Благими намерениями...

Весь остаток дня Мако читала и перечитывала записку, смотрела книги, пытаясь сопоставить сведения. Ночью она не спала: совесть мучила её. Она никогда не видела Зойсайта таким бледным. Он явно был на грани срыва. А ведь завтра прием, где она должна показать себя во всей красе! И идет она туда вместе с Кунсайтом… Мако мысленно поклялась себе, что даже не посмотрит на лорда, чтобы его красота вновь не ослепила её, не подвергла дикому безумию. С такими мыслями она все же сумела уснуть… Утро встретило её… разумеется, дождем! Мако устала от бесконечного ливня, но понимала, что в этом мире дожди идут почти триста дней в году. Очередное восхитительное платье ожидало ее пробуждения. В этот раз Мако облачилась в синее — Кунсайту почему-то показалось, что так будет лучше. Если бы не вчерашняя безобразная история с Зойсайтом, Мако бы, наверное, очень сильно волновалась перед встречей, но сейчас чувство вины затмевало страх. Она бросила взгляд на стол: там все ещё лежала бумажка с правилами ловцов. Надо ли её возвращать? Или Зойсайту она не нужна? В любом случае, это повод пойти к нему и извиниться. Когда-то таким же поводом для неё был платок Харуки. Снедаемая неприятными мыслями, она постучалась в дверь. Ей открыл слуга и объяснил, что Зойсайта нет. То ли он специально не хотел её видеть, а то ли и в самом деле отсутствовал. Мако вернулась к себе и стала ждать Кунсайта. Тот явился буквально через полчаса. На нем была белоснежная форма члена совета. Он придирчиво осмотрел Юпитер, остался доволен её внешним видом и предложил руку. Ни следа не осталась в Мако от вчерашнего помутнения, ни следа от странной влюбленности. Она хотела спросить про розу, про Зойсайта, но не решилась. Они шли молча, петляя по многочисленным коридорам: Мако рассматривала стены, надеясь хоть на одной из них увидеть что-нибудь интересное. Картину, например. Кунсайт тоже смотрел на стены. Вчерашнее поведение Зойсайта не давало ему покоя. Он чувствовал, что что-то пошло не так, что-то выбивается из колеи, но он не мог понять, что же именно. Похоже, общение с Мако влияет на его подчиненного самым неожиданным образом. Мако… Она лишняя здесь — Кунсайт это отчетливо понимал. Любая другая была бы лучше на её месте. Кунсайт вспомнил собственную невесту. Венера… Она была бы Королевой балов и все время старалась бы стать лучшей. Танцевала бы, флиртовала, чувствовала бы себя как рыба в воде. Невеста Зойсайта, Меркури… Её бы, наверное, привлекла демоническая наука. Возможно, она бы сдружилась с Джедайтом и помогала ему в работе. Официально служить она бы не могла, но неофициально… Если бы ещё дали понять, что её работа является благом для Королевства, то она бы направила свой талант в правильное русло. Невеста Джедайта, Марс… Она бы быстро построила своего мужа, всех слуг, превратила бы свое жилище в крепость и наверняка попыталась бы освоить магию. Да, ей было бы чем заняться здесь. Но вот Юпитер… — Не бойся нашего зала для приемов, — произнес Кунсайт. — Он очень темен и пугает, но это сделано специально для антуража. — Ясно, — ответила Мако, стараясь не смотреть на демона. — Все запомнила? — спросил он после небольшой паузы. — Ничего не перепутаешь? В зале я не смогу тебе помочь. — Да, я все запомнила, — твердо произнесла Юпитер. — Я не подведу вас. — Ну смотри. Дверь распахнулась. Мако, приветливо улыбаясь, вошла, держа Кунсайта под руку. Она осмотрелась: огромный круглый стол стоял в середине будто бы пещерного зала. Мако сразу же заметила пятерых демонов в белых одеяниях — члены совета в полном составе. Потом обратила внимание на темно-синюю форму лорда коллегии иностранных дел. Никого из них Юпитер толком не знала, а большинство и не помнила. Да, они вроде бы здоровались с ней на приеме, но и только. Остальные являлись, похоже, послами иностранных государств. Их было около тридцати, многие из них были не совсем в человеческом обличии. Так, Мако, например, сразу заметила представителя какой-то хвостатой расы. Кунсайт