250 shades of black and white

«дикая жертва и знак тех, кто пробирается в закрытые вагоны я — темный человек»

— Ну вот и все, кажется. Вам подходит, мисс Ниджима? — Да, вполне, — Рей решительно выдохнула и зашевелилась в кресле, принимая позу поудобнее. Дело плевое, сидеть и смотреть за мертвяками, чего проще. Они тихие и безобидные, не встанут и не пойдут гулять по лаборатории, а ей нужно будет просто раз в полчаса отрываться от учебника и пялиться на огоньки на панелях — в порядке ли давление в бакта-танках. — Я согласна, где подписать? Это куда безопаснее, чем подрабатывать у Платта в ночном клубе. Там все время приходилось тратить на бдение за барной стойкой в ожидании любителей ночной выпивки. И вежливо отклонять предложения повеселиться вместе с ними. О нет, спасибо. Мертвяки такое не спросят. Технически они и мертвецами не были. «Спящие», как их одно время окрестили СМИ. Чокнутые, решившие дождаться своей прекрасной жизни лет так через двести-триста, а пока впавшие в подобие комы, под тщательным наблюдением сотрудников СноукДримзИнс. Таких вот, как она. Контракт, выложенный на стол, больше напоминал небольшую рукопись, из тех, что сдают в издательство. Хорошо хоть не на человеческой коже, и чернил кровавых на столе не обнаружилось. — А зачем все это... — Рей пододвинулась к контракту, перелистнула страницу, вторую, пытаясь вчитаться в крошечные буковки. — Я же просто должна сидеть и караулить их, так? — судя по толщине стопки там вполне мог обнаружиться подозрительный займ на ее имя на пару миллионов долларов или согласие на продажу почек и других абсолютно ненужных органов. — Да, — представитель СноукДримз нервно дернул ртом, — просто мы бережем нашу репутацию. В последнее время нас атакуют журналисты, но... вас мы уже проверили. И вы, мисс Ниджима, идеальная кандидатура на этот пост. — Ну ладно, — не то чтобы она не доверяла людям, но проверить все же стоило, и Рей-таки погрузилась в изучение своей будущей подработки. Сидеть на своем рабочем месте каждый вечер — только один выходной и тот плавающий — никаких перекуров, уходов пораньше и знакомых на экскурсии. Как будто у нее были такие знакомые, ну кроме Финна, чтобы приводить их сюда. Но Финн мертвяков боялся так же, как и пауков, так что не стоило. А еще никаких гаджетов. — Я серьезно, мисс Ниджима. Телефон вы будете сдавать охраннику внизу. И плеер. И всю другую электронику. Понимаете, мы не хотим оставить вас без связи, но наши пациенты могут пострадать из-за всего этого. — Ладно-ладно, — все равно ее список контактов включал в себя всего три номера, один из которых принадлежал Финну, ее единственному хорошему другу, второй шел под названием «Работа», а третий Рей собиралась стереть уже полгода, но все никак не могла решиться. — А что с книгами, их можно? — Да, конечно. Все письменные принадлежности разрешены, книги, журналы, можете даже мольберт с красками взять, но, как сами понимаете, кондиционера там тоже нет. В остальном... если вам все подходит... Оплата за эти полтора месяца была сказочной. Хватит на годовое обучение. А пункта с почками и другими органами в подарок СноукДримз Рей так и не нашла, так что сомневаться было нечего. — Вот, — она с размахом оставила свою подпись внизу страницы, и еще одну, и еще целых десять, и чувства, что она только что подписалась на что-то кошмарное, не возникло. Значит, все было хорошо. Ну... Так ей поначалу показалось.

