Благими намерениями...

Зойсайт телепортировался прямо к себе в комнату и рухнул на диван. Он устал. Он безумно устал после этого длинного дня. Глаза слипались, ведь Лорд Кунсайт разбудил его утром, не дав выспаться, а теперь ещё и это. Это… О Металлия, Юпитер! Зойсайт чертыхнулся, но все же телепортировался обратно на Землю. Девушки ждали его в храме у Рей. Мако выглядела вполне счастливой и довольной. Демону пришлось вымученно улыбнуться и принять полагающийся по статусу веселый вид. — Ну как, что там сказали тебе твои друзья? — спросила любопытно Усаги. Зойсайт дернулся. «Друзья? Да упаси Металлия от таких друзей». — Ничего особенного, — наигранно весело ответил он. — Я выяснил некоторые подробности их операции. Для Земли нет никакой опасности и… — он на мгновение запнулся, но все же продолжил, — я хотел бы попробовать договориться с остальными воинами. — Ну, это очень тяжело, — вздохнула Рей. — Для Харуки и Мичиру мы как дети, они не воспринимают нас всерьез. — А принцесса разве не может… — Зойсайт специально сделал паузу. — Ну как ты не понимаешь! — сразу же завелась Рей. — Кто будет слушать такую глупую принцессу? — Рей, ты меня оскорбляешь. — А разве я не права? Посмотри на свои отметки! — Сама на свои посмотри. — Не бойся, у нас это часто, — Минако взяла разговор в свои руки. — Но Рей права — мы не можем договориться с Харукой. — Что ж, я приду завтра, приведу к вам Мако, заодно поговорим. Мне очень интересны ваши битвы, они похожи на древние сказания. А уж рассказывать вы мастерицы, — Зойсайт понимал, что слова звучат не слишком правдоподобно, но делать нечего, тем более, что сейлоры уже прониклись к нему достаточной симпатией и вряд ли заподозрят в чем-то. — Хорошо, что ты её приведешь. До завтра, — задорно подмигнула Минако. — До завтра, — и, не дожидаясь, пока Мако попрощается, он схватил её за руку и телепортировался. Девушка появилась в своих покоях, а он в своих: он слишком устал, чтобы играть в свои опасные игры. Надо было поразмыслить над тем, о чем говорил Горсейскайт, но… Металлия подери, он отчаянно хотел спать. — Ладно, у меня все равно нет выбора. Думаю, четырех дней мне хватит, — прошептал Зойсайт и достал свой любимый желтый напиток, который принимал последние три недели, гоняясь за кристаллами. Действие у напитка было, воистину, феноменальным: он прочищал мозги и давал возможность не спать сутками. При желании можно было оставаться на ногах и месяц, все зависело от дозы. Свою Зойсайт знал давно и никогда не ошибался, цедя напиток в стакан. Да, к нему можно было привыкнуть, но вероятность минимальна. Тем более что ни мозг, ни физическое здоровье от него не страдали, а то, что психика не выдерживала — ну так у него всегда были слабые нервы. Если станут хуже, никто и не заметит, а Королевству позарез нужен договор со всеми сейлорами. Зойсайт опустился на пол, ожидая, когда напиток полностью подействует, прочистив мозги и унеся из головы туман. О, вот так бы и лежать сутками… — Тэн Зойсайт, можно к вам? — послышался голос слуги. — Кого ещё ко мне несет? — прошипел демон сквозь зубы, но с пола встал. — Привет. Не спишь? — в дверь вошел давнишний приятель. — О Металлия, тебя мне только не хватало, — возопил Зойсайт, опускаясь обратно на пол. — Чего тебе? Хочешь объяснений, почему вы сегодня не работали? — Нет, просто проведать тебя пришел, — друг опустился рядом. — Я тут подумал, что пока у тебя нет кристаллов, можно вспомнить о том, как мы раньше… Его голос резко оборвался. — Зойсайт? — Что? — демон спокойно смотрел ему в глаза. — Ты что, опять пил эту дрянь? — произнес Куралайт холодно. — Да, приходится. Мне нужно работать ближайшие дни, — отмахнулся Зойсайт. — Ты совсем рехнулся? — заорал Куралайт, схватив его за плечи. — Какое, к Металлии, работать днями и ночами??? У тебя как с головой??? Ты