Алиса и Пиковая Королева

Шляпник с трудом разлепил веки, пытаясь понять, почему так холодно. Ответ пришел весьма быстро: потому что он лежит на каменном полу темницы. Девушка мирно посапывала у него на груди, ни разу не шелохнувшись. Террант взглянул на ее лицо: бледное, уставшее, словно даже во сне она не могла отдохнуть от отягчающих мыслей. Погладив Алису по спине, мужчина попытался слегка привстать, чтобы не разбудить спящую: не хотелось лишать ее драгоценных крох сна. Но девушка заворочалась и спустя несколько секунд разлепила веки. - С добрым Дивным, - хрипло произнес Шляпник, и Алиса приподнялась, разглядывая помещение. - Почему с добрым и с дивным? – веки норовили вновь сомкнуться, но девушка все равно держала их открытыми. - Раз мы вместе, значит с добрым и с дивным, - Шляпник тепло улыбнулся, и девушка улыбнулась в ответ – и правда, ей стоило догадаться. От таких простых слов стало немного легче. Чуть приподнявшись, Алиса улыбнулась в ответ и мягко втянула мужчину в поцелуй, чувствуя на свой талии осторожные пальцы, ласково скользящие вверх по спине. Если уж остались последние минуты, то нужно провести их, действительно насладившись каждым мгновением. Террант целовал ее до головокружения, жадно, пылко, так, как хотел целовать только ее одну. Тонкие руки впивались в рыжие волосы, притягивая к себе еще ближе. Губы заскользили по нежной шее, покрывая ее поцелуями, от которых у Алисы захватывало дыхание. С губ сорвался тихий стон, который заставил мужчину остановиться. Прижав девушку к себе, он крепко обнял ее, успокаивающе поглаживая по голове. Девушка смущенно молчала, за свое поведение ей на мгновение стало стыдно. Решетка распахнулась, все тот же стражник грубо вытолкал их из камеры. Алиса схватилась за Терранта, слегка подрагивая от страха и неизвестности. - Где Мирана? Что вы с ней сделали? - яростно выкрикнула Алиса, и стражник на мгновение сбросил маску беспристрастности, кровожадно ухмыльнувшись. - Она нужна Ее Величеству Мирабелле в своих целях. Вы ничем не сможете ей помочь, - в глазах мужчины вспыхнул странный огонек, или это свет сыграл такую шутку? Алиса не знала, но по спине пробежался холодок, и возник он совсем не от холодного ветра, гулявшего в замке. По-видимому, в сердце стражника осталась капля сострадания, он позволил девушке и мужчине идти вместе. Шляпник поддерживал идущую почти что вплотную к нему Алису за талию. Хоть она и пыталась казаться сильной, было видно, как неизвестность и страх за близких людей сковывал ее, делая движения более слабыми, более медленными. Они прошли мимо странного леса. Алиса не видела ни птиц, ни зверей, кажется, даже насекомые решили держаться подальше от черных угловатых деревьев, на которых не виднелось ни одного листочка. Из растительности на этих деревьях произрастал только странный серый мох, который показался девушке очень странным. Он как-будто бы слегка шевелился. Тропинка вилась широкой лентой, проходя по пустынной местности, где из белых песков торчали только колючки. Ветер поднимал пыль, и молодым людям пришлось идти почти что вслепую, закрыв глаза, чтобы песок не попал в глаза. Миновав странную пустошь, они, наконец, достигли места назначения. Там их уже ожидала сама Дама Пик, расположившись под небольшим тентом, скрывавшим Ее Величество от солнца. - Ну что ж, вы помните мое слово. Хоть оно вам не понадобится, но все же - ваше последнее желание? – Мирабелла поднялась, с усмешкой глядя на молодых людей, своим злобным взглядом пророча Хайтоппам скорую гибель. Шляпник прижал девушку к себе, жадно вдыхая аромат ее волос. Губы скользнули по чувствительному месту за ухом, опалили горячим