Под защитой Воли

Стук в дверь разбудил Тимотео, заставив резко раскрыть глаза. Родная интуиция подсказала, что его ждут трудные деньки, и отмахиваться от этого чувства стало все труднее. — Босс, я вхожу. — Голос его хранителя Урагана звучал несколько натянуто. «Кто-то умер», — догадался Тимотео, зная, что таким голосом его хранитель обычно сообщает ему о смертях. — «Что ж, мы живем в слишком опасном мире, в смерти нет ничего особенного, просто кто-то ушел раньше…» — Молчаливый вздох — это все, что он мог себе позволить. Нъюгет Койот зашел в номер, посмотрев на своего босса с тревогой. Сообщать о потерях всегда было трудно. — Кто? — спросил Тимотео. — Савада Емитсу, внешний советник Вонголы. — Голос не дрогнул на этом имени, хотя ему, как бойцу, было трудно сообщать о таком. Савада Емитсу был главой CEDEF и весьма сильным союзником. Его смерть весьма ощутимо потрясет семью. «Как же так?» — Девятый, нащупав стул, сел на него. Новость была шокирующей, он буквально вчера разговаривал с Емитсу. — Девятый… — Койот подал своему боссу стакан воды, готовый уже вызвать команду медиков. — Когда? — хрипло спросил Тимотео, выпивая стакан буквально залпом. — Сегодня ночью, машина, на которой ехал Емитсу с семьей, взорвалась недалеко от Токио. Машину и тела уже доставили в Италию. Но уже и так ясно, что это подстроенная авария, разведка и Вария работают над списком подозреваемых, Винсконти взял на себя временное управление над CEDEF. — Емитсу… — Тимотео встал, подходя к окну. Он прекрасно помнил, с какой любовью его друг говорил о своей красавице жене и маленьком сыне, что родился всего год назад. «Покойся с миром, друг», — мысленного помолился босс Вонголы. — Ребенок выжил, — сказал Нъюгет. — Что ты сказал? — очнулся от своих мыслей Девятый. — Савада Тсунаеши выжил, господин Емитсу, по нашим предположениям, успел закрыть его куполом дождя. «Еще один мальчик, который выжил? Что за ирония!» — про себя подумал Тимотео и стал отдавать соответствующие такому положению приказы. Кажется, они вернутся в Италию раньше, чем предполагали.

