Благими намерениями...

Мако отворила дверь и тихо вошла в гостиную. Ненавистные служанки уже ждали её, сидя в креслах или на стульях. — Тэнна, — Меселайт направилась к ней. — Пожалуйста, оставьте меня одну, я буду у себя, — попросила Мако как можно мягче, направляясь в свои покои. Служанки не последовали за ней. Мако присела на кровать и вновь оглядела комнату. Как же тут ужасно находиться! Все серое, чужое. Она потянулась к любимой книжке, которую захватила с Земли. Лучше уж читать это, чем тот толстенный талмуд, который дал Зойсайт. Мако обратила внимание на книги, которые лежали на кровати. Их оставил Нефрит. История, история, биология — посмотрела она названия. Скучно. Лучше бы мангу оставил или книгу, ну, по кулинарии, например. Он ведь знает вкусы своей жены. Дверь отворилась: на пороге стоял Нефрит. — Любимая… — Ты вернулся! — девушка бросилась на шею мужу, так что едва не уронила его на пол. Она искренне радовалась, что успела вернуться от Зойсайта. — Я так рада тебя видеть. Пожалуйста, не оставляй меня больше! — Милая, я вернулся, как только смог, даже на два часа раньше обещанного, — он нежно смотрел в ее глаза, горевшие страстью. Все же нет лучшей девушки на земле. Какое же счастье, что она принадлежит именно ему! — Ну так расскажи, что вы делали? — спросила Мако, все ещё не отпуская его шею. — Я хочу знать, чем занимается мой любимый муж. — Твой любимый муж, — с этими словами Нефрит поднял Мако на руки и сел с ней в кресло, — занимается скучными и неинтересными вещами. Сперва в отделе было совещание, потом я долго вопрошал у звезд совета по поводу одной операции. Ну, а к концу надо было поработать с бумагами, со всякими скучными планами, которые никому на самом деле не нужны, но формально положено их представлять. Скоро может быть одно дельце. Мне придется уехать дня на два. — Ну дорогой, — глаза Мако наполнились слезами. Она с омерзением почувствовала, что превращается потихоньку в плаксу Усаги. — Мне очень страшно быть здесь одной. — Не волнуйся, милая. Я не уеду, пока не удостоверюсь, что ты прижилась, обещаю, — Нефрит поцеловал её в лоб. — А ты что делала? — Ничего особенного, — Мако судорожно пыталась придумать, как бы ей так описать прошедший день, чтобы не выдать, с кем она его провела. — Я гуляла по вашему крылу в сопровождении служанок. Потом со мной поздоровался Зойсайт. — Зачем? — тут же напрягся Нефрит. О нет, только этого не хватало. Раз эта дрянь с первого же дня лезет к его жене, значит, точно что-то затевает. — Он просто поздоровался, — продолжила Мако. — И дал мне книгу по этикету. Я читала её, пыталась понять, как вы живете. — Покажи-ка мне книжку, — Нефрит без лишних усилий притянул к руке толстенный фолиант. — Гм, — он просмотрел первые страницы. — И в самом деле обычная книга по этикету. На него не похоже. — Дорогой, — Мако устроилась поудобнее, — я же воин в матроске. Моя душа чиста, я занимаюсь тем, что очищаю демонов от зла. Так что и на Зойсайта могу подействовать положительно. — Милая, — засмеялся Нефрит. — На него даже могила положительно не подействовала. А если серьезно, — смех мигом прервался. — Остерегайся его, я очень тебя прошу. Он и правда может казаться милым, приятным, обходительным. Со своими подчиненными он не общается иначе, чем «мой дорогой» или «моя дорогая», но только потом он этих подчиненных спокойно отправляет на смерть. — Ты серьезно? — прошептала Мако. — Юмы, которые убили меня, — Нефрит опустил голову, вспоминая, — были ему очень дороги, я это знал. Вернее, думал, что знаю. Но он не забрал их с собой после моего убийства, а оставил сражаться с Сейлор Мун, хотя ни одна юма не возвращалась с поля боя живой. Мако молчала. Она вспоминала сегодняшний день, улыбки, смех Зойсайта. Так все это фальшиво? Он мгновенно воткнет нож в спину товарищу, не переставая улыбаться и любезничать? Сомнения закрадывались в ее душу, разъедая ее подозрениями. — Юпитер, — Нефрит будто прочел её мысли. — Ты доверяешь мне? — Конечно, дорогой, — ответила она твердо. — Тогда умоляю