Скажи "да"

Утро поприветствовало меня звоном будильника и шумом проливного дождя за окном. Камилла, которая вчера вечером после банкета приехала ко мне и осталась с ночёвкой, теперь настойчиво толкала меня в спину, пытаясь разбудить. С горем пополам у неё это получилось. Я разлепил веки, чувствуя себя совершенно разбитым. Бессонница, тревожные мысли и долгожданная дремота за два часа до пробуждения. Голова гудела и булыжником тянула обратно на мягкую подушку. Я привёз Камиллу к зданию её офиса за пару минут до начала работы. Она попросила меня не гнать по скользкой дороге, но я не послушался и чуть не столкнулся с соседней машиной на перекрёстке. Мне повезло, но в итоге я сбавил скорость и приехал к школе к самому началу первого урока. Не доставая зонтик, я выскочил из машины и побежал к воротам — благо, они находились совсем рядом со стоянкой, поэтому я не успел промокнуть. Была последняя неделя практики, и студенты вели свои уроки самостоятельно, в случае возникающих вопросов подходя ко мне после занятий и прося совета или помощи. Я же отсиживался в учительской, хотя мог делать это и дома, что было бы комфортнее. И я был не одинок: учителя, которые вели группы практикантов, отдыхали от уроков, подобно мне, сложив все преподавательские обязанности на студентов и неторопливо делая наброски будущих планов. В учительской было людно. Я поздоровался с коллегами, мы перекинулись стандартными фразами о выходных, учениках, директоре и сегодняшней погоде. Я сел за свой стол, положив на него сумку. Но ничего из неё не извлёк, а просто расфокусированно уставился в стену напротив, на которой мирно тикали круглые оранжевые часы. Голоса людей и шум дождя слились в один монотонный гул, аккомпанирующий суматохе в моей голове. Мысли беспорядочно скакали, словно исполняли танец безумства и сюрреализма. То, что случилось вчерашним вечером, не оставляло меня ни на минуту. Я был одержим этими воспоминаниями, словно умалишённый. Я пялился в стену, на которой воображение рисовало недавние события. Я словно смотрел немой фильм и видел себя со стороны. Это было ужасно и неестественно, и это вгоняло меня в краску. Но чувства ликовали. Напротив, они полностью одобряли меня и подталкивали к дальнейшим шагам. К каким? Я прекрасно понимал, что у нас с Мортеном ничего быть не может. Это просто временное помешательство, наваждение, глупость и слабохарактерность. Это нужно пресечь на корню, пока не вылилось во что-то серьёзное и опасное. Нужно морально подготовить себя к дальнейшим действиям. Нужно твёрдо уяснить, что я — просто учитель, который курирует своего практиканта. Только работа, только передача профессионального опыта. Ничего личного. Ни томительных взглядов, ни ответного проявления бесполезных чувств, ни прикосновений, ни поцелуя... Дьявол. Мне нельзя об этом думать. Потому что я рою яму сам себе. Я упаду в неё быстрее, чем успею обернуться. Упаду в глубокую яму, которой не будет конца. Падение будет длиться вечность. И я вечность буду корить себя за это. За то, что вот так просто поддался этим странным, неуместным эмоциям. Да, сердцу не прикажешь. Верно говорят. Наверное, моё сердце какое-то бракованное и неправильное. Иначе с какой стати я запал на парня? Даже и на симпатичного. Вот уж и не думал, что буду так интересоваться внешностью противоположного пола. Сердце, что ты со мной делаешь? А, Эрик?.. — ...Эрик? Я отогнал мысли и посмотрел в сторону того, кто меня окликнул. — Ты в порядке? — спросила Анна, стоя рядом и глядя на меня сверху вниз. — Да, всё окей... — не сразу ответил я. — Просто не выспался. — Ты выглядишь... — Как? — Как-то не очень. Плохо себя чувствуешь? — Я в порядке, Анна, можешь не волноваться, — сказал я, слегка улыбнувшись. Женщина кивнула и направилась к своему столу, возле которого собралось несколько учителей что-то обсудить. На душе немного отлегло. Анна была моим хорошим другом, я всегда охотно делился с ней беспокойствами и искал совета. Но не в этот раз. Лучше, если сейчас располагать информацией о моей непростой ситуации будет как можно меньше народа. Ещё неизвестно, каким мне это выйдет боком. Я решил немного пройтись, потому что делать что-то полезное и продуктивное совершенно не хотелось. Я встал и направился к двери. Организм требовал привычной затяжки, которой у меня не было с самого утра, поэтому я пошёл в сторону подсобки. Но едва я отсчитал десяток метров, как наткнулся на Мортена, который куда-то очень спешил. Мы оба остановились. — Доброе утро... — выдавил я из себя. Со вчерашнего вечера и по сию минуту я мучил себя вопросом, как же я посмотрю теперь парню в глаза и что буду ему говорить. Но сейчас эта проблема отпала сама собой, заменившись на более насущную. Потому что Мортен