***

Бакта-танки были здоровенными, каждый размером три на три, и внутри, в зеленоватой вязкой жиже, периодически побулькивавшей так громко, что в первый раз Рей даже испугалась, плавали голые тела. Абсолютно голые, без единой ниточки на причинных местах. А что, они были обречены спать еще добрую сотню лет, нахрена им были нужны трусы? Их волосы лениво колыхались, напоминая водоросли, к каждому телу шла целая кипа прозрачных трубок, подсоединенных к горлу, ушным раковинам, носу и другим отверстиям. «Спящие» действительно спали. Их тела иногда вздрагивали. Двигались, немного меняя положение, даже выражение лиц было разным. Мечтательным, тревожным, довольным. Презрительным. А мужчина в дальнем углу, такой здоровенный — и вся спина в шрамах — что еле в свой бакта-танк влез, вообще всегда выглядел так, будто собирался проснуться и поубивать всех находящихся в лаборатории. К нему Рей подходить не собиралась. Тем более, что даже при наличии денег на обучение проблема образования оставалась — обычная приютская школа не могла потягаться с репетиторами детишек богачей, так что Рей делать больше нечего было, как разглядывать голых людей в колбах. Они заплатили достаточно, чтобы спокойно спать в бакте, позволив Рей зачитываться книгами до самого конца дежурства. Охранники — в отличие от нее, каждый вечер появлявшейся в холле с тяжеленным, набитым под завязку рюкзаком — всегда были разные. Наверное, сюда часто захаживал Бонд, слегка прореживая ряды одинаковых алых костюмов, в поисках лекарства от смерти. Они проверяли ее с ног до головы, заставляя выложить в специальный поднос и старенький, поцарапанный айпод, и телефон. И каждый раз спрашивали, нет ли у нее еще чего-нибудь запрещенного с собой. Нет, так и хотелось ответить Рей, к сожалению, я не балуюсь дурью, а то ведь так хотелось подсыпать немножко тому «спящему», который вечно злился. Но она молчала, потому что не могла себе позволить даже одну идиотскую шутку — ее бы тут же уволили. Интересно, а каким был тот, кто караулил «спящих» до нее? Кто-то же должен был следить за ними утром-днем. Наблюдать за процессом кормежки... Она наморщила нос, старательно выбрасывая дурацкую картинку из головы, где эти самые «спящие» как рыбки сновали по своим бакта-танкам в поисках питательных крошек. Трубки — они жили через трубки, ели, пили, испражнялись. Вся их жизнь была примерно как у «овоща», попавшего в кому. Но только добровольно. Зачем? Почему они сделали это? Ради какого-то другого мира, который наступит через пару сотен лет, если корпорация СноукДримз не прогорит и этих «спящих» попросту не усыпят по-тихому, чтобы родственники не узнали. Она отложила книгу и поднялась из кресла — хоть кресло у нее было удобное, в нем Рей помещалась полностью, сбросив кеды и поджав ступни под себя. Сунула ноги в кеды, даже не развязывая шнурки, и принялась разминать затекшие за смену плечи. Ближайшая к ней женщина, спящая в своей колбе, получила прозвище «снежная королева» из-за светлых волос и какого-то особенно надменного выражения на лице, вздохнула, и по бакте побежали мириады пузырьков. С ее внешностью можно было вполне идти в модели. Или королевы — королева из нее вышла бы отменная, под два метра ростом. Рядом с нею, спящей в колбе, Рей казалась маленькой девочкой. А «Спящий» дальше в ряду и вообще казался абсолютно неинтересным. Подумаешь, рыжий, тощий и будто никакой. Пару раз за все дежурства он дергался, будто его били, смешно надувал щеки и булькал. Вернее, булькала бакта, но выглядело это забавно. Рей прошлась вдоль рядов и остановилась рядом с последним. Тот самый здоровяк, потрепанный в...м-м-м, о войнах никто не слышал последние лет сто, значит, наверное, в аварии. Хотя дырка на боку очень напоминала ту, что бывает от заряда бластера, даже мелкие белесые спайки остались. Рей почесала нос и вытащила из кармана яблоко, прихваченное с собой из дома, откусила кусок и принялась жевать, заодно разглядывая ее подопечного. Он тоже пребывал в весьма недовольном состоянии — стиснув кулаки, болтался в бакте и все жевал свои губы. — Эй... — Рей помнила, что их сон на самом деле довольно глубокий, так что она может хоть говорить с ним, хоть петь, хоть голышом тут бегать, даже не почешется, — тебе не надоело спать? Честно, даже учитывая ее абсолютно безобразную жизнь, включавшую в себя приют, вечные унижения и желание сбежать на край света, только бы подальше от всего этого, променять ее на сон Рей бы никогда не захотела. — Знаешь... — она наклонилась, чтобы поправить расползшиеся макаронинами по полу шнурки, а то еще зацепится и все тут сломает, и неловко пошатнулась. — На твоем месте я бы... — договорить не успела. Шнурок был отвратительно длинным, так что пришлось тянуть и тянуть его на себя. Неловко взмахнув руками, выронив яблоко, Рей дернулась и изо всех сил прилипла к бакта-танку, чтобы не упасть. И начался ад. Сперва ее тряхануло — она понятия не имела, что колбы под напряжением, в контракте ничего подобного не было, она же их не трогала никогда — потом в глазах все потемнело, тело стало отвратительно ватным, а в ногах не осталось сил. — Ауч... — она отпустила бакта-танк, когда под потолком загорелся красный свет, а в ушах застонала сирена. — Нет-нет-нет... Не хватало только лишиться такой хорошей подработки из-за идиотского шнурка и собственной неловкости. Рей отползла назад и потянулась за надкушенным яблоком. Ее отпускало, понемногу — и дышать стало легче, и ноги перестали дрожать, значит, доза была несмертельной. — Эй! Что вы наделали?! — охранники, конечно же. Четверо, в отвратительно алых костюмах, с такими каменными рожами, будто она не на колбу нечаянно оперлась, а забралась в хранилище банка. — Отойдите от танков. Да, конечно, сэр. Да, — один из них выговаривал что-то по рации. — Сейчас же приведу. — Что? Нет, не надо меня никуда... — Рей не успела моргнуть, как ее вздернули на ноги и потащили прочь. — Мои книги! Эй... Дайте хоть завязать шнурки! — в ладони она стиснула липкое от сока яблоко, понятия не имея, что будет дальше.

