорщицы, надо было признать, все же привлекало его внимание. И не тем, что было круглым. И слишком уж довольным, будто она не голодала там на своих повстанческих пайках. Красивым, это он мог признать. Наконец, после пятираундного забега с отрицанием, торгом и прочими прелестями. Да, крифф ее задери, эта тощая нескладная девчонка с круглым лицом ему нравилась. Да, сильно, достаточно, чтобы он отменил свой приказ хотя бы насчет нее. Доставить в целости и сохранности. Без единой царапинки — вот, что теперь красовалось в брошюрке Первого Ордена по поимке опасных преступников. Рэй там нарисовали красивую, по памяти Кайло, даже улыбку ей пририсовали, не тот оскал, которым она обычно его приветствовала через Узы. Хвала Силе, эти самые Узы не пропускали особенно большие и тяжелые предметы сквозь пространство, а то, призрак Люка ему свидетель, грозилась. В общем, в этот сеанс не лучше — какие-то премерзкие джунгли, так много зеленого, что в глазах рябит. И шум, везде шум, со всех сторон. Кайло успевает пару раз оглянуться, мысленно зарисовав в свой датапад — «Поимка особо опасной преступницы, похитившей мое сердце!» — расположение озерца и водопадик, который и издает этот кошмарный грохот, как она замечает его. Нет, сегодня никакой медитации. Рэй рассматривает книгу джедаев, то и дело переворачивая ее вверх тормашками, потом набок, как будто не может... Оххохо, Кайло вовремя прикрывает рот ладонью, хотя вряд ли она отреагирует на его смех. Сделает вид, будто он мокрое пятно или, там, мерзкий слизняк вроде того трехрогого с фиолетовой спинкой — надо срочно зарисовать, таких точно мало где найдется, а где они, там и Рей! — Ну и как успехи? — ему следует поздравить себя, что не успел снять штаны, а то позорно было бы встретиться с девушкой своей мечты в несексуальных труселях. А то, что он снова без майки, светит голым торсом, ну так на то и расчет. И влажное после купания тело, натертое маслом. От такой красоты даже старая подслеповатая хаттка глаз не отведет. Вот и Рэй, пытается, но не может. Сперва искоса, так смотрит, что сейчас, кажется, глаза ее и вывалятся. А потом уже не стесняясь, отложив в сторону свой дряхлый учебник. — Прекрасно, — отчеканивает она, а щеки так и горят. То ли от увиденного, то ли от стыда. Лучше бы от первого, очень надеется на это Кайло. Смущение — лучшее оружие против врага, которого не собираешься убивать. — Да? А то не похоже, — он все еще делает вид, что у него все прекрасно. И настроение хорошее, и он не валится с ног от усталости, и что влажные волосы не лезут в лицо, вызывая желание чихнуть. — Не даются дядюшкины сказочки? — когда Кайло перестал беситься от одного только имени Люк, то нашел даже забавным тот факт, что теперь его можно было склонять на все лады, а он не появлялся. Может, призраки Силы приходили только к джедаям-недоучкам? Ну, к Рэй так точно никто не заявлялся. А то она быстро бы эту книжонку на пару сотен страниц пролистала. — Пошел ты! — Рэй пафосно фыркает и меняет позу, видимо, сидеть с прямой спиной ей тоже надоедает. В конце концов, как потом объяснил Кайло Сноук, Сила могла приходить даже к спящим или висящим вниз головой. Не обязательно было медитировать в позе лотоса строго на восток, да еще сводя ступни вместе. Это Люка так учили. Остальных нормальных людей это не касалось. — Ну-ну, вот и пойду, — Кайло ничуть не обижается. Ему же ничего не мешает побродить тут чуток, позапоминать всякое. Например, как пахнут ее волосы. Или что она опять наворотила вместо приличной одежды. Это что, Люковский плащ? Ох, он был лучшего о ней мнения. — Знаешь, — Кайло как бы невзначай подходит ближе и присаживается на землю, закидывая ногу на ногу, — если тебе нечего