попал под дождь. Одежда вся промокла, капли воды стекали по волосам на лицо. Жалкий вид. Но я готов был смотреть на него часами. Восхищаться и негодовать одновременно. — Разве ты не приехал на автобусе? — спросил я. — Нет, — буркнул он. — Я не езжу на общественном транспорте. Там много народа и слишком тесно. Мне захотелось ткнуть пальцем ему в лоб, серьёзно. Потому что он из-за своих причуд мог легко простудиться и слечь надолго. Нужно было как-то это решать. — Пойдём в учительскую, я дам тебе кое-какие вещи, переоденешься. — Нет, — снова отрезал он. — Не нужно... — А, нужно заболеть, да? — укоризненно покачал я головой. — Жди меня здесь. Не дожидаясь ответа, я развернулся и чуть ли не побежал в сторону учительской. Наверное, подумал я, нет ничего такого в том, что я отдам ему свою сухую одежду. Просто хороший жест. И ничего более. Наверное, если бы мы были просто учителем и студентом, всё так бы и казалось. Но неясность в наших отношениях вносила ещё больше смуты, путая мысли, в которые закрадывались сомнения о правильности выбора с моей стороны. Но я уже предложил, и было поздно отступать. Я направился к шкафу с личными вещами, открыл дверцу своей полки. В ней находился какой-то пакет, пара учебников, книга по психологии и две футболки, которые я ни разу не надевал с того момента, как положил их сюда. Не густо, конечно. Не долго думая, я достал одну, захлопнул дверцу и вышел из помещения. Мортена нигде не было. Куда он мог подеваться? — задал я себе вопрос. Посмотрев по сторонам на пустые коридоры, я резво пошёл в сторону подсобки. Желание курить вспыхнуло с удвоенной силой, и я ускорил шаг. Нужно было оставить чёртову одежду в учительской, но мне в лом было возвращаться. Достигнув нужного места, я замер. Моя пропажа обнаружилась у окна. Мортен стоял с сигаретой в руках. Рюкзак лежал на полу. Парень неспешно повернулся, когда услышал, как я подхожу. — И чего ты убежал? — спросил я, протягивая футболку. Он затушил сигарету о пепельницу на подоконнике, подошёл и взял у меня одежду, расправив и с интересом рассматривая. — Ваша? — с подозрением спросил он, глянув на меня. — Моя. А что? — Не ваш стиль, — ответил он, кладя футболку на подоконник. — А какой у меня стиль? — заинтересовался я. Мортен улыбнулся и оценивающе посмотрел на меня, отчего мне стало неловко. — Типичный учительский, — сказал он. — Однотонная рубашка, тёмные джинсы, кожаные ботинки. А эта панковская футболка совсем из другой оперы. — Кто сказал, что я не могу её надеть в нерабочее время? — удивился я. — Верно, — с полной серьёзностью посмотрел он на меня. — В нерабочее. Но вы принесли её в школу, так? Это он так прикалывается или что, подумал я. С каких пор он так озабочен тем, во что я одеваюсь? — Кстати, в первый день нашего знакомства ты был одет так же, как и я сейчас, — парировал я, наблюдая за его реакцией. Точно, подумал я. Как в первый день нашего знакомства. Именно здесь. В этом закутке. И сейчас Мортен смотрел на меня таким же нахальным и независимым взглядом, как тогда. Парень лишь ухмыльнулся. И только теперь я увидел, как у него дрожат руки. — Быстро переодевайся! — не на шутку разволновался я. — Совсем замёрзнешь! Выражение его лица сменилось со спокойного на обескураженное. Я догадывался, что творится в его голове. Он не хотел раздеваться передо мной, но и попросить, чтобы я отвернулся, тоже не решался. Потому что в другой ситуации, обычной и без всяких намёков, это выглядело бы вполне естественно. Но только не в нашем случае. — Ладно, я не смотрю, давай быстрее, — немного раздражённо ответил я, развернувшись и доставая пачку сигарет из кармана. В груди у меня сжалось. Меня одолело внезапное желание подойти к Мортену, близко, как тогда в аллее, и прикоснуться к нему. Поцеловать. Почувствовать тепло и влагу на его губах. Увидеть в его глазах не страх, а понимание. Я не хотел, чтобы он боялся меня. Я не хотел, чтобы мои прикосновения причиняли ему дискомфорт. Я хотел, чтобы он привык ко мне. Почувствовал меня. И ответил тем же. О чём я думал в тот момент... Я положил сигарету в рот и быстро повернулся. Мокрая футболка Мортена лежала на подоконнике, в то время как он сам уже был в моей. — Немного великовата, но в целом неплохо, — одобрил я. Мортен кивнул и обхватил руками себя за локти. Он явно не хотел этого делать, но организм заставил его совершить это действие, чтобы хоть как-то согреться. А я чувствовал себя полным идиотом. Потому что не сделал практически ничего, чтобы не дать парню простудиться. И ещё отопление недавно отключили, а на улице сегодня достаточно прохладно... Мортену было холодно. Мне стало его по-настоящему жалко. Мне хотелось обнять его, прижать к себе и подарить хоть немного тепла. Размытые