Снайперша

      Сузуки максимально тихо ступала босыми ногами по коридору больницы. На перемотанное бинтами тело, была накинута белая рубашка, больше на несколько размеров, благодаря чему удачно использовалась девушкой вместо пижамы. Каждый шаг давался школьнице с трудом, но жажда, наконец, вдохнуть свежий воздух, перечёркивала любой дискомфорт. До места назначения, Учиха добралась довольно быстро, к счастью, не встретив никого по дороге. Просторный открытый балкон, скрывающийся в холле за плотными серыми шторами, встретил пациентку приветливым тёплым ветерком. Подол рубашки приятно защекотал ноги, а непослушные распущенные пряди чёрных волос начали кружить перед лицом, заставив брюнетку прикрыть глаза.       Последние три недели Сузуки безвылазно провела в палате, причём половину этого времени ей напрочь запрещалось вставать с постели, а выходить за пределы комнаты не разрешалось до сих пор. Девушка прекрасно осознавала почему были такие требования, ведь травмы, полученные ею, не внушали ничего хорошего, и пара сломанных рёбер – не самое худшее из всего списка, с которым она поступила в госпиталь. Однако, это не значило, что школьница прислушается ко всем рекомендациям врачей, они просто не понимали, как катастрофически ей не хватало свежего воздуха и ощущения, пусть и немного фальшивой, но всё же свободы. Эти два явления она, как ничто другое начала ценить после того, как месяц просидела в заточении, поэтому теперь рвалась из палаты прочь, при первой удобной возможности.       Учиха облокотилась о железные перила и слегка откинула голову назад, еле заметно улыбаясь каким-то своим мыслям.       – Надеюсь, что весь тот кипишь, который твориться в другом конце коридора, не из-за тебя? – раздалось по ту сторону балкона, от чего девушка моментально напряглась и поспешила открыть глаза.       Взор девушки встретился с изучающим взглядом Пейна. Мужчина не появлялся в больнице ни разу после поступления сюда Сузуки, про её состояние и их бессовестность и без того пришлось выслушать долгую нотацию от Сенджу Цунаде. От Итачи рыжеволосый также узнал о том, что брюнетка стала более молчаливой и замкнутой в себе – это и не удивительно, учитывая последние события из её жизни. Хорошо, что обошлось без серьёзных психических нарушений, и, видя, как стойко девушка держится на ногах, ослушиваясь рекомендаций врачей о покое и минимальной подвижности, Пейн понимал, что внутренний стержень не был сломлен, а это – самое главное.       – Не понимаю о чём Вы, – спокойно произнесла юная особа, пожав плечами.       – Медсёстры очень рассержено пытаются найти пропавшую из палаты пациентку. Выглядишь получше, чем в нашу последнюю встречу, – решил перевести он тему в другое русло.       – Вы пришли сюда, чтобы осыпать меня букетом из поддёвок? – поинтересовалась Учиха, приподняв правую бровь.       – Нет, пришёл исполнять свои обязанности.       – Не думала, что нянчиться со мной входит в вашу компетенцию.       – А я не думал, что ты способна так много язвить.       Сузуки могла бы и дальше продолжать выпаливать колкости в адрес лидера, однако решила вовремя прикусить язык, потому что, как-никак, человек, стоявший перед ней, поверил в её верность организации и являлся ей не подружкой, а наставником, поэтому необходимо было соблюдать субординацию и не переходить грань, чтобы не нарваться на неприятности.       – Как проходит лечение? – поинтересовался рыжеволосый, заметив ступор собеседницы.       – Прекрасно, планирую выбраться из этих стен, как можно быстрее, может и к началу учебного процесса успею.       – У школьников учёба начнётся уже на следующей неделе.       – А я планирую выздоравливать очень настойчиво, – улыбнулась в ответ девушка.       – Что ж, это похвально, но смотри не переусердствуй.       – Конечно. Как продвигается работа?       – Дейдара и Сасори пару дней назад отправились на миссию. Кисаме, Итачи и Хидан активно занимаются поиском информации о твоих похитителях.       От последнего упомянутого имени, в груди девушки разошлось странное волнение. Она смутно помнила тот вечер, когда приползла к нему домой, но не сомневалась, что предстала перед парнем не в лучшем виде, а значит, он опять видел её слабую и раздавленную – настоящую. За это Учиха испытывала необъяснимое чувство стыда. После того, как брюнетка оказалась в больнице, Матсураши наведывался сюда раз в два-три дня, однако всегда оказывался в её палате с кем-то ещё, в основном это был Итачи. Непонятно лишь одно – это было обычное стечение обстоятельств, или малиновоглазый просто избегал возможности остаться вдвоём. Сузуки было, что сказать, однако чрезмерное стеснение не позволяло школьнице попросить парня остаться с ней наедине. В любом случае, радовало и то, что он вообще приходил – это значило, что она не была ему полностью безразлична.       – Есть догадки о лидере той группировки?       – Да, твой брат выдвинул предложение. Только один человек подходит под все собранные сведения – это бывший член Акацуки – Орочимару, но проблема в том, что он считался мёртвым. Ребята раздобыли кое-что о его подчинённом – Кабуто, но до сих пор не понятно, остался ли он жив, следов его тела в доме обнаружено не было.       – Он вполне мог выжить после падения, я не стала проверять, потому что время поджимало, это была единственная возможность сбежать, и я ею воспользовалась, не став лишний раз рисковать.       – Это правильное решение. А теперь, я думаю, что пришло время тебе всё рассказать.       