Солнце, которое не греет.

Тсуна лежал на кровати, внимательно рассматривая потолок. Сегодняшний день вымотал его настолько, что даже на сон сил не осталось. Руки и ноги ватные, а в голове лихорадочно вертятся обрывки воспоминаний. Сегодняшний поединок Реборна и Фонга, дорога домой, первое настоящее совещание, свирепые переглядывания Хибари и Гокудеры. И апофеозом всего странная фраза Реборна, явно не предназначенная для его ушей. Зачем тот хочет, чтобы Фонг уехал? Немного повозившись, Тсуна наткнулся на что-то твёрдое. Под руку попалась та самая книга, которую Фонг дал ему вечером. Открыв её где-то на середине, мальчик принялся читать, надеясь, что это поможет ему уснуть. Судя по всему здесь полно философии и иносказаний, а Тсуна никогда не был в этом силён. «На самом деле, не важно, кто и как учит тебя. Не важны методы и пути познания. Есть лишь настоящий человек, способный получить истинное знание даже у высохшего дерева. А есть высохшее дерево, которое не обучит даже великий Мастер*», - Тсуна пробежал глазами первый абзац. Закусив губу, он оторвал свой взгляд от страницы и задумался. Если он правильно понял, то Реборн и Фонг, используя разные методы, пытались достичь единой цели. Они оба признали его достойным стать не просто учеником, но будущим мастером. Покраснев от собственной наглости, Тсуна снова вернулся к чтению, отбросив подобные рассуждения. «Любой удар, каждая атака, в первую очередь, инструмент воспитания самого себя. Только ты сам, следуя внутренней философии, способен достигнуть конечной точки пути. Чем сложнее путь, проложенный тобой, тем ярче и полнее раскрывается новое сознание - сознания Мастера», - строчки заплясали перед глазами. - Ой, - тихонько удивился Тсуна, вычитав в книге мысль, которую буквально несколько секунд назад обдумывал. Неужели действительно, он так долго не понимал, к чему все эти тренировки? Ведь ответ был так очевиден. Даже немного смешно. Неудивительно, что Реборн так часто его ругал. Глупо, ужасно глупо отказываться от самого себя, пытаясь стать кем-то ещё. Ему нравится Тсуна сегодняшний. А ведь без тренировок он был бы всё таким же жалким и одиноким. И Фонгу нравится именно такой Тсуна, у которого есть цель и желание её добиться. Всё это только разожгло его любопытство. Что если он действительно может достичь чего-то сам? Если приложить усилия, то результат в любом случае будет. Ведь «не важны методы и пути познания». Главное захотеть стать «настоящим человеком». Тсуна пододвинул поближе ночник, улёгся на живот и принялся читать. Не всё в книге оказалось простым и понятным. Некоторые места ему приходилось перечитывать дважды, а то и трижды, чтобы удостовериться, что уловил смысл написанного. Иногда он замирал, озарённый внезапной догадкой или интересной мыслью. Автор рассказывал о многих вещах доступно, а главное честно. История жизни учителя Фонга оказалась довольно печальной, но в то же время поучительной. Тсуна невольно зауважал человека, сумевшего оправиться после смерти семьи и создать в монастыре собственную школу боевых искусств, попутно умудряясь балансировать на тонкой грани, проявляя себя незаурядным дипломатом. Коммунисты не раз порывались прикрыть монастырь, но настоятелю удалось отстоять его. Причём без всякого насилия, хотя школа собрала в своих стенах сильнейших бойцов со всего Китая. «Девять лет в пещере сделали его разум спокойным, словно озёрная гладь весенним утром. Лишь внутреннее просветление может вытесать из силы и жажды разрушения крепкий дух, который не сломить ураганом внутри. Но ученик не хотел ничего слушать. Его внутренние демоны бесновались три дня и три ночи, прежде чем вняли молитвам и уговорам настоятеля. Уснули на время, согласившись отдыхать в тишине. Но не ушли навсегда, ожидая своего часа», - книга