Отвори своё сердце для печали...

Туану пришлось потратить очень много слов. Он прочёл почти полную лекцию, чем отличается человек…от человека… Да, понятно, что ничем. Дело-то не в этом. Ван закрывает глаза и пытается подремать. Он понимает, что сама по себе натура Иена - очень скрытная… Он не привык никому доверять… Но это же ни кто-то! Это — Джексон Ван! - Гага, ты хочешь поспать? Хорошо…поспи. - Туан замолкает и удобнее располагается в мягком кресле. Каких-то сорок минут и они будут в Макао. Джексону нужно подумать. А Марк больше не может думать. Он казнит себя за то, что не может рассказать всё. Когда машина останавливается возле отеля, парни молча выходят и поднимаются на свой этаж. Марк возле самой двери останавливается и ждёт, пока Джексон откроет дверь. Потом решается на что-то и поворачивается спиной. Делает шаг, потом ещё один. - Марк, ты куда? - не выдерживает Ван. - Я думаю, что ты хочешь побыть один, я вернусь в свой номер, где остановился первоначально. Но Джексон молча берёт его за кисть и заталкивает внутрь. Марк не спорит. Он только вздыхает. Вану нужно приступать к съёмкам. Он идёт в душ. Туан заказывает обед в номер. На его телефон приходит сообщение. «Марк, я видел, что вы вернулись… Я взял билеты на вечерний самолёт.» Туан тут же перезванивает. - Банк, мы улетаем сегодня, почему? Я разговаривал со своим директором, мои съёмки отложены до понедельника. Я могу остаться до завтрашнего вечера. Да и дела с полицией ещё не улажены. - С полицией я договорился. Тебя вызовут только на судебное заседание. - Хорошо. Но мне не обязательно лететь с тобой сегодня… Я прилечу сам. Завтра. Вечером. - Марк, но я уже купил билеты. Какая разница - днём позже или раньше?! - Есть разница, Банк… Я хочу побыть со своим парнем! Мы ещё не видели город. Погуляем с ним вечером, после его съёмок. - Хорошо…я переоформлю билеты на завтра. Надеюсь, тебя устроит время после полуночи? - Устроит. Но тебе совсем необязательно лететь вместе со мной. Ты можешь улететь и сегодня. Я сам прилечу. - Я подожду тебя, Туан. Джексон выходит из душа и заглядывает в лицо Марка. Тот опускает смартфон и задумчиво смотрит перед собой. - Иен, что-то случилось? - Ты разговариваешь? Больше не сердишься на меня? - Сержусь… Но люблю. - Гага… - Марк притягивает к себе влажное тёплое тело. Мокрые волосы холодят шею. Туан перебирает рукой тонкие пряди, другой - сжимает талию, - У нас чуть больше суток, потом мне нужно будет улететь. - Я вернусь поздно ночью. - Я знаю… Я заказал обед… А вот уже и он! Марк обрывает объятие и идёт открывать дверь. После обеда Джексон собирается уходить, Марк подходит к нему. - Чем ты займёшься в моё отсутствие? - Джексон смотрит в удивительные глаза своего парня. - Я пока не знаю. Может быть - посплю…может - погуляю. - Нет, Иен, гулять мы будем вместе! Я скоро освобожусь. - Хорошо…ты же знаешь, я просто подожду тебя. - Ты лучше и правда поспи…у тебя такие круги под глазами…эти бессонные ночи… - Джексон топчется и никак не может уйти. Марк понимает, он обнимает парня и сжимает его плечи. Потом находит губы и целует. Ван улыбается радостно. Теперь можно и уходить. Но Иен снова притягивает его голову и целует лицо. Брови, щёки…глаза. - Теперь, ты не сердишься? - Да. - Джексон улыбается хитро и выходит из номера. - Да? Гага, что значит - «да»? - Я тебя люблю… «Глупый» - тихо улыбается Марк. Потом действительно идёт поспать, как и обещал… Воздух над Макао прозрачен и чист… Город, где столкнулись две цивилизации очень контрастный. Бывшая португальская колония и чисто китайский максимализм, превратили этот огромный населённый сгусток во что-то яркое и соблазняющее своей красотой. Если утренний город похож на старое, родное побережье, где собираются все слои населения, то вечерний и ночной - это игорный притон, где остаются самые баснословные взносы за посещение столь необходимого сердцу