Сузуки напряглась, было понятно, что ей бы больше никогда не хотелось вспоминать о произошедших событиях, они явно доставляли внутренний дискомфорт и вгоняли девушку в панику, однако, для дальнейшего расследования нужна была информация, или они так и продолжат топтаться на месте.       – Сузуки, не все в команде верят в твою невиновность, поэтому для твоего же блага – не тяни. Ты должна рассказать всё в мельчайших подробностях. Зачем они тебя похитили? Что говорили и делали с тобой? Как тебе удалось сбежать? Если не расскажешь мне, придётся вещать Мадаре, и поверь, это не лучший исход для тебя, ты плохо знаешь своего дядю.       Последнему уколу в сторону своего родственника девушка явно удивилась, однако не стала акцентировать на этом внимание, понимая позицию рыжеволосого. Набрав в грудь побольше воздуха, Учиха начала свой рассказ, стараясь говорить как можно тише, чтобы никто из посторонних не услышал её, однако от накатывающего волнения, голос порой срывался на высокие ноты. Пейн внимательно наблюдал за школьницей, чей взор с начала рассказа не отрывался от пола. Она нервничала, не переставая теребить подол рубашки и крутить пальцы, время от времени, её тело била крупная дрожь, а лицо искажалось в гримасе боли от воспоминаний. Когда рассказ был окончен, брюнетка едва ли сдерживалась от рыданий.       – Простите меня, – в конце-концов сорвалось с уст школьницы.       – За что ты извиняешься? – нахмурился лидер.       – Я была беспечной и испугалась перед лицом опасности. Никакие тренировки и миссии не смогли закалить меня от ступора, который настиг из-за внезапности происходящего, – на одном дыхании выпаливала девушка.       Пейн слышал, как от волнения дрожал её голос, видел, как глаза наполнялись слезами. Смотреть на то, как перед тобой ломается человек, было поистине невыносимо, но менять что-либо слишком поздно.       – Я даже не попыталась вырваться, когда меня схватили. Всё произошло так быстро… – голос окончательно оборвался.       Сузуки до крови закусила губу изнутри и с силой сжала кулаки, терпя боль в травмированных пальцах. Показать слабость перед Пейном – для неё было сродни позору. Он – человек, благодаря которому она закалялась, как физически, так и морально, к нему она испытывала высшей степени уважение, именно поэтому ни одна слеза так и не скатилась по бледным щекам, а чувства, разрывающие душу, так и не смогли вырваться наружу, остановленные силой воли.       – Ты облажалась, – строго подвёл итог рыжеволосый.       Эта фраза иглой врезалась в, и без того, потрёпанные нервы школьницы. Мысленно лидер знал, что облажались они все, а в особенности он, ведь никто не предупредил её, не защитил, но в реальности он никогда не сможет сказать Сузуки об этом. Пейн не станет убеждать её в невиновности, не попросит прощения и не успокоит, потому что это не в его характере. Для окружающих он должен остаться строгим и холодным лидером, а не обычным мужчиной, винившим себя в похищении подопечной, в которой с каждым новым днём всё больше видел отражение погибшего друга.       – Да, облажалась, – донеслось до его слуха, словно сквозь какую-то пелену. – Но этого больше не повториться, я клянусь!       В чёрных глазах девушки загорелась небывалая решимость, которая заставила Пейна невольно усмехнуться.

***

      Сузуки с жадностью вдыхала свежий тёплый воздух, наслаждаясь хорошей погодой. За последнее время она слишком много времени проводила в больницах, удивительно, что её ещё не отчислили за пропуски, хотя она, даже при своей отвратительной посещаемости, изо всех сил старалась быть лучшей в учёбе. Сейчас же девушка, в очередной раз, выписалась из больницы, физическое состояние ещё далеко от нормы, но дальнейшее выздоровление можно было продолжить и за стенами «белой тюрьмы». Перед ней неспеша шёл Хидан, который слинял с пар, чтобы забрать брюнетку и помочь ей донести вещи в общежитие. Между ними зависло неловкое молчание. Школьница не знала, что сказать, чтобы разбавить тишину, поэтому молча шла следом, к тому же, ей было о чём подумать по дороге. К примеру, о том, что она очень отдалилась от мамы и её семьи, женщина стала без особых расспросов принимать тот факт, что её дочь могла пропасть на месяц без единой весточки. Сузуки тяжело принимала то, что с каждым новым днём между ними нарастала отстранённость, но по другому жить не получалось, учитывая работу, в которую она ввязалась. Отец тоже стал спокойнее принимать неожиданные исчезновения младшего ребёнка, ему это давалось проще, так как он привык к образу жизни Итачи и понимал, что с Сузуки обстоит та же ситуация. Вобщем-то, придумать родителям историю о различных практиках по профилю не составило труда. Саске тоже молчал, он один из «непросвещённой семьи» знал, что девушка была в больнице, приходил туда довольно часто, но никак не затрагивал то, почему школьница вновь оказалась здесь. Сузуки не была глупа и не считала таковым Саске, поэтому понимала, что брат знает о подпольном роде деятельности Акацуки. Это подтвердилось, когда парень во второй раз пришёл навестить сестру в больнице, от глаз не могли укрыться синяки на лице и костяшках, а зашедший чуть позже Итачи, такой же избитый – полностью дополнил картину. Они подрались из-за неё. От одной лишь мысли об этом, внутри всё сжималось до боли. Кто бы мог подумать, что она станет причиной раздора самый родных людей.       