заканчивалась весьма своеобразной историей о последнем ученике мастера. О мальчике, наделённом от рождения необузданным нравом и невероятной силой, которая привела к катастрофе, разрушившей целую деревню. Перечитывая последние строки, Тсуна каждый раз ощущал, как сердце его сжималось в непонятном предчувствии беды. Он почему-то ужасно сопереживал этому ученику, ставшему по сути жертвой наследия, которое не выбирал. Судьба, которую он не хотел, вырвала его из родного дома, лишив семьи и друзей. К сожалению, автор не посчитал нужным рассказать, чем всё закончилось. Смог ли мальчик преодолеть себя? Получилось ли у него запечатать свои силы? Тсуне очень хотелось, чтобы у него всё было хорошо. Наверное, примерил на себя такую судьбу и поёжился. У него хотя бы были родители, друзья. Реборн! А теперь есть ещё и Фонг, на которого тоже можно положиться. Сонно потерев глаза, он уставился в окно, за которым медленно просыпался Намимори. Розовеющие облака, степенно плыли куда-то в сторону школы, где уже наверняка нёс дежурство Хибари, а потом убегут дальше, чтобы навестить спешащего на тренировку Ямамото, спящего беспокойным сном Гокудеру и только-только начавшего пробежку Рёохея. Тсуна улыбнулся, представив себе каждого из них. Пока он не один, то стоит бороться. Стоит идти вперёд, чтобы стать человеком, который достоин их дружбы. С некоторым сожалением, Тсуна посмотрел на книгу, которую умудрился проглотить буквально за ночь, чего с ним раньше никогда не случалось. Немного поколебавшись, мальчик поднялся с постели и решился навестить мастера Фонга. Он всегда вставал очень рано, так что не разозлится на визит в такое время. Наскоро натянув футболку, Тсуна подхватил книгу и выскочил в коридор. Стучаться не пришлось, дверь в комнату Фонга была чуть приоткрыта, как будто специально, чтобы смог пройти худощавый парнишка. - Мастер? – тихонько позвал Тсуна, с сомнением рассматривая замершего в позе лотоса мужчину. Кажется, он провёл так всю ночь, судя по тому, что его положение не изменилось с вечера. Вместо ответа на вопрос Фонг распахнул глаза, в которых полыхало красное пламя. Тсуна невольно поёживался, ощущая, как по его коже скользит пристальный взгляд. Ему не было страшно, скорее в груди кольнула интуиция, подсказывая быть осторожным. Но ведь это же мастер Фонг! - Что ты хотел, Тсунаёши? - прошептал мастер. Имя он почти выдохнул, снова закрывая глаза. По его телу пробежала дрожь, словно от холода. - Я прочёл книгу. Можно я возьму что-нибудь ещё? – с некоторым сомнением отозвался Тсуна, рукой нащупывая ручку двери. Он и сам не мог поверить, что готовит пути для побега. - Понравилось? – мягко уточнил Фонг, не давая прямого разрешения. Он растянул губы в улыбке, отчего его лицо приобрело какое-то болезненное выражение. Мужчина пытался сдержать смех. Только вот причин веселиться, Тсуна найти не смог. С каждой минутой всё происходящее походило на липкий кошмар, от которого никак не проснуться. Где пугает не столько что-то конкретное, сколько нереальность и неправильность происходящего. Не закричать, не убежать. Можно только стоять и смотреть. - Очень. Я кстати хотел у вас спросить, кто был последним учеником вашего настоятеля? – отмечая про себя напряжённость ног мужчины, поинтересовался Тсуна. Фонг вполне способен одним движением оказаться рядом с ним за считанные секунды – убу, «пять шагов». Без усиления каждого движения стиль журавля ничто. И в зависимости от направления энергии можно крушить руками кирпичную стену и прыгнуть на пять метров, почти превращая это в своеобразный полёт. - Им был я, - будто приходя в себя, сказал Фонг и открыл глаза, в которых читалась вина и усталость. – И по сей день им являюсь. К сожалению, я так и не смог достичь третьей ступени отношения с мастером. Ты