картинки бессонных ночей зажглись в голове. Я снова мог видеть. В них только мы вдвоём. Тёплая комната в вечернем полумраке. Мортен лежит и спит, его голова у меня на коленях, а я сижу и смотрю в пустоту. Думаю о нашем будущем. Загружаю мозг до предела. Мои глаза красные от хронического недосыпа. Я опускаю взгляд на спящего парня. Зарываюсь пальцами в его светлые непослушные волосы. Убираю чёлку со лба. Смотрю на его закрытые чуть подрагивающие веки, на его короткие ресницы и тонкие тёмные брови. Провожу рукой ниже и дотрагиваюсь до его щеки. Мортен вздрагивает, но не просыпается. Я слышу его размеренное дыхание и чувствую спокойно бьющееся сердце. И у меня в душе наступает полнейшее умиротворение. Которое, я прошу у всевышнего, должно длиться как можно дольше. Просто должно... — Да, большеватая, но лучше, чем ничего, — сказал парень. С его волос уже не стекала вода, и они даже казались слегка высохшими, но были растрёпаны больше прежнего. Я не мог отвести от него взгляда. Будто он понял. Что я развернулся слишком поздно. Что я хотел посмотреть на него без верхней одежды. Что сейчас я просто навёрстывал упущенное, раздевая его глазами. — Ну я пойду? — задал он вопрос, на который предполагалось только два варианта ответа. Опять уходит. Опять оставляет меня одного. Это повторяется изо дня в день. Я так устал от всего этого. Опять смотреть ему вслед, изводить себя мыслями и ненавидеть себя за них. Каждый раз чувствовать потерю и винить в этом только себя... Этому нужно положить конец. Он сделал шаг вперёд. Я выбросил так и не зажжённую сигарету на пол и преградил путь. Взяв Мортена за плечи, я повёл его к стене и прижал к ней. Его мышцы дрогнули, и я был уверен, что он ударит меня. Но он не шелохнулся. Как и вчера, страх невидимой вуалью покрыл его глаза, осев на серой радужке с тёмно-синим ободком. Он снова боялся. Может, всё то, что он позволял мне делать, было лишь результатом страха? Может, ему с самого начала было неприятно, но он не смог ничего предпринять? Но вчера вечером... Он ответил. Прикоснулся ко мне сам. Если бы он не хотел этого, стал бы он продолжать? Я не знал этого. В этот момент я ничего не знал и не хотел знать. Несколько секунд я смотрел в его глаза, а потом приблизился и поцеловал. Запах сигарет и чего-то терпко-сладкого только подогревал мои желания. Я целовал Мортена, всё глубже проникая языком в его рот. Парень начал робко отвечать. Я убрал руки с его плеч и запустил их в его влажные спутанные волосы, оторвав его затылок от стены и придвинув ближе к себе. Я почувствовал, как легко легли его руки на мою спину, и даже через одежду ощутил, насколько они ледяные. Я оторвался от него и провёл губами по его шее, медленно спускаясь вниз. Мортен издал слабый вздох. Он весь напрягся, принимая чужие прикосновения, стараясь не оттолкнуть меня. Держа одну руку на его затылке, а другой оттянув ворот футболки, я прикоснулся губами к его плечу и провёл языком ниже, остановившись на выпирающей ключице. Затем я снова поцеловал Мортена, ещё более страстно. Всё это короткое время я полностью владел ситуацией. Я вёл Мортена, а он поддавался. Мне было хорошо, но задумывался ли я когда-нибудь о его состоянии? Отстранившись, я посмотрел ему в глаза. Я не мог разглядеть ни страха, ни упрёка. Я не видел ничего за этими чистыми серыми глазами. Мортен смотрел, изучая моё лицо, а потом едва заметно улыбнулся уголками губ. Что между нами? Дружба? Симпатия? Жажда перемен? Или банальное плотское влечение? А может, любовь? Нет, только не она. Её не может быть. Только не между нами. Только не в наших отношениях. Но это что-то другое. Так что же? Со стороны коридора раздались голоса. Я отошёл от парня, достал телефон и посмотрел на время, в очередной раз пожалев о забывчивости — не взял из дома наручные часы. Так и есть, первый урок закончился. Как быстро. Нужно поскорее убираться отсюда, пока никто не застукал. Я глянул на Мортена. Он не отрываясь смотрел на меня. Я с удовольствием заметил, что он уже не дрожит. По крайней мере, не той дрожью, что была у него после дождя. — У тебя какой урок по счёту? — как ни в чём не бывало спросил я. Он не сразу нашёл, что ответить. — Урок... Второй, — тихо сказал он. — Тогда скорей иди, а то опоздаешь, — сказал я ему. Он кивнул, неуклюже поправил волосы, подобрал с пола рюкзак и набросил на плечи. Взял с подоконника мокрую футболку. — Это дай мне, — остановил я его. — Повешу на стул, высохнет. Я принял из его рук одежду, коснувшись его едва тёплых пальцев. Едва тёплых. Не ледяных. Я улыбнулся про себя. От прикосновения Мортен по привычке отдёрнул руку, потом с досадой посмотрел на меня. — До встречи, — сказал он и быстро удалился. Да, до встречи, подумал я. До очень скорой.