Школа жизни

Flashback Антон стоял у зеркала, рассматривая бледно-синие кончики своих волос. Тяжелый взгляд скользил по обнаженному смуглому торсу и еле заметным шрамам на груди, которые прозрачной пленкой складывались в какое-то слово. - Любуешься? – раздался насмешливый голос со стороны двери. Блондин вздрогнул и повернулся к брату, чуть нахмурив брови. - Что ты забыл в моей комнате, свиноурылище? – парень развернулся к зеркалу и, кинув на свое отражение беглый взгляд, натянул болотно-зеленую футболку с вызывающей надписью: «Fuck me». – И вообще, как член своей дерьмово-интелигентной семейки ты мог бы научиться стучать, прежде чем зайти в чужую комнату. - Я надеялся застать тебя врасплох за расчленением какого-нибудь трупа, - брюнет завел руки за голову и завязал длинные волосы в небрежный низкий хвост. – А вообще я зашел позвать тебя вниз, предки уезжают на месяц и хотят с тобой попрощаться. - Предки? – Антон приподнял брови, оглянувшись на брата. Тот в ответ лишь пожал плечами. - Мама. - Не удивлен, - хмыкнул блондин, проходя мимо парня и специально задевая его плечом. Эд тихо зарычал, посмотрев вслед парню. В голове уже какой раз щелкнуло настойчивое желание впечатать парня затылком в стену и несколько раз хорошенько вбить в нее, а потом раздеть и грубо трахнуть. С самого первого дня брюнет не мог думать ни о чем больше, когда в его поле зрения попадал этот объект с язвительными нотками в голосе и издевательской ухмылочкой. Глубоко вздохнув, парень мотнул головой и спустился за братом следом, сделав такое похуистическое выражение лица, на какое только был способен. У двери стояла лишь Ольга и Антон, который обнимал ее за плечи. Та по-доброму ему улыбнулась и, поцеловав приемыша в щеку, помахала сыну рукой, прежде чем закрыть дверь внешней стороны. закипел еще больше. Семья и так его недолюбливала, а теперь мать вообще замечает только этого белобрысого! Эд без лишних слов слетел вниз по лестнице, хватая парня за волосы на затылке и, не жалея, потащив его так наверх. - Эй! Урод! Отпусти меня! Какого хуя ты делаешь?! – парень попытался вырваться, но сделал только себе хуже, так как пальцы на волосах сжались лишь сильнее. – Блять, - блондин зажмурился, хватаясь за запястье брата. Чтобы было не так больно. Эд же молча тащил за собой парня, не обращая внимания на возмущенные крики блондина. Парень бросил брата на его же кровать и пригвоздил к матрацу своим телом. Откуда у него взялись наручники, Эд и сам не помнил, однако воспользоваться ими решил незамедлительно, пристегнув руки Антона к резному железному изголовью кровати. - Ха? – глаза парня буквально полезли на лоб. Он несколько раз сильно дернул руками, но когда понял, что безрезультатно, обессилено упал на подушку, тяжело дыша от борьбы. – Какого хрена ты вообще творишь? Если предки уехали, то это еще не значит, что тебе все позволено! - Заткнись, - особенно хрипло произнес брюнет, от чего Антон вздрогнул. Никогда он еще не слышал такой интонации в его голосе. Парень смотрел на блондина и чувствовал, что сейчас не выдержит. Брат лежал, пристегнутый наручниками к кровати, тяжело дышащий и растрепанный. Футболка задралась на животе, а спортивные штаны наоборот приспустились, оголяя тазобедренные косточки. В джинсах Эда заметно потяжелело: возбуждение настойчиво упиралось в ширинку, принося неудобства и легкую боль. Антон уже успел успокоиться и выровнять свое дыхание, с интересом рассматривая брюнета и с удивлением замечая недвусмысленный немаленький бугор в зоне паха. - Так дело в том, что ты меня просто хочешь? – с издевкой произнес парень, прищуриваясь и прямым взглядом впиваясь в нижнюю часть тела брата. - Захлопнись, - прорычал тот в ответ, отпуская себя и наваливаясь на блондина всем своим телом. Антон почувствовал весомую тяжесть брюнета, а так же то, как горело его тело даже через слои одежды. Эд пальцами сжал челюсть парня, зло и грубо впиваясь в пухлые губы, кусаясь, зубами оттягивая нижнюю. У блондина перехватило дыхание от такого поцелуя. Он широко распахнул глаза, почти неосознанно приоткрывая губы и пропуская влажный горячий язык в свой рот, который не переминул тут же проскользнуть глубоко внутрь, почти лишая Антона возможности нормально дышать. Брюнет оторвался от брата только через несколько секунд, когда сам уже не мог без воздуха. Антон ошеломленным взглядом скользил по лицу парня. - Охуеть. Никогда бы не подумал, что