слышал о ступенях посвящения? Тсуна мотнул головой и доверчиво подошёл поближе, чувствуя, как разгорается в нём удивлённое любопытство. Неужели Фонг и был тем мальчиком, не сумевшим обуздать собственные силы? Но интуиция мигом замолчала. Сам мальчик решил, что ему всё показалось. Не спал всю ночь, вот и навоображал себе чёрт знает чего. Да ещё и все эти новости про Фонга. Наверняка, автор навыдумывал половину для художественного преувеличения. Мастер, каким Тсуна его знал, не мог ради удовольствия разрушить целую деревню, лишив домов сотен людей. - Сначала мастер посвящает ученика. Принимает его, возлагая на себя ответственность за его жизнь и судьбу. Самое простое, казалось бы. Но у мастера почти никогда не остаётся выбора. Судьба ставит его перед фактом, подкидывая ученика самым причудливым способом, - уже привычным тоном объяснил Фонг, немного прищуривая глаза, словно у него болела голова. Тсуна присел на краешек кровати, рассматривая спину мастера, продолжавшего восседать в позе лотоса. Только подойдя ближе, мальчик вдруг заметил мелкие подпалины на полу, словно на него падали раскалённые угольки. Совсем немного, но вполне отчётливо. - Затем, совершенствование. Ученик начинает свой путь. И только от него зависит, куда он приведёт. И когда закончится, - мирно вещал Фонг, склоняя голову. Его спина напряглась, словно он постоянно ожидал удара. Вот только странным было даже не то, что мужчина ожидал нападения от своего же ученика. А то, что он так очевидно это демонстрировал. Мастер его уровня владеет своим телом в совершенстве, скрывая любой свой поступок или эмоцию. Тсуна продолжал рассматривать подпалины, пересчитывая их. Всего семь. Словно бы по количеству часов, прошедших с того момента, как Фонг вернулся вместе с Реборном с улицы. В голове снова завертелась фраза, которую киллер бросил на прощанье. - Третья фаза сама короткая. Всего лишь мгновение. Озарение. Учитель должен признать в своём ученике равного себе. Это невероятное событие для обоих. Волнующее. Но редко оно случается при жизни мастера. Путь слишком долог, - вздохнул Фонг, не обращая внимания на топот маленьких ножек и крики на кухне, возвещавшие, что Ламбо и И-Пин проснулись. - И последняя ступень. Отречение. Ученик уходит искать новый путь, по которому пойдёт дальше один, - тихо проговорил Фонг. Помолчав, мужчина добавил. – Возьми книгу на моей тумбочке. Её вчера вернул Хибари. Ему очень понравилось. «Дух войны. Путь воина». Думаю, будет полезно в предстоящих миссиях. Всё-таки стратегия боя и стратегия военной операции мало схожи меж собой. Фонг замолчал. Потом вдруг вздёрнул голову и обернулся, прожигая Тсуну жадным злым взглядом, в котором читалась только боль. - Самое ужасное, что ты достигнешь третьей ступени и даже не заметишь четвёртую. Твои шаги слишком широки. А я не могу достичь её, потому что решил перехитрить судьбу и дойти сразу до конца пути. Иди завтракать, Тсуна. Мне нужно заняться тренировками, - безжизненным тоном сообщил Фонг. Мужчина поднялся с пола и на глазах изумлённого Тсуны вышел в окно, чего за ним ранее не водилось. Всё-таки такие экстравагантные способы перемещения предпочитал Реборн, но никак не вечно спокойный Фонг. - Ураган, - проговорил тихо Тсуна, зачем-то растирая обожженное пятно на полу. – Ненасытный. Неукротимый. Никто не сможет обуздать его, кроме Неба. Сила их знамя. Обернувшись в очередной раз на окно, Тсуна осмотрел комнату, понимая, что никогда раньше не связывал Фонга с его атрибутом. Может быть, ему действительно стоит узнать об этом поподробнее. Немного подумав, он просмотрел полки с книгами, которые мужчина успел расставить по местам. Выбрал несколько заинтересовавших его томов и поспешил в свою комнату. *http://wushu.pp.ua/istoriya-ushu/tradiczionnoe-ushu