тебя, держись подальше от Зойсайта. * Всплеск знакомой магии — в кабинете появился Зойсайт, как обычно, не утруждая себя предупреждением о визите. Впрочем, Кунсайт ожидал его появления в самом скорейшем времени. — Судя по выражению твоего лица, — сказал он, обернувшись, — ты снова сотворил что-то… хм… опасное. Зойсайта лорд давно выучил наизусть. Если лицо у него серьезное, хмурое, задумчивое — можно не беспокоиться: скорее всего, он обдумывает очередное задание, либо же обеспокоен цветом своего лица. А вот если Зойсайт лучится радостью, если на его физиономии написано самодовольство, тогда жди беды. Вероятно, он сделал что-то, что ему самому кажется подвигом, либо же удачной шуткой, вот только далеко не все разделяют его мнение! В этот раз Кунсайт знал наверняка, что послужило причиной такой опасной радости и был готов отреагировать, как должно, но сперва… — Что вы, мой лорд! — вскинул голову Зойсайт. — Я могу сказать, что всё прошло прекрасно, что Юпитер действительно доверяет мне! Более того, теперь она считает меня своим спасителем… — демон подавил смешок. — Как немного ей потребовалось, чтобы полностью предаться в мои руки! Я так и знал, что ей не понравится в замке, а уж служанки ей достались… Они и меня бы напугали! — Вот как… — протянул Кунсайт. — И что же произошло такого, что позволило тебе завоевать ее доверие? — Насколько я понял, она решила прогуляться, мой лорд, — с удовольствием начал рассказ Зойсайт. — И была настолько впечатлена увиденным, что не знала уже, куда бы скрыться… Пришлось спасти бедняжку, а она была так благодарна, что… — Что провела с тобою наедине несколько часов, — скучным голосом завершил лорд, перебирая бумаги на столе. — Прекрасное достижение. Похвальное. — Откуда вы… — Зойсайт осекся. — Юмы? — Ну разумеется, — покосился на него Кунсайт. Одна из служанок Юпитер исправно поставляла ему информацию о том, что поделывает их госпожа, и догадаться о произошедшем было не так уж сложно. — Разумеется, в твои покои они проникнуть не смогли… да и не посмели бы, однако о том, что ты увел жену Нефрита к себе и на протяжении изрядного времени оставался с ней вдвоем, им известно, — он развернулся и взглянул Зойсайту в глаза. — А теперь скажи мне, чем вы с нею занимались? — Я… спал, — сознался тот и заговорил очень быстро, чувствуя, видимо, что начальник недоволен. — Мой лорд, я страшно вымотался на последнем задании и мечтал лишь о том, чтобы лечь и уснуть, но мне на пути попалась Юпитер, я не мог упустить такой возможности! Клянусь, я пальцем ее не коснулся, я даже попытался объяснить ей кое-какие наши обычаи… Но я действительно не мог больше бодрствовать, а она отказывалась оставаться одна у себя в покоях, и я дал ей учебник этикета, а сам лег вздремнуть. Вот и всё, милорд! Когда я проснулся, то проводил ее в покои, и нас никто не видел, я ручаюсь! — Кроме тех юм, что теперь служат Юпитер, — кивнул Кунсайт. — А также твоих слуг. Зойсайт… мне казалось, ты достаточно долго служишь в Тайной канцелярии, чтобы суметь осознать простую вещь, которая, однако, доходит до сознания не всякого обывателя. Догадываешься, о чем я? — Лорд выдержал паузу. Зойсайт молчал. — Мы привыкли считать слуг вещами, безгласными и невидимыми. Однако благодаря этому слуги — бесценный источник сведений о своих господах и идеальные шпионы. Ты не обратишь внимания на слугу, что вошел в покои, чтобы проверить светильники, ты не будешь стесняться при них в выражениях… А они не откажут себе в удовольствии проверить выброшенные тобою в мусорную корзину черновики документов, а то и в несгораемый шкаф заберутся. Может быть, не из злого умысла, а по любопытству, но… Это всегда можно использовать. Теперь ты понимаешь, я надеюсь? — Верно, мой лорд, — против ожидания, Зойсайт не растерялся, а наоборот, будто бы собрался и посерьезнел. — Мои слуги видели меня в обществе Юпитер и могут подтвердить, что мы всего лишь разговаривали о вполне невинных вещах. — А доводилось ли тебе слыхать о такой вещи, как сплетни? — поинтересовался