Не твой мир...

Уже совсем стемнело, когда маленький отряд разбил лагерь неподалеку от Королевского Тракта. Здесь они должны были дожидаться посланника озаботившегося проблемами севера Кирин’Тора. Гонец – один Кил’Джеден знает, как он их вообще нашел – нагнал их сутки назад и, раздуваясь от важности, передал Менетилу закрепленное сургучной печатью Ордена Магов письмо. Лицо паладина, по мере чтения становившееся все более удивленным, вдруг приобрело отвратительно счастливое выражение. Отпустив гонца с обещанием непременно дождаться посланника в условленном месте, он радостно заявил, что в скором времени их компания пополнится еще одним человеком. Странно, ядовито подумал тогда эльфийский маг, почему-то это известие воодушевило только Менетила. Задержка нервировала, скорое прибытие мага Кирин’Тора настораживало и не сорваться Кель’Тасу помогала лишь мысль о том, что в скором времени – если его подсчеты верны – клятый паладин получит еще одно письмо. Только вот он не будет улыбаться. Эльф оглянулся, скорее из въевшейся в кожу привычки, чем из действительного интереса. Ничего примечательного в этом месте не было: чахлая, из-за обилия знойного солнца, трава, местами высохшие деревья… Ничего общего с вновь… пока прекрасным Кель’Талассом. Бросив взгляд на ставящих палатки людей, маг зло швырнул на землю огненный шар, удовлетворенно подметив вздрогнувших членов отряда. Собственно, даже «отряд» было слишком громким словом для их «веселой компании». Под чутким предводительством паладина Артаса Менетила находился капитан, два пехотинца и сам Кель’Тас. Все проведенное бок о бок с этими людьми время, маг потратил на постижение сложной науки спокойного разговора с паладином, не включающего в себя попыток убийства выше обозначенного, а потому в развеселых беседах людей он не участвовал, начисто игнорируя попытки тех найти с ним общий язык. Вполне логично, что в скором времени их отношение к нему вполне сложилось: отстраненное уважение, не включающее беспокойства без острой надобности. Быстро выработавшейся схемы придерживались все, кроме самого паладина, который словно вознамерился сделать план мести невыполнимым. Точнее, досрочно выполненным. Эльф сидел у разожженного им же костра (всего лишь костер, когда взмахом руки хотелось выжечь всю округу, включая спутников – достижение, достойное восхищения) и очень старался отрешиться от окружающих его людей. Вот уже неделю – НЕДЕЛЮ! – он шатается по людскому королевству, сопровождая, мать его, паладина, которому вздумалось поиграть в героя-освободителя. Орки? Да Кель’Таласса ради! Эти зеленокожие твари беспокоили бывшего Мстителя ничуть не больше, чем мурлоки, в изобилии встречающиеся чуть ли не у каждого мало-мальски крупного водоема Лордерона. Однако оттащить от них Артаса оказалось делом нелегким. Вбив в свою светловолосую голову, что это его долг – защищать людей от нападений зеленокожих демонопоклонников, он с достойным «умиления» упорством пропускал мимо ушей все более прозрачные намеки эльфийского принца об угрозе чумы. Оказалось, верил он в ее магическое происхождение ничуть не больше своего слепца-отца, и, соответственно, не торопился ее изучать. Не удивительно, впрочем. Что еще ждать от предателя и убийцы своего народа? Но когда, казалось, терпению эльфа пришел конец, вмешался Утер, и свысока своего положения в Ордене отправил королевского отпрыска разузнать степень правдивости слухов. И вот теперь, когда путешествие приняло нужное магу направление, очередная задержка! Но, так или иначе, он должен остановить Культ Проклятых, причем гораздо, гораздо раньше, чем это сделал… сделает Менетил. И плевать ему на Лордерон и все его население – целью Кель’Таса было лишь ограждение родной земли от будущей угрозы. И сделать это надо прежде, чем Артас получит сообщение из дома. - Разрешите, принц? – Кель’Тас беззвучно выругался, невероятным усилием воли сдерживая беснующуюся в крови магию. Ровное пламя костра резко взметнулось вверх, отчего окликнувший эльфа человек резко отступил назад. Бывший Мститель поднял глаза и с легким изумлением, чуть загасившим немедленное желание убить, наткнулся на пристальный взгляд синих глаз Менетила. Однако спустя мгновение, человек резко разорвал зрительный контакт и несколько нервно улыбнулся. Что паладин видел? - Разумеется, - вежливо кивнул маг. Сомнительно, конечно, что человек все еще рвется составить ему компанию, да и… Второго приглашения не понадобилось. «Одарив» эльфа еще одной улыбкой, он сел рядом, демонстрируя полное отсутствие то ли самосохранения, то ли разума. Впрочем, оба варианта ничуть не мешали исполнению в жизнь планов мага крови, а потому он молча вернулся к размышлениям. - Скажите, принц Кель, - ах, ну да. В наличии соседа по имени Менетил он мог только попытаться вернуться