три недели сидел на энергетиках! Что, таки решил к ним привыкнуть? Да в жизни не поверю, что Лорд Кунсайт… — Да при чем тут Лорд Кунсайт?! — Зойсайт вывернулся. — Мне поручена важная операция, секретная. Сделать все надо срочно. Чем скорее, тем лучше. — Зойсайт, — Куралайт вновь схватил его, не давая вырваться, — ты соображаешь или как? Какая важная операция? Их миллион, но ещё никому не приходило в голову не спать ночами из-за всех этих важных… — Приходило, иначе бы энергетики не валялись на складе в таких диких количествах, — возразил Зойсайт. — Отпусти меня. — Ты свои глаза не видишь. Они желтые! Завязывай немедленно. Сколько ты выпил? — Ближайшие дней пять мне нужно быть во всеоружии, — спокойно объяснил Зойсайт. — Зойсайт, я не хочу тебя потерять, — сказал Куралайт жестко. — Мне плевать, что ты ловец. Ты мой друг, и я не допущу… — Что, пойдешь лично договариваться с людьми, в чьей психологии ты ничего не мыслишь? — огрызнулся Зойсайт. — Или твоя девушка пойдет? А? Кто? Кто, кроме меня, сможете подобраться к сейлорам? — Зойсайт, — Куралайт попытался подойти с другого боку, — ты предлагаешь отделу не работать? Примерно через неделю кристаллы будут набирать силу. Нам их искать надо. Ты нужен как ловец, а если ты сейчас опять измотаешь себя, а потом будешь несколько дней спать, то мы упустим время — Значит, потом я буду спать, как и положено, восемь часов, и не важно, что думает мой организм. Это задание поважнее кристаллов, — Зойсайта всегда выводили из себя нотации. — И вообще, кому какое дело до моей психики? Ну стану я истеричной девчонкой, что с того? Это не помешает мне выполнять работу, мои знания никуда не денутся. — Мне есть до тебя дело, — юноша немного успокоился, — и не только мне. Ты и сам это прекрасно знаешь. И я не верю, что лорд Кунсайт приказал тебе такое. — Он не приказывал, это моя самодеятельность, — Зойсайта больно кольнуло случайно слетевшее с языка любимое слово Горсейскайта. — Я должен буду доложить. — Докладывай. Что лорд сможет сделать? Сказать, чтобы я упустил возможность, которая сейчас представилась? Нет уж, я сделаю все, чтобы Лорд Кунсайт мог мною гордиться, — и тут глаза Зойсайта расширились. Произошедшее вечером предстало перед ним в самом страшном свете. — О нет, — прошептал он. — Что такое? Тебе плохо? — Куралайт наклонился. — Нет, — прошептал Зойсайт. Он понял. Ему показалось, что он понял, но надо было убедиться. — Умоляю тебя, — он поднял глаза на друга, — оставь меня. Умоляю, мне кажется, я совершил непростительную ошибку. Прошу тебя! — Хорошо, я уйду, — юноша встал. — Но Зойсайт, я прошу тебя, помни, ты нужен… нам. Зойсайт не слушал. Он бросился к письменному столу и даже не заметил, как друг вышел. Слова всплывали в мозгу и горели отчетливыми буквами. Поскольку Кунсайт говорил с ним исключительно намеками, юноша привык запоминать слова лорда наизусть, чтобы потом иметь возможность разобраться на досуге, что же ему хотели сказать. И вот сейчас этот навык очень пригодился. Своих слов Зойсайт не помнил, а вот многое из того, что говорили Горсейскайт с Ридерайт, помнил дословно. Несколько страниц были с огромной скоростью исписаны корявым почерком, и чем дольше Зойсайт писал, тем больше понимал, что натворил. «О Металлия» — только и шептал он себе под нос. Ведь он же хотел похвастаться перед этими демонами, но в результате, в результате как он жутко подставил Кунсайта! Юноша читал свои записи и понимал: по его словам Горсейскайт составил такой отвратительный портрет Кунсайта, что хуже и представить невозможно. Он прекрасно знает, насколько юноша верит начальнику, и если он задает ему такие глупые вопросы, значит, значит, Кунсайт плохо влияет на подчиненных. Зойсайт с ужасом осознал, что своей откровенностью мало того, что выставил себя дураком и юнцом, это бы ничего, тем