Баллада о выборе

       Шли дни, они складывались в недели и месяцы. Хоук изменилась и внешне, и внутренне. Из симпатичной девчонки она превращалась в обольстительную красавицу. Ее смуглая, загорелая кожа немного посветлела; большие темные глаза, опушенные длинными ресницами, сияли, как драгоценные камни; мягкие, слегка вьющиеся короткие волосы отросли и черной блестящей волной спадали ниже плеч. В лице исчезла детская пухлость, теперь его правильные черты вкупе с яркими губками и легким румянцем приобрели эффектную законченность, от этого лица трудно было оторвать взгляд. К ее фигуре с длинными стройными ножками и тоненькой талией добавились роскошная высокая грудь и крутые бедра.        Она повзрослела и поумнела, стала более осторожной и расчетливой и больше не бросалась выручать всех, кто ни попросит. Не нуждаясь остро в деньгах, выбирала работу, которая приносила кроме материальной выгоды еще и возможность укрепить свой авторитет в городе. Постепенно ее разборчивость снискала ей уважение у жителей и властей Киркволла. Наместник Думар даже попросил Хоук помочь Аришоку и выполнить его просьбы, пока напряжение между населением и обосновавшимися в порту кунари не достигло предела. Так и сказал, что надеется, что будучи выдающейся представительницей Киркволла, она сможет послужить своему городу и найдет способ предотвратить кризис. И Хоук нашла.        С Фенрисом она вела себя так, как будто между ними ничего не было. Не выделяла его, как раньше, скорее, почти не замечала. Это равнодушие было замечено в отряде и на Фенриса посыпались шутки и подколки. Но он отмалчивался, стараясь не реагировать на них негативно. Его поведение тоже изменилось. Он удерживался от грубостей, перестал высказывать вслух свою ненависть к магам. Постепенно все привыкли к перемене и эльф стал надеяться. Надежды эти не оформлялись во что-то конкретное, просто он часто вспоминал слова целителя о том, что Хоук может простить его и смиренно ждал.       Как ни странно, эльф очень сблизился с Андерсом. Это еще пока нельзя было назвать полноценной дружбой, но пациент и лекарь и сами не заметили, как стали нуждаться в общении друг с другом. Целитель старался помочь бывшему рабу выбраться из кошмара, который с ним сотворила его память, лечил его депрессию и всегда находил слова утешения, когда эльф предавался отчаянию. Фенрис оценил его усилия по достоинству, ведь никто раньше не понимал, отчего эльф так мрачен, никому не было интересно, что он переживает из-за потери личности, невозможности полной идентификации. Маг писал за него письма в Тевинтер, помогая разыскивать сестру. Учил его грамоте, облегчал боль от клейм. Они поначалу много спорили, но с каждым разом в этих спорах все чаще находили истину и приходили к единому мнению. Из благодарности у Фенриса выросла потребность помочь Андерсу в его подпольной борьбе. По ночам он теперь вместе с Андерсом и Хоук выводил через Клоаку беглых магов, видел испуганных до истерики мужчин и женщин, слышал ужасающие рассказы о творимом в Круге произволе, изнасилованиях, избиениях, пытках и убийствах. В боях, прикрывая спину Мариан, он не упускал из виду Андерса, не раз спасая жизнь и мага, и любимой девушки. В такие минуты Хоук оттаивала и ласково, как казалось эльфу, смотрела на него. И Фенрис радовался, считая, что сделал еще один маленький шажок к прощению.       А потом случилась беда. Сумасшедший некромант убил Лиандру. Хоук не успела спасти мать. Горю несчастной девушки не было предела. Она винила в смерти матери себя. Отказалась от помощи целителя, не хотела никого видеть. И Фенрис решился. После похорон он пришел к ней с намерением выразить сочувствие, поддержать, утешить и попросить наконец прощения. Тихо вошел в спальню, откуда трусливо сбежал больше года назад. Мариан сидела на кровати и смотрела на огонь в камине. Все заготовленные фразы вылетели у него из головы, когда он увидел ее осунувшееся личико, темные круги вокруг глаз и искусанные в кровь губы. Она перевела на него взгляд и молча ждала, что он скажет. И он выдал: "Хоук, я... не знаю, что сказать, но я здесь". Она пристально разглядывала его некоторое время и, скривив губы в горькой усмешке, ответила: "Спасибо, я полюбовалась тобой. Можешь уходить". Отвернулась и опять уставилась в камин. "Очень хорошо", - он вспыхнул от обиды, поворачивая к двери. И опять эльф бежал из ее спальни, только теперь он надеялся, что она окликнет его, что-нибудь спросит или скажет. Но, как и в первый раз, она молчала.       