***

День Петуньи начался с крика двух мальчиков, явно желающих есть. Сонная женщина почти с закрытыми глазами прошла на кухню и поставила на маленький огонь молоко. Затем, поднявшись наверх, переодела мальчиков и опять спустилась вниз. Остудив молоко до нужной температуры, она накормила сначала Гарри, а потом и Дадли. Взглянув на часы, Петунья лишь покачала головой. — Четыре утра! Мальчики, вы изверги! В ответ Дадли улыбнулся, а Гарри зевнул. Накормив детей, она вновь уложила их, но уже в кроватку, что стояла в гостиной. Чуть повозившись, они вновь уснули, а Петунья постаралась собраться с мыслями и вернуться к делам насущным. Судя по документам, в ее собственности оказался дом Мардж и собачий питомник. Так же магазин мужа и, собственно, этот дом. Что со всем этим делать, она не знала, в бизнесе она не просто профан, а профан в квадрате. Питомник вместе с домом она, скорее всего, продаст: содержать его средств нет. «Хотя, жаль, природа там просто загляденье», — подумала Петунья, бросив взгляд на кроватку. Вернувшись к документам, она поняла, что ей придется все продать, и дело осталось за малым — найти тех, кто это все купит. Отложив бумаги, Петунья перебралась ближе к кроватке, что стояла у кресла. Зевнув, миссис Дурсль закрыла глаза, размышляя, как лучше поступить, и за мыслями даже не поняла, как вновь уснула. Разбудил ее на этот раз стук в дверь. Подскочив, она успела заметить, что уже девять, накинув наспех халат, открыла дверь и тут же отошла, чтобы пропустить Занзаса и незнакомого ей мужчину. — Доброе утро, господа, — поздоровалась Петунья. — Что-то случилось? — Вашими бы молитвами, — хмыкнул Занзас, выходя немного вперед. — Собирайтесь, завтра вы вылетаете в Италию. — Что? Уже так скоро, но я не успею продать дома и магазин мужа… — Не волнуйтесь, сеньора, все организационные вопросы на себя возьмет Вонгола, продавать ничего не нужно. Соберите вещи, их мы заберем сейчас, а за вами придут ночью, — успокоил её спутник Занзаса. — А вы… — Крокон Буш, — представился мужчина весьма колоритной внешности. Смуглая кожа, чуть вытянутое лицо. Волосы были забраны в низкий хвост, а на голове было что-то вроде ирокеза. Довольно крепкое телосложение. «Да, с таким лучше не спорить!» — подумала Петунья. — Почему именно ночью? — спросила миссис Дурсль. — За домом следят, — ответил ей Занзас. «Если это маги, то у нас будут проблемы», — подумала Петунья. — Не волнуйтесь, они не смогут нас засечь, — пообещал Хранитель Тумана. — Хорошо, — кивнула Петунья и, проверив спящих детей, прошла наверх. У нее было несколько тысяч фунтов наличными, так что одежды для себя она взяла по минимуму. В итоге, через полтора часа сборов у неё вышли чемодан и сумка. Спустив все вниз, она передала их Хранителю Тумана, который на ее глазах их просто заставил исчезнуть. — Вы тоже маг? — спросила Петунья. — Нет, чемоданы тут, просто скрыты под иллюзией, — объяснил Буш. — Мастер Занзас, мы уходим. — Я останусь. — Мальчик вышел из комнаты с Гарри на руках, стараясь, видимо, укачать его. — Он плакал, я не стал вас отвлекать. — Как в тот раз усыпил? — Миссис Дурсль пыталась не рассмеяться на серьезный вид мальчика. — Нет, как только мой голос услышал, сразу заснул. — Занзас нахмурился, посмотрел на спящего младенца. Вот почему он на него так действует, юный Вонгола понять не мог. В мире мафии пламя, аура и сила — не простой звук. И, вроде, не должно быть в этом мелком мусоре ауры и силы, по крайней мере, пока, но Занзас, почему-то, знал, что этот мелкий будет весьма силен. «И надо же было именно сейчас внешнему советнику на небеса отправиться!» — думал Занзас, укладывая ребенка обратно в колыбельку. — Скоро опять проснутся. — Петунья подошла к холодильнику, доставая молоко. — Хочешь попробовать покормить? — предложила Петунья, глядя на хмурого Занзаса, который отрицательно покачал головой. Вполне ожидаемая реакция. Гарри с Дадли себя ждать не заставили, проснулись оба в одно время. — Покачай пока Гарри, Дадли ест быстрее. — Петунья отдала племянника в руки Занзаса, а сама стала кормить сына. «Что-то эта баба слишком спокойна, если так посчитать, за последний месяц она потеряла всю семью, если не считать этих двух мелких. Слишком спокойна, слишком рассудительная и слишком сосредоточенна. Никогда не видел такой реакции!» — размышлял Занзас, покачивая Гарри. — У вас что-то случилось? — спросила Петунья, приступая к кормлению Гарри. — Старик улетел в Италию долги отдавать, — неопределенно ответил Занзас. — Я думала, это боссу мафии все должны. — Петунья не смотрела на Занзаса, следя за Гарри. — Обычно да, но в этот раз все иначе, — пожал плечами Занзас. — Вам запрещено об этом говорить? — Нет, — ответил Занзас. — Просто сегодня погибла семья Внешнего советника Вонголы, в живых остался только их сын. — Ужасно, — прошептала Петунья. Теперь понятно, что за долги. — А вы там быть не должны? — Похороны через два дня, успеем. На этой печальной ноте разговор был закончен, Занзас досидел до самой ночи и, почувствовав приближение трех хранителей отца, известил Петунью об уходе. На удивление мужчин, миссис Дурсль очень быстро собралась и одела детей. Еще через полчаса частный самолет Вонголы нес их в Италию.

