Born to become a legend.

Месяц спустя

Иссей лежал в госпитале уже сам не помня сколько. Нога и рука не поддавались никакому лечению, и он решал что делать. — Господин, вы снова ничего не ели, — медсестра уже который раз упрекала парня в этом. Есть желания не было, так как энергии было хоть отбавляй. Она заменяла и сон, и воду. — Извните, сестра, — хрипло ответив, парень снова взглянул в окно. Встать он не мог из-за невероятной боли. Как он тогда вообще добрался до лагеря с Алексис на плечах осталось тайной для всех, кто знал об этом. Для самого Хёдо это было воспоминанием, которым он гордился, но не хотел бы испытать такое снова. — Понимаю, что вас тревожит, но это не отменяет того факта, что вам надо питаться, для полного восстановления. — наводя порядок в и так чистой комнате, в очередной раз повторяла женщина. — Все врачи, приходившие сюда, уже говорили о том, что они не восстановятся. Это проклятие грёбаного Короля. — фыркнул парень в ответ. Ддрайг молчал, не отвечая по сей день. Он не слышал голоса своего напарника с момента той глупой соры. Дракон говорил, о том, что будет молчать до тех пор, пока сам не решит, что с парня хватит. Ему пришлось пережить всё в одиночку. Впервые он был абсолютно один, даже учитывая сколько людей вертится вокруг него. — Когда же ты ответишь, а? — пробормотал Иссей, устало смотря на свою, точнее Ддрайга, руку. Говорить было тяжело, ведь в тот день его пронзили насквозь, а рана кое как была залатана магией. — Ты ведь можешь сделать это. Но молчишь, а я знаю, что ты слышишь. И ты решил оставить меня, да, Ддрайг?

***

Лиреми сидела рядом с койкой Алексис, но мысли её были далеко отсюда. Девушка теребила амулет на шее — редкая привычка, появлявшаяся только тогда, когда она действительно волновалась. В палате было тихо, медсестра давно вышла, но тишина не приносила облегчения. Она только подчёркивала отсутствие тех, кого им не хватало. Дверь тихо приоткрылась, и Люкс вошёл, устало прикрыв за собой. Он едва заметно прихрамывал — последствия тех же событий, о которых никто не хотел вспоминать. — Люкс, — Лиреми встретила его взглядом, слишком спокойным, чтобы быть настоящим. — Опять сбежал из госпитальной комнаты? — Я называю это "восстановительной прогулкой", — криво усмехнулся он и махнул рукой. — К тому же… я просто не выношу сидеть без дела. Особенно сейчас. — Понимаю, — отозвалась Алексис тихо. Она выглядела лучше остальных, но в её глазах всё ещё была тень. — Как… господин Иссей? Слова повисли в воздухе, и всё трое знали — этот вопрос был куда тяжелее, чем звучал. Люкс опустился на соседнюю кушетку, провёл рукой по волосам и выдохнул: — Он в порядке… насколько это возможно для человека, которому больно даже дышать. — Короткая пауза. — Он не сказал ни слова. Даже на меня не посмотрел толком. — Он злится, — сказала Лиреми почти шёпотом. — Или ненавидит нас, — добавил Люкс мрачно. — И, если честно, я бы не удивился. Мы втянули его в войну, к которой он не имел никакого отношения. Он просто… оказался рядом. Чужак в нашем мире. Гость. — Гость, который спас нас всех, — с силой выдохнула Алексис, сжав руки. — Этого никто не должен был делать. Не обязан был. Но он сделал. Ради меня… ради всех нас. Лиреми нахмурилась и отвернулась к окну, скрывая выражение глаз. — Когда его принесли сюда… — тихо начала она, вспоминая. — Я думала, он уже мёртв. Я никогда не видела, чтобы человек с такими ранами… ещё дышал. Я не уверена, какой силой он тогда держался. Или ради чего. Люкс поднял взгляд. Он говорил