более, что лорд и правда был сильно старше него. В каком жутком свете он выставил Кунсайта! Карьера его обожаемого начальника может пойти насмарку из-за его неосторожных слов. А какие будут кривотолки! Зойсайт почувствовал, как по лицу катятся непрошеные слезы. Значит, намеки все же были. Горсейскайт ненавидит Кунсайта, он просто пытался вызнать информацию, чтобы скомпрометировать его в глазах Королевы? Отстранить от должности? Занять её самому или дать кому-то из родственников? Зойсайта прошиб холодный пот: он, безмерно боготворящий Кунсайта, позволил себе вести себя так, будто… Будто Кунсайт болван, не видящий дальше собственного носа. Но что же теперь делать? Пойти признаться? Зойсайт понял, что не может рассказать Кунсайту об этом разговоре. Он представил себе, как Кунсайт смотрит на него, произносит: «Ты разочаровал меня… Я ожидал такого от кого угодно, только не от тебя… Я доверял тебе… Я верил тебе… Ты предал меня». Зойсайт схватился за голову. Непрошеные слезы заливали лицо. Он сам поймал себя в ловушку. «Я вам никто,» — вспомнились слова Горсейскайта. И ведь верно, никто, поэтому он может сделать столько зла! Юноша опустился на пол. Да, разговор был для него полезен, да, он узнал много интересного и познавательного, но приоткрыл то, что приоткрывать было нельзя. И все эти насмешки… «Я думал, коллега Кунсайт дальновиднее» и ещё десятки подобных фраз вертелись в голове юноши, толкая одна другую. Но ведь… Он был так острожен! Прав был Кунсайт, камеры ему необходимы. О боже, камеры! Зойсайт вскочил. Они все здесь же. Они записывают все. Так, разговор с Куралайтом абсолютно нейтрален. А вот то, кто он пишет… Так, прочитать Кунсайт не сможет. Хорошо, что он не стал думать вслух. Зойсайт утер слезы. Ладно, будем считать, что они из-за напитка, он же расстраивает психику. Юношу начало трясти. Он боялся Кунсайта, боялся его немилости. Если бы он был уверен в том, что лорд простит ему любой проступок… Но такое не прощается. Шантаж! Ещё одна мысль пришла Зойсайту в голову. Горсейскайт наверняка все понял. Теперь он может банально шантажировать его слоим знанием и заставить работать на себя. Это уже точно предательство Кунсайта. Но ведь… С другой стороны, Зойсайт не мог отрицать того, что разговор был ему нужен и важен, а, возможно, чести у лорда хватит хотя бы на то, чтобы не портить карьеру Кунсайта. Ладно, надо будет сделать все, чтобы он не сделал это. Но как? Мысль пришла сразу — ему нужно добить сейлоров, заставить оставшихся двоих подписать договор. Так он, с одной стороны, отплатит Горсейскату за чай, с другой, покажет, что он и правда нужен, а тот факт, что без Кунсайта Зойсайт работать не будет, и так очевиден. Мысли путались, приводили к совершенно сумасшедшим выводам. Зойсайт все больше погружался в отчаяние. * — Вставай! Сквозь сон Нефрит слышал противный голос такой жуткой частоты, что уши закладывало. — Вставай! Кто может будить его сейчас? Ведь дверь надежно заперта, чтобы ни одна живая душа не могла проникнуть в его покои и разбудить раньше… Как минимум обеда. — Вставай! Лицо Нефрита пронзила резкая боль. Он подавил крик, но успел, ещё толком не проснувшись, ударить Звездным светом. Учитывая, что руки находились под одеялом, его снесло на пол вместе с тем, кто на нем сидел. Нефрит мгновенно открыл глаза: на простыню капала кровь из прокушенного уха. Какой Металлии? Держа наготове вторую волну звездного света, Нефрит огляделся в поисках одеяла. Оно, обожженное, валялось в углу. Из него в мгновение ока выбралось существо такой омерзительной внешности, что Нефрит, отвыкший от боевого облика юм, едва не отпрянул. Огромная летучая мышь с желтоватым лицом и уродливыми искореженными ушами посмотрела на него какое-то мгновение, а потом взлетела под потолок и с жутким воплем «вниз, быстрее» вылетела из