надеть, ты всегда можешь попросить небольшую помощь для беженцев, и я с удовольствием поделюсь с тобой плащом. Да, Сила с ним, Кайло ей все отдаст, все ношенное, чтобы она вспоминала о нем почаще, с запахом его парфюма «Темная Сторона». — Обойдусь, — она снова берется за книгу, да с таким рвением, что чуть не рвет дряхлые страницы. — Иди уже, куда шел. Куда шел? Спать он шел, у них вообще-то глубокая ночь, но объяснишь это разве девушке своей мечты, и особенно Узам. — Знаешь... — и внезапно она приходит. Эта самая светлая (или лучше сказать темная как сама Тьма) идея. — Я знаю выход, мусорщица. — Я тебе не мусорщица, но слушаю... — Рэй уже не обижается на прозвище, тем более, кто ж ее еще так звать будет, уж не те ли голодранцы, у которых один добитый Сокол на все Сопротивление. — Тебя, — ее взгляд снова останавливается на его груди, обнаженной, увы, уже не влажной от пара. Но и так хорошо. Очень хорошо. — Я помогу тебе с твоей джедайской фигней, — и Кайло указывает на древний фолиант, который уже встречал во времена падаванства. Ничего полезного в них нету от слова вообще, так, пафосные стишки про равновесие, гармонию, союз камней, песка и воды... В общем, оно понятно, почему джедаям давно пришел конец, такой белибердой детей кормить. — Взамен на что? — Рэй отрывает свои грешные глаза, обведенные черным, от его великолепного тела и косится так подозрительно, будто он ей снова руку, сердце и корону предложил. — Если думаешь, что я сдам друзей, то нет! И вообще, с чего тебе помогать мне? Потому что мне скучно, хочется сказать Кайло. Одиноко тут вообще-то без твоих подколок, задолбался совсем с отчетами и непокорным Хаксом, поднимающим бунт по поводу и без. — Чтобы мы были в более равных условиях в следующий раз, конечно, — отличная ложь, в упор подойди, не отличишь от правды. Хотя равенством там и не пахнет. Шрам поперек лица оставила? Оставила. Раскромсала плечо? Раскромсала. Меч любимый, дедушкин, поломала? Тоже она. Меча жаль больше всего. — Ну допустим, убедил, — Рэй хмурится, но слушает. — Взамен на что? — делает она ударение на треклятом взамен. Выучилась в своей пустыне торговаться за каждый глоток воды на его голову. — Я помогу тебе, — Кайло выпаливает, сам уже жалея, что ввязался в эту затею. Потому что понятия не имеет, чего ему попросить! — Если ты... ты... — он все еще отчаянно думает, — если дашь подлатать сейбер. О, вот это хорошее дело, благородное. Не перейди вся его родня на светлую сторону после смерти, точно похвалили б. — Мне жалко его вообще-то. Это фамильное достояние! Кайло напирает и так, и этак, и Рэй внезапно сдается. И протягивает ему жуткий фолиант. — Читай.

***

Собственно говоря, ничего нового, Кайло как помнил эту басню про сосуды, камни и то, что в эти самые сосуды уже не влезет, так и сейчас она кажется идиотской. Но Рэй нравится. Удивительно, но она, расслабленная, спокойная, улегшаяся на бок и подпершая свое круглое лицо кулаком, выглядит такой милой, что хочется оказаться еще ближе. Кайло и двигается, так, незаметно, стирая задницу о жесткие камни, и скоро она так близко, что его бедро почти касается ее затылка. Еще чуть-чуть, и она положит на него свою голову, и... — И? — Рэй поднимает свои глаза, и Кайло понимает, что какое-то время он вообще-то молчал. Может, мычал там что-нибудь нечленораздельное. Или тупил. — И что дальше? — Ничего, — находится Кайло. — Тут страничка вырвана. — Да ну, я бы заметила. — Точно вырвана, — она же читать не умеет, чего прицепилась? — Мы ее сами вырвали, давно еще. — Ну ладно, — Рэй пожимает плечами и... тадам! (это так стучит его сердце) все же укладывает голову на его ногу, устраиваясь поудобнее. — Давай тогда следующую, — она