антуража. Этот город является Лас-Вегасом Востока! Здесь можно получить всё, что только захочешь, разумеется, не переходя за пределы своего кошелька. Стук в дверь. Туан сладко потягивается и разваливается на огромной кровати. Стук повторяется. Марк сбрасывает с себя остатки яркого сна и шлёпает босыми ногами в прихожую номера. Открывает. - Банк? Я думал Джексон вернулся. -Марк, я тебя разбудил? - телохранитель проходит и оборачивается на парня. - Нет, я не спал…я просто телевизор смотрел про Макао. -А-а…ну, видимо, и заснул. - Банк оглядывает заспанное, милое лицо, с припухшими губами и всклокоченные волосы, - И голос у тебя очень забавный…мягкий и пушистый…я даже не знал, что ты так можешь разговаривать. Банк проходит в гостиную и усаживается на диван. Марку совсем не нравится такое нетактичное поведение. Но он терпит. - Банк, мне надо в душ… Ты что-то хотел? - Я хотел пригласить тебя поужинать. Знаешь, я не люблю быть кому-то должным. Помнишь, вы с Джексоном угощали меня? - Так и пригласи нас обоих. Ван будет значительно позже. - Нет, Марк, я хотел пригласить только тебя. - Банк старается не смотреть на Туана, вполне можно не сдержаться и разрушить всё. Даже такие невесомые дружеские отношения. Марк понимает. Он прекрасно чувствует этого парня. В голове решается глобальная задача, как послать его, но так тактично, чтобы не обидеть. Ведь он всё же спаситель его и Джексона. - Банк…я не хочу… - в конце-концов Туан плюёт на такт и говорит всё, как есть, — Нам не надо больше видеться. Так будет лучше всего. Я благодарен тебе. Ты очень хороший человек. Я не гожусь тебе в друзья. И в партнёры тоже. - Марк, ты иди в душ, я тебя подожду. - Банк берёт в руки пульт и начинает щёлкать им. Туан делает глубокий вдох и подходит к парню. Он забирает пульт и выключает телевизор. Потом пытается поднять парня за руку. Но забывает, что тот очень силён, ведь эта сила никогда не была направлена на него, Марка. Поэтому Банк легко тянет его на себя и Туан теряет опору. Телохранитель срывается со всех катушек. Тормозов не остаётся. Он ловит Марка в объятия и сжимает мёртвой хваткой. Губы нащупывают открытый в немом бешенстве рот и припадают к нему. Марк пытается оторвать от себя крепкое тело, но шейный захват парня полностью выжимает из него воздух. Марк мякнет и чувствует, как настырные губы терзают его рот. - Иен… Что происходит? - Джексон, вошедший в номер, видит только этот поцелуй. Ещё он видит полуобнажённое тело своего парня. Его босые ноги… Вид распахнутой постели в проёме спальни… - Иен! Его не замечают. Джексон делает шаг назад. В голове шумит от непонимания происходящего. Он не верит, что это на самом деле. Ван теряется от стыда. Он просто ничего не понимает. Воздух в лёгких заканчивается внезапно. Чтобы как-то сделать вдох, он открывает дверь и вываливается в коридор. - Это совсем не то! Гага, ты не понимаешь! - Марк, в который раз, пытается достучаться, но его не слушают…не хотят слышать… Туан и сам понимает, что доказывать что-то бесполезно. Джексон не видел главного. Как Туан из последних сил разжал стальные объятия и начал бить парня по щекам, приводя его в чувство. Банк тогда отстранился и в ужасе ушёл прочь. - Я сам, своими глазами видел, Марк! И зови меня Джексон. Вы провели вместе время очень весело. - Ван сжимает свою голову и опускается на кровать. Потом спохватывается и вскакивает снова, чертыхаясь. - Джексон... - Я не хочу ничего слушать, Туан! Сейчас! Уйди… - голос замирает на последнем слове. Марк пытается ещё что-то сказать, но Ван отворачивается и затыкает уши. Тогда Туан просто забирает свою сумку и уходит. Больше ничего не остаётся…нужно лететь в Сеул. Когда дверь щелкает, Джексон поворачивается. Он понимает, что Марк ушёл. Внутри образовывается пустота… Жизнь превращается в жалкое существование… *** Марк оглядывает комнату в последний раз. Нужно, чтобы ничего не напоминало