комнаты. Нефрит так и остался стоять, даже не придав значения тому, что дверь, которую он ещё вчера запер на все замки, в том числе магические, оказалась распахнутой. Что это было? Он одним мановением руки кинул одеяло на кровать и подошел к многострадальной двери: она была открыта, не взломана. Как такое возможно? И что это за тварь? Нефрит огляделся в поисках часов и увидел, что уже позднее утро. Пора вставать, но не с таким же будильником! Нефрит подавил желание на зло всем лечь обратно в постель. А то ещё явится невозможная Антонайт, поди отвяжись от этой реактивной стервы. Надо найти Омелайта и поговорить с ним по поводу вторжения чудовищ в частные покои. Нефрит оделся и пошел в соседнюю комнату к Джедайту. Того на месте не оказалось, из чего демон заключил, что невыносимый напарник уже встал. Нефрит привык действовать один. Любую помощь он воспринимал как знак недоверия к себе. Вот и в данном случае он предпочел бы лично заниматься жертвами, а не в компании неудачника Джедайта и сумасшедшей Антонайт. Лучше бы оставался в Темном Королевстве с любимой Мако, а не гостил в этом странном доме. С такими мыслями Нерфит спустился вниз, туда, где вчера получил обед. Мимо него пару раз пролетала жуткая летучая мышь. Демон пытался окликнуть её, но она не обращала внимания, а двигалась с такой скоростью, что поймать её, не разбив половину ценный, старинных ваз, в изобилии стоящих по обеим сторонам коридора, было невозможно. Нефрит с трудом вспоминал вчерашний маршрут, боялся, что таки заблудится и либо вернется к себе, либо попадет на кухню. Но нет, гостиная таки показалась перед ним, привлекая к себе богатыми интерьерами. Слишком богатыми для семьи обычного врача. Нефрит вошел в комнату, ища глазами хоть кого-нибудь. На стульях за огромным (он вчера не успел оценить, насколько огромным) столом сидели две фигуры. Одна, без сомнения, принадлежала Джедайту, а вот вторая… Нефрит узнал вчерашнего знакомца. Молодой мужчина поднял голову и расплылся в чудеснейшей улыбке. Нефрит оторопел: он всегда считал, что так искренне улыбаться могут только девушки. Улыбка будто говорила: «Вы самый желанный гость в этом доме». И ей очень хотелось верить. — Здравствуйте, тэн Нефрит, очень рад вас видеть, — мужчина встал и подошел почти вплотную. — Надеюсь, вы почивали отменно? — Да, спасибо, — ответил демон, с удивлением вслушиваясь в идеально правильную международную речь. — Прошу прощения, что я вчера не смог достойно встретить вас. Столь дорогие гости в этом доме очень редки. Ваше появление заставило меня вспомнить о нашей общей родине. Тэн Нефрит, я благодарю вас! — За что? — опешил демон, позволяя усадить себя на стул. Перед ним мгновенно появился завтрак. — За ваше появление, — незнакомец подошел к Джедайту. — Мы беседовали с вашим любезным коллегой и вспоминали пору юности. — Вы знакомы? — спросил Нефрит, уплетая иноземную еду. — К сожалению, я не имел честь знать никого из вас раньше, но я надеюсь, что пребывание в моем доме оставит у вас исключительно приятные воспоминания, а наше знакомство будет долгим. Нефрит не ответил, потому что рот его был забит сразу несколькими блюдами. Только сейчас он осознал, насколько прогладался за время поездки — вчера Антонайт не дала нормально поесть. — Я прошу прощения, что до сих пор не представился, — продолжил тем временем мужчина, садясь на один из множества свободных стульев, — я Омелайт, хозяин этого дома. Я очень извиняюсь, что вчерашние дела не оставили мне ни малейшей возможности встретить вас. Тэн Джедайт уже поведал мне о ваших вчерашних злоключениях, и я обязан прямо сейчас попросить у вас прощения тэн Нефрит за то, что произошло. И заранее прошу простить все то, что произойдет в будущем. Порой поведение моей дорогой сестры немного выходит за рамки приличий. Нефрит не слушал. Не потому, что