Новая Эра

— Так о чем ты говорила со старейшиной, когда задержалась у ворот Цитадели? — Харон, привычно занявший место во главе маленького отряда, метким выстрелом снял средних размеров радскорпиона, имевшего глупость преградить дорогу путникам.  — Справлялась о здоровье Сары, — откликнулась Лита, гадливо морщась и по широкой дуге обходя агонизирующее насекомое. Радскорпион изгибал страшный хвост, бессильно скреб лапами по земле, поднимая в воздух облачка сухой рыжей пыли. — Она ведь всё ещё не пришла в себя.  — Каковы прогнозы? — прогудел Фокс.  — Скальпель не может дать внятного ответа. Во всяком случае, именно так сказал старейшина.  — Жаль, — заметил супермутант. — Сара казалась мне довольно неплохой девушкой.  — Она открытая и честная, — согласилась Сто первая. — И она точно не стала бы темнить!  — Напомни мне ещё раз — почему мы согласились на сделку с Братством Стали? — гуль поправил разгрузочный пояс, приостановился, поджидая друзей.  — Ну, в случае отказа из нас могли сделать решето и им бы даже не пришлось ни перед кем оправдываться. Или ты хочешь знать, были ли ещё причины?  — Именно, Лита. Я тоже заметил снайперов на верхних уровнях, так что уж мне-то можешь не объяснять. Я хочу понять, какую выгоду ты надеешься извлечь из этого соглашения. Скажем прямо, в то, что Братство Стали возьмется охранять гулей от Анклава, мне верится с трудом.  — Ну, если все пройдет гладко… А, к черту. Других причин не было, Харон. Я просто хотела, чтобы мы все выбрались оттуда. Вот и всё. Впрочем, знаешь, если все выгорит, можно будет взять с Братства плату инструментами! Уинтроп жаловался, что ему не хватает разводных ключей, отверток и прочей всячины. Наемник только покачал головой, едва подавив желание возвести очи горе. Лита искренне сочувствовала гулям и, как следствие, из сил выбивалась, пытаясь наладить в Подземелье быт. В магазине Тюльпан потрескавшийся каменный пол скрыл шикарный, пусть и не без потертостей, ковер — девушка отыскала его в одном из полуразрушенных домов. Вытряхнув из ковровой скатки чьи-то кости, обрезав истлевшую часть и затянув несколько дыр суровой ниткой, неугомонная Сто первая заставила Харона тащить синтетический раритет к ближайшему водоему, дабы вымыть находку в растворе «Абраксо» со скипидаром; а после — в Исторический музей. Наградой за все перенесенные неудобства стал искренне-восторженный вздох Тюльпан. Следом за ней ковры захотели и остальные. И не только ковры. Жизнь в Подземелье никогда не была райской — гулям постоянно не хватало многих необходимых вещей. Медикаменты, хирургические пилы, светильники, различные детали, мебель, книги, одежда… Когда число настойчивых просителей перевалило за два десятка, Харон, оставив девушку в «Девятом Круге» под присмотром Фокса, доступно и лаконично пояснил собравшимся, что его напарница — не ищейка, а сам он — не вьючный брамин, чтобы таскать на себе всяческое барахло, так что если кто желает обставить комнату — может отправляться в очередной рейд с ними. Рейдеров и мутантов они с Литой, так уж и быть, возьмут на себя. Желающих прогуляться по Столичной Пустоши не нашлось, но к Лите гули все равно бегали — только теперь втайне от сурового наемника, как им самим казалось. И дня не проходило, чтобы очередной проситель не отлавливал девушку в каком-нибудь из коридоров Исторического Музея, пытаясь вложить ей в руку десяток крышек и одновременно втолковывая личную заветную мечту. Крышки Лита вежливо возвращала, обещая при случае смотреть по сторонам просто так, не за награду. И смотрела. И прихватывала все, что могло кому-нибудь пригодиться. И едва плелась, сгибаясь под тяжестью переполненного рюкзака. И отчаянно ругалась с напарником, когда он, на правах старшего, бесцеремонно перетряхивал её походную суму, безжалостно выбрасывая всяческий хлам, вроде расписных вазочек с поблекшими искусственными цветами, сгоревших тостеров, бильярдных шаров, журналов мод, сигаретных блоков и прочей дребедени. Под жалобным взглядом напарницы Харон, обычно, уступал, сдавался, забирая себе половину груза, но боже мой, как же ему это надоело. Вот и сейчас, стоило распахнуться дверям музея, как Литу сразу окружила толпа, оттерла её от соратников. Глаза столпившихся в холле гулей возбужденно блестели, покрытые язвами руки тянулись к заплечному мешку девушки. Сейчас обитатели Подземелья здорово напоминали детей, наконец-то дождавшихся заветного праздника. С четверть часа Сто первая оделяла безделушками с Пустоши всех желающих, пока, наконец, её мешок не опустел. Как только последний проситель, прижимающий к груди набор открыток с видами Манхэттена, обогнул чучело мамонта и скрылся в дверях, с лица Литы сбежала улыбка, плечи ссутулились. Вялой, шаркающей походкой она приблизилась к постаменту с доисторическим зверем и тяжело опустилась прямо на каменный пол. Харон и Фокс, не сговариваясь, устроились по обе стороны от обессиленной благодетельницы обездоленных. Вскоре, девушка начала клевать носом, а после — и вовсе медленно завалилась набок, прислонившись головой к плечу гуля.  — Лита, — наемник, вздохнув, мягко потряс девушку. — Найди в себе силы добраться до постели в ночлежке Греты. Или тебя донести?  — Сама дойду, — невнятно пробормотала Сто первая, не без помощи напарника принимая вертикальное положение. Подняться на второй этаж музея оказалось тяжелой задачей — Лита практически засыпала на ходу. Временно перепоручив сонную девушку заботам Фокса, Харон открыл дверь ночлежки, придержав её, чтобы супермутант мог войти, поддерживая Сто первую.  — Хо-хо, мальчики и девочки, волки Пустошей и трепетные лани Оазиса, с вами вновь я — Три-идог-найт! И в нашей полуночной передаче я хочу напомнить вам, как опасно соваться к базам Анклава, особенно… Повинуясь выразительному взгляду Харона, Грета поспешно повернула ручку приемника, приглушая звук.  — Нет! Пожалуйста, включи опять! Встревоженная, мигом очнувшаяся от сонного оцепенения Лита, качнулась к барной стойке, оперлась о неё обеими руками. Недоумевающая Грета подчинилась и ночлежку «У Кэрол» вновь наполнил бодрый голос диджея «Новостей Галактики».  — …что случилось, когда этот робот двинулся на покорение спутниковой станции Анклава. Поэтому, предупреждаю, детишки, увидите группу людей в черной силовой броне — драпайте куда подальше. На этом у меня все. До новых встреч в эфире.  — Мемориал Джефферсона, значит. Атака на очиститель? — Сто первая зло сощурилась. — Ребята, мы отказываемся от задания. Я терпеть не могу Анклав, но и тех, кто пытается меня обмануть — ненавижу.  — Обсудим все утром, — Харон подтолкнул Литу в сторону общей спальни. — А сейчас — иди, отдохни. Не теряй времени. Я попрошу Грету разбудить тебя на рассвете. Нам всем надо будет о многом поговорить.