о нём. Все вещи собраны. Совсем скоро за ним приедут Джинён с Югёмом. Они перевезут Туана пока к себе. Можно было бы, конечно, вернуться домой, но там так пусто, что впору сдохнуть. Друзья не оставили его одного. Пока что, Марку нужно просто продержаться… Хотя бы ещё сутки. С того злополучного дня, когда он в спешке покинул Макао. Туан считает, что сам виноват, что всё так получилось. Его недосказанность породила цепочку неприятных инцидентов, а потом и вовсе разрушила всё. Звонок в дверь нарушает текущие мысли. Марк вздыхает и поднимает с пола тяжёлую сумку. - Марк! - Джинён повисает на нём, перехватывая вещи и протягивая их Югёму, - Я так соскучился! Я рад, что ты будешь с нами! Ким молча хлопает Туана по плечу и идёт вызывать лифт. - Марк, Югём приготовил ужин. Пойдём? - Джуниор находит Туана в саду, тот просто лежит в изумрудной траве, закрыв глаза и растворяясь в этом благоуханье. При звуке голоса Джинёна, он садится, распахивая ресницы. - Джуниор, тут так красиво у вас. Я даже не представлял. - Пойдём, тебе нужно поесть, ты очень плохо выглядишь. - Пак подходит и за руку поднимает своего близкого человека. Друзья рассаживаются за столом и Марк только сейчас понимает, что не ел уже очень давно…кажется, со вчерашнего дня… А уже вечер…больше суток. Югём подкладывает мяса в тарелку Туана и улыбается одними глазами. - Ты же расскажешь, что случилось? А то, ты нас очень сильно напугал. - Джуниор успевает есть, успевает разговаривать и даже гладить нежные руки Туана. Югём делает вид, что не замечает, но потом всё же не выдерживает и пересаживается между своим парнем и Марком. - Ничего не случилось. Просто произошло недоразумение. Джексон мне больше не доверяет. И пока его нет, я не могу оставаться в его доме. Ему это будет неприятно. - А мы слышали, что Джексон был похищен! И что ты его спас. - Югём кладёт палочки и наливает себе воды. - Нет, это не я его спас. Это - телохранитель Банк… Меня он тоже потом спас. - Марк, вот видишь, Банк - профессионал. Я же не подсунул тебе кого попало. - говорит восторженно Ким. - Да… Спасибо тебе, Югёма… Ты очень помог… Один бы я ни за что не справился. - А, кстати, где он? Почему он не вернулся вместе с тобой? - Джинён вопросительно заглядывает в лицо парня. - Я не знаю. Я вылетел первым попавшимся рейсом. Мы с ним не связывались. - А что случилось между тобой и Джексоном? Что за недоразумение? - Югём задаёт вопрос и потом понимает, что поступает несколько бестактно, но Марк отвечает. - Он думает, что я ему изменил. - Что? - роняет палочки Джуниор, - Ты? Да как он мог поверить в такое? Чтобы ты изменил? А Ким забывает есть. Он переводит взгляд с Марка на своего парня и хмыкает. - Он своими глазами видел. - Марк говорит это почти шёпотом. - Так ты правда ему изменил? - парни слишком растеряны. - Нет! Но я целовался с другим. Это ведь тоже измена, правда? После ужина Туан идёт в свою комнату. Друзья звали его осмотреть дом, но Марк не согласился. Захотелось вдруг побыть одному, чтобы обдумать свои дальнейшие действия. Он включает свет и спальня озаряется милым голубоватым сиянием. Здесь всё так тщательно и явно с большой любовью подобрано. Нет ничего такого, что испортило бы вид. В меру просторная кровать, заправленная тонким ажурным покрывалом белых и серебристых тонов. Нежные, струящиеся шторы, с каким-то диковинным рисунком нежно фиолетового цвета. Небольшой шкаф ручной работы, выполненный в классическом стиле. И картины. Марк не может узнать автора полотен. Раздаётся стук. - Да, входите, не надо стучать. - Это я, Марк, - Югём заглядывает в комнату, - Можно? - Конечно, можно, что за вопрос? - Туан заинтересованно смотрит, как Ким заносит в комнату кувшин с водой и ставит на прикроватную тумбочку. - Я подумал, что тебе захочется пить. - Спасибо… Мне очень нравится эта комната… Здесь…мило. - Эту комнату для тебя выбрал Джинён. Он переживает