Говоря о близких: школьница давненько не видела Шисуи, она не решалась позвонить, пока была в больнице, зная, что он по одному лишь голосу поймёт, что что-то случилось и обязательно примчится, а ей и без того проблем хватало. Он тоже не звонил – это и понятно: парень окончил университет и сейчас, скорее всего, устраивался на работу в полицию, а она даже не имела возможности поздравить его с окончанием учёбы. Да, что уж тут, Пейн и Конан тоже окончили университет, а она даже не поинтересовалась, удалось ли Пейну устроиться работать на профиль снайперов, как он и хотел, да и Саске она не поздравила с окончанием школы и поступлением в университет. Конечно, так себе она друг и сестра. Да и вообще, не так давно она вспомнила, что пропустила собственный день рождения, пока сидела в заточении у похитителей. Последнее время всё явно шло наперекосяк…       Пока все эти нерадужные мысли занимали всё внимание Сузуки, они с Хиданом уже подошли к её комнате в общежитии, куда она впервые разрешила себя провести парню. После тех мучений, которые ей довелось пережить, она перестала переживать за свою репутацию и возможный гнев со стороны Итачи. Учиха обошла застывшего на месте Хидана и поспешила открыть дверь.       – Хината сейчас на учёбе, не хочешь зайти? – тихо поинтересовалась школьница, впервые за весь путь, разбавляя тишину.       – Да, давай, – согласился Матсураши.       Сузуки поспешила зайти и поставить чайник. Разобрав вещи, она уставилась в сторону Хидана, не зная, что сказать.       – Спасибо, что помог.       – Пустяки.       – И ещё, я так и не извинилась за то, что ты вновь заменял мне подушку для слёз.       Хидан моментально вспомнил тот вечер, когда к нему на порог пришла полуживая девушка.       – Не смей за это извиняться, – нахмурился студент, подходя ближе к брюнетке. – Ты не представляешь, как мы все волновались за тебя. Итачи не находил себе места. И я тоже… – последнее предложение студент практически прошептал, от чего в девичьей грудной клетке разлилось приятное тёплое чувство.       Сузуки замерла на месте, пытаясь угомонить разбушевавшееся волнение. В полушаге от неё остановился Хидан. Парень оставил ей видимость личного пространства, но в то же время его было слишком мало, тем не менее, он показывал, что отлично усвоил урок и не перейдёт черту, пока она не позволит. Ей бы стоило что-то ответить, наконец, рассказать о гамме чувств, застрявших в груди и не дающих ей покоя, но тишина всё плотнее заполняла собой помещение, не оставляя ей и шанса открыть рот. Ещё тогда, изнывая от острой боли пыток, она решила для себя, что если выживет, обязательно даст Хидану шанс, ведь, в конце концов, осознала, что зарождающееся неведомое ей ранее чувство в груди – не шутка больного разума. Чувства реальны, и она больше не хочет страшиться того, что их выбросят, как ненужный мусор. Она была полна решимости. До того самого момента, пока не оказалась с Хиданом наедине… Оказывается, подумать проще, чем сделать. У неё в голове не укладывалось то, что она – та, что убивала людей, пережила пытки и была несколько раз на волосок от смерти, сейчас тряслась, как осиновый лист, боясь заговорить с парнем о чувствах. Ну что за вздор!?       Сузуки молилась, чтобы Хидан сказал ещё хоть слово и тогда она точно зацепиться за него, как за спасательный круг и выведет разговор в нужное ей русло. Одно лишь слово…       Хидан молчал. Мысленно он, как и девушка напротив, метался из угла в угол, сначала отрицая несвойственное ему «влечение» к школьнице, а затем просто не знал куда спрятаться от настырно тарабанящего сердца, отчаянно требующего тепла. Он – тот, кто стал со смертью добрыми приятелями, тот, кто не моргнув и глазом, лишал жизни людей, сейчас же боялся самого себя, а точнее того, кем он становился рядом с Ней. И нужно же было встретиться двум несмышленым идиотам: он, имеющий в прошлом сотни других девушек, так и не смог привязаться ни к одной из них, и она, прежде не имеющая опыта подобных взаимоотношений вообще. Кому из них сейчас было сложнее знают только небеса. А Матсураши и Учиха знали лишь, что последние события, позволили высвободить истинные эмоции, в конце концов раскрыли обоим глаза на очевидные вещи, которые они так старательно отрицали, и теперь дело оставалось за малым – принять свои чувства и решиться поделиться ими друг с другом.       – То, что случилось – моя вина, – спустя долгое молчание заговорил седоволосый.       – Что ты такое говоришь!? – тут же запротестовала брюнетка. – Ты виноват, что я была беспечной и не смогла вовремя применить боевые умения на практике?       – Я виноват в том, что позволил тебе уйти, – строго произносит парень, обрывая пламенные речи собеседницы.       – Хидан, – вырывается из уст Сузуки почти мольба. – Ты не виноват. Прошу, не говори так.       – Я думал, что поступаю правильно. Боялся давить на тебя, хотел дать время – я совершил ошибку, но больше я тебя не отпущу, – произносит он слова с привкусом горечи и надежды.       Удары взволнованного девичьего сердца заглушили собой весь внешний мир, когда парень сократил всё имеющиеся расстояние и приложил правую ладонь к её щеке.       – Мне так тебя не хватало, – срывается, наконец, фраза, в которой Учиха уместила всю гамму чувств, накопившихся внутри.       Перед Хиданом моментально разрушается клетка, в которую он заточил сам себя. Студент обещал себе, что не перейдёт грань, пока она не позволит, сейчас же они оба чувствовали, как разрушаются последние сантиметры, отдаляющие их друг от друга.       