дыханием кожу на шее. Алиса резко выдохнула и на мгновение представила, что они дома, что это их утро. Подарить ласковый поцелуй, полный надежд на скорое продолжение, и отстраниться, склонив голову. - В добрый дальний, моя Алиса, - легкая улыбка и тоскливый взгляд – вещи несочетаемые, и только Шляпник смог совместить их, тем самым вымолвив безмолвное «Прощай». - Ты – первая, - произнес властный голос за спиной девушки, и Алиса, еще раз крепко обняв Терранта, шагнула к чернеющему входу в пещеру, из которого несло затхлостью и серой. - Этого отправить следом, - услышала девушка ставший совсем тихим голос Ее Величества, но вернуться уже не могла. Пещера не собиралась так легко отпускать пришедшую ей в руки добычу. Алиса успела лишь оглянуться и махнуть рукой на прощание. А дальше ей оставалось только сделать шаг в пустоту и попытаться не умереть слишком рано, чтобы хотя бы попытаться найтись. Ведь все потерянное рано или поздно находится? Когда она теряла свои клубки, Террант находил их спустя время. Нужно лишь подождать. *** - Вот я одна... - негромко произнесла девушка, и ее шепот эхом разнесся по тоннелю, по которому ей предстояло пройти вперед. Шершавый и грубый камень в некоторых местах был влажным от стекавшей с потолка воды, отчего в щелях и трещинах разросся мягкий зеленый мох, прикоснуться к которому Алиса не решалась. Почему-то в пещере не было темно, и это казалось очень странным: откуда взяться свету в материнском чреве тьмы и страха? Ответа на этот вопрос не предвиделось, и девушка, поежившись от холода, прошла дальше. Несколько раз она заходила в тупики, которые были похожи друг на друга как две капли воды. Алиса не заметила, как наступила во что-то склизкое. Нога начала проваливаться, и девушка вскрикнула, упав на землю. Нога плотно увязла в грязи, которая была похожа на желе с виду. Девушка дергала все сильнее и сильнее, но черная масса с каждым разом все сильнее сжимала голень, отчего становилось нестерпимо больно. По спине прошлась стайка мурашек – что-то находилось в этой черной массе, что-то касалось ее ноги, гладило кожу, удерживало ее ногу. Вскрикнув, девушка перестала шевелиться, надеясь, что это странное существо прекратит свои поползновения. Прошла минута, другая, и на мгновение девушке показалось, что это нечто перестало ее касаться. Выдернув ногу, Алиса отползла подальше от этой грязи, внимательно глядя на землю. На ногах остались непонятные волдыри, которые не сулили ничего хорошего. Отойдя от испуга, миссис Хайтопп поднялась и побежала обратно, к развилке. Ее первый выбор оказался неверным. Другая тропинка оказалась более спокойной. Никаких ям, никакого мха, ничего. Только голые шершавые стены. Алиса медленно шагала вперед, в темноту, не замечая, как покрывается гусиной кожей, как грязь на ее ноге постепенно становится сухой, вернее, замерзает. «Алиса…» - раздался в отдалении голос, и девушка замерла, обернувшись. Ее действительно позвали, или ей показалось? «Алиса…» - шепот вновь повторился, и обладательница имени застыла, распахнув от ужаса свои глаза. Ее звала дорога впереди, уводящая в темень, пещера источала этот жуткий шепот, от которого волосы, казалось, скоро начнут шевелиться. Стоило Алисе остановиться, как она почувствовала этот могильный холод, от которого на стене образовался иней. Поворот снова привел ее не туда. Девушка вновь оказалась на развилке. Могильный холод или эта непонятная тропинка с существом в грязи? Нужно было сделать выбор, от которого зависит ее жизнь. «И не только моя», - со вздохом подумала девушка и шагнула вправо. Лучше грязь, чем холод. Алиса внимательно смотрела под ноги, стараясь не