мягко, но каждая фраза будто резала его изнутри: — Знаешь, что самое страшное? — Он посмотрел на обеих девушек. — Он мог умереть ради нас. Ничего не требуя взамен. И сейчас… он страдает за это каждый день. Из-за наших проблем. Повисла тяжёлая пауза. Алексис опустила глаза: — Иногда мне кажется… что он больше всего страдает из-за нас. Потому что мы — напоминание о том, что случилось. — Он бы всё равно сделал то же самое, — твёрдо сказала Лиреми, подняв голову. — Он… такой человек. Упрямый. Глупый. Безрассудный. Но настоящий. И именно поэтому это так больно. Люкс вздохнул, опустив локти на колени. — Может… он ненавидит не нас. Может, он злится на себя. За то что полез спасать. За то, что позволил Тимору нанести этот удар. За то… что не справился. — Он справился, — Алексис резко подняла глаза. — Он спас меня. Он спас этот мир! — И теперь платит за это, — добавила Лиреми. — Мы все стоим на ногах. А он… лежит там, прикованный болью. — Если бы я могла забрать часть этого на себя… — прошептала Алексис. — Я бы отдал всю свою силу, — мрачно добавил Люкс, сжав кулаки. — Но так это не работает. Тишина растянулась, будто давила на стены, заставляя их троих чувствовать собственную слабость. И вдруг — дрожь. Лёгкий, едва различимый звук у дверей. Трое сразу обернулись. В дверном проёме стоял Иссей. Сутулый, бледный, едва держась на ногах — но глаза горели, как у зверя, которого загнали в угол, но который всё ещё готов драться. — Я… ещё живой вообще то, — послышался хриплый голос у дверей. Все мигом обернулись, встретившись с горящими огнём глазами. Он стоял скрючившись, словно старик, прижав раненную руку к себе, а здоровой упираясь в косяк дверей. — Иссей! — Люкс вскочил с места, подойдя к другу, помогая ему дойти до кушетки. — Тебе ведь нельзя вставать с постели! — начала было ругаться Лиреми, как замолкла, посмотрев в глаза парня. — Мне нужно… все время стоять, ходить, только так я смогу…восстановиться. — трудно, с передышками, проговорил Секирютей. — Я знаю, что смогу… Только так… я не сойду с ума окончательно. — Но ты ведь только навредишь себе! — ответила Алексис, взяв парня за руку. — Изначально… так и будет. Но я чувствую боль, даже если просто дышу. Как жаль, что в вашем мире нет болеутоляющих… препаратов или заклинаний. Чертов Тимор пронзил меня насквозь! Мог бы прикончить его снова, разорвал бы на тысячу кусков! — прорычал Хёдо, и по комнате прокатилась багровая яростная аура. Она стихла столь же быстро, но успела напугать Алексис. — Если отказов ты не приемлешь, позволь помочь тебе, — как можно мягче проговорил Люкс, — в любое время дня и ночи я буду рядом. А на счёт боли… я продолжу поиск лекарств. — Реабилитация после таких ранений займёт много времени, — прохрипел шатен, сжимая кулак, — а я ведь и так его потратил столько, что можно перескочить несколько миров. — Иссей, мы постараемся сделать всё возможное, чтобы поставить тебя на ноги. Просто подожди ещё немного. — положив ладонь поверх его, пообещал принц. — Я знаю, дружище, — криво улыбнулся он, — знаю…