Смерть Лиандры ожесточила Мариан, это было заметно даже внешне по жесткому блеску в глазах, сменившему прежнее сияние. Она научилась резко говорить "нет", сурово сводя к переносице тонкие брови, презрительно усмехаться красиво очерченными губами. Как-то раз им довелось попасть в Тень, откуда Хоук надеялась вытащить своего протеже, молодого мага-сомниари Фейнриэля. Она взяла с собой Андерса, Варрика и Фенриса. Тут ее друзья лишний раз убедились, насколько стала хитра и изобретательна их командир и на какую жестокость она способна теперь в достижении своих целей.       Первой жертвой пал Дух Справедливости, обитавший в теле Андерса. Джастис простодушно радовался, что попал домой, полной грудью вдыхая почти забытый воздух Тени. Хоук, бросив на него острый взгляд, предупредила: "Мы здесь ненадолго, не расслабляйся, Дух. Нам понадобится твоя помощь. И помощь Андерса".       Она повела их сначала к демону желания, попытавшемуся поймать Фейнриэля на его детских мечтах. И явно ждала, что мерзкая тварь с крысиным хвостом будет соблазнять Варрика. Но уродина не предложила гному ни славы писателя, ни мести предавшему его брату, ни смерти мужа любимой женщины. Хоук разозлилась и уничтожила глупого демона вместе с его подручными.       Затем они пошли к демону гордыни, соблазнявшему Фейнриэля силой и властью. По дороге она о чем-то шепталась с Джастисом, подавившим в Тени своего носителя. Справедливость сверкал голубыми глазами и согласно кивал головой Андерса, а Хоук с затаенной усмешкой косилась на Фенриса. Как оказалась, не зря. Гордыня обуревала эльфа, идея стать равным магистрам Тевинтера настолько понравилась ему, что он поддался уговорам демона. Пока они торговались, а Мариан тянула время, отвлекая их угрозами, Джастис вышел из тела Андерса и тихо устроился за спиной беглого раба. Андерс получил возможность оглядеться и Хоук показала ему на двух подручных стрелков-призраков за спиной демона Гордыни. Как только Фенрис согласился на условие демона, Джастис обхватил его сзади, не давая поднять меч. Пока эльф рубил в капусту несчастного Духа, Андерс и Хоук уничтожили Гордыню и его помощников, а Варрик расстрелял из арбалета Фенриса. Мариан добила его одним ударом и пнула сапожком, проверяя, не нужно ли добавить.       Выручив Фейнриэля, они с магом и гномом благополучно вышли из Тени. Фенрис бросился к ней и смущенно сказал: "Я должен попросить прощения за свою слабость. Никогда не предполагал, что подвержен влиянию демона". Хоук не удостоила его даже взглядом, заботливо осматривая ошеломленного Андерса.       - Как ты? - она поправила растрепавшиеся волосы мага.       - Я... не знаю, - целитель прислушался к себе, - а... где он?       - Фенрис убил его, - довольно улыбнулась Мариан, - ты освободился.       - Значит, Справедливости больше нет? - Андерс, похоже, не знал, радоваться ему или печалиться.       - На этом свете справедливости нет, - она саркастически засмеялась, - как и многого другого.       - Чего другого? - все еще не пришел в себя маг.       Варрик, скромно молчавший в уголке, вздохнул и перечислил: "Правды нет, свободы, мира, счастья... Пошли ко мне, выпьем за то, чего нет на этом свете".       - "На свете счастья нет, но есть покой и воля"*, - вдруг процитировал любимого поэта Андерса Фенрис.       - Вот за них и выпьем, - проворчал гном.       