попадать ногами в небольшие ямки с грязью, пока ее не стало настолько много, что теперь приходилось наоборот – стараться попасть ногами на клочки твердой земли. Прыжок, другой, сохранить равновесие. Встав на небольшой мостик, девушка огляделась. Впереди виднелась полоса земли, но сможет ли она на нее попасть? Допрыгнет ли? Алиса нахмурилась. Она одолела Бармаглота. Помогала Шляпнику сражаться с Белуа. Неужели Бравный Воин не допрыгнет до жалкого клочка земли? И девушка прыгнула. Не хватило пары сантиметров. Нога вновь увязла в черной гуще, и ее моментально обвило ядовитое щупальце, утягивая Алису внутрь. - Нет! Кто-нибудь! – девушка выкрикнула это скорее из-за отчаяния, чем действительно надеясь на чью-либо помощь. Нечто начало подниматься из черной массы, блеснула кожа, сочащаяся гнилью. - Вернулась надежда, и страх отступил… - пропела срывающимся голосом девушка, и в ответ ей вторил глухой скрежет. Кажется, этой твари совсем не нравилось пение девушки. - Что значит любовь, никто не забыл, - щупальце ослабло, хотя и продолжало удерживать ножку Алисы в своем плену. - А значит поверь, и сбудется все. Мое сердце бьется с твоим в унисон, - облегченно выдохнув, девушка вытянула ногу из грязи. Куда делось непонятное существо, она не знала, да и не хотелось знать. Дорога была чистой, и Алиса шагнула вперед, отряхнув шляпу. Тут ей навстречу вышел Шляпник, который, кажется, был совсем не напуган. - Алиса, - с улыбкой поприветствовал он ее, и девушка бросилась к Шляпнику, пытаясь обнять его. Но мужчина явно не желал, чтобы его обнимали. - Террант… - от милой улыбки не осталось и следа. Он смотрел на нее, как смотрят на человека, который болен смертельной болезнью, ухудшающей внешность: с долей жалости и отвращения. Алиса на мгновение замерла. - Террант? – девушка протянула к нему руки, но тот покачал головой. - Извини, Алиса. Я не могу тебе помочь, - мужчина склонился к ней и прошептал на ухо: - Я никогда не любил тебя, Алиса. Теперь я вижу, что это были лишь иллюзии. Пора возвращаться к реальности, - Террант произнес это так, словно извинялся за свою ошибку. - Лжешь, - с улыбкой прошептала девушка, по лицу которой покатились слезы. - В-вернулась… надежда… И страх отступил! – Алиса старалась унять всхлипы, хотя получалось это с большим трудом. Сознанию было трудно поверить в правду, а вот в ложь оно верило легко и просто, принимая иллюзии за реальность. - Что значит… любовь, никто не забыл! – недовольство на лице Шляпника усилилось. - Замолчи! – прошипел он, сжимая на ее шее изрезанные ладони. Его глаза горели ярко-красным, пальцы крепко вжимали нежную кожу. - А значит пов… поверь… и сбудется… все… - Заткнись! - воздух еле проходил, это было уже не пение, это был речитатив, на который у Алисы еще оставалась надежда. В глазах начало темнеть. Неужели такой будет ее смерть – от иллюзии, которая копировала внешность ее любимого человека? - Мое сердце… бьется… с твоим в унисон… - последний вдох и неожиданная волна воздуха, ударившая в легкие. Алиса закашлялась, жадно хватая ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба. Мокрые от слез глаза ничего не видели, но она чувствовала, что двойника Шляпника здесь больше нет. Поднявшись, Алиса оперлась на стену и, слегка покачиваясь, пошла вперед, даже не заметив, как над ней появились небольшие мерцающие точки. Они бесшумно скользили по воздуху, подсвечивая девушке правильный путь. Снова развилка. Одна дорожка казалась светлее, она уводила влево, к крутому повороту. Второй путь, более черный, уводящий вправо, был более извилист. Ноги понесли Алису к более светлой тропке. Наверняка, это верный путь! Девушка застыла, не