Клеймённые

Де-Веркуль спокойно и размеренно шествовал по коридору замка Морденган. Уверенный и неизменно невозмутимый, таким был белый скорпион, для всех и вся. Человек, этим можно было сказать многое, человек, чья династия является, шпионами и убийцами короны, значило ещё больше. Такова их суть и судьба, издавна только король, и королевская семья могла смотреть им в глаза, не потому что это было запрещено, просто лишь единицы могли выдержать взгляд скорпионов. И Де-Веркуль старался полностью соответствовать своему званию и специальности. При дворе говорили, что он самый страшный потомок из своего рода, которые рождались за последние лет сто. И все аристократы тайно мечтали отправить его на тот свет. Но не могли, часть боялись, часть не имела нужных связей и власти, а объединиться им не позволяла гордость и нежелание делить лавры победителя. Де-Веркуля такой расклад вещей устраивал более чем. Из себя он представля молодого человека лет двадцати, худощавого телосложения, с темно-русыми волосами, которые были зачёсаны назад. Его лицо можно было назвать симпатичным, даже красивым: прямой, не слишком длинный нос, карие глаза, которые изучали стремление и уверенности, аккуратный небольшой рот, скулы, слегка выпирали и предавали лицу острые черты, но ни в коем случае его не портили, а так же ровный прямой подбородок, идеально завершал лицо своего владельца. Де-Веркуль был одет в исключительно шёлковую белую одежду: рубашку, жилет, пиджак, брюки. Исключением являлся белые туфли, они были из кожи. Галстука он не носил, оставляя серебряную пуговицу не застёгнутой, так ему было легче дышать. На поясе красовалась шпага, с серебряным эфесом, изображающим скорпиона, который обвивается вокруг руки владельца. На левом безымянном пальце был перстень тоже в виде скорпиона, который хвостом обвивает палец носителя, при этом жало торчало, вверх, словно маленькая игла. Ходили слухи, что на конце этого жала яд настолько сильный, что если его опустить в бочку с вином, то небольшого глотка хватит, чтобы убить. Конечно, это ложь, однако белый скорпион, старался поддерживать эту легенду. Но предаваться мыслям уже не было времени, совет сорока торговых министров должен был начаться ровно в полдень. А он, как Тень короля, был обязан явится ровно за двадцать минут до его начала. Карманные часы утверждали, что у него в запасе ещё шесть минут, и он мог не торопится. Де-Веркуль никогда не опаздывал, и теперь не собирался, слишком много зависело от его репутации, а репутация строится, как здание — из мелочей. Лишь на самой верхушке крупные деяние, которые можно заметить только издалека, однако вблизи их не будет ни кто видеть, а вот основа: цемент, кирпичи и колонны, станет либо твоим достоянием, либо позором. От этих размышлений Де-Веркуля оторвало шумное пыхтение, которое эхом разносилось по коридорам. Обернувшись, белый скорпион увидел, по его мнению, весьма прискорбное зрелище: толстый сатир, с белой бородой и лысиной, едва шёл, переваливаясь с копыта на копыто. Его богатая одежда была растрепанная и мокрая, видать от необходимости подниматься по лестнице, резкий запах баранины разносился на всю округу, а пенсне почти упали с глаз. Демонстративно посмотрев на часы, Де-Веркуль встал, ожидая, когда эта гора жира поравняется с ним. На это ушли долгие десять секунд, однако сатир всё-таки оказался рядом с ним. — Министр Ге-Сант, рад вас видеть, куда вы так спешите, собрание только через двадцать две минут, но если вы хотите поговорить со мной, то сделаем это на ходу. К сожалению, у меня осталось меньше двух минут, — с этими словами он развернулся и, не дожидаясь ответа, пошёл дальше. Ге-Сант, надеявшийся на не большую передышку, был вынужден снова ускорится, обливаясь потом. Ведь он действительно хотел поговорить со скорпионом. — Господин Де-Веркуль, я надеялся вас увидеть до начала