Время летело, как пришпоренная лошадь. Каждый скачок выявлял новые проблемы, которые необходимо было решать. Главной из них была взаимная ненависть жителей города и кунари, уже пятый год не покидавших Киркволл по надуманной, как всем казалось, причине. И в один не прекрасный момент вражда достигла критической точки. Аришок отдал приказ штурмовать город, согнал правящую аристократию в Крепость наместника и на глазах множества людей, казнил Думара. Но тут же поплатился за свои злодеяния. Хоук с отрядом отразила атаку кунари, убила Аришока, спасла жителей города и стала Защитницей Киркволла. После смерти наместника влиятельнее Хоук в городе оставалась только рыцарь-командор Мередит и это влияние она с параноидальным упорством использовала, чтобы раздавить Круг магов. Первый Чародей Орсино публично осудил зверства Мередит на митинге в Верхнем городе, Хоук встала на сторону угнетаемых магов. Если бы Владычица церкви Эльтина поддержала их! Но старуха заняла нейтральную позицию, боясь вмешиваться, обостряя и так накаленную обстановку.       И вот однажды...       - Кто такие Антиванские Вороны? - неожиданно спросила Хоук и посмотрела на Варрика.       Компания сидела в люксе гнома и играла в "Алмазный ромб" уже второй час. Игра всем надоела, присутствующие скучали и налегали на спиртные напитки. Андерс бросил карты и потянулся: "Вороны? Гильдия убийц в Антиве. Чем они привлекли твое внимание?"       - Да тут один тип настойчиво просил разыскать некоего Зеврана Аранная, антиванского Ворона, как он сказал, - Мариан тоже бросила карты, - не знаю, браться ли за это дело. Деньги очень хорошие...       - Зеврана? - воскликнул маг, - о, это знаменитая личность.       - Чем же он знаменит? - заинтересовалась девушка.       Варрик с любопытством посмотрел на целителя: "А не он ли был в составе отряда Героини Ферелдена, уничтожившего Архидемона и остановившего Пятый Мор?"       - Именно он и был, - уверенно ответил целитель и вздохнул, - а знаменит Зевран своими любовными похождениями. Против него не устояла даже нынешняя королева Ферелдена... Кроме того, Араннай - известный бретер, дорогу ему лучше не заступать и косо в его сторону не смотреть. Только он уже давно не Ворон, скорее наоборот, это Вороны за ним охотятся.       Хоук задумалась, а любознательный Варрик засыпал Андерса вопросами. Особенно его заинтриговал роман бывшего Ворона с королевой Ферелдена. Но маг как раз об этом и не желал рассказывать, нахмурился и собрался уходить. Мариан поднялась вместе с ним и объявила: "Думаю, мы попробуем разыскать этого героя-любовника".       Андерс пошел провожать девушку. Некоторое время они шли молча, потом маг нерешительно спросил: "Зачем тебе этот антиванский ублюдок? Он очень опасен, девочка".       - Почему ублюдок? За что ты так его ненавидишь? - удивилась Хоук.       - Ублюдок потому, что сын проститутки, - усмехнулся целитель, - а ненависти я к нему не испытываю. Это страх, даже и не страх, а боязнь... Не знаю, как сказать. Ты дорога мне, Мари, я беспокоюсь за тебя. Знаю, какое впечатление он производит на женщин.       Хоук недоверчиво посмотрела на него: "Он действительно был любовником твоей Элиссы? Из-за него она отвергла тебя, да? Расскажи мне, пожалуйста. Мне очень нужно знать".       - Нет, - устало вздохнул Андерс, - все не так просто. Был ли он ее любовником, я не знаю, свечу не держал. Говорили, что он с ней переспал. Но Элисса была для него всего лишь минутной прихотью, не больше. А она его любила, это я знаю точно. Что касается меня, то я никогда бы не осмелился сказать ей о чувствах, которые к ней испытывал. И не потому, что знал, что она меня отвергнет...       - А почему? - настаивала она, - ты можешь рассказать мне все.       - Все? Будь аккуратнее с такими предложениями, - он нерешительно посмотрел на нее.       - Я всегда готова тебя выслушать. Говори же, почему?       - Потому, что я гомосексуален, - признался маг, - ты уже взрослая, должна знать, что это такое.       - Я... не знаю, - растерялась она.       Андерс удивленно взглянул на нее: "Помнишь Карла?".       - Да.       - Когда растешь и воспитываешься в Круге, все подчинено порядку, правилам и храмовникам. Но ученики... мы нашли способ сделать жизнь терпимой. Карл и я... он был моим первым мужчиной. С ним я нашел возможность забыть о том, что во внешнем мире мы были всего лишь рабами храмовников. Это было давно, но... мне до сих пор больно... Я никогда не спал с женщинами, у меня на женщин... они не... будят во мне сексуальных желаний, понятно? - он покраснел и оттер пот со лба.       - А мужчины... будят? - не отставала она.       - Что ты хочешь выяснить? - рассердился он.       - Фенрис? - она зашла вперед и остановилась перед ним, загородив дорогу и глядя в упор.       - При чем тут Фенрис? - смутился маг, - между нами ничего нет.       Она продолжала сверлить его взглядом: "Но он будит... сексуальные желания?" Андерс тяжело вздохнул и обошел ее: "Он... будит". Хоук подумала и, догнав его, взяла под руку: "А он?".       - Что "он"? - не понял Андерс.       - Ну, как он реагирует на твои "желания"?       Маг остановился и повернулся к ней: "Что за допрос ты мне устроила, а?"       - Я думала, ты хочешь поговорить об этом, - невинно улыбнулась Хоук, - но если тебе неприятно... - она потянула его за руку, - пойдем, уже поздно.       Они молча поднялись по длинной лестнице и вошли в Верхний город. "Я считаю..." - вдруг начал Андерс и осекся. Мариан сочувственно сжала его руку, поощряя продолжить. "Я кое-что выяснил сам, а кое-что ребята из местного Круга подсказали. Я понял, что Данариус насиловал его, - после некоторого колебания сказал целитель, - и во время полового акта забирал излишек энергии, вырабатываемой лириумными клеймами. Фенрис был не только телохранителем, но и ходячей подпиткой магии хозяина, и его сексрабом. Он не может существовать обособленно, ему нужно, чтобы рядом был маг, иначе его клейма невыносимо болят от переизбытка энергии. Такой порядок был заложен ритуалом вживления. Если бы ты была магессой, эта сила досталась бы тебе, когда... во время вашей близости. Но предназначенного выхода она не нашла и странным образом подействовала на его амнезию". Маг долго молчал, расстроенно вздыхая. Хоук, затаив дыхание, ждала, боясь спугнуть его откровения.       - Я не знаю, как сказать ему об этом, - наконец произнес он, - ведь я мог бы помочь. Но он любит тебя, Мари. Он надеется, что ты простишь его. У меня нет шансов.       - Хочешь, я поговорю с ним? - участливо спросила девушка.       - Нет, - испугался целитель, - ни в коем случае! Что ты ему скажешь? Что не любишь его, не простишь? Это только сделает его несчастным, но не заставит разлюбить тебя и полюбить... меня.       Мариан улыбнулась: "Хорошо, мы поступим по-другому. Завтра отряд идет на Расколотую гору. Бери его с собой. И... не падай духом, все образуется".       - Что ты задумала, девочка? - заволновался Андерс, - прошу, не делай ему больно.       - За ним должок, так что извини, - она похлопала его по руке, - ничего, я пережила и он переживет. - Она чмокнула его в щеку и помахала рукой на прощанье.       Рано утром, поеживаясь от прохлады, Хоук подошла к "Висельнику". Андерс с Фенрисом ждали ее перед входом. Девушка скользнула взглядом по эльфу и отвернулась к магу: "Где Варрик?"       - Здесь я, - гном вывалился из дверей, на ходу дожевывая завтрак и закидывая арбалет за спину.       Фенрис, которого после происшествия в Тени ни разу не звали на дело, радостно сказал: "Спасибо, что снова взяла меня с собой, Хоук".       - А почему бы нет? В тесноте, да не в обиде, - хохотнула она, - а что, не надо было?       - Мне просто приятно. Видеть тебя. Вот и все, - смутился эльф.       - Подлиза, - засмеялся Варрик, - ох, Фенрис...       - А я думала, что у тебя с чувствами нелады, - притворно-удивленно съязвила Мариан.       - А, по-моему, очень мило, - вступился за друга Андерс, умоляюще глядя на девушку.       - Мило, пока не сгнило, - она смерила Фенриса полупрезрительным взглядом.       - Я все думаю о том, что случилось в Тени, - попытался объяснить Фенрис, - меня беспокоит, что демон смог так легко сыграть на моих страхах. Я тебя подвел. Больше этого не повторится.       - Первая одержимость демоном - бесплатно, - уколола она его, - а вот потом я начинаю возражать.       - Спасибо, что сказала, - эльф обиженно отвернулся.       - Честно говоря, я не была удивлена, - продолжала она его подначивать.       - Прошу тебя, перестань, - уговаривал ее Андерс.       Варрик сокрушенно переводил взгляд с эльфа на командира, тяжело вздохнул и сказал магу: "Да, наша малышка Хоук выросла, глядишь, вскорости она уже будет без нас дурачить стражников, жульничать в карты и надувать купцов".       - Ну, кто бы меня еще научил быть такой мерзавкой, как не вы? - ехидно поинтересовалась Мариан.       - Я гордился бы ее успехами, но она до сих пор иногда грубит старшим, - доверительно понизив голос, сообщил гном магу и лицемерно вздохнул, - сколькому ее еще учить...       - Нужно заказать ее портрет, чтобы потом с умилением вспоминать эти дни, - попытался свести все в шутку Андерс.       - Эй, я все слышу! - она погрозила им пальцем.       Добравшись до клана Сабре, Хоук поговорила с молоденькой долийкой Вариэль, на которую ей дал наводку заказчик Нунцио, и повела отряд к пещере, кишащей гигантскими пауками. Побродив по лабиринтам, они столкнулись с редкой тварью - вартералом. Бой был не шуточным, но, когда они все же справились с чудовищем, из укрытия вышел красивый светловолосый эльф с примечательной татуировкой на лице. Он посмотрел на Хоук и в его больших янтарных глазах загорелось восхищение. "Защитница Киркволла! - воскликнул он, - вот уж кого не ожидал здесь встретить". Мариан несколько секунд придирчиво разглядывала эльфа, удовлетворенно вздохнула и посмотрела ему в глаза.       - Здравствуйте. Я Зевран Араннай, искатель приключений и время от времени наемный убийца. Должен признаться, я ждал нападения Воронов, но не могучей Защитницы, - его обворожительная улыбка ощутимо обволакивала девушку.       - Откуда ты меня знаешь? - она не могла разорвать связь с его глазами.       - Убийца кунари, исследовательница Глубинных троп, и такая красавица, что боги позавидуют? Ты недооцениваешь свою славу, - у Зеврана был богатый на оттенки, проникновенный голос и он умел им пользоваться.       - Почему Вороны гоняются за тобой? - Хоук все больше подпадала под его обаяние.       - Когда-то я был членом этой могущественной организации. Но теперь больше не Ворон и они никак не могут смириться с этим фактом, - усмехнулся он.       - И ты ничего не сделал, кроме как ушел из гильдии? - недоверчиво спросила она.       - Для Воронов это достаточное оскорбление, уж поверь. Ну, если не считать, что я еще убил четырех наемников, которых они за мной послали. И всех членов гильдии. И ее главу, - он заразительно засмеялся, показав идеальные зубы.       - Меня наняли, чтобы найти и поймать тебя, - призналась Мариан, невольно улыбаясь ему в ответ.       - Аа, дай догадаюсь: некто Нунцио назвался законником из Антивы, которому дали задание поймать до странности красивого преступника? - весело спросил он.       - Он не сказал, насколько красивого, - вырвалось у девушки.       Араннай заинтересовано посмотрел на нее. "Ты можешь либо связать меня, - сказал он двусмысленно, - заткнуть мне рот и тащить на себе... или отвести меня к Нунцио. Интересно, что ты выберешь".       - Предпочитаю тащить тебя... на себе, - кокетничала Хоук, - я слышала, что перед твоими чарами трудно устоять.       - Это все акцент, он тебе нравится? - в его взгляде появилось что-то непередаваемо требовательное, властное и в то же время нежное, влекущее.       - Я не сдам тебя, - выдохнула Хоук.       - Наше знакомство стало для меня огромным удовольствием, дорогая Защитница, - Зевран сделал изящный полупоклон, - надеюсь, мы продолжим его.       Он ушел и девушка с опаской покосилась на своих спутников. Никогда еще она так отчаянно не флиртовала, но ассасин безумно понравился ей. Она ждала, что посыпятся шуточки, но мужчины молчали: Варрик - мудро, Андерс - взволнованно, а Фенрис - подавленно. Хоук украдкой облегченно вздохнула и приказала: "Пошли в лагерь Воронов, разберемся с заказчиком".       Солнце уже клонилось к закату, когда отряд добрался до стоянки антиванцев. Здесь их догнал Зевран. Ему приносило странное удовлетворение убийство бывших братьев по оружию. Но сейчас он пошел драться, чтобы еще раз увидеть понравившуюся ему девушку. Когда Хоук, пообещав отправить Нунцио с подручными в Антиву в винной бочке, расправилась с Воронами, он подошел к ней почти вплотную и протянул редкий кинжал: "Отлично сделано. У меня нет достойной награды, Защитница, но возьми это в знак моей благодарности, - он пытливо посмотрел ей в глаза, - пора мне в дорогу. Разве что ты... не против, чтобы мы узнали друг друга получше..."       