Сузуки смотрела в его невероятные ярко-малиновые глаза так, будто видела их впервые. Парень начал медленно склоняться к её лицу, что заставило Учиху прикрыть глаза. Когда она ощутила его лёгкое дыхание на уголке губ, тело моментально бросило в дрожь, а её собственное дыхание участилось. Волнение отказывалось отступать, в голове мельтешили десятки вопросов по типу: «А что, если ему не понравится? Вдруг я сделаю, что-то неправильно?». Однако все эти глупости исчезли в миг, когда его губы в нежном порыве накрыли её уста. Уже через мгновение левая рука Хидана притянула девичье тело к себе, а правая продолжала невесомо поглаживать щёку. Сузуки же, не зная, куда деть свои руки, просто приложила их к его груди. Матсураши не спешил, целовал так нежно, как только мог, стараясь вытеснить из памяти Учихи их прошлый неудачный поцелуй и заменить его новыми яркими воспоминаниями. Он обвёл кончиком языка контур девичьих уст, после чего начал поочерёдно посасывать её губы, наслаждаясь их мягкостью и податливостью. Сузуки отвечала на поцелуй робко, неуверенно, но с каждой новой секундой всё больше входила во вкус. У неё кружилась голова от новых приятных ощущений, и от дурманящего запаха его парфюма. Всё внутри трепетало, когда его язык медленно раздвигал её губы, проникая к ней в рот, когда проходился по ряду зубов, чтобы в следующий миг завлечь её язычок в страстный танец. Школьница пылала от разбушевавшихся эмоций, не замечая, как всё больше налегала на парня, тянулась к нему почти на носочках, лишь бы продлить это невероятное мгновение. Он прекрасно понимал её порыв, ведь сам испытывал нечто похожее, а для него это было странным. Студент уже давно не испытывал такую гамму эмоций от одного лишь лёгкого поцелуя. Он сходил с ума от вкуса её губ, от фруктового аромата, исходившего от её растрепавшихся волос, от того, как быстро сбивалось её дыхание, как она тянулась к нему и блаженно прикрывала глаза. Она была совсем неопытна, но сейчас, смотря на неё сквозь полуприкрытые веки, Хидан видел не неопытность, а невероятную чувственность и порыв с её стороны. Это не могло не возбуждать и в доказательство тому, в джинсах в районе паха стало подозрительно тесновато. Однако, показывать это как-либо Сузуки он, разумеется, не собирался, она к такому явно не готова, поэтому, как только девушке стало не хватать воздуха, малиновоглазый поспешил отстраниться. Сузуки моментально вспыхнула от стеснения и поспешила упереть взгляд в пол, не зная, что сказать или сделать.       – Для меня это всё, конечно, немного несвойственно, – спустя пару минут всё же решился на разговор парень. – Но, блядь, ты мне очень нравишься и я бы хотел попробовать начать с тобой, что-то более серьёзное, чем просто приятельские отношения, – проговорил Матсураши на одном дыхании.       – Это что, было предложение начать встречаться? – нервно рассмеялась собеседница.       – Нуу… – почесал он затылок, не сумев скрыть глупую широченную улыбку. – Тип того. К тому же, твой брат бы не простил мне не серьёзные намерения по отношению к тебе.       – Эй! – наигранно строго произнесла Сузуки, пихая парня в бок бедром. – Так дело только в Итачи?       – Конечно нет, глупышка. Дело в тебе, – серьёзно говорит Хидан, смотря прямо в чёрные глаза напротив. – Никогда не думал, что решусь на серьезные отношения с девушкой, но ты переворачиваешь мой мир.

5 месяцев спустя

      – Ты не представляешь, как я рада тебя видеть, – искренне сказала Сузуки, смотря на друга, с которым не пересекалась порядком полу года.       Сейчас, сидя напротив него в небольшом уютном кафе, она осознала, как сильно ей не хватало его общества.       – Я тоже, красоточка, прости, что не успел попрощаться с тобой перед отъездом, устраиваясь в полицию, я и не думал, что меня так быстро отправят в командировку.       Сузуки не понадобилось много времени, чтобы вспомнить, где именно она была во время того, как Шисуи устраивался в полицию. От воспоминаний о пытках, внутренности до сих пор сжимались, поэтому даже хорошо, что у парня не было времени искать с ней встречу, иначе скрыть правду от него бы точно не удалось, а это чревато последствиями.       – Ничего страшного, главное, что у тебя с работой всё идёт гладко. Ты надолго вернулся?       – Да, следующая командировка только через год. А ты как чувствуешь себя в выпускном классе?       – Отлично, хочется уже поскорее окончить школу и поступить в университет, буду на одной волне с ребятами.       – Ты про бывший класс Саске? Кажется, с ними ты неплохо общалась?       – Да, я, конечно, общаюсь не со всеми, но, в общем, ты прав, я про них и про свою группу по профилю.       – А как обстоят дела с твоим классом?       Вопрос, заданный Шисуи, был не просто из ряда его интересующих. Брюнетке казалось, что парень чувствовал неладное и своими вопросами и суждениями зачастую очень точно попадал в цель. Взаимоотношения со своим классом у Учихи не сложились с самого начала, тому было две причины: её излишняя скрытность и зависть со стороны других. Дальше всё только усугублялось, пик наступил после того, когда девушка набрала высший бал на экзаменах, опережая всю школу. И без того завистливые девушки, начали агриться ещё больше, подлили масло в огонь и её хорошие взаимоотношения с Акацуки, как никак на её месте хотели быть многие. Так, постепенно и некоторая мужская часть класса стала недолюбливать младшую из семьи Учиха: парням не нравилось, что им одному за другим давали от ворот поворот. Недовольство росло, проявляясь во внутриклассовой травле, пока не дошло до спланированного избиения, которому, к счастью, так и не суждено было воплотиться в жизнь.       В тот день, её подстерегли у выхода из спортивного зала, Сузуки, совсем недавно отошедшая от полученных травм после своего похищения, была ещё слаба, однако даже так, смогла бы противостоять шайке зазнавшихся озлобленных школьников, их же проблемы, что они недооценили силы противника. Брюнетка отбивалась от нападавших, нанося свои точные удары, единственное, что мешало полноценному бою – быстро сбивавшееся дыхание. Всё-таки, потасовка вскоре после выписки из больницы – не самая лучшая идея. Тем не менее, получив несколько мощных ударов, девушка всё же смогла отбиться от всех нападавших. На шум совсем скоро сбежались зеваки, среди которых девушка узнала и некоторых членов Акацуки.       