Off The Set

Когда водитель паркуется около Эссекской студии, я не могу скрыть улыбки. Утренний инцидент давно забыт, рука Крейга прочно сжимает мою, а в желудке поднимается восхищение. Сегодня день перемен. "Извини меня, детка." Крейг останавливается, близко прижимаясь. "Ты знаешь, каким я становлюсь перед съемками." "Я знаю", - тихо отвечаю я, смотря в сторону со смущением. Проходили, знаем. Это вызывает у меня тошноту. Он всегда так ведет себя после того, как изобьет меня. Он хочет, чтобы я был застенчивым и послушным, прощающим, подобно ударенному щенку. И я все время ему поддаюсь. С другой стороны, я мог бы и перестать притворяться, перестать втихушку насмехаться над его извинениями. Хотя он и любит меня по-настоящему. Он не делает это специально. Размышления подводят меня к тошноте. Я стараюсь перестать об этом думать. "Ты же знаешь, что я люблю тебя. Я не хотел делать тебе больно." "Я знаю", - соглашаюсь снова, теперь с милой улыбкой, довольный тем, что атаки на сегодня окончены. "Я тоже люблю тебя". На самом деле нет. Я не люблю его... Но иногда я беспокоюсь о том, что мог бы. Мы с ним одной крови. Мы нужны друг другу. "Я покажу тебе твой трейлер." Он открывает дверь машины и ведет меня в холодный осенний воздух. Его рука слишком сильно сжимает мою. Это изменится сегодня. Все изменится сегодня. -- Я оглядываюсь на съемочной площадке голодным взглядом, впитывая ее вид в себя. Склад огромен, разделен на несколько площадок, каждая из которых представляет собой разные комнаты: больничная палата, спальня, этаж торгового центра... Это безумие. Свет расположен сверху, задник и зелёный экран установлены, члены съемочной группы носятся с гарнитурами. Когда мы входим, все обращают на нас взгляд. Карты для гольфа перевозят людей, а женщина с гарнитурой торопится к нам, встречая Крейга с кофе. Мне хочется отпустить его руку, но он крепко меня держит, как собаку на привязи. Любопытный взгляд встречается с моим, что ничуть не удивляет меня. Неизвестный актер, новичок в этой сфере и уже с главной ролью в нашумевшем блокбастере? Должно быть, трахается с директором по кастингу. Команда Крейга - профессионалы. Мои щеки краснеют: я будто парализован, как устаревшая игрушка. "Доброе утро, мистер Мейсон. И мистер Мориарти, должно быть! - восхищенно изрекает она. Я думаю, что она лживая, и улыбаюсь в ответ. Позже я узнал, что ее зовут Элеанор. - Проводить вас к трейлеру, Джеймс?" "Было бы очень мило с Вашей стороны, спасибо." Она ведет нас к съемочной площадке вниз по извилистой дороге к парковке с сияющими белыми трейлерами. На одном из них написано мое имя. Это подтверждение, напоминание о том, для чего я здесь. Моя новая репутация. Новая жизнь. Я набираюсь сил и вытаскиваю руку из захвата Крейга, иду вперед со следующей за мной Элеанор. "Тебе нравится?" Внутри все безупречно, восхитительно, хотя я и привык к богатой жизни. Будучи королем криминального мира, я жил в лучших пятизвездочных отелях, да и жизнь с Крейгом похожа на прошлую. Но я все равно впечатлён. Замшевый диван растянулся вдоль стены, пол устлан тонким пушистым ковром. В углу есть небольшой холодильник, микроволновка и раковина. Ванная со современным душем, чистым и отделанным мрамором. Туалетный столик с офисным креслом стоит рядом с диваном; над ним расположено зеркало в рамке из лампочек и со стоящими косметикой и продуктами для волос. Я скалюсь. "Я обожаю этот трейлер." "Я буду в соседнем трейлере" , - говорит Крейг, и это звучит как угроза. Он стоит позади меня, наблюдая за моей реакцией, но я не даю ему себя задеть. У меня есть личное пространство, и это куда больше, чем я ожидал. "Мы могли бы разместить вам вместе, если хотите, -предлагает Элеанор, повернувшись к нам, а мое сердце пропускает удар, - Наверняка у нас есть двойной трейлер?" "Нет, - отвечает Крейг перед тем, как я могу открыть рот, я чувствую облегчение. Если бы я что-нибудь сказал, то обеспечил бы себе выволочку. Я смотрю на него. Он сжимает мои плечи, мне больно. Приходится выдержать его пристальный взгляд. Я здесь главный, напоминаю я себе. - Тут чудесно. Спасибо, Элли." Она кивает и выходит, направляясь назад к съемочной площадке. Крейг поворачивается ко мне на пути к дверям, и я на мгновение начинаю переживать, что сделал что-то не так. "Мне нужно подготовить остальных." "Ох... Конечно." Я