решившись ступить на светлую землю. Не может быть все так просто. С чего бы здесь появляться каким-то подсказкам? Попятившись, Алиса поспешила свернуть на правую дорожку. Ничто не тревожило девушку, пока она шла вперед. Ни одного признака опасности. И тут Алиса уперлась в тяжелую деревянную дверь, которая была заперта. Подергав ручку, девушка едва ли не прорычав, ударила ладонью по дубовой преграде. - Мне нужно найти Терранта! Пусти меня, черт возьми! – Алиса не смогла бы ответить на вопрос, кому она это кричала. Но то ли так было задумано, то ли кому-то с той стороны надоел крик девушки, но рядом с дверью появился маленький ключик и записка. Схватив предметы, девушка осторожно развернула кусочек пергамента, стараясь не запачкать его грязью на руках. «Запомни, хоть везде тобой пытаются завладеть тьма и страх, слушай сердце, оно подскажет и в нужный момент выведет на свет, хоть этот свет окажется не таким, каким ты его представляешь". Маленький ключик казался неподходящим для тяжелого замка, висевшего на железной ручке. Но, стоило девушке вставить ключик в скважину, как тот увеличился, идеально подходя замку. Два проворота по часовой стрелке, и тяжелая дверь со скрипом распахнулась, позволяя девушке пройти вперед. Опять ей приходится выбирать! Перед ней оказались две дороги. Не было светлой, не было темной – два одинаковых пути расходились параллельно друг другу, разделяемые лишь толстой стеной. Девушка прислушалась к себе. Куда велит ей идти ее сердце? Куда хочет пойти разум? Могут ли они хоть на немножко объединиться, чтобы девушка могла выжить? Вздохнув, Алиса вновь запела. Только песня помогала ей все это время, потому что ни разум, ни сердце не были знакомы с правилами этого ужасающего места. Потому Алиса предпочла запереть их обоих внутри, чтобы они не помешали ей сделать правильный выбор. Ее голос казался громче с каждым новым словом. И он отдавался гулким эхом в одном из тоннелей, которые предстали перед ней. Что лучше? Эхо? Или отсутствие эха? Алиса решительно шагнула к правому. Если эхо есть – значит, там пусто, хотя бы никого нет. Хотя никто не обещал, что там никто не появится, стоит девушке лишь сделать шаг. Но пока там никого не было. Шагая вперед, Алиса недоуменно пыталась понять, почему эхо все еще разносит ее пение, ведь она уже закончила петь. И тут голос стал громче. У Алисы перехватило дыхание. Неужели она все-таки сделала верный выбор? Песня приближалась, она становилась громче, девушка бежала все быстрее. Она не могла не узнать этот голос. Голос, который нашептывал ей слова любви, когда девушка притворялась спящей. Голос, который громко смеялся, вышивая на футболках карапузом их имена, чтобы никто больше не путался. Голос, который пел песню про звездочку соседским детям, обучая их ремеслу шляпных дел мастера. Голос, который не произнес ей «Прощай», потому что его обладатель все еще верил. *** Едва зайдя в Пещеру, Террант понял, что никогда не сможет ее забыть, если выживет. Бесконечно тянущаяся вдаль тропинка, с которой невозможно было свернуть или уйти назад. Мужчина осторожно шагал вперед, стараясь смотреть под ноги, чтобы не споткнуться и не упасть. Ведь это так просто – не заметить камушек или трещинку. И повалиться вперед, прямо в… яму? Шляпник оглядел большую дыру, которая затягивала в себя воздух. Камешек, лежавший на краю, медленно пополз вперед, движимый этим непонятным «дыханием». Террант поежился. Обойти ее можно было только по небольшому отступу у стены, да и то, если эта непонятная яма не утянет его внутрь. Шляпник осторожно ступил на выступ: другого выхода у него все равно не было, так как перепрыгнуть эту