***

Прошло ещё два месяца, и вот, воодушевлённый полуэльф мчался по небу, стараясь как можно быстрее добраться до раненного друга. Его странствия привели его к одному древнему источнику, вода в котором может исцелять любые ранения. Проблема в его хранителе, Древней Келпи. Этот водный дух, хранивший источник тысячелетия, не желает подпускать к нему никого. Наконец, добравшись, он спешился и промчался по больнице, не обращая внимания на крики медсестёр. Открыв дверь, он обнаружил друга в странном, особенно для его состояния, положении. — О, Люкс, рад тебя видеть здоровым, а то мне говорили, что ты куда-то отправился. — Тебе уже настолько лучше? — поинтересовался принц, смотря как друг отжимается на здоровой руке. — Ну, ещё не настолько, чтобы скакать по округе, — сев на кровать ответил шатен, — но раны, как я и говорил, уже не настолько меня беспокоят. Рукой и ногой я всё ещё не могу двигать, но стою крепко. — Рад слышать! Я тоже пришёл не без вестей, — улыбнулся юноша, а потом пересказал всё, что с ним произошло, и что именно он нашёл. — Хм, — нахмурился парень, — ты думаешь, это поможет? Тем более, эта… Келпи не пропустит нас просто так. — С этим я разберусь, — уверенно ответил принц, — выдвинемся завтра с утра, а пока заручусь поддержкой у отца и ближайших советников. — Флаг тебе в руки, — сдался Хёдо. Они проговорили ещё около часа, а после Люкс ушёл, оставив парня в одиночестве. Иссей молча проводил его взглядом, а потом посмотрел на свою левую руку. Чешуя на ней чесалась, и он провёл рукой о металлический край кровати. Мыли текли нехотя, словно застревали в густой смоле. «Что. Если. Зачем.» За прошедшее время, парень не переставал задавать себе эти вопросы. Он думал, что бы стало, не полезь он спасать Алексис. Он бы себя не простил. Никогда бы не смирился с мыслью, что не сделал этого, хотя мог. Ещё он очень сожалел, что тогда оскорбил Ддрайга. Для дракона, особенно такого уровня, гордость — это суть их жизни. Они горды тем, что они драконы больше, чем всем остальным. Сетуя на свою неопытность, он тысячи раз проклинал тот злополучный день. — Ну? — прошептал он. — Ты будешь так и дальше играть в мёртвое радио? Ничего. — Давай, скажи хоть что-нибудь. Даже твоя бравада лучше, чем эта тишина. Но тишина тянулась дальше. Словно дракон стоял рядом, смотрел на него — и молчал специально. И вдруг: — Я слышал всё. Иссей вздрогнул. — О… так ты всё же решился ответить. — Ты сказал достаточно, чтобы любой другой бы ушёл. Но я — не любой. — Ага. Ты же великий Император, само понятие гордости. Что же ты хочешь теперь, чему научишь? — Хочу, чтобы ты перестал вести себя, как ребёнок, у которого отняли игрушку. Иссей медленно поднял голову. — Игрушку? Ддрайг… я потерял руку. Ногу. Жизнь. А ты исчез. Ты просто… закрылся. — Ты хотел тишины. Я дал её. — Нет. Ты оставил меня один, когда я больше всего в тебе нуждался. — Тебе нужно было сломаться. — максимально честно ответил Валлийский. — Чтобы что? — голос сорвался. — Чтобы ты потом пришёл и сказал, что я должен умереть, чтобы стать сильнее? Ддрайг молчал секунду — долгую, тяжелую, как камень. — Да. Иссей рассмеялся. Глухо. Уставший смех. — Ты чудовище. — Твоя сила — тоже от чудовища. И если ты её не примешь — она сожрёт тебя. — Значит, мой выбор — умереть или… умереть по-другому? — Теперь ты понимаешь. Иссей выдохнул через зубы. — Знаешь что, Ддрайг? Иногда я думаю… что мне стоило сдохнуть тогда, под мечом Тимора. — А я думаю, что хорошо, что ты выжил. Потому что теперь — ты готов. — К чему? — К рождению. В муках. В огне. В боли. Такой, от которой ты захочешь кричать, но не сможешь. — Ты умеешь вдохновлять. — ухмыльнулся парень. — Я умею говорить правду. Ты — больше не человек. И чем раньше ты это примешь — тем меньше будешь сопротивляться. Иссей сжал кулаки. — И это всё, что ты мне скажешь? — Нет. Пауза. — Я не бросал тебя. Я ждал, пока ты перестанешь цепляться за то, кем был. — … — Я вернулся, потому что ты наконец перестал бояться умереть.