оставил её посреди зала, а сам направился на свое место. — Сейлор Юпитер, воин грома и молнии, защитница принцессы Серенити, — прогремел голос из ниоткуда Девушка поклонилась. Она была напряжена, так как совсем не привыкла к тому, что столько людей смотрит на неё, оценивает. — Мы приветствуем знаменитую гостью Темного Королевства, — прогремел откуда-то голос. Послы чуть склонили головы. Юпитер присела в реверансе и подняла вверх жезл, который не выпускала из рук всю дорогу. — Кристалл Юпитера, дай мне силу! — было первое, что она сказала. Купаясь в любимой стихии, она не могла не заметить, с каким почтением и напряжением наблюдают за ней демоны. И вот она уже стоит в матроске посреди помещения. — Я рада приветствовать вас, демоны, — проговорила она не слишком вежливый, но заученный наизусть текст. — Меня попросили присутствовать на собрании, чтобы все вы могли получить информацию по поводу воинов в матросках — будущих правителей всего земного шара, — говорила Мако, стараясь улыбаться покровительственной улыбкой, которую тренировала сегодня пол-утра. Один из демонов поднялся со своего места. Мако в глубине души обрадовалась, что говорить будет человекоподобное существо. Вести переговоры с монстрами было выше её сил, особенно сейчас, когда силы грома и молнии требовали выхода. — Я хочу выразить своё глубокое почтение и благодарность воинам в матросках. Без вас, без вашего мужества и доблести вся Галактика лежала бы в руинах. Нам известно, что вы пожертвовали собой ради звездных сейлор воинов, которые не оставили Сейлор Мун до самого конца и помогли ей победить Хаос и Галаксию. Наша вам огромная благодарность, — демоны склонились перед девушкой. Мако чувствовала себя не очень уютно. Все же в той битве она вела себя совсем не по геройски: погибла слишком рано ради спасения звездных воинов. — Леди Сейлор Юпитер, — обратился к ней другой посол тоже в человеческом облике. — Я вас слушаю. — Вы признаете истинность этих документов? — он передал ей через слугу две бумаги. Мако заранее знала, что это. Одна — пакт о ненападении между Землей и Темным Королевством, а вторая — договор, по которому воины в матросках обязуются помогать Темному Королевству в возможной войне с соседями. Мако помнила, как собственноручно подписывала оба документа наравне с другим девочками и очень смеялась над ними: ведь с точки зрения Японии эти документы не представляли никакой юридической силы. Кто они такие в Японии? Просто пять студенток! Без каких-либо юридических прав. Тогда ей казалось, что она подписывает что-то вроде дружеского договора, как друзья порой на красивых листках бумаги с цветочками клянутся друг другу в верности и взаимопомощи, подписываются, а потом разрывают договор на две части и хранят как зеницу ока. Ей в голову не приходило, что для демонов эти бумаги являются документами государственной важности. — Да, я признаю. Здесь моя подпись и оттиск навершия моего жезла, — ответила Мако. — В случае вооруженного конфликта воины в матросках явятся на помощь своим друзьям. А если кто-то будет угрожать Земле, то мы рассчитываем на силу демонов Темного Королевства. — Ваше пребывание здесь является посольской миссией? — задали ей каверзный вопрос. — Нет, я нахожусь здесь в гостях по собственной инициативе, — к этому вопросу девушка тоже была готова. — Я не знаю, сколько ещё времени прогощу здесь, но пока что мне оказывают великолепный прием, а на Земле нет никаких конфликтов. Я, находясь здесь, не располагаю какими-то особыми полномочиями и не вмешиваюсь в политику Темного Королевства. — Существуют ли между Темным Королевством и замлей какие-либо ещё отношения, закрепленные договорами, кроме известных нам? — Благороднейшая цель воинов в матросках — защищать свою планету от демонического нашествия, — твердо ответила Мако. — Демонам нечего делать на нашей мирной планете. Но их пребывание среди людей, если они не причиняют зла населению и не выдают себя, не возбраняется. Эта пафосная речь чем-то напомнила ей речи