***

— Мистер Сноук? — один из охранников подтолкнул ее вперед, заставляя идти. — Вот она. — Мисс Ниджима, заходите, — голос, принадлежавший самому Сноуку, был ужасно старым, хриплым и шелестящим, будто кто-то старательно сминал бумагу, а по внешнему виду можно было предположить, что этот человек всю компанию и основал когда-то... Сто лет тому. Дряхлый старик в дорогом золотом костюме, с изуродованным безгубым лицом, лишенный растительности на голове и лице — вот каким был Сноук. Рей нервно смяла пальцы и побрела вперед по красному ковру. — Как долго вы работаете у нас, мисс Ниджима, — спросил у нее Сноук внезапно. — Две недели? Он не собирался ругать ее? — Две с половиной, — Рей покосилась на отступившего к дверям кабинета охранника и закрывшего их за собой с той стороны. — Кажется. — Вам нравится эта работа? — и еще один странный вопрос. — Да, — Рей кивнула, яблоко в руке было ужасно скользким, но она боялась убирать его в карман. Или вообще двигаться — под пристальным взглядом Сноука она чувствовала себя как мошка в сетях паука. Жутко некомфортно. — Меня все устраивает. — Понимаете, мисс Ниджима... Рей, — ох, он и по имени ее назвал. — Мы бережем репутацию единственного во всем мире места, где можно получить вечность. И старательно оберегаем покой наших клиентов, никто из которых не желает быть разбуженным раньше времени. Понимаете? — Да. Я не трогала колбы. Я просто уронила яблоко, — внутри не было камер наблюдения, по крайней мере таких, которых Рей бы не могла увидеть. — Пыталась поймать на лету, оно отскочило от пальцев и стукнулось о стекло. Вот, — а что еще ей оставалось делать. Это была лучшая работа на свете, к тому же за нее еще не заплатили. — Яблоко? — Сноук скривился, будто собирался расхохотаться. — Серьезно? — Да! — Рей вытянула вперед руку с яблоком. — Вот. Такого больше не повторится, клянусь! Он не поверил ей — конечно, не поверил, кто в своем уме мог поверить в такую глупость с яблоком — но кивнул. — Хорошо. Вам повезло, мисс Ниджима, что бакта-танки сделаны из пуленепробиваемого стекла, так что вашему яблоку они не по зубам. Но... но тогда зачем ток? Что она могла сделать такого, чтобы испортить этот вечный сон? — Можете возвращаться к работе. Но больше... никаких яблок, — Сноук снова усмехнулся, в этот раз совсем жутко, так, что стало понятно — не о яблоках речь. — Конечно. Она опасливо подошла к бакта-танку, в котором по-прежнему спал угрюмый мужчина, в этот раз держа руки за спиной. Зачем ток? Чтобы не будить их, но ведь они спали под воздействием сильных наркотиков. — Эй... — она позвала его. Сначала тихо, потом громче. — Эй! Черные волосы облепили его лицо, укрытое полупрозрачной дыхательной маской, а веки дрожали, словно ему что-то снилось. Он зашевелился, разворачиваясь, вытягивая ноги, и Рей отступила назад еще. Господи, каким здоровенным он казался, нависнув над ней. Даже нагота ни капли не умаляла его величественной позы. — Ну и черт с тобой, — в ближайшие пару дежурств ей следовало вести себя тихо как мышь и сидеть исключительно в обнимку с учебниками. Она отвернулась, почему-то чувствуя, будто кто-то пытается ей иглу в затылок вогнать, будто «спящий» взял да ожил. Но когда глянула на него снова, он спокойно дремал и пузырьки пускал, выдыхая.

