Мы едем-едем-едем в далёкие края...

Тяжёлый взгляд карих глаз Коннора хотел словно просверлить во мне дыру, поэтому пришлось очнуться и промямлить: - I am... We are... Ассасин не вытерпел и сказал что-то про время. Я густо покраснела и с горем пополам начала строить более или менее нормальные предложения. Выходило медленно и коряво, но, думаю, смысл был понятен. - А ты точно настоящий? Не косплей? Коннор напрягся. - Что такое косплей? И что за странный язык, на котором говорили те люди? Сдерживая сумасшедшую лыбу истинного фаната, я поспешила пуститься в объяснения: - Русский. Я и все эти люди приехали из России. Кенуэй, конечно, серьёзно кивнул и угукнул, но по дёрнувшейся в недоумении брови я поняла, что он не представляет, что за штука такая "Россия". Да и правильно делает. - Так откуда ты знаешь моё имя? - Он покосился на автобус и уже не так грозно, а даже чуть неуверенно спросил: - И что это за... шумная машина? Теперь мне предстояло самое сложное - как-то рассказать ассасину то, что я сама не до конца понимала. Вздохнув, я принялась за работу: - Это называется автобус, он возит людей, как... э-э... большая телега. - Слышал бы наш водитель, как я назвала его ласточку... - Вчера вечером мы все ехали в нём в сильную грозу, а потом водитель не справился с управлением. Мы стали падать с моста в реку и уже подумали, что умерли, но на следующее утро очнулись в этом лесу. Ах да, Россия находится в Европе, за океаном, и я понятия не имею, как мы очутились тут. Первая часть моего рассказа была успешно завершена. Видели бы меня мои учителя английского, гордились бы мной. Почему в фанфиках все попаданцы слёту начинают говорить на родном языке главного героя, а нам так не повезло? Тем временем Коннор мне не верил. Я уже привыкла, что сегодня все смотрят на меня, как на больную, и перешла ко второй части: - И ещё я не сказала... Мы не просто из Европы, мы из 2016 года. И я знаю тебя потому, что про тебя... написаны книги. Да, знаете ли, я не хочу играть в игру под названием "Убеди опасного убийцу, что он плод фантазий Юбисофта", чтобы не пришлось объяснять вышеназванному, что такое компьютер, приставка и прочее, прочее. Сказать, что мы просто из будущего, должно быть удобней. Наверное. Лицо Коннора сначала вытянулось, а потом он решил, что я издеваюсь, и разозлился: - Это не смешно. Кто ты на самом деле? Тамплиер? Шпион моего отца? - Он сделал угрожающий шаг вперёд, сжимая огромные кулаки. - Назови себя! Я действительно испугалась, что персонаж одной из любимых игр вот-вот может сделать меня своей жертвой. Страх точно отразился на моём лице, но я постаралась не паниковать и продолжила гнуть своё: - Меня зовут Василиса Ивановна Остапова. Я клянусь, что я никакой не тамплиер. Не можем же мы все быть тамплиерами. - Кивок в сторону автобуса. - Мы из будущего. И я действительно читала о тебе книги. Сейчас докажу. Тебя зовут Радунхагейду или Коннор Кенуэй, и ты ассасин, сын Хэйтема Кенуэя, тамплиера. Твоя мать убита, твой посёлок сожжён, а если учитывать, что сейчас 1778, то ты недавно узнал, что Вашингтон напал на твой народ, и ты считаешь, что твой отец знал об этом. Ты решил стать ассасином после того, как увидел Юнону... эм, призрак. У тебя есть Аквила и комната для тренировок в подвале, ты не любишь, когда малознакомые люди касаются тебя, и ты... Ты собираешься подстричься перед тем, как идти убивать Чарльза Ли. А, и ещё: ничто не истинно, всё дозволено. Всё это я выпалила максимально быстро, внутренне вознося хвалу своему задротству, а главное правило кредо постаралась произнести так, словно даю присягу братству. Страх испарился, и в основном потому, что я смотрела прямо в удивлённые глаза ассасина и не находила в них ничего опасного для себя. Коннор стоял с раскрытым ртом с того момента, как я выговорила его настоящее имя. Мда, тамплиеры на такое не способны. - Как ты узнала о стрижке? - наконец выдавил он. Видок у него при этом был столь неловкий, что я невольно засмотрелась. - Ты мне веришь? - с мольбой спросила я. Коннор секунду колебался, а