Пейн, на чьи плечи в этом году свалилась целая куча дел и двойная доза ответственности, в связи с новой занимаемой им должности, был, мягко говоря, обескуражен представшей перед ним картиной. Его подчинённая выглядела чернее тучи, а вокруг неё тут и там были раскиданы тела её одногодок. Вся эта ситуация утомляла его одним своим видом.        «Почему с ней всегда столько проблем?» – устало подумал рыжеволосый.       – Сузуки, что здесь произошло? – всё же спросил лидер, строго смотря прямо ей в глаза.       К сожалению Пейна, у Учихи, кажется, образовался иммунитет на подобные взгляды, ибо она не подала и малейшей реакции. Девушка пыталась отдышаться, опёршись на колени. Как только кислород в её организме стал восполняться, черноглазая выпрямилась.       – Думаю, пора возобновить мои тренировки, а то чувствую себя астматиком, – проговорила школьница направляясь в сторону общежития.       – Несносная девчонка, – подытожил Кисаме, стоявший неподалёку от лидера Акацуки.       Пейну же оставалось только еле заметно покачать головой, вновь обводя взглядом раскиданных подростков. Мужчина не сомневался, что Сузуки не так глупа, чтобы беспричинно устроить подобное шоу, а значит, эти ребята просто вынудили её к крайним мерам. Во всей этой ситуации рыжеволосый радовался лишь одному: Сузуки не позволила дать себя в обиду и сумела сама разобраться с проблемами, а значит, вопреки всеобщим опасениям, после пережитых ею испытаний, дух девушки не был сломлен. Ну а вызов на серьёзный разговор к директору, который непременно состоится уже сегодня – был лишь побочным эффектом, к которому Пейн прикасаться не намеревался.       – С классом? Я хорошо общаюсь с одноклассницей – её зовут Аи, – уклончиво ответила Сузуки.       От внимательного взгляда Шисуи не укрылось нервное сжатие губ и большая пауза перед ответом.       – А как обстоят дела с остальными членами класса?       Брюнетка подняла голову и наткнулась на серьёзный решительный взгляд друга, не составило труда, чтобы понять, что пока она не ответит максимально развёрнуто и честно, от неё не отстанут. Пришлось рассказать всё о непростых взаимоотношениях с одногодками, в конце концов, Шисуи – тот, кому она могла довериться без задней мысли, он знал о ней больше, чем кто-либо, поддерживал и давал советы, когда рядом не было других, понимал её лучше подруг и братьев, а разница в возрасте уже давно перестала иметь хоть какое-то значение.       – Ты всё сделала правильно, горжусь тобой, – после признания подруги, подытожил тему парень. – Но, если возникнут серьёзные проблемы, ты всегда можешь рассчитывать на меня. Я рад, что ты способна постоять за себя, Итачи рассказывал, что ты в последнее время не вылазишь из зала, но не забывай, что даже сильнейшие люди – не всесильны. Не стесняйся просить помощь, договорились?       – Да, спасибо тебе, – искренне поблагодарила Учиха.       Школьница впитывала каждое слово сидящего напротив парня. За время пока они не виделись, Сузуки разговаривала с Шисуи по телефону лишь один раз. В тот вечер она призналась другу в том, что испытывает чувства к Хидану, и что согласилась на его предложение быть парой. Для брюнетки не стало новостью то, что Шисуи, как и все её родственники, по какой-то причине относился к общению между парой негативно, однако, он стал первым, кому она призналась и, возможно, именно поэтому он не стал выражать свою позицию по этому поводу, лишь поддержал и дал совет «не прыгать в омут с головой».       Будто прочитав мысли, Шисуи вновь обратился к собеседнице:       – А как обстоят дела с Хиданом?       – Всё нормально. Конечно, ты знаешь, как к нем относятся Итачи и Саске, мне кажется их отношение никогда не измениться. Да и папа когда увидел, что он меня подвёз домой, был жутко зол, никогда не думала, что моя семья будет настолько отрицательно относиться к моему выбору. Хотя, что я говорю, ты ведь тоже не в восторге? – приподняла бровь девушка, устало облокачиваясь на правую руку, попивая молочный коктейль через трубочку.       – Я этого не говорил.       – Да, но настойчиво это показываешь всем своим видом. Так в чём дело? Тебе то он чем не угодил?       – Я просто думаю, что он тебе не пара.       – Так отвечают все, меня это уже порядком бесит, – нахмурилась Учиха.       – Слушай, не хочу портить нашу встречу, так что предлагаю сменить тему.       Не успела Сузуки ничего ответить, как раздался звон мобильного телефона.       – Ой, прости, время пролетело так быстро, мне уже пора на тренировку, – оповестила собеседника девушка, отключая напоминание на телефоне и вставая из-за стола.       – Я думал, ты была там рано утром, твой брат заметил, что ты с недавних пор совсем не даёшь Пейну отдохнуть от своих новых обязанностей.       – Да, была, но это не повод пропускать вечернюю.       – Не щадишь себя даже в выходной день?       – Боюсь расслабиться, а этого допускать нельзя, да и не тебе говорить об отдыхе, сам то пока учился спуску себе не давал, – подколола его брюнетка.       – И то верно, – усмехнулся в ответ Шисуи. – Давай тогда я тебя подвезу? – тут же поднялся следом за ней парень.       – Не стоит, спасибо, за мной приедет Хидан, мы договаривались с утра.       