***

Лететь было классно, особенно на Грифоне. Люкс нёсся впереди на своём золотом дракончике, указывая дорогу. — Скоро можно будет приземляться, — прокричал принц сквозь ветер. — Мы добрались быстрее, чем я думала, — сказала Лиреми, высунув голову из-за плеча Иссея. Она обхватила его руками, прижимаясь всем телом, чем вгоняла парня в смущение. Подтрунивая над ним все пять дней, она не заметила, как они прилетели. Иссей не стал раскрывать всей правды на счёт обращения, опустив тот факт, что оно смертельно опасно. Предупредив заранее о сильной боли, он приказал им ни в коем случае не вмешиваться, чтобы не происходило. Он, как и Ддрайг, боялись вмешательства, поэтому решили защитить себя ограждающим барьером на время ритуала. В этот момент его аура будет нестабильна, поэтому остальные должны будут оставаться на достаточном расстоянии, желательно за пределами пещеры. — Спускаемся! — Грифон круто спикировал вниз, раскрыв крылья в последний момент. Хоть вид и сверху был великолепным, но вблизи вход был еще прекраснее. У входа стояли две статуи, словно вросшие в камень, держа у груди мечи. Шлемы полностью скрывали их лица, а вместо глаз сияли драгоценные камни. Подойдя ко входу, засверкали маленькие огоньки, освещая проход. Спускаясь всё глубже, Иссей поражался ещё больше. Это горели камни-сталактиты. Их тут были тысячи, от чего внутри было светлее чем на воздухе. Они шли, возможно, час или два, пока коридор не начал расширяться. — Так ты вернулся, полу-эльф, — от голоса у всех пробежали мурашки по коже, он раздавался везде. Холодный, лишённый эмоций. Он сочетал в себе и женский и мужской, детский и старческий. Именно так в представлении всех живых должна звучать сама смерть. — Как и обещал, — кивнул Люкс в темноту, где не было никакого источника света. — Ты уже слышал мой ответ. Возвращайся. — голос стал громче. Его хозяину явно не нравилось то, что пришли незваные гости. — Мы не собираемся причинять вред источнику, который ты охраняешь, — пробасил Ддрайг, — Этому ребёнку нужно пройти ритуал обращения, нужно место, обладающее успокаивающим и исцеляющим эффектом. — Великий Дракон… Интересно. Как же тебя угораздило попасть в тело человека? — были отчётливо слышны как удивление, так и насмешка. — Это тебя не касается, Келпи, — отрезал Валлийский, — Пропусти нас, мы сделаем то, зачем пришли, и спокойно уйдём. — Госпожа, это то, о чём я вам говорил, — склонился Люкс, протянув руки вверх, держа некий свиток. Он взмыл в воздух и поплыл к Хранительнице, раскрываясь в полёте. — Твой король предлагает мне любую услугу? Это занятно, тем паче от высшего эльфа. Но что я могу хотеть, кроме тишины? — усмехнулась Келпи, а потом свет начал потихоньку загораться. Проглядывались очертания существа, выглядывающего из большого озера кристально чистой воды. Из-за сталактитов, сияющих вокруг, она сияла голубоватым светом. — Мы можем постоянно патрулировать данный участок, чтобы впредь здесь никогда не появились нежданные гости. — ответил принц. Его отец дал согласие на любые действия, если это позволит их Герою исцелиться. — А так же обещаем, что будем помогать в обеспечении безопасности руин. —Это ничего не стоит. Даже интересно, когда сюда спускаются напыщенные искатели сокровищ. — фыркнула Хранительница со злобным блеском в глазах. — Больше мне интересно, что же ты мне скажешь, мальчик-дракон? — Мне нужно провести ритуал драконофиции, дабы избавиться от проклятия. — ответил Иссей, выйдя вперёд. Наконец он смог нормально разглядеть существо. Лошадиная морда кончалась острыми клыками, плавно переходя в чешуйчатое тело рептилии, нижняя часть которой кончалась рыбьим хвостом. Копыта были сложены под мордой, а остальное тело находилось под водой. Мутные, беззрачковые