чувствую облегчение. Меня очень беспокоит, смогу ли я избегать его на съемочной площадке, но он, похоже, занят еще больше меня. Я разворачиваюсь, чтобы пойти за Элеанор, но рот Крейга прижимается к моему, настойчивый, собственнический и мокрый, а я отталкиваю его, прежде чем успеваю ответить. Больше всего меня воротит от него. Глаза Крейга горят, и я тороплюсь к Элеанор, пока по мне циркулирует смущение, загораясь огоньками страха в моей грудной клетке. Он не пугает меня, настаиваю я, насмехаясь над самой мыслью о страхе, пока почти дохожу к Джону Хонссону. "А вот и наша звезда" , -басит Хонссон, и я смеюсь, пожимая ему руку. Мы уже встречались, однажды на читке и однажды на первой встрече для актеров, когда Крейг сидел между нами, напевая мне хвалебные речи. С трудном получается поверить, что он один и тот же человек. Хонссон обнимает меня за плечи и эти пузырьки восхищения лопаются в моем животе. В крови такой же адреналин, какой бывает перед убийством - голод, который нужно утолить, вожделение убийства. Я хочу славы. Хочу успеха, репутации. "А где твой молодой человек?" "Он с другими актерами." Хонссон высокий, худой как палка, с очками, которые всегда криво на нем сидят. Но в глазах Академии - он гений. Он кивает, отпуская Элеанор, и после ведет меня по площадке, рассказывая про все, что мы проходим. "Завтра мы начнем с твоей сцены с Лизой и Себастьяном - Марлон и Честер, восьмидесятая страница. Тебя устроит такой расклад, Джеймс? Ты выучил свои реплики?" "Конечно, от корки до корки" , -говорю я, разглядывая съемочную площадку, так запутанно спроектированную, такую правдоподобную. Бутафорский сердечный монитор в больнице мигает и пикает, подключенный к никому. "Чудесненько, - Хонссон смотрит на свои часы, после чего ведет меня к двери с надписью 'ЗЕЛЕНАЯ КОМНАТА', рядом стоит мужчина в костюме и с наушником, он подходит к Хонссону. - Спасибо, Алекс. Алекс будет твоим телохранителем во время съемок. Он будет охранять тебя и Себа, но ты скажешь мне, если он будет нужен тебе на весь день, хорошо? Мы что-нибудь придумаем." Я становлюсь пристыженным из-за внезапной искорки надежды, слабого подозрения, что охранник может быть полезен в моей ситуации. Пожалуй, я бы охотнее умер, чем дал себя 'спасти'. Алекс выглядит как мужчина, который привык быть наемником. Широкий, приземистый, серьезный. Он пожимает мне руку и встает рядом. Хонссон заводит меня в зеленую комнату. -- Зеленая комната отделана плюшем - почти как другая версия моего трейлера. Две женщины сидят с одной стороны,и я узнаю в одной из них Лизу Кей, тридцатилетнюю с хвостиком диву, которая играет жену моего персонажа, и Джеральдин Твиди, пожилую даму, с который я мечтал познакомиться - одну из звезд Британских фильмов. Она снималась во множестве фильмов, а в свои поздние шестьдесят - она национальная икона. Надеюсь, она такая же милая, какой кажется в интервью. Дональд МакГоуэн стоит у буфетного киоска сзади, такого же возраста как и Джеральдина, играющий 'отца' моей возлюбленной. Я слышал от Крейга, что он ворчливый ублюдок, но его слова не стоит принимать за чистую монету. Актрисы перестают разговаривать, стоит нам войти, я застенчиво улыбаюсь и поднимаю ладонь в приветственном жесте. Лизу я встретил на читке, мы даже стали друзьями по фильму. "Джеральдина, дорогой , - представляется она, Хонссон подходит к буфетному столу. - Это Джеймс - он играет Дэвида." "Ох, милый." Джеральдина скользит ко мне и вежливо обнимает, целуя в обе щеки. Я чувствую облако парфюма и улыбаюсь, довольный, когда она оценивающе меня оглядывает. "Очень приятно, Джеральдина. Я Ваш большой поклонник." "Твоя первая картина, не так ли?" "Да", - говорю я, притворяясь уверенным, но наверняка видно, как я переживаю. Лиза обнимает меня, а Дональд приветственно машет мне рукой. "Все будет хорошо. Тебя бы не взяли, будь ты дерьмовым." Возможно, я зря принимаю это за насмешку. Должно быть, все они уже знают, что я трахаюсь с директором по кастингу. Слухи распространяются слишком быстро. Стыд горит в моей груди, но я сажусь, начиная беззаботно листать сценарий. "Себ должен скоро -" Начинает он, но дверь открывается, прежде чем он успевает договорить. Себастьян Моран стоит в дверном проеме и снимает солнцезащитные очки с довольной улыбкой. "Извини за опоздание, Джон." --