совета, потом вам будет не до меня, — он начал было опять вытирать пот, однако платок был настолько мокрым, что у него ничего, кроме как размазывать его по лицу не получалось. Устав на это смотреть, Де-Веркуль достал свой белоснежный платок из шёлка, с вышитым серебряными нитями скорпионом и бросил в лицо сатиру. — Возьмите, дарю, он вам больше сейчас нужен, — любой уважающий себя и достойный аристократ, за такое потребовал бы сатисфакции даже у короля, но Ге-Сант не был из их числа, поэтому молча стал вытирать лицо, унизительной подачкой. — Так вот о чём это я, господин Де-Веркуль, я знаю ваши правила, и полностью согласен с ними, но обстоятельства вынуждают меня просить нарушить одно из них, — сатир поднял в страхе глаза, ожидая, что его сейчас убьют. Он много слышал о роде белых скорпионов, и даже если половина слухов правда, то он мог быть отравлен уже сегодня ночью. Однако, Де-Веркуль даже не посмотрел в его сторону, стремительно приближаясь к залу совета. — Так вот, у моей дочери, Ге-Малисы, завтра день рождения. Она очень сильно мне просила пригласить вас. Я знаю, вы приходите только на королевские пиршества и банкеты, но всё же… -Господин Ге-Сант, если вы хотели поговорить на такую важную для вас тему, то надо было записаться ко мне на приём, и там мы бы обсудили просьбу вашей дочери. — Я знаю и понимаю ваш протокол. Но к вам можно записаться только за месяц до визита. А она сказала, мне об этом только вчера, и я решил, что застигну вас до начала совета. Прошу, она очень порядочная леди. Толстый Ге-Сант совсем выбился из сил, пот тёк с него рекою, а запах баранины пропитал коридоры насквозь. Тем временем, они подошли к двери зала совета и скорпион, достав часы, убедился, что у него есть ещё десять секунд, быстро произнёс — Я подумаю над вашей просьбой, и дам ответ, как только закончится совет сорока торговых министров, даю слово белого скорпиона, — с этими словами Де-Веркуль юркнул в дверь, оставив сатира наедине с самим собой. Зал совета сорока торговых министров представлял собой огромную комнату, с круглым столом посередине. У дальней стены находилась вторая дверь, через неё, по золотой ковровой дорожке шествовал монарх, прямо к своему трону. В отличие от парадной двери, сделанной из золота и камня, дверь короля была из дорого дерева Сани, что славилось устойчивостью к огню, пулям и стали оружия. Она весила меньше, чем золото, которое было уплачено за неё, и таких дверей король Се-Филь заказал порядка двух десятков. Для любого другого государства это были бы непомерные траты, однако нынешний монарх был гением торговле и дипломатии. Однажды Де-Веркуль подсчитал деньги, что поступают в казну каждый год, результат заставил его приятно удивиться, доходы объединённого королевства Цинтории, превосходили доходы (прибыль) каждой страны на континенте Лазур не менее чем в три раза. Но размышлять о приятных моментах страны было некогда. Основная задача династии белых скорпионов — защитить короля и его семейство, поэтому перед началом совета, Де-Веркуль должен был осмотреть помещение на наличие скрытых угроз, чем он незамедлительно и занялся: прощупал кресла на наличие оружия и ядовитых игл, долго смотрел в окна в поисках подозрительно открытых окон и предметов на крыше, даже плитка, что была выложена много веков назад была простукана каблуком туфля. Не ведающему могло показать, что Тень короля туповат или слишком ретив в своих обязанностях, однако, стоило посмотреть газетные вырезки о странных смертях аристократов, купцов, или послов, что были не довольны короной, становилось понятно, что в арсенале Де-Веркуля есть способы убийства и по изощрённее. Закончив осмотр, он встал за троном короля по правую руку, закрыл глаза и принялся ждать. Без пяти двенадцать двери отворились и сорок торговых министров вошли в зал, начав занимать свои места. Среди них был