за тебя Марк. А мне больно видеть его грустным. -Прости… -Но я рад, что ты вспомнил о нас. Мы… - Югём немного заикается, - То есть я…тоже счастлив видеть тебя в нашем доме. Марк, ты для меня важен…всегда будешь особенным. - Ким вдруг кашляет и устремляется вон из комнаты. - Постой, Югёми… - А? - Ким останавливается и оборачивается. - Я хотел бы спросить… Что это за картины? Они написаны очень талантливо и какие-то слишком…настоящие, что ли. - Картины? Это мамины…она - автор… Тебе нравится? - Конечно…это же чертовски красивые работы… Не знал, что твоя мама такое совершенство. - А я весь в неё. - тут же начинает смеяться Ким. В комнату заглядывает Джуниор и внимательно оглядывает обоих парней. - Почему вы тут уединились? И веселитесь? - камышовый кот выходит на охоту. Но Югём обхватывает его за талию и притягивает к себе. - Заставить его ревновать всегда очень сложно, - объясняет он Марку. - Вообще-то, я Марка ревную, а не тебя. - Ну, вы тут пообщайтесь, - говорит им Туан, - А я в ванную. *** Джексон возвращается в номер под утро. Он прекрасно провёл время. И эта актрисочка, совсем не плоха… У неё даже есть чувство юмора. Она была мила с Джексоном и очень чувственна. Другое дело, что у Вана ничего не получилось, но это ведь не важно. Просто тоска по Туану не даёт ему жить полной жизнью. Завтра непременно Джексон повторит свой подвиг. Когда-нибудь, он сможет быть таким, как был раньше - сексуальным и необузданным Джексоном Ваном! Парень идёт в ванную и запинается об дурацкие тапки Туана, брошенные в спальне. Он чертыхается и поднимает их с пола. Идёт к мусорному ведру и бросает их туда. Потом смотрит на себя в овальное зеркало над раковиной и видит бледное лицо с воспалёнными от спиртного глазами. «Сдохни!» - командует он себе и бьёт кулаком. Но зеркало прочное. Оно не разбивается. Джексон отворачивается и скидывает одежду с себя на пол. Потом заходит в кабинку и подставляет разгорячённое лицо ледяным струям. Стоит забывшись, перестав чувствовать и превращаясь в ледяную глыбу. Слёз нет. Есть только немой крик. Он оглушает напрочь. Бьёт под дыхло и заставляет согнуться пополам. Джексон не может сделать вдох. Боль перекрывает ему все жизненные функции. Он корчится и стонет. И когда уже в глазах темнеет и образ Туана становится слишком ярким, приходят рыдания. Они прорывают пробку в гортани, давая путь воздуху. Ван плачет, вздрагивая от холодных струй, ощущая, наконец, холод и боль. Потом он дрожит крупной дрожью, не зная, как согреться. Полотенце не даёт ему тепла. Он идёт в спальню и сдёргивает с кровати одеяло. Здесь всё напоминает о Туане... Кровать нужно поменять! Нужно поменять диван! Нет, нужно поменять номер! Нет, этого тоже недостаточно! Лучше всего сменить гражданство, имя и пол! А лучше исчезнуть вообще из этой грёбаной жизни! Забыть! Вычеркнуть Иена из своей души синим маркером! Затушевать белым штрихом! Выдернуть его вместе с сердцем и растоптать! Стук в дверь прерывает его стенания. «Кого ещё принесла нелёгкая в шесть утра?» - думает Джексон. И идёт к двери. Он заглядывает в глазок и видит перед собой самое ненавистное лицо, которое только можно вообразить. - Чего тебе? - орёт он через дверь хриплым, сломавшимся голосом. - Открывай... Нам нужно поговорить. - слышится очень невнятно. - Не о чем нам с тобой разговаривать! Тебя просто не существует! - Джексон плотнее заворачивается в одеяло, - Или ты хочешь, чтобы я убил тебя? - Нам нужно поговорить, впусти меня… Этот разговор будет о Марке… Я расскажу тебе про него…всё. - Что ты можешь знать о Марке? Ты - всего лишь червяк, недостойный даже его мизинца на пальце! - Открой, это смешно, разговаривать через дверь. Или ты просто меня боишься? Джексон усмехается. Этот тупица совсем обнаглел! Джексон никого не боится! Он поворачивает ключ и замок открывается. Банк заходит и видит Вана в одеяле. Он ухмыляется и идёт в комнату.