Кунсайт. — Кто-то из них сболтнет другому всего лишь слово, и этот снежный ком покатится с такой скоростью, обрастет таким количеством пикантных подробностей, что Нефриту в итоге останется только убить тебя на дуэли, чтобы защитить свою честь и честь супруги! — Мои слуги слишком боятся меня, мой лорд, — сказал юноша сквозь зубы. — Они не осмелятся сплетничать обо мне, я ручаюсь! — Вот как… — Кунсайт чувствовал, что этот момент очень важен. Именно сейчас можно испортить всё бесповоротно, либо же дать новый толчок развитию событий. — Что ж, допустим, что свидетелей твоего опрометчивого поступка не оказалось, а слуги станут молчать. Да от слуг и избавиться несложно… Но есть еще кое-что, — он поднялся, прошелся по кабинету, заложив руки за спину. Зойсайт настороженно молчал. Лорд обернулся к нему и произнес негромко, но весомо: — Есть немалая вероятность того, что Юпитер является шпионкой. — Но… — Пренебрегать этой вероятностью мы не имеем права, — не дал ему договорить Кунсайт. — Мы не знаем истинного отношения сейлоров к нам, но понимаем, что они не доверяют нам и не откажутся разузнать, каково положение дел в Темном королевстве, каковы его слабые места. И ты, сотрудник Тайной канцелярии, приводишь эту предполагаемую шпионку в свои комнаты, в которых, как я могу предположить, зная тебя, документы, в том числе секретные, разбросаны везде, где только можно, после чего спокойно засыпаешь, предоставив ей полную свободу действий… Скажи мне, Зойсайт, как можно расценить подобный поступок? Повисло молчание. — Как преступную халатность, мой лорд, — облизнув пересохшие губы, негромко ответил Зойсайт. Очевидно, он действительно понял, какую глупость сотворил, и это было очень на руку лорду. — Это минимум, — кивнул он. — Вы можете допросить моих слуг с пристрастием, — добавил Зойсайт, — они подтвердят, что Юпитер не покидала гостиной и не пыталась выведать какие-либо секреты… — На этот раз не пыталась, — усмехнулся Кунсайт. — Но кто может гарантировать, что она не попробует сделать это в дальнейшем? Юноша молчал, разглядывая пол у себя под ногами. — Если всё было именно так, как ты говоришь, — добавил лорд, — то тебе сказочно повезло, Зойсайт. Опять-таки — повезло на этот раз. Но я был бы признателен тебе, если бы ты не испытывал свою удачу подобными способами… Зойсайт поднял глаза на своего начальника. Тот умел говорить так, что даже до самого тупого подчиненного доходило, в чем и как именно он провинился, хотя ничего обидного напрямую Кунсайт никогда не говорил, а себя Зойсайт тупым не считал. Да, действительно, он очень увлекся игрой. Было так забавно чувствовать себя старше и умнее этой девушки, оказывать ей покровительство, отвечать на вопросы и посмеиваться про себя, видя изумление и неверие в очевидные факты… К тому же он действительно устал, сутки напролет гоняясь за носителем кристалла, да и сама процедура выемки оного кристалла отнимала немало сил. А тут подвернулся такой шанс выполнить то, о чем говорил накануне лорд Кунсайт! Вот Зойсайт и решил действовать по наитию и не ошибся, как обычно: девушка ему поверила, да он и не собирался нарочно вводить ее в заблуждение. Но усталость действительно застила разум. Хорошо, что Юпитер попалась ему в безлюдном коридоре (юмы явно старались не допускать ее в общественные места и правильно делали, только очень уж неуклюже, не привыкли иметь дело с человеком!), никто их не заметил. Хорошо, что юмы не бросились сразу же к Нефриту — докладывать, с кем удрала его женушка! Впрочем, если среди них есть подчиненная Кунсайта, то она знает, как себя вести, не позволит спровоцировать скандал да и сплетни пресечет на корню. И прекрасно то, что Юпитер действительно просидела рядом с ним несколько часов над книгой, что не пыталась просмотреть бумаги, которые — прав лорд — Зойсайт разбрасывает, где придется. Нет у него привычки после работы убирать всё в несгораемый шкаф с мощной защитой… а зря, наверное, Кунсайт прав, служебные инструкции не просто так придуманы! В этот раз повезло. Повезет