***

Ну ладно, это было... странно. Но вполне себе закономерно. Рей, когда чистила зубы перед сном, думала только о Сноуке и его жутких глазах, мягком, почти отеческом тоне, никак не вяжущемся со взглядом, так что приснилась ей лаборатория. Но в этот раз она была сама в одной из этих колб, голая, отмахивающаяся от лезущих в лицо волос, задыхающаяся от ощущения распирающих горло трубок. Она била пятками по стеклу, кулаками, она трепыхалась, ворочаясь в зеленой жиже, а потом затихла, когда по ту сторону что-то зашевелилось, мутное, темное. Здоровенное. Человек, да, это был силуэт человека, но из-за густой бакты она не могла ничего разглядеть. — Эй! — Рей забулькала, цепляясь одной рукой за горловые трубки и пытаясь вытащить их, а другой подгребая к краю бакта-танка. — Помогите... — вместо крика из нее только пузырьки вырывались. — Помо... Она прилипла лицом к стеклу и теперь могла видеть, кого принесло на ее вопли. Он стоял там, разглядывая ее с таким-то странным, непередаваемым выражением лица, будто пытаясь понять, почему они поменялись. Волосы облепили лицо, нервно дергающееся от каждого шума, каждого движения Рей. — Эй... — она саданула кулаком по стеклу, со всей дури, но больно не было. Не ей. Он поморщился и глянул на свою руку. А потом на Рей. — Эй... Эй! Он наклонил голову, и его губы зашевелились: — Спасибо. — Эй! Ты... — когда он отступил назад, и его тень сменилась плотной зеленью, Рей стало страшно. А что, если это не сон, что если она никогда не выберется, что если... Она скатилась с кровати и быстро заползла под нее, как делала раньше, в приюте, подтягивая колени к подбородку, и громко задышала. Это сон. Только сон. Просто кошмар...

***

Никаких яблок. Никаких разглядываний «спящих» — Рей развернула кресло так, чтобы смотреть на дверь. И пускай сколько влезет булькают себе в своих колбах, она будет учить. И уши заткнет пальцами, раз уж плееров нельзя. Интересно, почему? Из-за этих самых волн? Каким образом они могли нарушить сон? Или просто чтобы избежать фотографирования? Да уж, она нервно оглянулась на крайнюю слева женщину с белыми волосами, такая точно не скажет спасибо, если ее разбудить. Рей съежилась в кресле так, чтобы со своего места видеть только книгу на коленях и небольшой кусочек пола, и принялась зазубривать последний на сегодня параграф. Еще полчаса — и она свободна. Главное, не думать, что это как в ужастике. Не думать, не думать... Рей глянула на пол и обомлела. Тень, застывшая там была... была двойной. Будто в кресле сидел не один человек. Одна голова качнулась, приближаясь ко второй, собираясь... Откусить ухо? — Спасибо, милая, — коснулся уха хриплый шепот. Она не заорала только потому, что горло сдавило от страха. Попыталась вдохнуть, но все без толку. Жалкий писк. — Тебя нет! — Рей даже зажмурилась, проклиная свою неуемную фантазию, подсунувшую ей такой глюк. — Отва... — Ш-ш-ш! — голос приблизился еще ближе и стал куда строже. — Не вздумай звать никого на помощь. Ты должна... — Что?! — Рей ухватилась за книгу и повернулась в кресле, собираясь как следует влепить тени по голове. И промахнулась — конечно же, потому что никого рядом не было. «Спящие» тихо бултыхались в своей бакте, ни один из них не выбрался наружу и не стоял позади нее. И тени — второй — больше не было. — Твою же... мммать! — Рей скатилась с кресла, и сощурилась , оглядывая помещение с бакта-танками. Сердце колотилось как бешеное, а перед глазами все плыло. Книжка больно впилась острым уголком в бедро, хоть немного отрезвляя. Никто не собирался убивать ее. Они спали. Все они спали, и ей просто почудилось. — Ты... — Рей осторожно подошла к стеклу, за которым спокойно дремал ее «призрак». Лицо разгладилось, став почти даже приятным, волосы зависли черной короной над бледным лбом. — Оставь меня в покое! Спи, сколько влезет, а меня не трогай! Она щелкнула зубами и отступила назад, заметив, что двери начинают расползаться в стороны — меньше всего ей хотелось выдавать себя охранникам. — Мне уже можно идти? — поинтересовалась Рей с даже излишним рвением. — А то я устала разговаривать с собой, раз уж тут даже радио нет. А они не очень-то рады со мной оставаться, — она мотнула головой в сторону «спящих». Ее отпустили после обычной проверки — хотя что она могла утащить из лаборатории? Кнопку из кресла? Смешно. Вставив наушники в уши, Рей включила музыку погромче и натянула шарф. Погода была мерзкая.

