Не твой мир...

Солнце стояло высоко в бескрайнем голубом небе. Утро давно ушло, а вместе с ним и прохлада, и легкий освежающий ветерок. Зато вступила в свои права удушающая жара, которая стала сущим адом в это лето. Артас едва ли мог вспомнить подобную жару. И хотя звездочеты обещали скорое падение температуры, пока этого ничуть не ощущалось. - Ну, что скажете принц? – Марвин, его друг и по совместительству охранник, утер бегущий в три ручья пот со лба. Не мудрено ли, отправится на охоту в латах. Где-то в глубине души это смешило юного принца, но он никак этого не показал – выражение его лица было само сочувствие, когда он вскользь поинтересовался: - Совсем запарился, да? И снова Артасу хотелось засмеяться и одновременно – рассердиться. Он прекрасно себе представлял, как Марвин сейчас обдумывает варианты ответов. С одной стороны, если он признает правоту слов принца, то практически покается в своей дальнейшей недееспособности во время этой… мм… как бы помягче выразиться… охоты. Ну а с другой, хорохориться и делать вид, будто он свеж, как огурчик, сил ну просто не было. А напоминать, что вне дворца можно опустить условности и этикет, не было сил у самого Артаса. А потому он решил не мучить охранника выбором, просто-напросто произнеся: - В такую жару я не могу думать об охоте… Скорее в голову приходит идея выпить холодного гномского эля в столице… Стражник буквально просиял – как и Артас. Все-таки в свои девятнадцать лет принц был чрезвычайно легкомыслен. Свистнув, принц подозвал своего коня, уныло щиплющего травку неподалеку. «Бедное животное», подумал Артас, с содроганием представив себе полуторачасовую дорогу назад в город. Это если здесь, в лесу, где солнце едва-едва проглядывает сквозь густую изумрудную листву, такая жара, то что их ждет в дороге, под открытым небом?! Марвин, проверяя крепления, похоже таким вопросом не задавался. Везунчик, вздохнул принц, тихонько проклиная эту охоту. То, что он сам вчера с упоением доказывал отцу жгучую необходимость на нее поехать, да еще и с достойным танка упорством не слышал никаких возражений, Артас как-то подзабыл. - Трогаемся? – поинтересовался Марвин, когда оба они устроились в седлах. Артас кивнул, небрежным жестом отбрасывая назад длинные светлые волосы. Кель’Тас все дальше углублялся в лес. Его конь был измотан, загнан и изнывал от жары, однако всадник этого практически не замечал. Точно так же, как и то, что его собственная одежда липла к телу, а золотые волосы взмокли и теперь сосульками свисали вдоль лица. Единственное, что его занимало – это скорая встреча с Артасом. Магия, что так будоражила кровь, что рвалась наружу подобно урагану – скоро найдет выход. Скоро, совсем скоро… Эта мысль приносила почти физическое наслаждение. Он покарает, он исправит, он сделает это… Отомстит. За все то, что – какая ирония! – паладин еще не совершил. Внезапно эльф резко затормозил, успокаивая коня и замирая. Отголоски разговора – померещилось? Нет! - … тся на эту охоту! – мягкий, смеющийся голос. Кто?! Кель’Тас осторожно, стараясь не шуметь, сошел с тропы, к которой, по всей видимости, приближались те, другие, всадники. - …быть, принц, - так же смеясь, ответил другой. Голос был грубее, но так же совершенно не похож на тот, что ждал услышать Предводитель Мстителей. Кель был напряжен, словно струна. Так, будто готовился к встрече с врагом и неминуемой битвы. Он собирал все свои силы, которых было так много и одновременно – всегда недостаточно. Они были совсем близко. - Марвин, единственное, чего я сейчас хочу – это холодной ванны и эля. – Марвин! Человек, с которым, согласно словам Короля Теренаса, Артас отправился на охоту. Значит, говорящий и есть он! Где-то в глубине существа эльфа нарастало раздражение. Убийца… Предатель… Способный обманывать даже голосом. Смерть! На мгновение перед глазами Кель’Таса потемнело – может быть, от жары, может – от эйфории предстоящей победы. - Совершенно аналогично, мой принц, - они были уже совсем рядом. Требовалось что-то решать с охранником. Секунда раздумья – и по земле в сторону всадников молниеносно полетел сгусток пламени. Как и требовалось ожидать, кони шарахнулись в разные стороны, норовя сбросить ездоков. - Да что такое! – Марвин едва-едва успел чуть успокоить коня, как Кель’Тас, не давая им времени окончательно придти в себя, метнул еще один шар. Животные окончательно обезумели: Артас благодаря многолетней практике все же удержался в седле, однако его спутнику так не повезло – Марвин упал со взбрыкнувшего скакуна, по всей видимости неплохо приложившись затылком. - Непобедимый! Ну прекрати же! Стой! – Артас, наконец, совладал со своим конем, и