пропасть не представлялось возможным: она была слишком широка. Пальцы впивались в стену, помогая удержать столько хрупкое равновесие. Мужчина закрыл глаза, чтобы не смотреть на чернеющую дыру, которая притягивала взгляд, гипнотизировала своей чернотой. Шаг, другой, третий, легкая дрожь по всему телу, хотелось открыть глаза, чтобы узнать, сколько шагов нужно еще пройти, чтобы, наконец, миновать эту опасность Но Террант одним усилием воли заставил себя зажмуриться еще крепче. Если взглянет – пропадет. Но, вот, кажется, он переступил эту опасную черту. Странное притяжение рассеялось, и мужчина приоткрыл глаза. За его спиной была простая земля, Террант убедился в этом, кинув в нее камень. Куда пропала эта яма, он не знал, да и знать не хотел. Оставалось надеяться, что она пропала надолго, и перед ним больше не появится. Шляпнику было легче. По древним легендам, байкам, рассказам, где-то когда-то услышанным и сейчас возникающим в памяти, Шляпник мог обходить опасные места. Но для каждого человека Пещера Отчаяния создает свои испытания. Мужчина шел уже очень долго, а вокруг были все те же стены, все тот же мох, словно Террант не двигался с места. Шаг ускорился, перерастая в бег. Шляпник бежал, но камни под его ногами даже не шелохнулись: он стоял на том же месте, откуда начал идти. И как ему пройти вперед? Это место не пускает его. Хочет, чтобы он что-то сделал. Остановился? Но он итак стоит. Или же… пойти назад? Шляпник повернулся на 180 градусов и сделал шаг вперед. В этот раз ему повезло больше. Он сдвинулся с места и тут же перешел на бег. Но почему-то развилка, с которой он ушел, все никак не появлялась. Зато появился перекресток, в центр которого Террант и выбежал. Отдышавшись, мужчина покачал головой: кто бы мог подумать, что ловушка окажется столь простой, но столь губительной. Продолжая бежать вперед и не двигаясь с места, люди, по видимому, сходили с ума и переставали двигаться совсем. И вдруг, в темноте, в подземелье, забрезжил неяркий свет, как будто бы кто-то зажег свечу вдалеке. Террант поспешил вперед, он шел на этот теплый и неяркий свет, который манил к себе, притягивал. Было холодно, и отчаянно хотелось согреться. И яркое сияние обещало тепло, обещало отдых, покой. Мужчина споткнулся и повалился наземь, ударившись головой. Предметом, об который он споткнулся, оказалась небольшая шляпа. Белая, с едва сверкающими на солнце узорами, с темно-синей лентой… - Нет… - сорвался шепот с дрожащих губ, и мужчина, прижав к себе цилиндр собственной работы, поспешил вперед. Но свет исчез. Свет был лишь приманкой, способом заманить его сюда, на поляну. Чтобы он увидел. Чтобы взвыл, как зверь, бросившись к бездыханному телу на земле. Почему? Почему именно ее? Почему не его забрала Госпожа Смерть? - Моя девочка, - глаза загорелись желтым, пальцы судорожно касались бледного, холодного, словно лед, лица. Нет, этого не может быть. Ведь… это же Алиса. Его Алиса. Славный мальчуган, Бравный Воин, она хотела спасти его из дворца Красной Королевы, она сражалась с Бармаглотом, она вернулась в Страну Чудес к нему. Губы коснулись ее щеки, одаривая поцелуем. - Вернулась надежда… И страх отступил… Что значит любовь, никто не забыл… - мужчина надел шляпку на прелестную головку, взглянув на девушку с горечью. Действительно, отличный размер… - А значит, поверь, И сбудется все. Мое сердце бьется с твоим… в унисон, - Шляпник прикрыл глаза всего на мгновение. Но когда открыл – никого не было. Алиса пропала, как будто и не было здесь бездыханного тела столь любимой девушки. Поднявшись, Террант, слегка качнувшись, побрел вперед. Нельзя допустить, чтобы эта сцена стала правдой. Нельзя. Он