***

Настолько мерзкая, что пока она добралась домой, продрогла до костей и сейчас отогревалась в ванной, все еще слушая музыку в наушниках, а плеер уложив на бортик. Свечки из Икеи как раз хватало, чтобы не утопиться в темноте, ну и сэкономить электричество. Аккуратно потянувшись, Рей сгребла с боковой полочки мобильник и принялась гуглить о СноукДримз, в этот раз отбрасывая бесполезную хрень вроде рекламных сайтов, обещавших жизнь в другом столетии за совершенно справедливую цену. Цена была космическая, но оправдывала себя — как считали все те, кому это было по карману. Что интереснее, парочка-тройка особняков в лучшем районе ЛА, или бессмертие? Но другие сайты, форумы считали, что дело нечисто. И что бакта, конечно, лучшее из изобретений человечества на данный момент, но одной ее недостаточно, чтобы законсервироваться лет так на сто. Они даже сами ролики монтировали, купаясь в бакте, принимая ее внутрь, один идиот вообще придумал опустить руку в банку и продержать ее там месяц. Ну, чтобы удостовериться, что бакта спасет ее от старения. Не месяц и даже не год нужно было держать, так ему все и сказали. Но... он был не убежден. СноукДримз что-то скрывают, всерьез считал парень с ником .M_tTech. Опыты над людьми. Забор органов без согласия. И все в таком роде. Одна из его теорий была вообще безумной — в колбах хранились не люди. «Я серьезно, чуваки, вы их видели? Они же дрыхнут там под сотню лет. Точно пришельцы». Судя по тону сообщений он видел «спящих» вблизи. Но сообщения его закончились месяц тому, дав повод пошутить о том, что теперь Мэтт, как его прозвали на форуме, спит рядом с остальными. Под сотню лет? Это вряд ли. Рей смахнула вкладку и принялась листать дальше. Но на этом список упоровшихся антифанатов СноукДримз заканчивался, и дальше шли какие-то сложные финансовые спекуляции. — Да ну это все, — она отключила мобильник и вернула на полку, осторожно погрузилась в воду по самый подбородок и закрыла глаза. Нет смысла продавать почку, чтобы оплатить себе место, где у тебя отберут еще одну, а потом сердце, глаза, ну и... дальше по списку. Рей прислушалась к мелодии и тихо замычала в такт. Вода была теплой, и ее совсем разморило. Она знала, что спит — снова. Потому что... потому что засыпала в ванне, а пришла в себя в чертовой колбе. Снова. — Эй! — Рей ухватилась за горловые трубки и принялась вытаскивать их. Лучше бы не делала так, конечно, потому что ее тут же замутило. Казалось, они так глубоко внутри, что их вообще не достать. — Помогите... — она загребла бакту ладонями и попыталась подняться. Тщетно. Плотная вязкая жидкость стиснула ее со всех сторон, а по ту сторону стекла снова потемнело. Ее проводник из царства спящих мертвяков подошел к ней вплотную, почти припечатавшись носом к стеклу. — Выход, — просипел он, оглядывая все каким-то бешеным взглядом. — Где выход?! — Что? — в смысле, где он. Двери были слева от него. Да, запирались они на кодовый замок, но... тогда он должен был спросить, где ключ. — Вытащи меня, слышишь?! — Рей прилипла к стеклу со своей стороны. Он тоже был голым? Да, никакой одежды. Но нет, вот эта часть его тела ее вообще не интересовала, и Рей старательно отвела глаза. — Я должен... — он говорил с нею. Или сам с собой, но она слышала его преотлично. Вот совсем как когда он зашептал ей на ухо, будучи тенью. И в этот раз это не было просто каким-то бессмысленным кошмаром или совпадением. — Я должен вернуться... вернуться... Он ушел к дверям и, судя по неистовому шевелению теней, пытался выбить их ногами. Или кулаками. Как будто не знал, что они даже прямое попадание из бластера переживут. — Куда? — он же сам себя засунул в эту чертову колбу. И ее тоже. Каким-то образом... — Помоги мне, — он рванулся к Рей и замолотил по стеклу, но то тоже выдержало. — Помоги мне, слышишь?! Помоги мне сбежать! Окей. Вот теперь это было не смешно. Рей вынырнула из воды, отплевываясь, судорожно оглядываясь по сторонам. Она все же утопила плеер, и теперь он плавал как рыбина со вспоротым брюхом на поверхности и кишками наушников — испорченный. — Вот же... — все из-за того мертвяка. Все началось, когда ее стукнуло током, да-да. Из-за этого у нее крыша поехала? Или обнаружилась сверхъестественная способность разговаривать со спящими? Черт! Вот же действительно... черт побери! Рей выбралась из ванны и нашла номер Финна. Ей нужно было... Нужно... она закусила губу. Рассказать, что сходит с ума? Попросить пожить у нее на диванчике, чтобы не так страшно было выпадать из одной реальности в другую? Какая разница. Больше не к кому было обратиться. После шестого бесконечного гудка он ответил: — Рей? Что-то случилось? Она оглянулась назад, и тени на стене колыхнулись, вспучиваясь, принимая новую форму. — Финн... Мне кажется, я в беде.