просит так, будто никто ей вообще никогда в жизни не читал, хотя... Вот это вполне вероятно. В ее воспоминаниях ничего подобного не было. — Ага, — Кайло боится вздохнуть, спугнуть ее, и тут из дряхлой книжки что-то выпадает. Тонкое, как тройка-четверка страниц, скрепленных вместе. Надо же, даже из другой книги. — Что... Что там? — Да так... — Кайло пробегает глазами по первой строчке и давится кашлем. Ох ты ж, криффовый дядя Люк. Остается только надеяться, что глаза на своем месте, не повыпадали еще из орбит. — Хэй! — она щиплет его за бедро. — Там какие-то секретные техники! Да я по глазам вижу. Не думай даже их утаить. Читай давай, — Рэй даже приподнимается на локте, проходясь волосами по животу, хотя сейчас ему даже не до этого. О Сила... — Это не...это не теория. Это практикум. Пособие по особенной медитации. Для... кхм, — Кайло кашляет, возвращая голосу твердость, — особенных джедаев. — Читай!! — злится Рэй. — Ну, только если мы будем делать это вместе, — Сила, да у него сейчас уши сгорят. Неужели это незаметно? Кажется, нет. И Рэй садится напротив, вздыхает, разминая плечи, похоже, думая, что там действительно какая-то супер-продвинутая техника для джедаев. Ага, сейчас же. Вот она, настоящая месть. — Снимай майку. — Чегооооо? — вот, первые проблески здравомыслия проснулись. Рэй прижимает к своей плоской груди ладони, будто ее уже раздели догола. Нет, еще рано. Кайло остается только надеяться, что мысли она сейчас читать не захочет. — Ну я вот без ничего, тебе тоже надо. Кхм, — и Кайло зачитывает торжественно лабуду, пришедшую ему в голову, — отринь предрассудки, о юный падаван, и сними с себя оковы телесной материи. Про штаны ничего не сказано, — с невинным видом пожимает он плечами. Она стягивает с себя тонкую майку, оставаясь всего лишь в бандаже, и сквозь слои ткани проглядывают ореолы сосков, темные, маленькие. Какая тут гармония?! Ему хватает одного взгляда на ее — почти прикрытую! — грудь, чтобы член зашевелился в штанах. Хвала Силе, они тесные, не сразу заметишь, насколько все серьезно. — Теперь... — Кайло делает шаг номер два. Серьезный шаг. Маленький для одного всеми обижаемого Верховного, но грандиозный для Галактики. — Прикоснись ко мне. Вот так. Он тянет руку к ее груди, стараясь выглядеть незаинтересованным, а пальцы так и дрожат, так и трясутся. Кожа под ладонью, прижавшейся пониже ключиц, такая мягкая, прохладная, что вода. Нежная. Рэй краснеет, повторяя за ним. Удивительно, как ее маленькая ладошка не обугливается, прикасаясь к его правой груди, укладываясь прямиком на сосок. — Чувствуешь? Там сердце, — Кайло несет полную чушь и знает об этом. Но Рэй то ли купилась, то ли действительно хочет дотронуться до него. — Вслушайся в его ритм. И он ведет ладонью правее, обхватывая ее грудь, такую маленькую, идеальную для его руки. Аккуратно сжимает и тут же отпускает, вторя стуку ее сердца. Рэй вся горит, заливается краской, открывает и закрывает рот, но молчит. Гармонией тут и не пахнет, член едва ли не дырявит штаны, стояк такой, что все мысли куда-то пропали, а он все пялится на Рэй. — Теперь, — хрипло вздыхает Кайло, — вторую положи на лицо. Мое лицо. Ну? О, он бы схватил ее за щеки, сминая, терзая, а затем впился бы в этот растерянный приоткрытый рот, но... увы, его рука занята брошюркой. Он и договорить не успевает, как Рэй уже гладит его по шраму, самыми кончиками пальцев, так нежно, будто заглаживая вину. — Так? — ее голос такой же хриплый и тихий. — Правильно? — Да. Теперь подвинься ко мне. Они так близко, что потянись еще — и соприкоснутся кожа к коже. — Положи свою ногу на мое бедро. И вторую. Ее бесстыдно раскинутые ноги, нажимающие на бедра, лучшее приглашение. В