потом медленно кивнул. Я от восторга захотела попрыгать на месте, но удержалась. Ассасин хмыкнул. Тем временем в автобусе скандал уже затих: Валентину и учительницу растащили - поэтому наше стояние на лужайке было замечено очкариком-скрипачом из окна. Тот немедленно оповестил всех, и нас стали звать. Кенуэю мои соотечественники доверия не внушали после инцидента с попыткой лечения. Он вопросительно посмотрел на меня. - Нам нужна твоя помощь, - напомнила я. После этого он немного поборолся с совестью и любопытством и всё же последовал за мной в автобус. В салоне царил хаос. Пассажиры были злыми и ничего не понимали; Валентина выплёскивала недовольство на мужа, обвиняя его в поддержке соперницы; очкарик лез ко всем с глупыми вопросами. В такой атмосфере делать заявления было бы непросто даже для видной персоны, не то что для меня. И всё-таки я собралась с силами и попыталась привлечь внимание. Меня, конечно, не услышали за общим шумом, но на помощь пришли гитаристки. Когда все затихли, я робко произнесла: - Это будет звучать, как бред, но, кажется, мы попали в прошлое. - Никто не произнёс ни слова, только раздались неуверенные смешки. Для подтверждения я посмотрела на ассасина, стоящего за моей спиной: - Это Коннор Кенуэй, житель американских колоний. И сейчас... - 1778, - закончила Кира, скрещивая руки на груди. - Хех, похоже, солдаты на поляне не шутканули. Новость произвела фурор. Сначала никто не хотел верить, но потом сопоставили факты: магия с автобусом, который вроде и упал, а вроде и нет; солдаты - очкарик, которого звали Семён, подтвердил с умным видом, что у них действительно вооружение и одежда королевских колонистов; в довершение все те, кто знал английский, - в основном те же гитаристки - ещё порасспрашивали Коннора. В итоге все с трудом, но поверили, что мы оказались в прошлом, и стали бурно это обсуждать. Некоторые винили плохие дороги и правительство. - Чувак, ты мне кого-то напоминаешь, - сказал Коннору Тёма, тот самый парень в больших наушниках с вьющимися волосами, собранными в хвостик. Тут снова влезла я и поспешила убедить Тёму и остальных, что Кенуэй - исторический персонаж. Почему-то про игры я сообщать побаивалась. К счастью, от Assassin's Creed никто из присутствующих не фанател, поэтому обман не вскрылся. Коннор стоял среди прохода, не зная куда себя деть. Все занялись обсуждением фантастического перемещения, поэтому он явно чувствовал себя не в своей тарелке и обводил взглядом людей, говорящих на неизвестном ему языке. Я всё хотела заговорить с ним, но пока стеснительность была сильнее. Ещё от первой беседы не отошла. Наконец введением новичка в коллектив занялась баба Нюра. После пробежки её пришлось отпаивать корвалолом, но теперь бабуська оклемалась и, расталкивая всех тростью, направилась к Кенуэю. - Ох, бедный! Ишь до чего довели, ироды! - Она сочувственно посмотрела на окровавленный рукав с прилипшей к нему грязью. - Ну-ка дай-ка я тебя хоть человеком сделаю. Она аккуратно и заботливо потянулась к одежде мужчины. Коннор попытался отделаться простым "no", но он недооценил упорство нашей бабы Нюры, которая причитала и попутно тащила ассасина в конец автобуса, к своим сумкам. Кира и Аля, наблюдавшие за этим, посмеялись и предложили не сопротивляться. Я добавила, что ничего страшного не происходит. Наверное... Не найдя помощи в пассажирах, Кенуэй повиновался. - Так как тебя зовут, милок? - спросила баба Нюра. Её вопрос услужливо перевели индейцу. - Connor, - ответил тот с непроницаемым видом. - Как-как? - не расслышала бабушка. Он с тем же лицом-кирпичом повторил: - Connor. - Костя? - Connor. - Кирилл? - Connor. - Катя? - Ratohnhaketon! - потеряв всякое терпение, заявил ассасин. И нужно было видеть его лицо, когда баба Нюра на это понятливо кивнула: - Так бы сразу и сказал, а то Катя да Катя. Ну ладно, Родя, пойдём. Кенуэй хотел было нахмуриться, но смирился и напряжённо сел. Баба Нюра, мыча под нос песенку, вытащила из сумки бинт и набранный в лесу подорожник. Ассасин сглотнул и проверил наличие оружия.