***

Насчет того, чтобы взять и бросить подработку, и речи не шло. Такие деньги просто так на дороге не валяются. — Как насчет освященного крестика или... ты вообще хоть во что-то веришь? — поморщился Финн, устроившись рядом на том самом диванчике, который ему выделили для сна. — Да. Нет, — Рей пожала плечами. — Я верю в себя и людей. Приют как-то не очень способствовал вере во всякие чудеса, извини. — Да что там, понимаю, — он, в отличие от нее рос не в приюте, а в закрытой частной школе, но там тоже какого-то бесплатного счастья не раздавали. — Просто... Если ты говоришь, что это не глюки и с головой у тебя все в порядке... А ты недавно не падала? Не ударялась обо что-нибудь, а то знаешь... — Нет! — Рей стукнула его по плечу. — Со мной все было в порядке. В полном. А теперь я не знаю, как завтра пойду туда. Финн вздернул бровь, выражение лица было таким... ироничным. — Нет, я не боюсь его. Просто не понимаю, что делать. — Ну... пересмотрев всю «Говорящую с Призраками», могу сказать, что не всех их стоит беспокоить. — Он спит, он не призрак. Он дышит. В СноукДримз мне сказали, что они не в коме, просто спят, — Рей встала и принялась ходить по гостиной. — А еще он хочет вернуться... — да, именно так он и сказал. И вот это до чертиков напоминало тот сериал, который Финн заставил ее просмотреть до третьего сезона, больше Рей не выдержала. — Ага! — Финн хлопнул себя по коленкам, подытоживая разговор. — Все, как я и говорил. Приходишь и спасаешь. А он тебе еще, может, взамен денег отсыплет, и не только на университет, на целый дом. Вдруг его там насильно держат. Органы берегут. Ну... положим, ее «спящему» досталось, но остальные... остальные были нормальными. Ни царапинки. — М-м-м, а может, его украли и ждут выкуп? — в самом деле, мозг Финна был просто перенасыщен всякими сериальными теориями. Он развел руками: — Ну сама подумай, удобно ведь. Кормить не надо, а когда миллион долларов заплатят, достанут из бакты, разбудят и вернут. Идеально же. Ты помнишь, как он выглядит? Тот мужчина с нервическим лицом и вечно закушенной изнутри щекой? В том-то и дело, что нет. Описать его Рей смогла бы. Но фотографии у нее не было. СноукДримз очень не хотели, чтобы кто-то еще знал о их клиентах. — Расплывчато. — Ну тогда сфотографируй. Вот завтра пойдешь и сделаешь все. Ох, что-то мне кажется, тут что-то нечисто. О том, что дело нечисто, Финн говорил постоянно. И когда домовладелица, старушка Маз потеряла свои ключи, и когда у Рей пропали кеды. Сериалы превратили его в сыщика-параноика на пол-ставки. Нет, фотографировать Рей побоялась бы. Но вполне могла попытаться нарисовать его... Прямо в конспекте. — А крестик я тебе подгоню. Завтра перед работой твоей сходим и купим. Можно мне какао на ночь, а то я теперь до утра не засну? Рей вздохнула и поплелась на кухню. Ну, по крайней мере, она оглянулась на Финна, устраивающегося под пледом на диванчике, она была не одна.