и министр сельского хозяйства Ге-Сант, за это время он успел привести одежду в порядок, а запах барана скрывал, облившись какими-то духами, от которых делалось тошно. Что же до самого самочувствия, оно явно оставляло желать лучшего. Впрочем, скорпиона интересовала только здоровье короля Се-Филя. Ровно в полдень часы Рену, пробили шесть десятков раз, ознаменовав начало совета. Все министры затихли, уставившись на деревянную дверь. Из неё сначала показалось двое слуг, которые расстелили дорожку из золотых нитей, с вшитыми в неё драгоценными камнями. Затем появились двое телохранителей-сатиров, одетых в чёрные одеяния, состоящие из плащей с капюшонами, под ними были мундиры с золотыми пуговицами, лица закрывали чёрные стальные маски. Из оружия телохранители имели короткие, обоюдно заострённые мечи, семнадцати дюймов длины, которые крепились на поясе с левой стороны. На правой стороне находилась кобура с пистолетами Т01. Пистолеты данной модели имел револьверную комповку и коробчатый магазин, который являлся не съёмным и находился перед спусковой скобой. Данное оружие было создано, специально для высших военных чинов и личной гвардии белого скорпиона. Тем временем слуги удалили. Зашедший в зал старый, надутый, как индюк церемониймейстер, окинув всех презрительным взглядом, громко и отчётливо произнёс: — Его королевское величество, владыка объедеённого королевства Цинтории, а так же моря Ля-Вирта и островов Вылкыу. Король Се-Филь первый. Как только эхо от его слов утихло в зал гордой, не спешной походкой вошёл король Се-Филь первый. Он был одет в королевскую золотую мантию с капюшоном, закрывавший глаза. Обилие бриллиантов, изумрудов и сапфиров, вшитых в одеяние, просто поражало. Однако, такое количество драгоценностей не портило, а только красили одежду. В правой руке король держал золотой посох, на вершине которого красовалась чёрная жемчужина размером с кулак, какого-нибудь громилы или голову новорожденного ребёнка. При виде короля все министры встали, а Де-Веркуль повернувшись спиной к столу, приклонил колено. Только тогда, когда король сел в свой трон, он поднялся с колен, а министры вновь сели. Выдержав небольшую паузу Се-Филь начал: -Достойные и уважаемые министры, я собрал вас здесь, в этом зале, где мы решаем самые важные для страны вопросы не случайно. Как вы знаете, каждый день в течение уже более восьми месяцев, наши доблестные войска ведут бой с империей Матирата. И до недавнего времени им удавалось одерживать над ними верх, однако наш враг, трусливо боясь поражения, призвал к себе на помощь омерзительных созданий — вампиров, — он сделал небольшую паузу. — И теперь нам, нашему королевству приходится крайне тяжело, в борьбе с неживыми. Поэтому сегодня я хочу услышать доклад об экономическом состоянии страны, а так же ваше мнение по поводу сложившийся ситуации, и пути её решения. А ваш доклад господин Де-Веркуль я выслушаю лично, однако, если вы сможете в ходе совета предложить, какие-либо идеи, я буду рад принять к сведению. Все министры выслушали речь короля с достоинством истинных аристократов, ни у одного из них не дёрнулась и мышца на лице. Первым с докладом встал самый старый из них — министр внутреннего экономического развития, Ка-Вотре. — Мой король, господа. Я готов сообщить, что развитие малого и среднего бизнеса из-за войны сократилось на пять процентов, по сравнению с довоенным периодом. Это в первую очередь связанно с сокращение его финансирования, на тринадцать процентов. С начала войны закрылось более трёхсот торговых точек, и порядка сорока предприятий. При этом приоритетом в торговле стало оружие, а так же продукты долгого хранения, такие как консервы или вяленое мясо. Более подробный отчёт, ваше величество, я отправил в вашу канцелярию, где представлены точные цифры для каждого района Цинтории. Благодарю за ваше внимание, — с