не позволит этой пещере так просто себя сломать, ведь пока они живы, еще все можно сделать, все можно исправить. Пока бьется сердце… Снова перекресток. Куда ему нужно идти в этот раз, чтобы достигнуть цели, если, конечно, она у него есть? Но ведь конкретной цели у него нет. Ему нужно найти Алису, но она могла быть где угодно. Террант закрыл глаза. Если у него нет конкретной цели, значит, любой путь может быть и правильным, и неправильным. Значит, можно выбрать любой. Шляпник сделал оборот вокруг себя и ткнул пальцем вперед. Светлая тропинка уходила вдаль, и мужчине ничего не оставалось, кроме как пойти по выбранной дороге. Здесь действительно было светлее, словно солнце пробивалось сквозь землю только для того, чтобы осветить Шляпнику выбранный путь. Неожиданно, перед ним возникла каменная статуя человека. Нельзя было точно сказать, был ли это мужчина, или же статуя изображала женщину. Но в мраморной руке был зажат поблескивающий не то браслет, не то кулон. Террант оглядел статую, пытаясь понять, имеет ли он право пройти мимо нее, но статуя решила все за него. Мраморный человек сошел со своего помоста, вытягивая руку с украшением вперед. Видимо, это создание хотело, чтобы Террант взял медальон. Но мужчина не собирался ни у кого ничего брать: с чего бы Пещере помогать ему выбраться из нее же? Но, взглянув в глаза без зрачков, Шляпник растерял все свои «да» и «нет». Ладонь сомкнулась на золотистой побрякушке. Все тело забилось в конвульсиях, от столь сильной боли Шляпник громко закричал, падая на землю. Его трясло, лихорадило, но оторвать руку он не мог. А перед глазами в воспаленном болью сознании проносились ужасы, которые он даже не смел себе вообразить никогда, о существовании которых он даже не подозревал. Губы задрожали. Надо вспомнить песню… Надо… Какая-то песня? Что за песня? Он ее пел. Кому он ее пел? Кому-то очень важному, очень дорогому. Настолько дорогому, что он искал его здесь. Вспомнил, песня, которая должна была бы их спасти. Которую он так отчаянно хочет вспомнить. Что-то про надежду, про любовь и страх. Да. «Вернулась надежда… И страх отступил… Что значит любовь…. никто не забыл…» Что-то приближалось. Оно хочет убить его? Или же нет? Хотелось бы верить, что нет. Точно, там было что-то про веру… и сердце. Почему сердце так стучит, словно сейчас сломает свою клетку из ребер? «А значит поверь, и сбудется все… Мое сердце бьется с твоим в унисон…» - Террант, Террант! – голос доносится словно из-под толщи воды. Кто-то хватает его за руку, отцепляя от чего-то очень горячего. Видения в голове стали расплывчатыми, он как-будто видел их через дымку или туман: общие очертания можно было разобрать, но детали исчезли. А вскоре исчезли и очертания. Видения исчезли, и Террант разлепил веки. По его лицу катились капельки холодного пота, пальцы судорожно сжимали запястье девушки, сидящей рядом с ним на коленях. В глазах Алисы, настоящей, неподдельной, абсолютнейшей, стояли слезы. Она крепко обняла мужчину за шею, закусывая губу, чтобы не сорваться на рыдания. Нашлись. Наконец-то. - Алиса, девочка моя… - прошептал Шляпник, прикрывая глаза. Он не услышал крика девушки, не почувствовал, как она трясла его за плечо, пытаясь привести в себя. Он плыл в темноте, которая была мягкой и теплой. *** - Нет, Террант, не надо! Не смей засыпать! – Алиса принялась трясти Шляпника, надеясь привести его в сознание. Они ведь нашлись. Все, ужас теперь не сможет поглотить их так, как мог бы, оставайся они поодиночке. Нужно только не уснуть, не поддаться этому искушению. - Террант, я люблю тебя, - прошептала девушка, и по ее щекам скатились слезы отчаяния. Она не