ли снова — еще неизвестно… — А если… — сорвалось у него с губ. — Если она… — Если Юпитер расскажет мужу, где и с кем провела столько времени, — верно истолковал его невнятный возглас лорд, — я не берусь гадать, что тот сделает. Искренне надеюсь, что у нее хватит соображения если не замолчать этот факт, — по-моему, сейлоры патологически правдивы по природе своей! — то хотя бы не заострять на нем внимание. Служанки промолчат, конечно, но… Домыслить можно что угодно. Зойсайт молча стиснул зубы. Вот и пришел похвастаться, как легко ему удалось выполнить первую часть задания! Да он его провалил, по сути, и… — Я повторяю, — лорд смотрел строго, но не презрительно, спасибо и на том. — Осторожность — превыше всего. — Но мне так или иначе нужно встречаться с Юпитер, если вы по-прежнему желаете, чтобы я… — Зойсайт выразительно промолчал. — Встречайся, но, прошу тебя, принимай меры предосторожности, — проронил Кунсайт и отвернулся к своим бумагам. — Мне странно, что приходится напоминать тебе о столь элементарных вещах. Я предпочел бы, чтобы ты встречался с ней на нейтральной территории, но если вы начнете таиться, это лишь привлечет ненужное внимание. Поэтому… иного выхода нет, но, повторяю, будь осторожен! «Ты разочаровал меня», — ожидал услышать Зойсайт, но вместо этого Кунсайт, немного помолчав, спросил вдруг: — Ты помнишь тэнну Амшталайт? Имя упало как камень в песок. — Да, милорд… — проговорил Зойсайт враз севшим голосом. — Разумеется… — Это хорошо, что ты не забыл, — кивнул Кунсайт. — Я не стану более произносить речей, Зойсайт. Я просто скажу тебе: если ты сейчас совершишь фатальную ошибку, если окажется, что Юпитер действительно шпионит за нами, а по твоей вине произойдет утечка информации, вытащить тебя из отдела дознания не смогу даже я. — Он помолчал, потом добавил устало: — Хотя бы потому, например, что окажусь рядом с тобой. Ты ведь мой подчиненный, я отвечаю за твои действия, не забывай об этом… — Мой лорд!.. — Зойсайт подался вперед, представив ужасную перспективу. — Мой лорд… Но пока он еще не там, пока можно опуститься на колени рядом с креслом Кунсайта — а тот не отнимет руки, за которую Зойсайт теперь держится как утопающий за соломинку, — закрыть глаза и… Нет. Успокоиться не получится. Потому что воспоминания слишком ярки, хоть им уже не один год. Потому что… Так и было задумано, приходит на ум Зойсайту, не в первый раз уже приходит, и он даже не спорит с этим. Отдел дознания — всего лишь еще одно подразделение в недрах Тайной канцелярии, формально подчиненное лорду Кунсайту. Разумеется, по текущим делам ему достаточно тесно приходится взаимодействовать с этим отделом, мало ли, кого требуется допросить: предполагаемого ли шпиона, захваченного ли заложника… или возможного предателя. Которым может оказаться кто угодно, даже и сам лорд Кунсайт, как ни чудовищно звучит это предположение. Вот почему отдел дознания, который возглавляет милейшая и приятнейшая тэнна Амшталайт (дочь главы Финансовой коллегии), на самом деле подчиняется напрямую королеве. Конечно, никто не станет беспокоить ее величество по мелочам, но если в предательстве или ином преступлении будет заподозрен кто-то из служащих Коллегий, членов Совета, иных высокопоставленных лиц, то дело будет доведено до сведения королевы, неважно, кто именно угодит в «пыточный приказ», как именовали этот отдел кое-какие остряки… Зойсайт прекрасно помнил, как впервые узнал о существовании этого отдела. Вернее, знать он знал и раньше, но исключительно умозрительно, не доводилось сталкиваться с дознавателями лично. А в тот раз он кое-что натворил, такое, за что определенно полагалось наказание, и суровое, вот только лорд не стал ничего делать. Обошлось и без суровой отповеди, и без телесного наказания — что Зойсайт принял бы даже с радостью, — и без пытки отчуждением и молчанием. О нет, лорд всего лишь привел Зойсайта во владения тэнны Амшталайт: прекрасноликой зеленоглазой блондинки, какой она любила представать на публике. — Что, по-твоему, является