этими словами король легонько кивнул, тем самым приняв ответ министра Ка-Вотре. Следующим встал министр внешнего экономического развития, его доклад был похож на предыдущий. За ним был министры легкой и тяжелой промышленности. Для Де-Веркуля они были не интересны, его голову не занимали мысли о малом и среднем бизнесе, о пиратах и таможенных пошлинах. Всё это было не для него. Белый скорпион слушал доклад одного из телохранителей, стоявшего за троном вместе со своим напарником. Он говорил очень тихо и только по делу, чтобы ни министры, ни даже король его не услышали. — Как вы и приказали охрана была усилена до двадцати четырёх (кого?). Десять в штатском патрулируют дворец и его окрестности, семеро занимаются разведкой, с помощью тайных туннелей, на южной, восточной, и центральной башнях, а также в северном крыле и библиотеке наши снайперы. — Инциденты были? — Три. Один на кухне, шиаз пытался отравить пищу, но не короля. Был задержан и доставлен в камеру. Второй около конюшни. Конюх перебрал с выпивкой и пытался зарезать лошадь. С этим справилась дворцовая охрана. И третий, самый подозрительный, около стен замка была замечена женщина, в плаще. Когда наши в штатском приблизились к ней, она сбежала с огромной скоростью. Дежурившие на этом месте пятая и третий не пострадали. Сорок второй, сорок пятый, шестнадцатый, двадцать второй и двадцать первый — идут по ёе следу. А информаторы пытаются добыть сведенья о ней. Но судя по скорости, это был вампир. На лице белого скорпиона не отразилось абсолютно ничего. Но внутри появилось беспокойство. Слишком уж легко вампирша империи проникла в Цинторию. Отсюда было для него только два вывода, либо империя Матирата обзавелась настолько могучим союзником, (что…хочется продолжить) либо кто-то бесцеремонно ей помог. Второе наиболее вероятно и опасно. Если предатель среди своих, то кто это может быть? Подпольная организация? Кто-то из министров? Или тот, у кого достаточно связи и власти, но ему её стало мало, решил переметнуться к врагу? Все эти вопросы не покидали голову белого скорпиона. Но было ещё кое-что. Это была боль, тупая боль из прошлого, что гложет его сердце и по сей день. Он расслабился и допустил ошибку, непростительную ошибку, из-за которой невинные могли погибнуть. «Не время для меланхолии, надо действовать, причём очень быстро ». — Сообщи сэру Катвал и мадам Терус, что в полночь я жду их у себя в особняке. Никаких отговорок я не приму. Дело первостепенной важности. — Как прикажите господин Де-Веркуль, — телохранитель слегка повернул руку и сделал пару незаметных движений, тем самым передав послание белого скорпиона снайперу, чтобы незамедлительно выполнить приказ. Собрание проходило более чем медленно, каждый министр старался выдвинуть проблемы своего направление на первое место. Белый скорпион всегда терпеть не мог ожидания, ведь оно отнимало драгоценное время. Но правила требовали его присутствия во время совета. И вот настал кульминационный момент — выступление министра Шу-Дирк. Из своего кресла встал старый, очень старый шиаз. Конечно, выглядел он лет на шестнадцать, однако движения полные усталости, глаза, что выражали глубокую пустоту и безразличие к жизни, выдавали в нём глубокого старца. — Мой король, и многоуважаемые господа. Сегодня, к моему глубокому сожалению, я не могу сообщить вам хороших новостей. Наши войска терпят огромные потери. За последний месяц число потерь выросло в четыре раза. Если раньше мы считали что вторая и третья армии справятся, то сейчас им в срочном порядке переправляются первая и шестая армии. Возможно, придется задействовать и четвёртую. Содействие вампиров усугубило наше положение в разы. Пока нам удаётся сдерживать вражеское войско, но наши шансы отбросить, не то, что победить врага, довольно малы., — Шу-Дирку не дали закончить его доклад. — Этого не может быть! Ежегодно