целиком и полностью отдался процессу поглощения пищи, просто чрезмерная вежливость, которую многие использовали при знакомстве, выводила его из себя едва не больше, чем поведение Антонайт. Омелайт говорил как-то слишком медленно, слишком вежливо, слишком идеально правильно. В этот момент в комнату влетела утренняя знакомая. Её крылья рассекали воздух с такой силой, что с соседнего стола слетели какие-то бумаги. Юма нагнулась, на лету подняла их и улетела обратно с той же скоростью, с какой только что появилась. — Почему при таких способностях Антонайт никогда не была боевой юмой? — послышался голос Джедайта. Нефрит поднял голову. Неужели этот монстр — боевое воплощение Антонайт? С неё станется, конечно. Но какой Металлии она в нем разгуливает по дому? — Прошу прощения, что я вынужден вас чуть-чуть поправить, — мягко, улыбаясь все той же бесконечно приятной улыбкой, начал Омелайт, — но Антонайт имеет одну небольшую слабость. Она предпочитает, чтобы обитатели дома называли её истинным именем — Нидже. — Истинным именем? — Нефрит перебил рассказчика. — Она так спокойно говорит о своем истинном имени? В ответ он получил только очаровательную, чересчур женственную улыбку. — Нидже всю жизнь мечтала о том, чтобы умереть во славу Темного Королевства, — продолжил Омелайт. — Думаю, вы знакомы с её сестрой. Кьюрин состояла у вас в подчинении, тэн Джедайт. — Помню, — кивнул тот. — Ниджи всю жизнь мечтала о том, чтобы побывать на Земле и собрать энергию для нашей великой богини, но объективная причина, к моему глубокому сожалению, помешала ей, — он выдержал паузу, но собеседники не стали прерывать, — возраст. Она была старше Кьюрин, кажется, лет на пятнадцать, если я не ошибаюсь, а для операции на Земле вы, тэн Джедайт, отбирали только молодых девушек. — Верно. — И хотя у Нидже были все данные для того, чтобы служить, она была вынуждена отказаться от своей мечты и продолжить работать в коллегии, — закончил Омелайт. — У меня к вам несколько вопросов, — отозвался Джедайт, внимательно глядя на собеседника, — вы говорите, что у тэны Антонайт есть все способности для службы. Но ведь это не так. С её скоростью, с её реакцией ей нечего делать в наших войсках, её надо готовить отдельно. — К сожалению, я не настолько компетентен в данном вопросе, — склонил голову Омелайт. — Я никогда не имел честь служить в коллегии. Лорд Дериксайт — мой дальний родственник, я веду с ним весьма близкое знакомство с давних времен, поэтому, когда ему понадобился демон для поездки заграницу, он предложил мне. По профессии я действительно врач. Что касается Нидже, то её судьба мне неведома. Она служила в коллегии, это мне известно, но не более того. — Позволю заметить, что она как была не на своем месте, так и осталась, — задумчиво произнес Джедайт. — В военной коллегии ей не нашли достойного места, и сейчас её скорость и реакция никому не нужны. Плохо, когда столь яркие способности не используются. Она проходила курс обучения? — Какой конкретно курс вы имеете в виду? — Боевых юм. Она сражаться может? — Сколько я могу судить, нет, но я не могу утверждать, что мои слова являются истиной. — Послушайте, — Нефрит решил прервать мирную беседу, — мне все равно, по каким причинам Нидже летает по дому в боевом облике… — Прошу прощения, что перебиваю, тэн Нефрит, — тут же отозвался Омелайт, — но всего лишь потому, что так она успевает сделать гораздо больше дел. — Прекрасно, — Нефрита бесила эта медленная, изысканная речь. — Я сюда прибыл на задание, и меня не устраивает, что меня будят, кусают, что мне всячески мешают готовиться и нервируют. Я требую, чтобы Нидже не приближалась ни ко мне, ни к моим покоям. Я не потерплю вмешательства в мою жизнь, — Нефрит перевел дух. Кажется, его слова не произвели на хозяина дома никакого впечатления. — Прошу прощения, что вам