самой страшной пыткой? — спросил Кунсайт спокойно. «Ваша немилость», — мог бы ответить Зойсайт, но не стал, а вместо этого начал перечислять то, что приходило на ум: от снятия кожи заживо, по кусочку размером с ноготь мизинца, до еще более изощренных пыток с применением магии. И думал заодно: уж не предлагает ли лорд выбрать себе наказание самостоятельно? Кунсайт слушал благосклонно, потом усмехнулся и провел Зойсайта дальше, в довольно просторную комнату, в которой не оказалось ровным счетом ничего, кроме узкой койки. Впрочем, нет, неверно: вдоль белоснежной стены громоздились агрегаты неизвестного назначения, какие-то экраны, и все это выглядело… неприятно. — Представь себе, что ты, например, иностранный шпион высокого класса, — сказал Кунсайт задумчиво. — Обычно это личности неординарные, их редко удается взять живыми, но иногда все же получается. Они — бесценные источники знаний, но их готовят к работе, зная, что попасться врагу может каждый. Итак, ты — иностранный шпион. Ты почти невосприимчив к боли, ты способен выдержать любые пытки и понимаешь — тебя не убьют до тех пор, пока ты не расскажешь всего, что знаешь, а это дает шанс потянуть время и либо сбежать, либо ухитриться покончить с собой. Ты ждешь этих пыток, ты внутренне готов… — Лорд покосился на замершего Зойсайта и продолжил. — Но вместо мрачного застенка тебя привозят вот сюда. Тебя раздевают догола и тщательно проверяют, не спрятано ли на тебе… или в тебе каких-либо предметов или артефактов. Тебя подвергают дезинфекции… — Зачем? — не удержался Зойсайт. — Так положено, — пожал плечами Кунсайт. — Учти, все это делают сотрудники в одинаковой форме без знаков различия, в стерильных балахонах, в масках, закрывающих всё лицо, в перчатках. Ты даже не знаешь, как они выглядят. Разумеется, тебе некуда деваться, и ты молчишь. Впрочем, и они молчат. Максимум — говорят, куда повернуться, если ты решил не сопротивляться. Если сопротивляешься — делают всё силой, но не причиняют боли. Зойсайт попробовал представить подобную картину — выходило что-то странное. — А затем тебя приковывают к этой койке, вот, видишь, крепления, — показал Кунсайт, — и оставляют в одиночестве. Появляются лишь спустя какое-то время: всё такие же безликие и молчаливые, проделывают с тобою некие процедуры, скажем, берут образцы тканей, анализы крови, снимают какие-то показания — видишь все эти приборы? И всё это — не обменявшись ни единым словом. Некоторые процедуры могут быть болезненными, но это не настоящая боль, к которой ты внутренне готов. Вреда тебе не причиняют. Лорд помолчал. Зойсайт, внутренне напрягшись, ждал продолжения. — И так — день за днем, — сказал Кунсайт. — Сколько именно — зависит от «клиента». Иногда это неделя, а кое-кто, я слышал, держался три месяца, прежде чем заговорил. — Он отвернулся, провел кончиками пальцев по панели неизвестного прибора. — Находиться в постоянном напряжении не так-то просто. Ты готовился к пытке, а ее всё нет и нет, и никто не задает тебе вопросов. Наконец, ты пытаешься задавать их сам, но с тобой не говорят. Ты не знаешь, что творится здесь и снаружи, в большом мире, долго ли это продлится, когда, наконец, тобой займутся по-настоящему. У тебя нет даже никакой пищи к размышлению и ни единой возможности как-то изменить ситуацию. А еще ты не знаешь, что происходящее — это и есть пытка. — Что?.. — Одна из самых худших пыток, — произнес лорд, — пытка неизвестностью и бессилием. Рано или поздно — а специалисты поймут по показаниям датчиков, когда «клиент» будет готов, — ты сорвешься. Бывает, некоторые требуют отправить их на дыбу, только бы не таращиться больше в этот проклятый потолок! — Но так они ведь могут оговорить себя… — попытался вставить слово Зойсайт. — Здесь работают профессионалы, легко способные отличить правду от лжи, — ответил Кунсайт. — Но мне кажется, ты не до конца понял то, о чем я тебе рассказываю. Недостаточно вжился в образ иностранного шпиона. Можешь прилечь, сейчас место свободно. Прозвучало это так, что Зойсайт невольно