к размышлениям. Придав своему лицу вежливо-отстраненное выражение, маг вновь взглянул на паладина. – Почему Вы сопровождаете меня? Кель’Тас скептически выгнул характерно-длинную бровь, наглядно демонстрируя свое отношение к высказываниям человека. - То есть, я хотел сказать… - моментально отреагировал паладин и исправился. - Какой Вам интерес в погоне за орками, а теперь – изучении сомнительных слухов? Ведь, как я понимаю, Вы не питаете особой любви к Лордерону? Особой любви? Как мягко… Хотя эльфу было бы поразительно безразлично людское королевство, не живи в нем он, Артас Менетил. - Это имеет какое-то значение? – холодно поинтересовался маг, пристально глядя в лицо человека, но видя не его. Седые волосы, обрамляющие изрытое морщинами лицо; почти серая кожа; ледяной свет прозрачных глаз… «Ненавижу… Ненавижу!» Наверное, мысль отразилась в его глазах, потому как человек снова, как и десять минут назад отвел взгляд. И… кажется, или он действительно выглядит каким-то… потерянным? - Нет, не имеет, - вздохнув, ответил паладин и поднялся. – Извините. Кель’Тас едва заметно передернул плечами, снова уставляясь в огонь. На самом деле костер он зажигал весьма символично – ночами жара спадала всего на пару-тройку градусов, так что в тепле никто не нуждался. Свет, причудливыми тенями разгоняющий густеющую ночную тьму? Тоже мимо. Просто ему нужно было видеть что-то привычное. Что-то, что усмиряло бы беснующуюся, безграничную магию в его крови. Больше его никто не беспокоил, и в скором времени маг задремал, даже сквозь сомкнутые веки продолжая видеть оранжевые языки пламени. \\\ Артас вздохнул и сел. Без толку проворочавшись добрую половину ночи, паладин, наконец, признал провалившейся попытку уснуть. Вот ведь, орки ее задери, незадача! И что, спрашивается, ему не спится? Чертыхаясь сквозь зубы, Артас выбрался из палатки, и натянул снятую несколько часов назад броню. Не то чтобы он считал, что она ему может понадобится, но привычка брала свое. Судя по раскатистому храпу из соседней палатки, его люди бессонницей отнюдь не маялись, и паладин еще раз страдальчески вздохнул. Ну в самом деле, что еще за такое?! Продолжая тихонько проклинать всех подряд, включая себя любимого, человек взглянул на горящий чуть в отдалении костер – и обмер. Эльф все еще сидел там и даже, кажется, позы не поменял! Сам того не понимая, Артас нахмурился. Дружелюбные отношения у них явно не складывались. Да что там дружелюбные! Вообще никакие. А видит Светоносный, за неделю, истекшую с начала их совместного похода, паладин предпринимал сотни попыток наладить с ним общение. Но Кель – принц Кель, смущенно поправил сам себя человек, принц! – оставался замкнут, немногословен и хмур. Зачем он вообще присоединился к отряду, оставалось загадкой – впрочем, как и все остальное, начиная с таинственной встречи в лесу. Что же тогда произошло? Тряхнув головой, Артас решительно направился в сторону костра. Может, удастся поговорить?.. На приближение паладина маг отреагировал ровно так, как и положено спящему – никак. Остановившись в паре шагов от эльфа, Артас скорее выдохнул, чем действительно произнес: - И что с тобой делать?.. – и паладин действительно не знал. Хрупкий, прекрасный эльф нравился ему – с того самого невозможного момента на охоте, когда вышел из-за деревьев, звенящим от ярости голосом обвиняя его во лжи. И дело было совсем не во внешности – за свою жизнь наследник Лордеронского престола столько эльфов видел, что их красота уже давно не казалась ему чем-то необычным. И хотя Кель, чего уж греха таить, был невероятно красив даже для представителя своей расы, что-то совсем другое влекло человека к нему. Вечная серьезность? Немногословность, граничащая с мрачностью? Или его просто задевала отчужденность, с которой эльф смотрел на него? Маг пробормотал что-то, и застигнутый врасплох Артас едва удержал готовые сорваться объяснения, извинения и все тому подобное. Мало ли что Кель мог решить, по пробуждении наткнувшись на его задумчивый взгляд? Однако принц не спешил просыпаться, и, осмелев, Артас присел рядом, совсем как несколько часов назад. Только сейчас, когда невероятные глаза эльфа больше не смотрели на него с этим ледяным безразличием, человек не спешил уходить. Он внимательно, словно стараясь запомнить каждую мелочь, рассматривал сидящую у самого костра фигурку. Обхватив руками согнутые в коленках ноги, эльф опустил на них голову, так, что рассыпавшиеся золотые волосы – к немалой досаде паладина - полностью скрывали лицо. Было ли оно столь же замкнутым, что и днем? Не до конца осознавая своих действий, Артас потянулся к магу, желая отвести мешающую взору золотистую прядь, коснуться лица, осторожно повторяя тонкие черты… Внезапно по телу эльфа прошла судорога, расслабленно лежащие на предплечьях