***

Удивительно, но ей больше ничего не снилось. Абсолютная черная пустота и все. Вот почему посвежевшая, настроенная весьма решительно Рей закрыла за собой двери и, свалив рюкзак на кресло, пошла сразу к бакта-танкам. Они спали — как обычно — и ни один из них даже не дернулся, когда она принялась размахивать руками, привлекая внимание. Окей, а как насчет ее «спящего»? Он скрутился, прикрывая живот и пах, и отвернулся, весь опутанный трубками. Теперь со своего места Рей могла видеть только бугристое плечо, все в шрамах, белую ляжку, всю в родинках, и ягодицу. Отлично накачанную. И с таким телом он полез спать? Ох, простите, его уложили спать — да он мог бы любому спортсмену фору дать! Или модели нижнего белья, если лишнее заретушировать. — Эй... — Рей приблизилась к бакта-танку. — Эй, — это все равно, что разговаривать с призраком в сериале. Чего проще, берешь и говоришь. — Я должна знать, как... — он даже не шевельнулся. — Как тебя разбудить? Эти колбы ничем не напоминали нормальные медицинские мониторы. Ни кнопок, ни места, куда можно было приложить карту-ключ. Да, на уровне ее колена прямо в толще стекла переливались огоньки, сигнализирующие о том, что пациент, спящий в бакта-танке, пребывает в отличном здравии. Но... их нельзя было потрогать. Отключить. Явно не отсюда. — Чертова техника, — Рей почесала нос и присела, рассматривая ряды запрятанных в прозрачную гладь кнопок. — Я все равно с тобой разберусь. Правда, если она тронет тут что-нибудь, то второго раза ей СноукДримз не простит. И яблоком не отделаешься. — Да ладно тебе. То ты болтаешь без умолку — верни меня, то делаешь вид, что тебе плевать... — в принципе, вот с этими проводами она могла бы разобраться. При наличии правильных инструментов. И вообще, приютская школа Платта научила ее если не многому, то хотя бы тому, что ни один замок на свете не справится с испуганной малолеткой, нужно только подобрать хорошую заколку. Где-то в коридоре послышались громкие шаги, и Рей тут же подскочила, в одно мгновение забралась на кресло с ногами и притворилась, будто копается в рюкзаке. Книга, любая книга... Вот хотя бы... Чертов Финн подбросил ей комиксов про Сабрину, а еще по Марвелу, видимо, решив, что разносторонний подход к проблеме облегчит ей жизнь. Ну да, только пентаграммы на полу не хватало. Створки разошлись, впуская целую толпу краснокостюмных, а следом и самого хозяина лабораторий — Сноука. — Мисс Ниджима, — он выглядел ужасно довольным, буквально лучился светом вместе со своим золотым одеянием, напоминавшим домашний халат. — Мы вас несколько потревожим. Она поднялась, разглядывая погрузочную тележку, идеальную для того, чтобы вместить на нее бакта-танк. — Грузите вон... — Сноук обошел кресло и зашагал дальше, разглядывая «спящих». — Вот этого, — он указал на плавающего в зеленце рыжеволосого мужчину, и краснокостюмники обступили бакта-танк. Они, должно быть, сняли эту самую шоковую блокировку, потому что их не тряхнуло. Рей старательно косила одним глазом в их сторону, запоминая, где находится разъединительный кабель, и прикрывалась Сабриной. — Все. На этом все. Вывозите его. Спасибо, мисс Ниджима, больше мы вас сегодня не побеспокоим. Сегодня. Он сказал сегодня? Зачем они вывезли того парня с рыжими волосами? Новое столетие вроде не наступило, да и с бакта-танком все было в полном порядке. Рей закусила губу и затихла в кресле, пока не осталась в тишине. Но потом подошла к ее «спящему» и скрестила руки на груди: — На твоем месте я бы поторопилась. Потому что в следующий раз забрать могут тебя. На самом деле она и не думала, что он услышит. Серьезно, не думала, но когда пол под ногами мелко затрясся, а лампы под потолком моргнули и погасли, оставив ее стоять в зеленом свете, струящемся изнутри бакта-танков, выглядело как раз как в чертовом сериале. Его тело шевельнулось, распрямилось, а потом он моргнул. Золотые, они были цвета расплавленного, переливающегося золота, и зрачки казались крошечными точками. И это было жутко. Рей судорожно вздохнула и замерла, понимая, что не может двигаться. Мир странно сузился, сжался до пары золотых глаз, вцепившихся в ее разум острыми крючками. — По-мо-ги мне... — он не говорил, трубки в горле мешали, но она ясно слышала этот голос. Уставший, хриплый, но несущий в себе странное желание подчиниться, сделать все так, как он захочет. — Выпусти меня, Долорес. Долорес? Рей сморгнула, чувствуя, как катится по виску капля пота, щекоча. Он назвал ее... почему? — Я не... я не знаю, как. — Быстрее! — его голос был острым, вонзился в мозги иглой, проворачиваясь, и она повиновалась. Медленно опустилась на колени и коснулась огоньков в стекле. Ее не било током, никто не ворвался в лабораторию, требуя, чтобы Рей убралась отсюда. Все это было... неважным. — Я сказал, быстрее! — от повелительного рева зазвенело в ушах. — Я нннне знннаю... — она вытолкнула из себя непослушные слова, ощупывая пальцами стекло. Ни выемок, ни утолщений, ни-че-го. — Не знаю, как! Кажется, он понял ее. Отшатнулся и затряс размытыми словно водоросли космами, стиснул руки в кулаки и занес над стеклом. — Бей. Бей, как я. Драться Рей умела, приют научил. Но даже полный идиот понял бы, что пуленепробиваемое стекло не поддастся под обычным кулаком. Проблема была