подошел к койке. Вытянулся на жесткой поверхности, посмотрел вверх — идеально ровная белая поверхность: ни трещинки, ни выступа, не на чем остановить взгляд. Если повернуть голову, можно разглядеть точно такие же белые стены, впереди тоже… Стена с приборами позади, ее не видно, так что, если даже они во включенном состоянии перемигиваются огоньками, не получится смотреть на них и так отвлекаться. И вот так — день за днем, перебирая давно известные факты, не получая никакой информации извне, созерцая одинаковые фигуры в балахонах и масках, не имея возможности даже разбить себе голову об эту равнодушную стену… Да, можно говорить самому с собою, декламировать стихи, повторять таблицу умножения, орать во всё горло песни… Наверно, так делали те, кто побывал здесь. Насколько хватит запаса стихов? Как звучит твой голос в этом замкнутом пространстве, в полной тишине? Эти звуки — они тебе мерещатся, или ты слышишь, как циркулирует кровь в твоем теле? Что будет, если однажды никто больше не придет, если ты останешься здесь навсегда, один на один с собою и великой белой пустотой? Что, если… — Достаточно. — Кунсайт рывком поднял Зойсайта с койки. Тот ощущал противную дрожь в коленях, а хуже того — такой страх, какого раньше и представить себе не мог. Казалось бы: чего же тут пугаться: просто комната, просто койка, и никакой боли, и… — Мой лорд… — то ли вздохнул, то ли всхлипнул он. — Я вижу, ты осознал, — кивнул тот и увлек спотыкающегося юношу наружу, в обычный мир, полный звуков и красок. — И я искренне надеюсь, что твой ознакомительный визит сюда останется первым и последним. — Да, мой лорд, — смог выговорить Зойсайт, невольно шарахнувшись от попавшегося навстречу дознавателя в рабочем балахоне, заляпанном какой-то дрянью. Да чей же извращенный разум выдумал такое?.. Должно быть, решил Зойсайт, это тэнна Амшталайт, либо ее предшественники. В любом случае, все они друг друга стоят, заключил он, немного отойдя от переживаний, но с тех пор при виде сизого мундира с черным галуном — формы отдела дознания, — старался свернуть куда-нибудь в сторону… И вот Кунсайт счел необходимым напомнить ему о том визите. Неспроста, конечно, неспроста, Зойсайт и впрямь повел себя неосторожно… Но неужели последствия его действий действительно могут оказаться настолько катастрофическими, что это повлечет за собой… наказание? Его могут заподозрить в пособничестве шпионке? Обвинить в предательстве? В преступной халатности? В любом случае, будут выяснять все обстоятельства, а на слово ему никто не поверит. Обычные пытки… Вряд ли, он достаточно ценный сотрудник, чтобы калечить его попыткой извлечь информацию из памяти напрямую. Значит… Зойсайт мотнул головой. Юпитер вряд ли шпионит, а если и так, то неосознанно, ее можно только использовать втемную, она ведь сразу выдаст себя! Но даже если так… Осторожность. Вот о чем говорит Кунсайт. Вот что нужно запомнить, если он не желает поближе познакомиться с тэнной Амшталайт и ее подчиненными… …Кунсайт терпеливо ждал, пока Зойсайт уснет — такое происходило не в первый раз, и сейчас это было на руку. Может, не стоило пугать Зойсайта. Может, следовало ограничиться внушением. Но… лорд слишком хорошо знал своего подчиненного: тот нашел новую забаву и намерен посвящать ей свободное от основной работы время. Это неплохо, он вполне может добиться высот, вот только из-за радости от первого успеха Зойсайт способен начисто забыть об осторожности. Он и так-то не слишком часто задумывается о ней, но теперь дело несколько осложняется сутью объектов воздействия. И Кунсайт не льстил себя надеждой, что его подчиненный будет неукоснительно соблюдать правила приличия. Стоит кому-то заметить эту парочку, скандала не избежать, так что пусть лучше уж водит девушку к себе, там их, по крайней мере, не увидит никто, кроме слуг… которые будут следить во все глаза, разумеется. Что ж, остается надеяться, что теперь Зойсайт действительно проникся серьезностью задания… «Правда, — усмехнулся про себя Кунсайт, — себе я задачу