Такседо Маска. Но в ее случае важно было не перепутать ни слова. Этот параллельный мир обладал странной особенностью: демоны могли ходить в другие миры, гулять там, но не могли увести оттуда ничего, кроме собственных впечатлений. Порталы уничтожали любую вещь, даже коробок спичек. Именно поэтому борьба за ресурсы была столь острой. Гораздо удобнее было бы привезти все недостающее из других реальностей. Но, увы, сделать это до сих пор никому не удавалось, хотя жители этого мира могли телепортироваться в очень небольшое количество вселенных. На той же Земле никто из них не был ни разу. Портал, возродившийся вместе с Темным Королевством, был тайной, которую не выдавали ни при каких обстоятельствах. Когда-то он был рассчитан на то, чтобы телепортироваться из-под Северного Полюса в Японию, теперь же стал связью с Землей: сперва проходящий через него попадал в точку Д, а потом уже в Японию. Местные жители были уверены в том, что сейлоры обладают способностью перемещаться куда угодно и как угодно, но без вещей. Зато они могли провести с собой живое существо. Все это Мако вчера подробнейшим образом объяснял Кунсайт. — Но если ваш народ не любит демонов, — вступил в разговор ещё один посол. — Как вам удалось заключить мир с Темным Королевством? Мако глубоко вздохнула. Сейчас ей надо было сказать то, что если и не приведет почти всех сидящих в зале в ужас, то заставит трепетать. — Темное Королевство до своего появления здесь было разгромлено нами на Земле и выжжено дотла силой Серебряного Кристалла принцессы Серенити, — начала воительница. — Но в древнюю эпоху наши отношения были весьма близкими. Поскольку сейчас Темное Королевство не является агрессором, то мы пришли к выводу, что мирное сосуществование и помощь друг другу будут выгодны обеим сторонам. В зале повисло молчание. Тот факт, что маленькое королевство смогло выжить после удара Серебряным Кристаллом, заставил всех призадуматься. — Если у почтенных послов больше нет вопросов, то я бы не хотела здесь задерживаться, — продолжила Юпитер. Да, сейчас надо было проявить наглость, показать себя хозяйкой положения, дать понять, что какие-то там демоны ей не указ. — Лорд Кунсайт, проводите меня в мои покои. Тот немедленно встал, поклонился остальным, взял её под руку, и под гробовое молчание они покинули кабинет. Только пройдя метров двести, Мако вздохнула спокойно и расслабилась. — Мои вчерашние похвалы тебе оказались не напрасными, — произнес Кунсайт. — Ты молодец. — Спасибо, — Мако улыбнулась. — Но я даже не думала, что все будет так серьезно. — Ты великолепно справилась. А теперь можешь идти отдыхать, — Кунсайт передал её на попечение служанок и удалился обратно на собрание. * Эти несколько дней напоминали Зойсайту кромешный ад. Мир, который он однажды себе придумал, рушился на корню, не оставалось даже самых маленьких кирпичиков. Кунсайт… Когда-то юный демон подстроил под него свою жизнь и решил, что любым способом добьется его благосклонности. Потом он захотел большего, и ему казалось, что лорд понимает его стремления, поддерживает их, но… Все разлетелось в прах. Зойсайт чувствовал, что отчаянно ничего не понимает. Что-то было не так в этой треклятой розе, поступок лорду Кунсайта был наигранным, фальшивым. Или так только казалась? Может, ему просто хотелось, чтобы он был тонкой игрой, а не реальностью? Но все же Кунсайт никогда не ценил его по-настоящему. Вспоминались три дня, проведенные в особняке. Он либо спал, либо ел, совсем не видел белого света да и Кунсайта тоже: лорд пропадал на службе. Порой Зойсайт просыпался от его осторожных прикосновений, но и только. Они мало говорили, и Зойсайт был не в том состоянии, чтобы подолгу беседовать. Только на третий день он осознал, что его пребывание в особняке больше похоже на тюрьму, чем на отдых, но в тот же день начальник его и выпустил. Зойсайт старался все это время не думать о докладе, поскольку так и не понял: то ли его хвалили, то ли ругали. Во всяком случае, ничего особенно страшного не