спешно спрыгнув на землю, подбежал к спутнику. - Марвин! – Артас сквозь зубы бормотал ругательства, пытаясь привести охранника в чувства. – Марвин, очнись же! С полминуты Кель’Тас отстраненно наблюдал за этой сценой, ощущая, как пламя ярости разрастается все больше и больше. Менетил – младший был совсем не таким, каким его помнил эльф – длинные волосы были золотыми, а не снежно белыми, а в лице была искренняя озабоченность. Лжец! Кель тряхнул головой, отбрасывая мешающие волосы назад, и вышел на дорожку. - Лжец! – повторил он вслух и с каким-то неудержимым предвкушением увидел, как паладин дернулся от неожиданности. Он резко вскочил на ноги, оборачиваясь к эльфу. - Что? – вырвалось у Артаса раньше, чем он, собственно, осознал, кто перед ним стоит. На лице паладина отразилось удивление пополам с полнейшим непониманием. – Эм… Артас явно пытался объяснить сам себе то, что видел. А именно эльфийского принца Кель’Таса, наследника короля Анастериана. Который, будучи весьма решительно настроен, стоял на лесной дорожке посреди людского королевства Лордерон. А с учетом того, что на памяти Артаса вышеупомянутый принц бывал в Лордероне… хм…кхм… ни разу – то зрелище это действительно было необычным. Но этика, в конце концов, вынуждала что-то сказать, коль скоро сам эльф лишь с каким-то странным (ммм… даже пугающим) выражением лица смотрел на него. - Принц Кель’Тас? Какая честь… - О да, - хмыкнул эльф, полыхая огненной аурой, - это честь, быть убитым мною. А в следующую секунду Артаса спас лишь врожденный инстинкт, о наличии которого он прежде как-то и не задумывался. Потому как огненные шары размером с его голову в него еще совершенно определенно не летали. Упав на землю, всего за мгновение до того, как раскаленное нечто должно было встретиться с его головой, паладин быстро перекатился в бок, и по-кошачьи отпрыгнул назад – второй шар взорвался ровно на том месте, где он собирался подняться на ноги. - Да что ты творишь? – В данный конкретный момент Артаса явно больше заботило психическое состояние этого эльфа, нежели манеры. Он много о нем слышал раньше, но как-то не припоминал среди множества слухов один единственный о душевном расстройстве. - Возмездие! Я творю возмездие! - В словах эльфийского принца было столько ненависти и злости, что Артас ощущал их как нечто материальное. Шары, огненные и смертельные, продолжали лететь в него, и впервые в жизни паладин пожалел об отсутствии щита. Уворачиваться от них уже стало практически невозможным, а потому он принимал их на меч, который медленно, но верно раскалялся в его руках… - Остановись! Пожалуйста, послушай меня! – умолял паладин, сохраняя сугубо оборонительную позицию и не предпринимая попыток ответить на агрессию собственной. Однако эльф, казалось, начисто лишился рассудка. Где-то на периферии сознания зарождался страх – сколько он еще сможет держать в руках уже пышущий жаром меч, прежде чем остаться совершенно безоружным и – беззащитным? - Свет! – Артас сдавленно зашипел, роняя раскалившийся до бела клинок на землю. - Трус и предатель, - вполголоса проговорил эльф, отвлеченно созерцая оставшегося без оружия паладина. Сейчас он чувствовал себя странно: с одной стороны ему нестерпимо хотелось поджарить его мгновенно, а с другой он чувствовал необъяснимое неудовлетворение. Как-то слишком легко удалось его победить. - Послушай! – попросил паладин снова, поднимая руки в примиряющем жесте. Он сделал к нему маленький, осторожный шаг и это решило исход. Убить немедленно! Кель’Тас вскинул руку, чтобы метнуть очередной вспыхнувший огненный шар, но не успел. Резкая боль, пронзившая плечо, вырвала сдавленный вскрик, и шар исчез. - Нет! – Артас сориентировался мгновением раньше эльфийского принца, резким рывком вперед повалив мага на землю. Что и спасло эльфа от неминуемой гибели: над ними просвистел град стрел, выпущенных словно бы ниоткуда появившимися людьми. - Жив? – нервно поинтересовался паладин, быстро поднимаясь на ноги и подбирая упавший меч. Он намеренно оставался между нападавшими и эльфом, стараясь тем самым держать ситуацию под контролем. Странно конечно, но поднявшийся с земли за его спиной эльф причинял меньше беспокойства, чем эти ниоткуда появившиеся воины. Конечно, эльф и они могли быть заодно, а первая стрела попала в Кель’Таса совершенно случайно, но Артас гнал эту мысль прочь. В ответ на вопрос эльф совершенно автоматически кивнул, находясь в состоянии близком к эмоциональному срыву. Почему паладин спас его? Почему? ПОЧЕМУ?! И откуда они все взялись? - Кто вы такие и что, орки вас задери, вам нужно? – для Артаса сегодняшних событий было явно слишком много. Сначала его, мирно