Мариан очень хотела "узнать его получше", она уже открыла рот, чтобы пригласить его к себе в гости. Но тут некстати вмешался Фенрис. Вне себя от ревности и злости, вспыхивая лириумными клеймами, он угрожающе сказал Зеврану: "Это будет затруднительно. Ты уверен, что хочешь попытать счастья?"       Зевран смерил его взглядом и потянул из-за пояса метательный нож. Но Андерс встал между ними, загородив собой Фенриса: "А что еще можно узнать? Все и так на поверхности. Мы много хорошего слышали о тебе. Это ведь ты помог Серым Стражам справиться с Архидемоном?"       - К твоим услугам, мой друг, - Зевран отвесил ему полупоклон, повернулся к растерявшейся девушке и ободряюще улыбнулся ей, - что ж, вопросов нет. Как говорят, надо двигаться дальше. Дома меня ждет маленькая война, а времени так мало. Может, мы еще встретимся, Защитница.        Зевран уходил, Хоук ошеломленно смотрела ему вслед, не смея окликнуть. "Больше я его не увижу", - подумала она и разъяренной фурией повернулась к Фенрису.       - Кто тебе дал право вмешиваться?! - гневно закричала она - убирайся, я больше не желаю видеть тебя.       Андерс схватил ее за руки: "Не надо, Мари, успокойся, умоляю. Ты убиваешь его". Девушка вырвалась и злобно прошипела: "А идите вы..." Она оттолкнула мага и быстрым шагом пошла в сторону, противоположную направлению Зеврана.       - Даа, весело у вас тут, - протянул Варрик и засеменил за Хоук.        Андерс проводил их взглядом и повернулся к Фенрису: "Пойдем и мы, мой друг". Он обнял эльфа за плечо и подтолкнул, ориентируя на город. Тот сделал несколько шагов и остановился: "Она ненавидит меня..." Андерс взял в ладони его лицо, заставив посмотреть на себя: "Теперь, похоже, да. Оставь пустые надежды, забудь ее".       - Я... не могу, - горевал эльф, - ты не понимаешь. Для меня нет ничего хуже, чем мысль о жизни без нее.       - Зачем ты тогда ушел от нее, дурак? - запальчиво закричал Андерс.       - Уйти от нее было самым трудным решением в моей жизни, - печально ответил Фенрис, - но что я, нищий, беглый раб, изуродованный лириумными клеймами, преследуемый хозяином, мог ей, аристократке, красавице, умнице, предложить? Вечное бегство, постоянный уход за больным любовником?       - А сейчас что-нибудь из перечисленного изменилось? - едко спросил маг, - или потом изменится? Может, ты собираешься стать аристократом? Или разбогатеть?       - Вот-вот, то-то и оно, - с убитым видом согласился эльф, - но я люблю ее, ты и представить себе не можешь, что это такое.       - Ну, конечно, - саркастически усмехнулся маг, - только тебе доступны такие высокие чувства. Идешь ты или нет?       Он развернулся и быстро пошел в сторону города. Фенрис с удивлением посмотрел на его удаляющуюся спину и, поколебавшись, побежал за ним: "Подожди, Андерс!" Он догнал его и пошел рядом.       - Ты что, - нерешительно начал он, - тоже любишь ее?       - Нет, - покачал головой маг, - она напоминает мне женщину, которую я любил. Я хорошо к ней отношусь, как к младшей сестренке. У меня была сестренка, моложе меня на пять лет. Такое, знаешь, чудо с косичками.       - А где она сейчас? - заинтересовался Фенрис.       - Нет ее больше, - Андерс скорбно вздохнул, - ее и мать с отцом храмовники бросили в тюрьму за то, что они не хотели забыть, что я есть. Они умерли там...       - Прости, - выдавил потрясенный эльф.       - Ничего, - маг взял его за руку, - пойдем быстрей, поздно уже. Ты домой или ко мне? У меня пирог есть, с мясом. Хочешь?       - Хочу, - эльф сжал его руку, - весь день голодные... Выпить бы еще чего-нибудь.       - И выпивка найдется, - улыбнулся маг. ___________________________________________________________________ * А. С. Пушкин. 1833 г. Пора, мой друг, пора! покоя сердце просит — Летят за днями дни, и каждый час уносит Частичку бытия, а мы с тобой вдвоем Предполагаем жить, и глядь — как раз умрем. На свете счастья нет, но есть покой и воля. Давно завидная мечтается мне доля — Давно, усталый раб, замыслил я побег В обитель дальную трудов и чистых нег.