сделали, ничего особо хорошего тоже. Он даже не разобрался, можно ли воспоминание о докладе положить в копилку хороших или нет? В конце концов Зойсайт запретил себе думать обо всем этом. И тут эта злосчастная роза. На следующее же утро он ворвался в отдел и потребовал выдать как можно больше потенциальных кристаллов и не важно, какова вероятность нахождения. Сотрудники попытались возразить, но Зойсайт умел убеждать, когда хотел. Загрузив себя работой, он надеялся хоть ненадолго забыть о произошедшем. Мыслить страшно, а домысливать он не имел права: образ строгого Горсейскайта сразу вставал перед глазами. Кристаллы появлялись один за другим, но очень многие юноша упускал, часто по своей же глупости: незаконные ловцы уводили добычу прямо из-под носа. К тому же очень много было пустышек. Работа не приносила обычного удовлетворения, скорее разжигала ещё большую злость и на самого себя, и на Кунсайта, и на Горсейскайта почему-то. Зойсайт даже испугался, что нарушит какое-нибудь правило ловцов, и стал вести себя осторожнее. Дома ему тоже не давали покоя. В первых числах января заглянула Юпитер, и прогнать ее было нельзя — это означало бы разрыв отношений или ссору. — Зойсайт, привет, — Мако остановила на пороге. Земная одежда смотрелась дико в покоях демона, а её щеки пылали румянцем. — Что такое? Нефрит ещё не вернулся? — спросил Зойсайт, хотя и сам прекрасно знал, что коллеги не будет ещё дней десять. — Нет, но я не из-за этого, — Мако подняла взгляд, встретившись с мировой печалью в глазах Зойсайта, — я принесла тебе вот это, — она протянула листок с правилами. — Хорошо, положи на стол, — ответил он угрюмо. Надо было надеть веселую маску, сделать вид, что ничего не произошло, но он не мог. Ради чего жить дальше, если окажется, что он не нужен Кунсайту? — Прости меня, пожалуйста, — продолжила Мако, — если бы я знала, что эта роза столько значит для тебя, я бы никогда… — Ты ни в чем не виновата. Ты просто доверила мне свою сердечную тайну, — спокойно ответил демон. — Нет, прости, не думай, что я такая ветреная. Я очень люблю мужа и… Я не знаю, что на меня нашло, и я не знала, что Кунсайт так дорог тебе, — Мако заглянула в глаза: — Вы поссорились из-за меня, да? — Не важно, — ответил Зойсайт, чувствуя, что бросится на девушку, если она не прекратит задавать глупые вопросы. — Зойсайт, — голос Мако заставил его посмотреть на свою гостью: в ее глазах не было давнишнего стыда, только какая-то странная решимость, — если ты так любишь Кунсайта, если ты доверяешь ему и считаешь его самым близким человеком, ты должен бороться за свои чувства. Я знаю, как это бывает больно, но ты найдешь своё счастье, я уверена. — Тебе не понять, — огрызнулся демон в ответ. — Нет, я как раз могу понять, — Мако подошла ближе. — Мир, добро и любовь могут преодолеть все преграды, надо только бороться, а ты опускаешь руки. Я уверена, что Кунсайт не хотел обидеть тебя той розой, он не мог предположить, что я пойду к тебе. Но даже, даже если все так, даже если он хочет показать своё пренебрежение, борись, докажи ему, что ты достоин того, чтобы быть с ним! — Мако захлебывалась словами, вспоминая прочувственные монологи Сейлр Мун. — Не поможет. Он сам сказал, чтобы я не делал ничего, — Зойсайт, к своему удивлению, слушал воина в матроске. — Тогда ни на одном Кунсайте свет клином сошелся, — Мако молитвенно сложила руки, — я знаю, как это больно, когда бросают. Мне было двенадцать, когда моё сердце в первый раз разбили, но я до сих пор помню каждую черточку его лица. Когда я стояла под дождем, я думала, что умру от горя. Но рядом оказался Кенджи, он помог мне, и я поняла, что жизнь не кончена! Что я ещё найду себе парня, что у меня будут друзья! Если бы я тогда сдалась, я бы никогда не встретила Усаги, а она составляет главный свет моей жизни, я бы никогда не встретила Нефрита, с которым теперь связала свою судьбу. Не живи прошлым. Доверься кому-нибудь, попроси помощи. — Тебе, что ли? — усмехнулся Зойсайт, с удивлением осознавая, что