камасутре Люка, а это именно такая брошюрка, эта поза зовется Королевской Наездницей, и больше всего Кайло хочется, чтобы Рэй объездила его. Желательно до смерти. Она понимает это, конечно же, тут по лицу все понятно, и чуть выгибается назад, ее пальцы скользят по лицу и ниже, по шее, ребрам, и все это словно нечаянно. Замирают на солнечном сплетении. И падают дальше. Прямиком на бугор, выпирающий из штанов. Ну, теперь уже не спрятать. — Дальше? — спрашивает она Кайло таким тоном, что он готов перехватить ее пальцы и вылизать все, от большого и до крохотного ноготка на мизинце. — Закрой глаза. Она послушно закрывает и опускает подбородок. Смешно морщится, когда он подается вперед, и его тень накрывает ее с головой. Облизывает губы, точно ждет чего-то. Такого? Краем тех мозгов, что еще не обосновались в штанах, Кайло помнит, что они играют в гармонию, и нажимает ребром ладони на ее промежность, скользит по ткани ее тренировочных брюк. Мягко, ритмично. Вверх-вниз. — Мне сделать так же? — ее сбивчивый голос все равно звучит довольно. О, Рэй прекрасно понимает, что вытворяет с ним. — Как хочешь, — он примет все. Пожалуй, даже если она наорет на него или влепит пощечину, Кайло тут же и кончит. Как мальчишка. Потому что он уже на грани, а ведь даже толком не попробовал ее. — Вот так? — ее нежные прикосновения вынуждают его откинуться на землю, сведя лопатки, вытянуться во весь рост. Рэй же, устроившаяся на его бедрах в позе той самой Королевской Наездницы, плавно трется о него. Приподнимается и опускается на ребро ладони Кайло, и он чувствует, что ткань уже вся мокрая. Как и она сама. Он кончает первым, слишком уж хороши ее пальцы, сдавливающие член сквозь штаны, слишком уж громко она стонет, не контролируя себя. Слишком уж они связаны Узами. А потом и она вздыхает, коротко и резко, вздрагивает и стискивает его бока коленями до боли. Шепчет его имя — Беннннн... — и открывает глаза. Она не очень-то довольна — чтобы удовлетворить ее, нужен настоящий Кайло, а не видение Силы, и то, сначала она ему врежет, это стопроцентно — но не пытается сбежать. Или даже убрать свои руки с его члена — какое достижение. — Я... могла бы и сама такому научиться, — выдыхает наконец она. — Не очень-то и сложная техника. Ему сложно понять, шутит она или всерьез, потому что тело ее все еще влажное после оргазма, а сердце колотится о ребра. — Но читать ты все равно не умеешь, — решается Кайло. Он ожидает чего угодно. Той самой пощечины. Или незатейливых ругательств, пинков и угроз отрезать ему яйца. А Рэй только вздыхает. — И много там еще таких уроков? Брошюрка тонкая, все те же четыре страницы, истрепанные до невозможности, потому что кому-то было очень одиноко, и Кайло даже рад, что не касается их реальными руками. — А как сильно ты хочешь стать настоящим джедаем? — к ситхам меч, он починит его в другой раз, когда доберется до Рэй. Сколько там томов она прихватила с собой с Ач-То? Два? Десять? Кайло остается молиться, что всю библиотеку, и он готов прочесть их ей все, страница за страницей, сноска за сноской. Вместо сна, наверное, даже. Главное, чтобы его Хакс не подстрелил где-нибудь в темном коридоре. — Я буду ждать тебя здесь. Завтра. В это же время, — Рэй так мучительно медленно сползает с него, задевая бедрами, что Кайло так недолго и возбудиться снова. Тем более, что ему есть от чего — она все еще слишком близко, полуголая, и от нее пахнет наслаждением. — Теперь проваливай! Исчезнув с глаз долой, Кайло заканчивает уже у себя. Дрочит дважды перед тем, как уснуть, прикусив ребро ладони, что совсем недавно терлось о ее клитор. О, он помнит много хороших поз. Столько, что всех джедайских книжек на свете не хватит...