глаза переливались бирюзовым оттенком. — Хорошо. Только ты, остальным здесь делать нечего. — дала своё согласие она. — Да будет так! — воодушевлённо ответил принц, поклонившись. — Иссей, мы будем ждать тебя снаружи, сколько потребуется. — Спасибо, но лучше летите домой, — ответил парень, а потом горестно вздохнул, — быстро это вряд ли кончится. А после, я и сам смогу добраться, поверь мне. — Думаю… ты прав, — нехотя согласился он, а после, протянул руку, — вернись живым, дружище. Мы будем ждать. — Если не придешь, я тебя прикончу! — пригрозила Лиреми. — Буду молиться за ваше здоровье, господин! — произнесла Алексис, аккуратно обняв парня. Когда все ушли, Хёдо обернулся, наткнувшись на заинтересованный взгляд. Келпи не сводила с него глаз, пока он говорил с драконом, а после произнесла: — Твой запах говорит, что тебе пора умирать. — Спасибо. Отлично подняла самооценку. — Это не насмешка. Это констатация. Она приблизилась — плавно, бесшумно, будто не касалась земли. — Твоё тело разрушается. Ты несёшь проклятие, которое не должно было остаться живым. И всё же — ты стоишь. — Я упрямый, — он пожал плечами. — И не люблю умирать раньше срока. — Срок? — повторила Келпи с интересом. — Ты думаешь, у тебя есть срок? — Должен быть. — Нет. У таких как ты, — нет срока. Есть только путь. Она наклоняется. — И почти все его не проходят. — Почти? — Почти, — её глаза блеснули. — Некоторые… выживали. Но те, кто выходили из воды — не были теми, кто входил. — Звучит обнадеживающее. — Это предупреждение. Ты перестанешь быть человеком. Не частично. Не постепенно. Полностью. — Думаешь, меня это пугает? - сглотнул Иссей, смотря прямо в бездонные глаза. — Я думаю… — Келпи прохрипела своим леденящим душу многогранным голосом. — …что ты уже мёртв наполовину. И тебя пугает только одно — кем ты будешь, когда выйдешь? — Тебе нравится копаться в чужих страхах. — Это всё, что во мне осталось. Но знаешь что, мальчик-дракон? Ты не боишься ритуала. Ты боишься, что после него никто не узнает тебя. Даже ты сам. Иссей молчал, потому что она попала в самое сердце. — Ты готов? — спросила она. — Нет. Он сделал шаг. — Но я всё равно сделаю. — Тогда вода примет тебя. Словно приговор: — И убьёт то, что в тебе ещё живо. Вода холодила кожу. Иссей вошёл по пояс, дрожа и от боли, и от чего-то большего. — Ддрайг… — тихо позвал юноша. — Я здесь. — Если я… не выберусь… — Ты выберешься. — Откуда такая уверенность? — Из тебя. Ты впервые в жизни не врёшь себе. — А если я не выдержу боль? — Тогда умрёшь. — Ты мог бы хотя бы соврать. — Ложь делает слабее. Ты не имеешь права быть слабым. — Почему? Тишина. Потом: — Потому что я выбрал тебя как своего напарника. Иссей усмехнулся сквозь дрожь. — Так это всё из-за твоей гордости? — Гордость — это то, что держит нас живыми, наше естество. Тебя — тоже. — А если я выйду другим? Не собой? — Ты будешь собой. Но той версией, которой ты боялся стать. — И ради этого… нужно отдать… всё? — Ради этого — всё. Вода вспыхнула багровым светом. — Ддрайг, только… не дай мне потеряться. — Я не дам. Я позволю тебе упасть. Но не исчезнуть. — Спасибо… — Рано благодарить, партнер. - с ухмылкой ответил ящер. - Келпи, присмотри за юношей, взамен, ты получишь моё Слово. — Я ожидала твоей просьбы. Я помогу, но и ты не забудь о ней. Опускаясь всё глубже в леденящий не только тело но и душу источник, Иссей всё ярче горел багровой аурой. ТУДУМ! Из толщи воды раздался удар, словно глыба упала в воду. За ним ещё один. ТУДУМ! ТУДУМ! — Какой сильное сердце… — восхищенно проскрежетала Келпи. Сердцебиение хом раздавалось по всей пещере, становясь всё сильней. Вода бурлила от источаемой ауры, вскипая. Выйдя отсюда, Иссей никогда уже не сможет назвать себя человеком.