слова Юпитер трогают его сердце. — Все злословишь, — улыбнулась она в ответ. — Нет, не мне, у тебя же есть друзья, у тебя есть сослуживцы. Быть может, ты просто не понимаешь, что происходит? А может, ты просто ещё не нашел того, кому можешь полностью довериться? Поищи, и ты обязательно найдешь. — Макото, — Зойсайт сам не понял, зачем спросил, — скажи, а когда твои родители погибли, ты очень хотела, чтобы они вернулись? — Я была совсем маленькой, — девушка попыталась вспомнить, — мне было около семи. И я тогда полностью не осознала своего горя. Сейчас понимаю, что, если бы они погибли, когда мне было четырнадцать, я бы, наверное, не пережила. А тогда… Они для меня не погибли. — Как это? — Я видела их во сне. Каждую ночь, когда я засыпала, я видела их, видела их лица. Во сне я была счастлива и… — глаза девушки наполнились слезами. — Прости, — прошептал Зойсайт, — а я не помню настоящих родителей. Но я всегда мечтал о семье. — Я знаю. — Откуда? — Оттуда, — она указала на стол с фотографией. — Ты бы не стал держать фото, где вы вдвоем, если бы Кунсайт не был дорог тебе. — Думаю, он свою уже давно выбросил, — задумчиво произнес демон. — Зойсайт, не давай отчаянию захватить тебя. Мир наполнен любовью, любовь дает нам жизнь, дает силы двигаться дальше. Зойсайт смотрел на неё во все глаза. Откуда-то появились силы, а его в душе разгоралась… надежда? Что-то знала эта девушка, что-то, чего он не понимал. Она — воин света, она верит в свои мечты и в своих друзей. Почему же он не верит своему Кунсайту? Надо разобраться, надо только дать себе труд разобраться в происходящем и… — Спасибо, — тихо сказал он. — Я не забуду твоих слов, Сейлор Юпитер, — он встал и сполна ощутил разницу в росте. — Я сделаю свой выбор. — Вот и здорово, — Мако улыбнулась. — И знай, я, и Усаги, и девочки, если что, мы поддержим тебя, мы никогда не бросаем друзей в беде. — Даже если эти друзья демоны? — усмехнулся Зойсайт. — Даже если так, — Мако взяла его руки в свои, — верь мне и верь тому, кого любишь больше жизни. Пожалуйста. Если понадоблюсь, я буду рядом. Мако ушла. Зойсайт смотрел ей вслед. И откуда она знает? Или не знает, чувствует. Она не говорила ничего особенного, но самые простые слова, сказанные от чистого сердца, растрогали его. Или это настоящая сила воинов в матросках? Сражаться не словом, а убеждением? И с первозданным хаосом они справились с помощью любви и веры. Слова Юпитер дали новые силы, но он все равно боялся думать. Отправился на новое задание, но неудачно: за два дня нашел всего три-четыре кристалла. Такими темпами он не оправдает доверия Горсейскайта. Утром четвертого января он долго лежал в постели, не желая вставать: бессмысленные поиски кристаллов вконец доконали. Прошла почти неделя, в течение которой он не видел Кунсайта. Пора решительно действовать. Зойсайт заставил себя сесть за стол, взять большой лист и карандаш и записать все возможные варианты. Он заставил себя думать и о хорошем, и о плохом. Это было больно, это было страшно, но выбора не было. — Предположим, я для него ничего не значил и не значу. Он хорошо изучил меня и знал, как действовать, чтобы я пошел ради него в огонь и воду. Все знаки внимания были лишь игрой. Или он так обращается со всеми, а я воспринял близко к сердцу обычные комплементы. А после моей смерти он решил, что наши отношения зашли слишком далеко, поэтому сейчас пытается отдалиться. Нужна ли ему моя привязанность? Или я нужен лишь как ловец? Или ему нравится меня мучить? Или я для него как собака или лошадь: приятное дополнение счастливой жизни, бессловесная и бездушная тварь. Или я и правда был ему дорог в прошлой жизни, и мое признание перед смертью было ему приятно. Но сейчас… Быть может, он просто боится ответственности? Или считает, что я должен быть самостоятельным, а мои мечты глупы. Зойсайт с трудом не дал отчаянию завладеть собой. Он посмотрел на лист, куда писал все возможные варианты мыслей и поведений Кунсайта, посчитал: их оказалось около тридцати. И