возвращающегося с охоты, пытается убить чуть сбрендивший милашка эльф, а теперь отряд вооруженных людей не прочь тоже самое совершить с самим эльфом. Ну, или с ними обоими… - Паладин Артас Менетил, Вам лучше отойти. – Потребовала одна из них, делая шаг вперед. Выходит, первый вариант оказался вернее. Юный наследник Лордерона уже совершенно ничего не понимал. Артас чуть обернулся, ловя в поле зрения эльфа. Тот выглядел несколько оглушенным, очень недоверчиво и вместе с тем необъяснимо зло глядя на разворачивающиеся перед ним события. - Ну уж нет, я тут постою, пока мне кто-нибудь наконец не объяснит, что именно происходит. – Ему показалось, или эльф, за которым он продолжал краем глаза наблюдать, удивился еще сильнее? А Кель тем временем понемногу справлялся с шоком, и ненависть, кажется, захлестывала его с новой силой. Он вспомнил слова своего гостя там, в Цитадели Адского Пламени, за секунду до того, как проснуться уже в прошлом: « Помни, тебя будут подстерегать те, кто не приемлет Правосудия! Остерегайся слуг Короля!». Вот кто они. Помощники Нер-Зула, а значит и Артаса. И все, что здесь происходит всего лишь прекрасно исполненная игра. Но зачем, ЗАЧЕМ паладин спас его? - Мы устраняем угрозу. Отойдите. – Они снова вскинули луки, но Артас и не подумал их послушать. Он зажал меч покрепче, готовясь отразить атаку, но… Ее не последовало. Сзади раздался стон всеми позабытого, а теперь приходящего в себя Марвина. На секунду обернувшись назад, Артас пропустил момент, когда нападавшие исчезли так же внезапно, как и появились. - Марвин?! – Артас подбежал к охраннику, помогая подняться на ноги. Тот встал, ощупывая затылок и сдавленно ругаясь. - Принц, Вы в порядке? – учитывая то, что именно паладин помогал ему подняться, вопрос был скорее риторическим. Наскоро убедившись, что Марвин жив и относительно здоров, Артас обернулся к эльфу. С одной стороны, ему необходима была помощь – из раны на плече, откуда Кель’Тас уже успел изъять стрелу, текла кровь. С другой, у паладина было сильное такое подозрение, что подойти он к себе попросту не даст. - Принц Кель? – Эльф словно и не слышал, продолжая со странной, почти маниакальной ненавистью смотреть на него. Артасу становилось все больше не по себе. – Принц Кель?! Эльф моргнул и встретился взглядом с ничего не понимающим Марвином. Лишний свидетель, и слуга будущего Короля Мертвых. А может, он умрет раньше, Кель не помнил, чтобы встречался с ним … в будущем. Том самом, где у него нет ничего. Внезапно все встало на свои места. Убить Артаса сейчас и тем самым лишить его возможности прочувствовать на себе все то, что он с таким упоением применял к другим? Позволить ему умереть, так и не испытав жгучей боли от потери близких, жуткого бессилия перед страданиями своего народа? Нет. Ни за что. Сумасшедшим, почти невозможным усилие воли, эльф загнал ненависть в самый дальний уголок души. Нужно лишь как-то объяснить… - Принц Артас? – он постарался придать словам как можно более растерянное выражение. Голос – его старый/новый голос, не привыкший отдавать команд на уничтожение или приказов оставить раненых, сейчас играл ему на руку. Чистота и невинность, что может быть лучше? Но что бы такое придумать? Легкое помешательство, может быть, солнечный удар? Артас, как и следовало ожидать, слегка напрягся, но не хватался за оружие, что, подумал эльф, можно считать добрым знаком. - Что происходит? – оглядываясь по сторонам с поистине настоящим изумлением, спросил эльф. Главное не переиграть. – Мы… в лесу? И… мое плечо! Паладин не стал медлить больше ни секунды. Он вплотную приблизился к пребывающему в глубокой растерянности, страдающему от ранения принцу. Сила света никогда его не подводила. Легкое касание – и рана исчезла в потоке слепящего света. - Больше не болит? – человек пробежался пальцами по месту ранения и Кель едва сдержал порыв вырваться. Однако что-то он видимо при себе не удержал, так как паладин немедленно убрал руку и отступил на приличествующее беседе расстояние. Тот человек, что был с принцем – Марвин, верно? – прокашлялся, привлекая к себе внимание. Артас обернулся, демонстрируя полнейшее пренебрежение опасности, какую из себя представлял эльф. Что ж, так даже лучше. Тем сильнее будет разочарование. - Может быть, мы все же вернемся в Лордерон? Артас, не смотря на напряжение, все еще сковывающее их всех, рассмеялся. - Очень здравое предложение! Я еще не передумал относительно эля! – Он обернулся к Келю . – Вы же с нами, принц? «Идеально, Менетил» - подумал эльф, прежде чем беззаботно ответить согласием. «Больше не болит?». О нет. Но совсем, совсем скоро ты узнаешь, Артас Менетил, что же такое боль.