На данную новость парень промолчал, лишь провёл подругу на улицу, где её уже дожидалась машина вышеупомянутого, а сам малиновоглазый, хмуро наблюдал за появившейся парой.       – Рад был тебя видеть, надеюсь в скором времени найдёмся, – промолвил брюнет, обнимая Сузуки за талию и почти невесомо целуя в щёку.       Школьница мигом побагровела, но не перестала искренне улыбаться человеку, которому она всегда была безгранично рада.       – Обязательно. Пока! – помахала она ему рукой и прошла к машине.       Матсураши подождал, пока его спутница займёт переднее пассажирское сиденье и захлопнул за ней дверь, после чего быстро прошёл на своё место и тронулся с места. То, что седоволосый не посчитал нужным поприветствовать знакомого, слегка озадачило Шисуи, но он мог его понять, в конце концов, брюнет тоже не слишком то и был рад его видеть, учитывая завязавшиеся между ним и Сузуки отношения. Хотя, назвать точную причину такой реакции парень не мог: то ли дело в том, что Хидан всегда славился тем ещё бабником, то ли просто было не привычно осознавать, что маленькая сестрёнка Итачи выросла и теперь в полном праве иметь свою личную жизнь. В любом случае, создавшийся союз абсолютно не радовал и он не высказывался лишь потому, что не хотел лишний раз расстраивать Сузуки, ей и так хватает эмоционального давления со стороны семьи и негативно настроенных школьниц. Он не горел желанием становиться ещё одной причиной её плохого настроения, но это лишь вопрос времени. Да и от внимательного взгляда брюнета не укрылась излишняя нервозность Хидана, тот, кажется, тоже был абсолютно недоволен тем, что его девушка проводила время с кем-то вроде Шисуи. Да и то, с какой силой он захлопнул дверь, говорило, что у кого-то может назреть ссора. Шисуи не хотел становиться причиной разногласий, но и никогда бы не отказался от шанса видеться с девушкой, без общения с которой он не представлял свою жизнь.       Хидан давил на газ, стремительно приближаясь к учебному заведению, где уже через двадцать минут начнётся тренировка. Студент не старался сбавить скорость на поворотах и не считал нужным пропускать пешеходов, от чего сердце девушки сжималось в тиски.       – Хидан, не гони так, мы успеваем, – всё же не выдержала Сузуки.       Слова школьницы не возымели никакого эффекта, Матсураши полностью проигнорировал просьбу, продолжая нестись по улицам, хорошо, что школа находилась не в центре города, да и время было такое, что большинство людей только собирались домой, от чего дороги не были переполнены машинами и людьми. Иначе, Учиха не сомневалась, её парень уже давно бы в кого-то врезался. Брюнетка боялась скорости, и на протяжении всего общения с Хиданом активно боролась со своей фобией, даже приспособилась ездить на мотоцикле. Однако, страх всё ещё сидел на подкорках сознания и молодой человек об этом знал, именно поэтому Сузуки так удивляло его пренебрежительное отношение к простой просьбе сбавить скорость. Когда машина в очередной раз влетела в поворот и чуть было не задела перестраивающегося в левую колону водителя попутного транспорта, Сузуки начала терять самообладание.       – Хидан, да что происходит!? – повысила она голос, хватая запястье водителя, стараясь обратить его внимание на себя.       – Я думал, что ты проводишь время с подругами, – затронул он абсолютно другую тему.       – Я тебе этого не говорила, – нахмурилась Учиха, начиная понимать суть странного поведения студента.       – Да, но ты и не сказала, что собираешься сидеть с Этим, – огрызнулся в ответ Матсураши.       – Его зовут Шисуи. А что, собственно, плохого в том, что я увиделась с другом?       Машина резко затормозила, ловко занимая свободное место парковки возле университета, от чего девушке пришлось крепче схватиться за боковую ручку, чтобы не наткнуться лбом на бардачок.       – Да что ты творишь!? – начала заводиться Сузуки, даже не замечая на какой опасной грани стоял её собеседник.       – А ты считаешь нормальным устраивать посиделки с другим парнем!? – всё же срывается на крик Хидан.       – Это же Шисуи, я знаю его всю свою жизнь, он мой друг, наши семьи дружат, для Итачи он вообще сродни брату. Почему я не могу с ним общаться? – в сердцах спросила Сузуки, не понимая необоснованной ревности своего парня.       – Потому что не бывает никакой дружбы между бабой и мужиком, блядь!       Перед Учихой открылся настоящий срыв эмоций, который она никак не ожидала получить в свою сторону. От злобы, вырывающейся из малиновых глаз, сочащейся сквозь плотно сжатые зубы и отдающейся в каждом скованном движении, становилось не по себе. Школьница не сразу решилась заговорить, а когда слова всё же начали формироваться в предложение, голос её оказался совсем тихим, осторожным.       – Шисуи был со мной, когда родители развелись и мы с мамой переехали в другую страну. Он поддерживал меня в том месте, где я никого не знала и не была никому нужна или интересна. Ни я, ни он, никогда не показывали признаки чего-то большего, чем дружба. Как ты хочешь, чтобы я перестала общаться с человеком, который оказал помощь, когда никто другой не смог? – Сузуки говорила всё это от чистого сердца, а между строк читалась мольба прекратить этот ненужный спор.       К сожалению, иногда людям не суждено понять друг друга, Хидан то уж точно не проникся слезливой историей о лучших друзьях, продолжая видеть ситуацию под свои углом.       – Раз он такой ахуенный, то пиздуй к нему!       Сузуки замерла, в недоумении смотря в глаза напротив и пытаясь найти подтверждение тому, что всё это – лишь слуховая галлюцинация, но то, с какой нескрываемой яростью полыхал в них огонь, заставило девушку поверить в происходящее.       – Выйди из машины, – выплюнул он слова сквозь зубы.       Оцепенение уступило место прорывающемуся характеру и брюнетка мигом выскочила из автомобиля.       – Да пошёл ты! – вместе с её криком захлопывается дверь, в виски парня бьют эмоции и слившийся в единое целое шум.       Сузуки почти срывалась на бег, хватая ртом воздух, стараясь остудиться порывистым ветром. Вся эта ситуация не просто злила, но и хорошенько так задевала чувства. Девушка не находила повода к ревности и уж тем более к такому эмоциональному всплеску со стороны Хидана. В конце концов, она не давала ни единого повода усомниться в себе, в отличии от Матсураши, который, даже будучи в отношениях с ней, не переставал общаться с противоположным полом, а обильное внимание со стороны девушек лишь льстило его самолюбию. Учиха закрывала глаза на «случайные» взгляды, слащавый смех и чуть ли не заигрывания. Брюнетка никогда раньше не состояла в отношениях, поэтому просто не знала как себя вести, ей хотелось быть образцовой девушкой, не той, которая пилит мозг по поводу и без, и ревнует к каждому столбу. Она убеждала себя в том, что просто не может вот так наброситься на Хидана с обвинениями в общении с другими девушками, ведь с ними он был знаком ещё до их отношений, он привык к постоянному вниманию, да и не изменял же он ей. Следуя своим убеждениям, Сузуки никак не показывала недовольства до того самого дня, пока между парой не развязался первый конфликт: школьница узнала, что Матсураши подвозил к зданию университета какую-то свою знакомую, в ответ парень сказал, что Учиха вообще никак его не ревновала, поэтому он не думал, что это проблема. После этого случались и другие споры, но сегодняшняя ссора побила все рекорды.       Отношения с Хиданом оказались для Сузуки настоящим испытанием. Что скрывать – характер у него далёк от ангельского и над головой находился явно не нимб. Главная проблема – вспыльчивость, которую он не мог унять. Матсураши не контролировал гнев и в порыве злости мог наговорить чего угодно, при этом оскорбления в свою сторону не терпел. В последние пару месяцев, студент пребывал в плохом настроении слишком уж часто, брюнетка была не так глупа, чтобы не понять причину подобного поведения. Хиидан – взрослый мужчина, пользовавшийся популярностью у лиц противоположного пола, сейчас уже пятый месяц сидел на «сухом пайке». Учиха всё понимала, видела пылкие взгляды в свою сторону, которыми он раздевал её, ощущала слишком грубые прикосновения во время обычного поцелуя и, конечно, она не была глуха, когда её парень буквально прямым текстом предлагал ей секс. Сузуки не могла. Да, она уже совершеннолетняя и почти пол года отношений – не такой уж и маленький срок, да и для кого-то эти пункты вообще не имеют никакого веса, поэтому навряд ли кто-то бы её осудил, но она даже думать о подобном боялась. Дело было даже не в стеснении, а в каких-то внутренних принципах, невидимой стене, мешающей совершить последний шаг для сближения. Помниться, однажды она чуть не сделала фатальное решение, конечно, тогда всё решили эмоции, которые были никак не связаны с любовью, но в нынешней ситуации всё по-другому: Сузуки любила Хидана – эту истину она смогла принять уже давно, но при этом она была просто морально не готова. Вместе с тем, брюнетка до чёртиков боялась, что Хидан не выдержит и бросит её, или, что ещё хуже, начнёт изменять. И когда она упустила тот момент, когда из спокойного любящего союза, они превратились в клубок нерешённых обид и проблем?       – Чёртов придурок! – тихо выругалась девушка, понимая, что голова начинает кипеть от всей этой белиберды под названием «отношения».       Переодевшись и пройдя в зал, Сузуки застала не всю команду: не хватало Итачи, который, скорее всего, был на каких-то дополнительных курсах, Обито и Какудзу, позавчера отправившиеся на миссию, Мадары, который уволился после того, как Пейн занял должность тренера и, конечно, Хидана, который был слишком зол, чтобы приходить на тренировку.        «Тоже мне, принцесска!» – мысленно фыркнула школьница, проходя в зал и начиная разминку вместе со всеми.       Бег, упражнения на силу, выносливость и прочее, в последнее время перестали приносить дискомфорт, мышцы привыкли к усиленным тренировкам и почти не ныли по утрам или же это Сузуки привыкла к постоянной ломке в теле и просто перестала её замечать. В любом случае, к этому результату девушка шла очень долго и поэтому сейчас не позволяла себе пропускать ни одну тренировку. Утром в зал она приходила раньше всех, начиная заниматься самостоятельно. Как правило, чуть позже, буквально через минут двадцать, приходил Итачи, а за ним, не нарушая традиции, в половину седьмого утра, появлялся Пейн, через пол часа подтягивались все желающие поприсутствовать на утренней тренировке. Она не являлась обязательной, так как была и вечерняя, но не смотря на это, младшая Учиха, как и старший брат, её не пропускала.       Сейчас же, девушка была далека от происходящего в зале, все её мысли были заняты произошедшей накануне ссорой, в которой она наотрез отказывалась признавать свою вину. Зная Хидана, школьница понимала, что и он не видел в случившемся своей вины, а значит примирение, если оно и произойдёт, затянется надолго. Погрузившись в свои нелёгкие думы, брюнетка упустила из виду, когда ей в пару для спарринга поставили Сасори. Благо, для разогрева Пейн использовал метод «1 – нападает, 2 – защищается», роль нападающего досталась Учихе, а потому она особо не напрягалась и продолжала штурмовать свою голову десятками мыслей. Лидер, с самого начала заметивший странное поведение подопечной, сейчас лишь убедился в своих домыслах, а потому тихо сообщил Сасори, чтобы тот встал в пару с Конан, сам же Пейн занял его место и начал наблюдать за девушкой, которая только сейчас заметила смену противника.       – Знаешь что бывает, когда во время боя голова забита личными проблемами? – стальным тоном поинтересовался мужчина, строго смотря на школьницу.       Сузуки даже не успела обдумать услышанное, как уже в следующее мгновение Пейн двинулся в её сторону. Брюнетка поняла цель его стремительного приближения, но увернуться от фронт-кика уже не успела, а потому зажмурилась от сильного удара и пошатнулась, едва устояв на ногах. Однако Пейн на этом заканчивать не спешил, поэтому спустя несколько секунд, левую скулу обжог его кулак. Ощутив, что рыжеволосый бил в полную силу, девушка стала опасаться за своё здоровье, ибо силы ему не занимать, а потому пришлось мгновенно прийти в себя и начать хотя бы уклоняться. Спустя 15 минут спарринга, Сузуки была похожа на тряпку, которую можно было выжать. Когда Пейн в очередной раз пошёл в нападение, Учиха не уследила за комбинацией ударов и пропустила мимо глаз боковую подсечку, от чего мешком свалилась на пол. Сузуки старалась перевести дыхание, с опаской поглядывая на фигуру лидера, прикидывая, будет ли он добивать лежачего или в этот раз пощадит.       – Не советую тебе впредь летать в облаках, тренировка тебе это ещё простит, а вот реальный бой – нет. Все свои проблемы оставляй в стенах дома или общежития, если не хочешь оказаться в гробу с пулей в бошке. Единственное, что ты можешь сделать, так это вымещать злость на груше или на сопернике, но если при этом ты не способна думать так же, как и всегда, а твои мысли крутятся только вокруг личных проблем, то лучше сразу стреляй себе в голову, ибо тебя уже ничего не спасёт. Может быть, ты забыла, как попала в плен!? Расскажешь, чем тогда голова была забита?       Мужчина будто знал про неё всё, даже то, о чём она молчала, и это нервировало. Разве кому-то хочется быть открытой книгой? Во время хладнокровного отчитывания Пейна, Сузуки медленно встала на ноги, однако дольше пары минут простоять не смогла, ибо лидер сегодня даже не думал поддаваться, поэтому Учиху ждали очередные жёсткие объятия с полом, а затем она почувствовала лишь, как руки скрутили за спиной, использовав болевой приём. От острых ощущений, девушка зашипела словно змея.       – Ты поняла всё то, что я пытался донести до тебя?       – Поняла! – выплюнула школьница слова вместе с кровью, попытавшись вывернуться из захвата, но рыжеволосый лишь грубо отталкнул её.       – Чего встали? Продолжаем тренировку! – обратился он к остальным членам группы, которые всё это время наблюдали за развернувшейся сценой. – Сасори, передохни. Конан, будешь со мной.       – Ты не перегнул палку? – тихо спросила Конан, вставая напротив Пейна.        Взгляд янтарных глаз упал на перекошенное от боли тело Учихи. Девчонка, морщась, встала с пола и еле передвигая ногами, поплелась в сторону скамьи, на которую минутой ранее присел Сасори, оставшийся без пары для спарринга.       – По-другому она ничего не поймёт. Пусть, в конце концов, начнёт учиться на своих ошибках.       – Она многое пережила, невооружённым взглядом видно, как всё это давит на неё. Я не психолог, но думаю, что Хидан её смог отвлечь, добавив в её жизнь другие эмоции, но ты же понимаешь, что ничего не способно полностью перекрыть её воспоминания об убийствах и заточении. Не боишься сломать её?       Пейн понимал опасения своей будущей жены, ей, как никому другому известно, как тяжела жизнь девушки-снайпера, однако и он знал, что, не будь он так строг с Сузуки, она бы погибла ещё на первой миссии. Как бы там не было, женщины слабее мужчин в физическом плане и более податливы эмоционально, а значит, для выживания в военных условиях, им нужна та ещё закалка, а для этого Пейн требовал от Учихи вдвое больше, чем от парней.       – Либо она выдержит и станет одной из лучших в нашей команде, либо сломается – в этом случае ей просто не место среди нас.       – Как ты? – донёсся вопрос до Сузуки, которая уже десять минут сидела на скамье и пыталась прийти в себя.       Взгляд чёрных глаз устремился на парня, восседавшего рядом. Обычно Сасори был довольно молчалив и уж точно редко первым начинал разговор, но сегодня с девушкой произошло столько всего, что она даже не подумала удивиться такому явлению.       – Порядок, – ответила школьница, вновь устремляя взгляд на тренирующуюся группу.       – У тебя проблемы? – на удивление не унимался Акасуна.       – Да, с головой, – усмехнулась Учиха.       По серьёзному выражению лица напротив, брюнетка сделала вывод, что её собеседник наотрез не понимает шуток.       – Ладно, забудь, – вяло проговорила школьница, вставая на ноги. – Ну что, спарринг?       – Думаю, тебе лучше остаться здесь до конца тренировки.       – Да не ссы, я в порядке, Пейн умеет отлично приводить в чувства.       На данную реплику Сасори лишь недоумённо приподнял правую бровь, но дальше спорить не стал и последовал за девушкой на поле.       – «Кто бы что не говорил, но она уже сильнее некоторых из нас, морально так уж точно» – думал красноволосый парень.       – Ты плетёшься, как старик 95-ти лет. Давай быстрее, не терпится надереть тебе задницу! – радостно воскликнула девчонка, вставляя в рот капу.       – «Но какая же она проблемная», – закатил глаза Акасуна, вставая напротив соперницы и принимая боевую позу. – «Она либо станет лучшей в своём деле, либо умрёт самой дурацкой смертью» – мысленно подытожил парень, смотря на несущуюся на него бестию.