из казны выделяются огромные средства на военные нужды! А вы не можете справиться с кучкой кровососов и их хозяйкой-стервой! — министр медицины То-Норк, бесцеремонно ударил по столу. — Если вы не можете победить таких низких мерзавцев, то почему вы всё ещё на этом посту? Может, стоит назначить того, кто действительно достоин? — его голос уже срывался на фальцет. «Мерзость, так вести аристократу себя вести не подобает», — подумал Де-Веркуль. — Хватит министр То-Норк, в том, что наши войска пока не могут взять инициативу в свои руки и одержать вверх над империей Матирата, как нет вины министра Шу-Дирка, так нет вины и солдат и их командиров. Мы не могли предвидеть такой расклад, никто не мог. Поэтому нам надо думать, что мы можем противопоставить им, а не тратить время на взаимную перебранку. Министр Лу-Тебрист, есть ли какие-нибудь достижения в разработки оружия против вампиров? — Ваше величество, по-настоящему действенного оружия не было и скорей всего не будет. Наши солдаты уступают этим бестиям в скорости, ловкости и силе, лишь профессионализм и опыт помогают справиться с ними. Но и это будет продолжаться, пока императрица Но-Кенстула не прикажет обращать своих солдат, тогда боюсь, нас и это перестанет спасать. — Иными словами мы обречены на поражения в этой войне., — протирая свои очки, подытожил министр искусств Ни-Фоль. Немного подождав, он всё-таки решился задать вопрос, который был у всех на устах.- Неужели, мы настолько беспомощны и не в силах, что-либо предпринять? Все министры повернули головы к Лу-Тебристу, казалось, даже король заинтересован его мнением, хотя из-за капюшона сказать это было сложно. Министр Лу-Тебрист тяжело вздохнул, по нему было явно видно, что он не досыпает уже довольно давно. Сложно отобрать новые проекты, когда они сыплются на тебя горой, особенно во время войны, но немного подумав, он всё-таки решился подарить надежду: — Нам надо сменить саму суть ведения войны. Наши инженеры начали разрабатывать устройство, которое позволит нам летать… По залу пролетел шёпот недоверия и неверия. Почти все из присутствующих усомнились в словах министра науки. Это было не возможно, нереально и просто абсурдно. — Министр Лу-Тебрист, мы спросили о реальных возможностях, а не о ваших фантазиях. Какое нам до них дело? Мы должны думать реальными возможностями. Может, вы ещё и драконов выведите. Они и летают и огнём дышат, — министр То-Норк опять начал гневную тираду. — Что же если ни военные, ни учёные не могут дать вразумительных решений, то это сделаю я. Нам нужно объявить вторую великую войну против нежити. Собрать под знаменем церкви все государства и с молитвой на устах огнём и мечом очистить эту погрязшую в пороке империю. В зале вновь повисла тяжелая тишина. Первая великая война против нежити была более двухсот лет назад, и была действительно ужасающей. И, не потому что везде начали появляться вампиры, куда больший ужас вызывало действия церкви. Пытки и сожжения людей не прекращались ни днем, ни ночью, любой даже самый влиятельный род аристократов мог быть полностью уничтожен под влиянием церкви. Дошло до того, что они пытались уничтожить правителей и занять их место. К счастью, церковь быстро приструнили, и она потеряла всю свою власть над государствами, хоть до сих пор и играла важную роль. По этой причине, вновь обращаться к ним ни кто особо не хотел, до сей поры… Новое пришествие вампиров в составе империи завоевателей, сильно меняло положение дел. Церковь могла призвать на помощь в войне с Матиратом ещё королевство Сабиль, Кимар, а так же ледяную империю Вротию. Но цену за свою помощь они попросят не малую. — Нет. Призыв церкви будет означать наше бессилие. К тому же, это пошатнёт наши устои, а так же остановит нас на пути к развитию общества и процветания в целом, — голос короля Се-Филя звучало весьма холодно, он испытывал