***

Магический мир был как всегда далек от мира маглов, даже несмотря на то, что их разделяла стенка. Шли громкие процессы, общество кидало из крайности в крайность, и во всем этом безумии Аристократы продолжали держать оборону. Северус Снейп явился в Малфой-мэнор по вызову Нарциссы. — Здравствуй, Северус, — поздоровалась с ним госпожа Малфой. — Люциус после допроса. Снейп кивнул и без лишних слов поднялся в спальню лорда. За годы служения Волдеморту они все настолько притерлись, что наедине все приличия забывались. Для него это было крайне неприятно: Северус не любил ни с кем делить свое пространство. Входя в шикарные апартаменты, он увидел Люциуса, лежащего на кровати. — О, Северус, мой хмурый друг, ты пришел помочь мне. — Голос у Малфоя был хриплый и слишком тихий. «Язвит, жить будет!» — с облегчением подумал Северус, доставая нужные зелья. — Люциус, мальчик мой, ты что-то бледный, — оскалился Снейп, с удовольствием замечая, как сиятельного лорда перекосило. — Змея! — аргументировал Люциус, закатывая глаза. — Бледность у меня с рождения. — Чем сегодня тебя мучали? — Как обычно, — отмахнулся Люциус, которому от зелий стало намного легче. — Пока не уложится, так все и будет. — Но он вернется, я думаю… — Северус, метка не исчезла — это, конечно, верный знак. Но пока этого не произошло, предлагаю подготовиться. — Как? — Снейп заинтересовано посмотрел на Малфоя. —Я подумаю об этом, когда зелье правды испарится из моей крови. - Уверенно произнес Люциус «Не уверен, что они успокоятся даже спустя лет десять. К тому времени Поттер вернется, и Альбус начнет лепить из него героя. Это во многом объясняет то, что Поттера отдали на воспитание сестре Лили. Чему магл может научить волшебника?» — размышлял Северус, но его не покидало чувство, что он что-то упускает. От подобных чувств он отмахиваться не любил, оставался вариант пойти и разузнать все самому. — Северус, о чем задумался? — Люциус поглядывал на зельевара, помня, что такое выражение лица значит начало чего-то очень глобального. — Ничего, — Снейп встал, желая покинуть родовое поместье Малфоев, но Люциус вовремя ухватил его за рукав мантии. — Рассказывай! — Тон был почти приказным, Северус не любил спорить с Малфоем, да и морально усталый после известия о смерти близкой подруги он был не в состоянии противостоять Люциусу. И Северус стал рассказывать о визите сестры Лили. — Наглый магл, — фыркнул Люциус. — Но оно, может, и к лучшему, нужно подумать, как вывернуть ситуацию в нашу пользу. Если получится отобрать Поттера и воспитать, как нужно нам, Лорда можно не бояться. Снейп молчал, по сути, возразить ему было нечего. После этого разговора произошли события, которые заставили магическую Британию, наконец, успокоиться. Виновные были посажены в Азкабан. Хитрые выкупили свою свободу и были восстановлены в должностях. А Северус Снейп — шпион двух организаций — был принят в Хогвартс на должность зельевара и декана факультета Слизерин. Минуло два месяца, и только тогда Люциус сообщил, что он готов к выходу в мир маглов. Осмотрев сиятельный вид своего друга, Северус вздохнул. «Переодевать бессмысленно, маскирующие чары мне в помощь!» — подумал Снейп и тут же исполнил это. За что, собственно, сиятельный лорд не разговаривал с ним вплоть до дома семьи Дурсль. — У меня в глазах двоится, или просто все дома одинаковые? — спросил Малфой, осматривая Литтл Уингинг своим аристократическим взором. — Маглы просто не парятся, — пожал плечами Северус, его крайне забавляла реакция Люциуса. «Может, его с бытовой техникой познакомить?» — подумал Снейп, пока они подходили к дому под номером четыре. Что-то ему подсказывало, что от такого знакомства он получит удовольствие. — Последний из Поттеров в таком доме определенно выйдет ненормальным, — бурчал про себя Люциус. — Он Аваду пережил, он уже ненормальный, — возразил ему Снейп. Малфой промолчал, вытаскивая палочку, он без труда открыл дверь простейшим заклинанием. Двое мужчин, зайдя в здание, увидели пустоту. У магов родилась мысль, что тут не жили несколько недель. — Тут никого нет, — озвучил свою уверенность Люциус. — Где же этот магл с Поттером? — Ну, вариантов не много, первый, Дамболдор пронюхал, что мы пошли сюда, и перепрятал их. И второй, Петунья спешно переехала, никого не ставя в известность. — Полагаю, мистера Поттера мы не увидим до его одиннадцати лет, — предположил Малфой, убирая палочку в чехол. Снейп кивнул и, еще раз осмотрев дом, навесил на него заклинание, что, если сюда кто-то войдет, он узнает об этом первым. После они покинули дом Дурслей и не догадываясь, что слова Лорда Малфоя окажутся правдой.