в том, что сейчас ее мозги будто спеклись, превратились в кашу. Черепная коробка гудела, будто под нею возникло осиное гнездо, жалящее сотней крошечных уколов-требований. Бей. Бей. Бей. Рей уложила большие пальцы поверх указательных и, примерившись к ритму чужого кулака, саданула со своей стороны. — Бей! И оно треснуло. Набухло зеленоватыми каплями, просачивающимися сквозь трещину. — Отойди. Он приказывал ей, и Рей не могла не слушаться. Отползла, еле переставляя ноги, чувствуя, как вибрирует под задницей пол, словно она оказалась в эпицентре землетрясения. Поток бакты вместе с осколками выплеснулся наружу, разворачиваясь белесым цветком тела, опутанного прозрачными шнурами. Мужчина закашлялся, вытаскивая изо рта трубки, а затем вдохнул настоящего воздуха. Глаза его все еще горели огнем в темноте. — Ты все же нашла меня, — захрипел он надсадно, отплевываясь. Поднялся на колени, затем встал пошатываясь. Голый, мокрый и ужасно большой. Жуткий в зеленоватом свете бакта-танков. Оставшихся спать людей освобождать он не спешил, даже не смотрел в их сторону. Его больше интересовала Рей, и она съежилась, втянув голову в плечи. — Спасибо, Долорес. — Нет, я... — ощущение переполненности разума ушло, теперь его голос больше не давил на мозги, и Рей смогла наконец вздохнуть. — Я Рей. Меня зовут... Он сморгнул, тяжело, бесстрастно. Зажевал губу. — Возможно. Здесь все... — его взгляд перескочил от Рей к бакта-танкам, затем от смутных очертаний кресла к дверям. — Все немного не такое, как надо. Не важно. Выведи меня отсюда. Вывести? Вот так взять и... голого? — Тебе нужно... кхм, одеться, — она завозилась в луже, стараясь не опираться ладонями на осколки. Он пробил пуленепробиваемое стекло! Она тоже... — Мне нужно мое оружие, — кажется, нагота мужчину не смущала. Рей стыдливо спрятала глаза. Нет, туда она смотреть не будет, больше ни за что. — Пойдем. Я знаю, что ты можешь открыть мне дверь, — он добрался до нее за пару здоровенных шагов и встряхнул за шиворот как котенка. Черт, это была ее любимая рубашка, синяя как небо, а теперь... вся в бакте. -Эй, эй, отпусти меня, я сама... Я сама открою, черт, поставь меня! — Рей ему еле до подмышки доставала, и, вот дерьмо, его запястье, кажется было толще ее шеи. — Вот... — она вытащила из кармана джинсов карту-ключ. — Но там будет охрана. Слышишь? Люди с бластерами. Они очень не обрадуются, что один из... — из кого, клиентов, беглецов? — Что ты бродишь голым! Она приложила ключ к панели, и створки расползлись в стороны. Им повезло, что в здании был скачок энергии — ну или в самом деле в Нью-Йорке случилось землетрясение — и обычный яркий свет сменился багровыми потемками. Как в аду или фильме ужасов. — Нет, я лучше... Я тут... — если ее найдут рядом с пустым бакта-танком, они ее просто вышвырнут или еще что похуже? — Нет, я не пойду с тобой! Бесполезно. Он ухватил Рей за шиворот и потащил следом, сам бесшумный словно здоровая пантера на охоте. А чтобы Рей не вопила и не сопротивлялась, стиснул пальцы на горле. Одно неправильное движение — и все, это она поняла прекрасно. Хорошо, что хотя бы перед собой не выставил, прикрываясь живым щитом. — Где он? — Кто? — Сноук? Она была только в его кабинете, который находился за стеклянным переходом, а потом... Рей не успела ответить. Он слышал куда лучше, чем она, мигом подхватил Рей на плечо и отступил в сторону, прячась за приоткрытой дверью. Мимо, с другой стороны коридора загрохотали шаги, видимо команда краснокостюмных, отосланная на помощь. Выждал еще полминуты и потом выскользнул наружу. — Где он? — шепот Рей услышала и взбрыкнула, больше всего на свете желая слезть с его липкого плеча и стать на ноги. А еще больше — убраться отсюда. Черт с ними, с деньгами. Надо было не трогать этот бакта-танк, не разговаривать со «спящим», правильно же сказал Финн — некоторых призраков лучше не тревожить. — Покажи, где он, и я отпущу тебя. Мне нужно мое оружие, пока не поздно. Какое оружие? Что вообще нес этот чокнутый, он пролежал в бакте лет пять и у него повредились мозги, не иначе. Пол затрясся сильнее, и через секунду Рей услышала странный вой. Будто... металл гнулся. — Он забрал кого-то, как ты из другого резервуара и унес. Я не знаю, куда! — Кого?! — он развернулся и чуть не приложил Рей головой о стену. — Рыжий. Худой. В бакте не разберешь... Да отпусти ты меня, черт тебя поде... — Тихо, Долорес, — здоровенная лапа ощутимо шлепнула ее по заднице. — Сейчас не время играть в наши игры. Я убью тебя позже, если так хочешь. Рей зашипела сквозь зубы, понимая, спорить с сумасшедшим — это вообще последний из вариантов, и, скорее всего, закончится именно этим самым обещанным. То, что она его освободила, ее вина. — Через переход. Потом налево, — нужно было сосредоточиться на освобождении. На том, что она просто укажет ему направление и тихонько удерет. Может, выберется из здания до того, как оно рассыплется на куски. Чертово землетрясение, это же Нью-Йорк! — Зачем тебе... — Рей прижалась к его плечу, чтобы не получить по голове еще раз. — Мистер Сноук. Не понравился сервис? Надоело ждать нового... — тряхнуло так, что у нее зубы клацнули. — Столетия? — Нет, — он подождал, пока пол не перестанет ходить ходуном. — Просто нельзя дать ему найти Темную Башню.