недовольство, как предложением То-Норка, так и его поведением. — Но ваше величество, церковь это глас Бога в нашем грешном мире, они ведут нас сквозь тьму, как пастух о… -Довольно, мы собрались здесь для обсуждения проблемы, а не демагогии. Если вы ничего не можете предложить, то молчите и не срывайтесь на присутствующих министров, — в голосе короля звучала металлическая нотка, которая моментально заставила красного от злости То-Норка замолкнуть и сесть на место. -Может, стоит нам тоже разрешить селиться вампирам? Многие из них наверняка предпочтут нашу страну, достаточно предложить выгодные условия, — Ди-Вант, министр энергетики, был спокоен и отрешён, он как будто говорил сам с собой. — Такой вариант позволит нам не только выиграть войну, но и усилить влияние на всём континенте. Мы сейчас являемся самой сильной экономической державой, а станем и самой могущественными и в военном плане. Сказанное произвело неизгладимое впечатление. Многие хотели предложить этот вариант, но ни у кого не хватало на это смелости. И действительно, кто пригласит волка в стаю овец? Слишком уж большой страх вызывали неживые у смертных. — По-вашему мнению нам стоит, попросить помощи у наших врагов? И надеяться, что они как обычные наёмники с удовольствием предадут Матират, ради чуть большего «кошеля золота»? Мне кажется, что они не предадут того, кто первым протянул им руку, — кроль Се-Филь отнёсся к предложению Ди-Ванта без злобы и раздражения, но с большой долей скептицизма. — Отнюдь, в нашем мире представителей этого, так сказать класса не живых, куда больше, чем нам может показаться. И хоть теперь они объявлены вне закона и уничтожаются без какого-либо сожаления, стоит объявить им помилования, они тут же придут нам на помощь. Министр смотрел на короля с хитростью хищной лисы, которая загнала зайца в угол и теперь играет с ним. Но взгляд Де-Веркуля, которым он буквально прожёг его, быстро охладил пыл министра, заставив, поёжится от пробежавших по спине мурашек. Ди-Вант отвёл свой взор от короля, сделав вид, что рассматривает орнамент стен. Король же погрузился в раздумье. От его слов зависела судьба Цинтории. Никто не мог дать гарантии, что вампиры буду ему служить верой и правдой, да и жители могли поднять бунт, что тоже сильно ослабит королевство, тогда все усилия будут бессмысленные. Но если он положится на науку и удачу изобретателей этой летающей машины, то успеют ли они? Не будет ли слишком поздно? Действие или ожидание? Се-Вэль старался держать лицо и быть спокойным, но с каждой секундой это было всё сложнее сделать. И всё же решение должно быть принято. — Министр Лу-Тебрист, сколько понадобится времени, дабы завершить проект? — Три месяца, как минимум, и на испытания ещё месяц. — Даю вам месяц. Ровно через тридцать дней предоставьте мне результаты, иначе мы будем вынуждены рассматривать варианты привлечения вампиров на нашу сторону. На этом, уважаемые министры, я объявляю совет оконченным. После этих слов все министры, поклонившись, начали покидать свои места и направились к выходу. Как только они ушли, король встал и в сопровождении Де-Веркуля и телохранителей покинули зал. Уже на выходе белый скорпион поймал одного из слуг за руку: — Передай министру Ге-Санту, что я согласен выполнить его просьбу, пусть через своих слуг или вас передаст время начала… В прочем, неважно чего, он знает, а тебя это не касается. Министр будет ждать у парадного выхода из зала совета, поторопись, не заставляй его ждать. — Как прикажите, многоуважаемый господин Де-Веркуль, — после этих слов, слуга немедленно направился исполнять поручение. «Что же Ге-Сант, ты тоже поможешь найти мне предателя, хочешь того или нет», — с ухмылкой на лице подумал белый скорпион. Коридор, по которому они шли, вёл в кабинет короля, где должно было состояться совещания Се-Вэля и его тени. Телохранители шли