пришлось пережить столько неудобств, тэн Нефрит, — склонил голову Омелайт. — Я скажу Нидже, чтобы она не вмешивалась. Ещё раз мои извинения. Повисла пауза. Нефрит чувствовал себя отвратительно в этой странной, давящей обстановке абсолютной вежливости. Была бы его воля, он бы работал один. — Тогда, думаю, мы можем перейти к делу, — нарушил тишину Джедайт. — Кажется, через два дня будет пик первой жертвы. Она уже здесь? — Да, разумеется, дела должны быть на первом месте, — отозвался Омелайт. — Любезные тэны, я надеюсь, вас не смущает тот факт, что я говорю на международном языке? Вы можете отвечать мне на нашем родном, просто я, находясь здесь на службе, привык общаться с пациентами, и мне сложно перестроиться. прошу простить мне мою маленькую слабость. — Меня это не смущает, — отозвался Джедайт. — Так что с жертвой? Кто она? Как к ней подобраться? — Носителем является лучший повар нашего квартала, — начал Омелайт. — Я получил все указания чуть раньше вашего приезда, та что, прошу вас, не волнуйтесь, этот господин уже работает у нас на кухне. Как и было приказано, я попросил его сделать превосходный обед для моих гостей. Через два дня он управится с ним, а его энергия достигнет пика. — Значит, наша задача теперь вселить демона в какой-нибудь предмет, — задумчиво протянул Джедайт. — Какое блюдо удается ему лучше всего? Или… Какой посудой он чаще всего пользуется? — К сожалению, ответить прямо в данную секунду по поводу посуды я не могу, — услужливо отозвался Омелайт, пересел со стула на диван и жестом пригласил гостей последовать его примеру. — Зато могу сказать, что лучше всего ему удается десерт. На мой вкус, так это пирожные с сахаром. — Значит, есть смысл вселить демона в противень? — Джедайт глубоко задумался. — Или в скалку? Или в нож? — Я думаю, вы абсолютно правы. — Нефрит, куда тебе легче будет вселить демона? — обратился Джедайт к стоящему у окна напарнику. — О, вы вдруг решили вспомнить о том, что это вообще-то я демона вселять? — Нефрит зло усмехнулся. — Опоздали вы оба. Я уже все сделал. Никто ему не ответил: ни возразил, ни похвалил — будто, и не услышали. — Что, не ожидали? — раздражение последних нескольких часов дало о себе знать, Нефрит дал волю эмоциям. — Пока вы тут ведете глубоко светские беседы, я уже почти закончил. Осталось только звезды настроить на частоту этого вашего повара. — Почему ты нам ничего не сказал? — Джедайт встал. — Мы работаем вместе, я должен был знать о твоей операции. — А зачем? — Нефрит пожал плечами. — Я не понимал и не понимаю, зачем ты вообще поехал со мной. С собственными операциями я могу справиться сам. Твоя помощь мне не нужна. Забрать энергию могу только я. Так каковы твои функции в этом деле? — Нефрит, — Джедайт глубоко вздохнул. — Я думал, мне не нужно объяснять тебе, что мы находимся сейчас среди демонов, и опрометчивые поступки могут не остаться незамеченными, а если нас раскроют… — Я еще не утерял навыки маскировки, — Нефрит повернулся к Омелайту. — Я беру операцию в свои руки. Тэн Омелайт, ваша помощь мне понадобится — надо договориться с местными. — Прошу прощения, тэн Нефрит, — Омелайт встал плечом к плечу с Джедайтом. — Я не сомневаюсь в вашем профессионализме, я всегда восхищался вашими операциями на Земле… — Ближе к делу, — оборвал Нефрит. Ему ужасно хотелось хоть как-нибудь задеть этого зубодробительно вежливого демона. — Хорошо, — тот чуть склонил голову, — что касается этой жертвы, то ваши действия оправданы. Тэн Джедайт, я надеюсь, не будет возражать. Вы вселили демона ещё вчера, а значит, он очень быстро доведет энергию до максимума. Но остальные жертвы… 25 декабря пик наступит у женщины, вдовы. Она живет неподалеку, но больна, поэтому, к сожалению, привести её в дом нет никакой возможности. У неё есть дочь, она будет на банкете, организованном в