осложнил». Наблюдать за служащими коллегий в их личных комнатах можно только с санкции их руководства и одобрения королевы, таково правило, и оно справедливо, иначе, при таком-то уровне развития магических способностей, все жили бы, будто в доме со стеклянными стенами! Но запрет есть запрет… Подкупленные или подосланные для слежки слуги — это несколько другое, о них сейчас речь не шла. За Зойсайтом лорд присматривал (получить одобрение королевы было делом несложным), просто на всякий случай. Не следил ежеминутно, конечно, на это не было времени, но в те моменты, когда ему казалось — Зойсайт ведет себя непривычно, — старался приглядеть за ним. И, конечно, записи показывали, что ровным счетом ничего между Зойсайтом и Юпитер не происходило — юноша не солгал. И она не бродила без спросу по комнатам, не пыталась посмотреть бумаги (да и что бы она поняла в специфическом профессиональном жаргоне? Разве только предположить, что на самом деле она опытнейшая разведчица, а недалекой только притворяется, но… так не притворишься). Слава Металлии, вот что мог сказать Кунсайт, просмотрев запись: уберегла от огромных проблем! И лорд усмехнулся еще, слушая, как говорит Зойсайт с Юпитер: юноша определенно копировал его манеру общения с ним. Довольно топорно копировал, правду говоря, но ему явно нравилось покровительствовать растерявшейся девице, в тоне проскальзывали снисходительные нотки… Еще бы, кто-то оказался на его месте! И — да, это было весьма положительным моментом. Юноша учился на ходу — Кунсайт был прав, когда предположил, что стоит только снять ограничения на развитие, которые сам же и наложил, стремясь удержать Зойсайта в повиновении и этом вот полудетском состоянии рассудка, как тот начнет прогрессировать. Только вот следить за этим несомненным прогрессом надлежало со всем тщанием, чтобы не проворонить момента, когда еще можно повернуть развитие в нужное русло, если вдруг что-то пойдет не так, как планировалось. А теперь приглядывать придется вдвое внимательнее, особенно за встречами Зойсайта с Юпитер. Ведь они могут увидеться и вне комнат молодого демона, и никто не запретит им переброситься парой фраз. А кроме того, Кунсайт знал, что Зойсайт склонен кое о чем умалчивать. Не лгать, нет, просто не говорить всего, как это было в той истории с пощечиной. Очевидно, делал он это из страха наказания и, хоть и знал, что тайное всегда становится явным, всё равно до последнего пытался утаить свои проступки. Стоило бы сегодня намекнуть ему, что Кунсайту известно о его лжи: они с Юпитер говорили далеко не о самых невинных вещах, а, кроме того, не провели всё время в комнатах Зойсайта! Юмы осторожно следовали за этой парочкой, не приближаясь настолько, чтобы суметь расслышать разговор — иначе Зойсайт мог бы их засечь, — но не выпуская из виду. Из всех возможных зрелищ Зойсайт выбрал наиболее… яркое. Можно представить, какое впечатление на девушку произвела публичная казнь, на нее-то, воспитанную в значительно более гуманном обществе. Но тогда пришлось бы признать, что за Зойсайтом установлена слежка, а это было совсем не ко времени. И опять же, зная, что за ним наблюдают, молодой демон будет вести себя не настолько раскованно, как нынче, либо же попытается от слежки избавиться, и неизвестно еще, что хуже! Впрочем, немного магии, немного техники, и всё оказывается достаточно просто. Форменные значки, указывающие на принадлежность сотрудника к тому или иному отделу, — настоящая находка. Спрятать в таком камеру слежения ничего не стоит, замаскировать — тоже, особенно со способностями Кунсайта. Что Зойсайт камеру не найдет, он ручался. Разве только случайно, но это должно быть вовсе уж невероятное стечение обстоятельств! Что ж, заключил Кунсайт, покончив с делом и отправив Зойсайта в гостевую спальню, дальше будет только тяжелее. Придется решать что-то со склонностью подчиненного утаивать важные сведения, но делать это нужно осторожно, постепенно. Сложно, конечно, но ничего не поделаешь — нужно жить и работать, иначе всё пойдет прахом…