какой из них истинный? Зойсайт несколько минут смотрел на лист, постепенно осознавая, что самостоятельно не выберется из личного кошмара. Ему нужна помощь. Горсейсайт… Да, лорд приглашал, но бежать к нему по каждому поводу нельзя, да и объяснить он толком ничего не сможет. Хотя… «Доверься кому-нибудь» — вспомнились слова Юпитер. «Я вам никто» — отозвался в ответ голос Горсейскайта. Зойсайт ясно осознал, что если идти к лорду, то рассказывать всю правду, в том числе и о розе, и о своем желании иметь семью. Но лорд просто поднимет его на смех. Некстати вспоминалось улыбающееся лицо: «Дорогой мой, в вашем возрасте пора кончать играть в ребенка, пора думать о девушках. Обзаведитесь своей семьей, как я в свое время обзавелся супругой, заведите детей, вот вам и семья, а то, что вы себе напридумывали, невозможно. Коллега Кунсайт никогда не возьмет на себя ответственность да и не должен. Я даже начинаю лучше о нем думать: он прямо дает вам понять, что ваши мечты невыполнимы, он дает вам толчок к развитию». Или «Дорогой мой, да вы девушка что ли, чтобы вам розы дарили? То была игра, шутка, а вы восприняли всерьез. Коллега Кунсайт просто хотел сделать вам приятное, а вы опять неправильно его поняли. У вас же золотая голова, научитесь ею пользоваться, ну подумайте, кому может прийти на ум что-то выражать обыкновенной розой?» Или «Дорогой мой, вам не семь лет и даже не четырнадцать, вы абсолютно взрослый человек, просто не хотите думать, не хотите брать на себя ответственность, вот и пытаетесь взвалить непосильную ношу на коллегу Кунсайта и ещё удивляетесь, что лошадь брыкается?». Различные варианты суровой отповеди пронеслись перед мысленным взором Зойсайта. Лорд Горсейскайт уверен, что Кунсайт является кумиром, богом, примером для подражания. И правда, что то, о чем мечтает Зойсайт, ему совсем не по возрасту. Юпитер младше, но вышла замуж, живет себе спокойно. Родителей потеряла в детстве, но всегда хотела найти себе парня, а не новых родителей. Неужели мир, который Зойсайт старательно возвел вокруг себя, является мертворожденным? Неужели все мечты упрутся в одно-единственное гадкое слово — возраст? Зачем он Кунсайту? Зачем сказал перед смертью те жестокие слова? Ведь ими он посягнул на его свободу. Кунсайт ведь хочет жениться, завести детей, даже если не обсуждает свои планы со всеми подряд! А Горсейскайт… Зойсайт понял, что боится идти к лорду, боится его разочаровать. Кунсайта он уже разочаровал, и расплата в виде розы последовала немедленно. Нет, он опять домысливает, эти факты могут быть несвязанны между собой! Горсейскайт просто посмеется над ним, удивится, что, мечтая о детстве, можно заниматься столь ответственной работой. Ещё, чего доброго, прогонит. «Друг мой, займитесь делом, найдите себе девушку и прекратите думать о всяких глупостях». Да, скорее всего, он так и скажет, может, только в более мягкой форме. Но кому ещё довериться? Зойсайт чувствовал, что пора рассказать о своих самых сокровенных мечтах, но кому довериться? Ведь у Горсейскайта есть жена. А если она узнает? А если пойдут сплетни? Зойсайт похолодел. Конечно, можно попросить лорда не передавать ничего супруге, но они же вроде как единое целое. Но можно предупредить, мол, если то, что Зойсайт расскажет, покажется лорду недостойным и низким, пусть не скрывает своего отвращения, и Зойсайт к нему больше не пристанет, но только пусть ничего не говорит жене. Попросить можно, но выполнит ли лорд нелепую просьбу? Зойсайт мотнул головой и заставил себя прекратить думать об этом. Он пойдет завтра к Горсейскайту. Он расскажет правду и попросит сохранить тайну. А дальше будь что будет, Кунсайта он уже разочаровал, если сейчас разочарует ещё и Горсейкайта, тогда… Он уйдет и будет жить так, как положено демонам его возраста и положения. Найдет невесту, ту же Меркури, в конце концов, займется карьерой и… и заставит себя забыть о последних годах. Он будет жить. Если не ради Кунсайта, то ради Королевства… Выстроенный много лет назад дом рухнул.