знала, что делать. Что?! Слезинки, одна за другой, упали на лицо Терранта. Алиса этого даже не заметила, крепко сжимая ладонь мужчины и пытаясь придумать хоть один способ привести его в чувство. И тут веки Терранта затрепетали. - Алиса? Алиса! – хриплый голос заставил девушку вздрогнуть и резко поднять голову, чтобы взглянуть в ярко-зеленые, полные радости глаза. Шляпник слегка приподнялся, дрожащей рукой прижимая девушку к себе и покрывая ее заплаканное лицо горячими поцелуями. - Любовь моя. Ты нашлась, нашлась… - Террант никак не мог отпустить ее даже на мгновение, опасаясь, что она исчезнет, растворится, но нет. Она оставалась все такой же реальной, теплой, безумной и любимой. Живой. Невозможно удержаться от горячих поцелуев, невозможно не ласкать одним только взглядом, не сжимать в своих руках. Хотелось забыть все, что произошло здесь до этого, каждое мгновение, стереть его из памяти прикосновением губ к горячей щеке, к нежной шее, к ласковым, дарящим заботу, ладоням. Теперь Алиса поняла значение слова «свет» в той записке. Да, тот свет, что был сейчас, не был сиянием солнца или луны. Не был пламенем свечи или лампы. Он не был создан человеком, не был им познан. Это был их свет, созданный их сердцами, их нежностью, их прикосновениями, мыслями, словами, которые были сказаны и которые остались не вымолвлены. Однако, у Времени есть свойство идти, и Алисе и Терранту нужно было выбираться из этого места. Молодые люди с трудом поднялись, поддерживая друг друга. Алиса не без ужаса взглянула на валявшийся недалеко от них медальон, который слегка поблескивал в неярком свете. Шляпник утянул девушку вперед: не стоит злить госпожу Фортуну, которая итак оказалась весьма милостива к ним. Алиса прижималась к Терранту, глядя себе под ноги, чтобы не попасть в еще одну ловушку. Мужчина оглядывал стены, надеясь больше не встречать странных гостей. Темнота больше не сгущалась вокруг них, никто не смел к ним приближаться. Из страха ли или из уважения, но Шляпник предпочитал не задумываться над тем, что именно заставляет тварей держаться подальше от них. Алиса смотрела на стены, пытаясь понять, ей показалось, или стены действительно становились светлее? При входе они были грязно-коричневого цвета. Сейчас цвет стен был чуть темнее песчаника, и это натолкнуло девушку на мысль, что они идут в правильном направлении. Крепче сжав ладонь Терранта, Алиса облегченно вздохнула. С каждой секундой становилось легче. Они вышли на перекресток, который показался Алисе самым странным местом во всей Пещере. Здесь царили яркие цвета, настолько яркие, что вызывали головокружение. Три дорожки были вымощены цветным булыжником, который ярко блестел, словно его кто-то покрыл лаком. Алиса чувствовала себя здесь очень неуютно. Даже более неуютно, чем в любых других закоулках этой пещеры. Среди цветов не было гармонии, и это наталкивало на мысль, что это еще одно испытание. Надо не потерять голову от ощущения столь близкой свободы. Террант глядел на белую дорожку, ведущую направо. Аккуратные камешки словно бы указывали своей чистотой на выход. Черная полоса закончилась, начинается белая полоса. Алиса же глядела на синюю дорожку. Белая, по непонятным ей причинам, казалась слишком яркой. Она как яркий цвет ядовитого растения, когда «яркий» равносильно слову «опасный». А синий казался ей более спокойным, как цвет ночного неба в спокойный день. - По какой хочешь пойти ты? – прошептал Шляпник, оглядывая тропинки. - По синей, - ответила Алиса, указывая на аккуратную синюю тропинку, уносящуюся вниз. - А я по белой, - Террант указал на поднимающуюся вверх дорожку. Алиса покачала головой: как же трудно