пальцы ожили, впиваясь в кожу, защищенную лишь тонкой тканью туники, а с губ сорвался то ли стон, то ли вскрик. В то же мгновение мерно потрескивающий магический костер вспыхнул ярче, взметнулся вверх, набирая силу, и паладин инстинктивно отскочил назад. - Кель! – в одну секунду паладина охватила паника – бушующее пламя поглотило фигурку эльфа. – Кель! Проклиная себя за промедление, Артас бросился в огонь, любой ценой намереваясь вытащить эльфа. Ведь не может же он… Но едва его коснулись обжигающие языки пламени, как кто-то, обхватив поперек талии, рванул на себя. Завязалось короткая, но ожесточенная схватка. - Отпусти! Он же сгорит! – Артас вывернулся в руках человека, теряя из поля зрения полыхающий костер. Первое предположение – что его остановил один из собственных пехотинцев, отпало сразу же – вновь крепко схватившего его мужчину принц не знал. Не тратя время на разбирательства, кулак Артаса врезался в нос человека. Раздался противный хруст и сразу за ним сдавленный вопль. Избавившись от хватки мужчины, внезапно остро заинтересовавшегося своим лицом, паладин развернулся – и так и застыл статуей самому себе. Только что ревущее, бесконтрольное пламя теперь в виде пылающего шара нервно подрагивало в руке эльфийского мага, который по всем известным Артасу законам должен был превратиться в горку обугленных костей. Что-то в груди сжалось. К демонам их, законы эти! Жив! - Кель! – Он сделал шаг в направлении мага, но обратившийся на него горящий, безумный взгляд зеленых глаз, казавшихся сейчас почти демоническими, во второй раз пригвоздил паладина к месту. До жути ясно Артас вдруг осознал, что сейчас этот шар сорвется с тонких пальцев, и едва ли его доспехи станут достаточной защитой. - Уничтожить его! – вбитые за время многочисленных тренировок инстинкты сработали лучше, чем в таком состоянии мог бы сам паладин. Спутанное сознание даже не успело разобрать смысла выкрикнутой кем-то сзади фразы, а тело уже рванулось вперед, игнорируя сорвавшийся куда-то за его спину раскаленный сгусток, сбивая эльфа с ног и пригвождая его к земле. Маг сдавленно зашипел – резкий удар о землю, суммировавшийся с весом приземлившегося на него паладина, закованного в латный нагрудник, был более чем болезненным. Мгновение спустя над ними просвистел град стрел. - Кто вы, демоны вас побери, такие? – вскочив на ноги, закричал Артас. То, что, по всей видимости, он один не понимал происходящего, окончательно взбесило и так не отличающегося большим терпением паладина. Неосознанно, он занял позицию точно между чужаками и эльфом, делая его недоступной мишенью. Вопли рассудка о том, что маг сам представляет недюжинную угрозу, он предпочел не слышать. Нападающие собрались вместе, соблюдая дистанцию между собой и паладином. Артас же, оставивший молот в палатке и теперь беззвучно чертыхающийся, лишь удивлялся их внезапному промедлению. Насколько он видел, чужаков было пятеро: четверо мужчин – один тщетно пытался остановить кровь из безнадежно сломанного носа, еще в одного, видимо, угодил огненный шар Келя - и девушка. Короткие черные волосы, смуглая кожа и даже глаза у всех одинаково темные. Одежда напоминала охотничью – хорошо выделанная кожа, мягкие сапоги, делающие шаги совсем беззвучными. У каждого из них в руках был лук, а на поясах крепились кинжалы. Разбойники? Не похожи. Девушка выступила вперед. Вспомнив, что команду на уничтожение отдал женский голос, Артас решил, что именно она является лидером странных «охотников». - Мы пришли за предводителем Мстителей. – Голос у нее был странный: низкий, словно вибрирующий и совсем… не подходил ей. Артас пожал плечами – фраза девушки нисколько не объяснила их странного поведения. - Мстителей? Это секта такая? – поинтересовался он, не спуская пристального взгляда с ее компаньонов. Переглянувшись, они медленно стали расходиться в разные стороны и это очень, очень не понравилось Артасу. Хотелось, почему-то, обернуться к магу, удостовериться, что тот в порядке, но паладин не мог позволить себе отвлечься. - Нам нужен только эльф, отойдите! – рявкнула девушка, начисто проигнорировав вопрос. - На территории Лордерона он находится под мой защитой! Попробуйте тронуть его – и получите войну! – паладин понимал, конечно, насколько смешон со своими угрозами и пустыми руками, сердце стучало глухо и быстро, а пальцы ощутимо подрагивали, выдавая волнение, но в лице его была только решимость. Девушка покачала головой, то ли отрицая, то ли соглашаясь. Она открыла рот, вероятно собираясь отдать приказ на уничтожение, как вдруг встрепенулась, словно прислушиваясь к чему-то, дернулась и крикнула: - Время! Воздух перед ними словно исказился, подергиваясь полупрозрачной дымкой и… они исчезли. Вот так просто, словно в воздухе растворились. Артас решительно ничего не понимал.