вашу честь, я познакомлю вас, но вы не сможете самостоятельно проникнуть в дом. — Я понял, — Нефрит недовольно кивнул. — Вы хотите сказать, что для остальных операций мне понадобится ваша помощь. — Да. И моя, и Нидже. — Увольте, — Нефрит подошел вплотную к хозяину не слишком гостеприимного дома. — Я отказываюсь сотрудничать с ней. У меня есть личные боевые демоны. Мне по горло хватило вчерашнего. — Прошу прощения, тэн Нефрит, — возразил Омелайт, — но с четвертой жертвой моя сестра знакома уже очень давно, она и приведет её домой. — Она с кем-то знакома? — Нефрит позволил себе истерический смешок. — Да как она вообще может хоть с кем-то нормально разговаривать? — Она может, просто ей очень тяжело, — ответил Омелайт. — Её дар велик, но порой приносит ей самые неприятные случайности. Такова жизнь — Нефрит, я не могу допустить того, чтобы ты действовал в одиночку, — решительно вступил в разговор Джедайт. — Я здесь для того, чтобы контролировать твои порывы и помочь провести операцию с максимальной отдачей. — Контролировать мои порывы? — Нефрит обернулся. — Ты меня за Зойсайта принимаешь, что ли? Это моя работа. Я занимался ею ещё в прошлой жизни. Вспомни, ты тогда провалил все свои задания, тебя казнили. И теперь ты мне будешь указывать, где я прав и какие у меня порывы? — Если бы я мог просто встать и уйти, я бы уже это сделал, — произнес Джедайт ледяным тоном, — но, увы, я должен узнать, что происходит, вернее, что произошло вчера. Нефрит, будь добр, расскажи, что ты уже предпринял без нашего ведома? — Я вселил демона в одну из кастрюль, — откликнулся он. — В ближайшие дни я буду сдедить по звездам. Главное, не вмешивайтесь и не встречайтесь с поваром. Он сейчас должен готовить как сумасшедший. — Прошу прощения, можно спросить? — подал голос Омелайт. Нефрит кивнул. — Во сколько увеличится его работоспособность за эти два дня? — Работоспособность как таковая не увеличится, но готовить он будет без остановки. Без сна и отдыха. — Это значит, что после изъятия энергии он заснет от усталости? — уточнил Омелайт. — Да, скорее всего, — бросил Нефрит. — Что ж, это очень хорошо, тогда после банкета мы оставим его у нас приходить в себя, потому что он якобы перетрудился, — Омелайт вновь лучезарно улыбнулся Нефриту. — Ваша методика великолепна. Я ею восхищаюсь. — А то, — гордо ответил Нефрит. — К сожалению, Вынужден вас оставить: меня ждут пациенты, — Омелайт направился к двери. — Если захотите прогуляться, воспользуйтесь черным ходом, но мой совет пока этого не делать, мы ещё не все обсудили. — Да, конечно, до свидания, — отозвался Джедайт. Нефрит проводил Омелайта задумчивым, подозрительным взглядом. Что-то ему не нравилось в этом демоне. Не успел тот выйти за дверь, как, сбивая все на своем пути, в комнату влетела летучая мышь, сделала круг почета под потолком, схватила что-то со стола и улетела. — Сумасшедший дом, — недовольно пробурчал Нефрит, направляясь в свои покои. — Я с тобой, — приставучий Джедайт заторопился следом. — Мне полезно будет посмотреть на то, как ты работаешь со звездами. — Слушай, Джедайт, — Нефрит обернулся. — Я не знаю, какая вожжа попала под хвост Кунсайту, что он решил отправить нас вдвоем. Уясни, наконец, я работаю один. Тебе в мои планы соваться не стоит. Я не сомневаюсь, что у тебя с собой полно левой работы, занимайся ею, а меня не трогай. Джедайт не ответил, преследовать не стал. Нефрит с большим облегчением проскользнул к себе в комнату, закрыл двери на несколько магических засовов и встал в центре. Благо, потолки высокие, есть где разместиться звездному небу. — Звезды знают все! Непривычная, неземная карта звездного неба распростерлась перед ним, маня причудливыми сочетаниями разноцветных точек. Сколько он времени потратил когда-то на то, чтобы выучить эти новые далекие звезды, понять и