выбрать, когда ты не знаешь, есть ли вообще что-то хорошее среди того, что нужно выбрать. - Предлагаю компромисс. Пойдем по голубой. Тем более, что это мой любимый цвет, - улыбнулся мужчина, и девушка сосредоточенно взглянула на голубую тропинку. Она шла вперед, никуда не поворачивала, и после недолгих раздумий, Алиса согласилась с решением. - А почему для тебя голубой - любимый цвет? - спросила девушка, когда они уже шли по "небесной" дороге, которая постепенно начала подниматься вверх. Алиса уже чувствовала на своем лице дуновение теплого ветерка, который приносил аромат леса. - Потому что ты вернулась именно в голубом платье, а не в розовом или зеленом, - шляпник рассмеялся, негромко и легко, отчего на губах девушки появилась легкая улыбка. Кто бы мог подумать. - Тогда у меня все цвета любимые, - фыркнула Алиса, слегка улыбаясь. - А почему все? – недоумение Терранта было неподдельным и вызвало у Алисы радостный смех, который она не смогла сдержать, утопая в теплых объятиях. - А ты всегда такой разноцветный, что я даже не знаю, какой цвет выбрать! – девушка несильно щелкнула мужчину по носу, отчего тот негромко чихнул, вновь вызвав у Алисы ласковую улыбку. Уже показался выход, солнечный свет заливал поляну, цветы слегка колыхались на ветру. Но девушка резко остановилась как вкопанная. - Алиса, что-то случилось? – обеспокоенно спросил Террант, обхватывая ее лицо ладонями. Ноги Алисы подкосились, она осела и непременно бы упала, если бы руки мужчины не подхватили ее. В голове девушки зазвучал чей-то гадкий скрипучий голос, словно ножом по стеклу. Голос безумно хохотал, рассказывая ей ужасные вещи. Он рассказывал ей, что он сделает с ее мамой, с Маргарет, со всей Мраморией и с Террантом. Последнее этот голос описывал крайне тщательно, рассказывая все новые и новые подробности, от которых Алиса заходилась в рыданиях. Она не чувствовала, как ее обхватывают и несут к выходу другие руки, девушка лишь кричала, умоляя голос не рассказывать больше ничего, замолчать навсегда, но ее мольбы словно подталкивали это чудовище рассказывать еще больше! Кровожадность этого голоса могла затмить всех кровавых тиранов мира сего. Алиса словно видела наяву каждую картину, отчего ее истерика становилась еще сильнее. И вдруг, все исчезло. Алиса начала падать в темноту. «Надо узнать, что с Террантом… Надо… узнать…» *** Шляпник не мог понять, отчего Алиса начала так кричать и брыкаться. Лишь по тому, как она закрывала уши, он смог догадаться, что она что-то слышит. Но он не слышал ничего вокруг, только пение птиц на поляне. Девушка едва не упала, и Террант подхватил ее на руки, пытаясь преодолеть силу, которая удерживала их здесь, не давала освободиться, завершить свое путешествие по миру страха. От того, что Алиса брыкалась, нести ее становилось еще тяжелее, Шляпник очень не хотел уронить свою драгоценную ношу. Стоило солнечному лучу коснуться кожи Алисы, как она успокоилась и затихла. О ее истерике можно было догадаться лишь по растрепанным волосам и заплаканному лицу. Террант, уложив Алису на траву, огляделся. Поляна, на которую они вышли, оказалась в самом сердце Глущобного леса. Террант был здесь лишь раз в жизни, когда забрел слишком далеко в поисках трав для чая. Прислонившись к дереву с раскидистыми ветвями, Террант облегченно вздохнул, погладив уснувшую крепким и, судя по сердцебиению, спокойным сном Алису по щеке. Его веки слипались, но так хотелось еще немного полюбоваться этим нежным лицом девушки, которая спасла его. Шляпы упали рядом. Одна к другой. Молодые люди крепко спали, восполняя силы, утраченные в этом ужасном путешествии, которое, наконец, закончилось.