слегка позади, абсолютно бесшумно, как коты, охотящиеся за мышью. Дверь в кабинет была сделана из того же дерева, что и в зале совета. Само же помещение было довольно не большим, примерно двадцать квадратов. Без окон, освещаемый электрической люстрой, имелся резной стол, пара кресел, несколько шкафов с книгами, большой глобус, карабин на стене, и ковер, покрывавший почти весь пол. Стены, сделанные из белого мрамора, создавали расслабляющую обстановку. — Оставьте нас наедине, — бросил Се-Филь телохранителям. Те развернулись и закрыли за собой дверь. Стоило им уйти, как король тут же откинул капюшон и скинул тяжёлую мантию и посох на пол, оставшись в одной рубашке, брюках и туфлях. Он был полукровкой: по отцовской линии — человек, по материнской — шиаз. Первый принц и король Цинтории смешанных кровей, он больше походил на человека, только отсутствие волос выдавало кровь королевы. — Вух, как я не люблю, эти совещание, эти одежды, а особенно не люблю эти войны, — Се-Филь, разминая плечи с большим удовольствием вогрузил своё тело на мягкое, кожаное кресло и закрыл глаза, — ну Веркуль, как обстоят мои дела ты уже увидел, а что там у тебя? Белый скорпион подошёл к глобусу, где хранилась небольшие запасы Филя и достал от туда сигару со спичками, затем сел на второе кресло, смачно закурил. — Дела., — долгая затяжка, как попытка собраться с мыслями, — всё действительно плохо, до появления нелюдей мне почти удалось добраться до железной императрицы, а сейчас я могу только прощупывать, и то на приличном расстоянии от неё и её личных вампирш. За всё это время я потерял семерых чёрных скорпионов из шестидесяти, а она трёх «Мёртвых сирен» из тридцати имеющихся. Обычных вампиров я не беру в расчёт, с ними и регулярная армия справляется… Пока справляется. — А хорошие новости есть? — Филь тяжко вздохнул, потом подошел к глобусу и достал бутылку вина. — Да, у тебя ещё есть шанс завязать с алкоголем. — Не ёрничай. Значит положение хуже, чем я предполагал. Как думаешь, может, надо было согласиться на вампиров? Это было бы более разумно. — Не согласен, так у нас есть шанс получить оружие, которое сильнее неживых. И это значит, что мы будем внушать страх, куда сильнее, чем клыкастые. — Или окажемся на грани погибели, если затея провалится. Они оба молчали, один курил, другой пил и каждый думал о своём. Такие похожие и такие разные, король и его тень. Прошло не больше десяти минут, а пол бутылки вина не стало, да и сигара подходила. Когда Де-Веркуль затянулся в очередной раз, то Се-Филь быстро подбежал к нему, и прежде чем тот успел выдохнуть, поцеловал его нежно и страстно. Потом встал и уже из своего рта выдохнул дым. Скорпион улыбнулся, и, притянув обратно к себе Филя, повторил поцелуй. Затем взял его на руки и положил на стол. — Давно мы не были с тобой Веркуль? — Да, моя королева, как я скучал по тебе, по твоим нежным рукам, губам, по голубым глазам, но сейчас не то время и место. — Мне одиноко без тебя, — в её глазах стояли слёзы. — Я устала от паутины лжи и притворства моего покойного отца. Из-за неё мы не можем быть вместе. Она обняла его крепко, уткнувшись в плечо. Такова их судьбы, судьба тех, кто правит. Ложь и интриги, жертвы и слёзы, которые порождаю истинных правителей их же и убивают. Де-Веркуль знал это, он знал даже больше, чем надо. Знал о том, что король скрыл рождение дочери, объявив появления наследника, знал о её боли и страданиях. Разве можно жить за другого? Даже если этот другой — король? -Для таких, как мы Филь, справедливости нет. Лишь игра, которую мы начинаем при рождении и заканчиваем только после смерти. Таковы судьбы сильных мира сего, такова наша с тобой судьба. Она тихо плакала, он, молча её обнимал и гладил по спине. Только через час Де-Веркуль вышел из кабинета короля Се-Филя первого и направился к своему экипажу. Для него ещё была работа.