приручить, заставить признать себя хозяином. Одним из хозяев. В этом новом мире было много звездных демонов, но почти никто не умел повелевать далекими солнцами, почти никто не видел, как они прекрасны, когда раскрывают свои объятия навстречу хозяину. Вот и сейчас Нефриту стоило только чуть поманить их, и они, раскрываясь, словно цветы, устремились к нему, складываясь в причудливые фигуры. Вот и созвездие хоря, под которым ходит бедная жертва, которая сейчас на кухне трясущимися руками и с выпученными глазами делает какое-нибудь очередное жаркое. Ее энергия как на ладони: звезды дают ей силы ради призрачной, неясной цели. И именно эту энергию демон Нефрита и должен был забрать. Ради этого необходимо прямо сейчас встроить вселенного в кастрюлю демона в звездную систему. Нефрит, растворившись в звездном свете, всматривался в четкую структуру созвездия, ища едва заметную лазейку. В этом мире жило несколько демонов, родившихся под покровительством хоря. Их энергетические потоки были встроены в систему и питались звездами. Из всех них стоило выделить тот один, чей обладатель сейчас трудится на кухне. Его линия особенно яркая, ведь пик энергии вот-во– настанет. Нефрит заставил свое сознание отрешиться от всех забот и пройтись по потоку живительной силы. Будь он чуть более несдержан в своих желаниях, попытался бы напиться из чудного ручья… И кончил бы бесславно: звезды мгновенно заметят чужака и не дадут даже прикоснуться к своим богатствам, зато, объединив силы, выкинут непрошеного гостя из системы. Пару раз Нефрита уже выгоняли, и он знал, насколько это неприятно и как трудно потом опять подобраться к настороженному созвездию. Нет, надо быть осторожным, а то план провалится. Сознание Нефрита окунулось в звездные поток и стало прощупывать его на предмет слабых мест, где мог бы пустить ростки демон. Таковое нашлось довольно быстро. Теперь самое сложное. Место, которое казалось светлее прочих, требовалось окружить своей энергией, осушить, сделать почти прозрачным и заполнить новой силой. Ювелирная работа, которую Нефрит выполнял отменно. Вот он уже почти закончил: потоки света ослепляли, не принося глазам боли. Он видел только небольшую трещинку, в которую мягко текла энергия демона. Ещё в темном Королевстве Нефрит очень долго выбирал, кого же из боевых демонов подвергнуть трансформации, кого обратить в энергию, принимаемую звездами. Кандидатов было много, желающих меньше, но Нефрит обладал такими полномочиями, что мог не спрашивать согласия. Важна была лишь энергетическая совместимость. Почему-то обычно она оказывалась у совсем молоденьких девушек. Возможно, именно поэтому в войне в сейлорами они проиграли: были слишком юны и неопытны. Нефрит закончил работу и медленно вернулся в реальность. Звезды так и не заметили подвоха. Его сознание постепенно осмысливало окружающий интерьер. Перво-наперво Нефрит взглянул на дверь, но не обнаружил никаких следов взлома — значит хотя бы в этот раз к нему никто не заходил. Хвала Металлии. Карта звездного неба осталась на потолке. Нефрит не хотел её убирать, потому что получал невероятное эстетическое наслаждение даже от простого взгляда на любимое ночное небо. Надо будет повесить его дома над кроватью. Юпитер возражать не будет. На сегодня он закончил, теперь можно и отдохнуть. Нефрит прилег на кровать. Итак, он в чужой стране, играет роль друга брата Омелайта. Выйти из дома пока не может. В доме, кроме него и слуг, живут психопатка Антонайт, зануда Омелайт и неспособный к работе Джедайт. И как прикажете провести здесь месяц? Надо бы как-нибудь себя развлечь. Допросить вечером Омелайта по поводу здешней жизни. Хотя слушать его и противно, но не Антонайт же спрашивать — все равно ничего не поймешь. Главное, чтобы Джедайт отстал и не завалил задания. Нефриту никто не нужен, он сам все сделает.