ты так круто целуешься, - прохрипел блондин, слабо усмехаясь и пытаясь угомонить бешено бьющееся сердце.. - Трахаюсь я еще лучше, - ухмыльнулся Эд, пальцами сильнее задирая футболку парня. Тот слабо дернул руками, зазвенев цепочкой наручников. - Пусти… я не сбегу, - усмехнувшись, Антон кивнул на такой же бугор на своих штанах, ничуть не уступавший в возбуждении брюнета. Мысли в голове блондина превратились в одинокое перекати-поле посреди пустыни, где только что роились матные выражения. Сейчас же он не мог думать ни о чем больше, кроме жара, исходившего от тела брюнета над ним. - Откуда мне знать, что ты не побежишь в ванную дрочить? Ну уж нет, хрена с два я тебя куда-то отпустил, - усмехнулся Эд, короткими ногтями царапая стройный живот брата, от чего тот непроизвольно втянул его, вздрагивая от толпы мурашек, пробежавшихся от живота к паху, создавая там еще более сильное давление. - Да никуда я не денусь, - зашипел блондин, сбивая дыхание и напрягая руки. От неудобной позы мышцы начали затекать и ныть. Антон выгнулся, когда пальцы парня достаточно грубо зажали соски, слегка оттянув их и сразу же отпуская. Парень издал непонятный звук, лишь отдаленно похожий на стон. На его реакцию Эд довольно ухмыльнулся, стягивая футболку с головы блондина и оставляя ее мотаться на его скованных запястьях. Антон расфокусированным взглядом скользил по сосредоточенному лицу брата, стараясь держать себя в руках и не сойти с ума от сильного возбуждения. Руки брюнета медленно проскользили по ребрам, чуть царапая кожу и рассыпая по телу парня табуны мурашек. - Блять. Я тебя убью, когда освобожусь, – пробормотал блондин, зажмуривая глаза и сосредотачиваясь на ощущениях горячих ладоней на своем животе, где пальцы выводили на коже какие-то неизвестные миру узоры. - А кто сказал, что я тебя вообще отпущу? – рассмеялся Эд, резко впиваясь ногтями в низ живота и чуть оттягивая джинсы, тут же возвращая их на место. – Чего ты хочешь, м? – насмешливо прохрипел брюнет, склоняясь над парнем и зависая в паре миллиметрах от его губ. Антон предпринял попытку приподняться и поцеловать его, но парень быстро отстранился назад, тихо засмеявшись. – Не торопись, ты мне еще не ответил, - блондин зашипел в ответ, стискивая зубы и прожигая в брюнете дыру своим взглядом. - Что ты хочешь? Скажи мне, ну, - Эд снова наклонился над братом, но тут же отклонился ниже, еле заметно касаясь губами кожи шеи и опаляя ее своим горячим дыханием. - Заебал, - выдохнул Антон, закрывая глаза и собираясь с духом. – Я хочу… - парень запнулся, рыча сквозь зубы и еще сильнее впиваясь ногтями в собственные ладони. Брюнет рассмеялся, медленно кончиком языка проскальзывая по венке на шее, затем осторожно подув на влажное место, вызывая еще больше мурашек и дрожи. - Ну, я слушаю тебя. Чего ты хочешь? – издевательски протянул Эд, лениво растягивая слова. Блондин открыл глаза, кинув на брата разъяренный взгляд. - Да ты можешь просто трахнуть меня уже?! – не выдержав, выкрикнул парень, поджимая губы и смотря Эду прямо в, блестящие от возбуждения, глаза. Брюнет довольно рассмеялся, приподнимаясь над ним и рассматривая, сам себя сдерживая из последних сил, чтобы не наброситься на брата и не выебать грубо, желательно и не один раз. Руки Эда уже скользили по бедрам блондина, приподнимая и прижимая их к своим, вырывая своими действиями стон у парня. - Отстегни меня, - почти обессилено прохрипел Антон, дергая руками и тяжело дыша через приоткрытые влажные губы. - Ты мне в таком положении гораздо больше нравишься, - ухмыльнувшись, прохрипел Эд, сжимая пальцами бедра парня, оставляя на коже красные следы от пальцев. - Вот ты сука, - слабо, но возбужденно проговорил блондин, вновь уже скорее автоматически дергая руками. Эд же, не теряя времени, ловко стаскивал с брата домашние плюшевые штаны, которые совершенно не скрывали того, как на парня действовал брюнет. Парень довольно ухмыльнулся, следя за тем, как реагирует Антон на любые прикосновения, тело которого превратилось в одну сплошную эрогенную зону. - Давай еще скажи, что тебе это не нравится, - хрипло рассмеялся брюнет, осматривая тело брата. Грудь высоко вздымалась от тяжелого дыхания, на коже тонкой паутинкой шрамов складывались еле различимые буквы, подтянутый живот уже поблескивал бисеринками пота, ноги были напряжены, показывая сквозь кожу соблазнительные мышцы, всю картину завершали, не скрытый боксерами, стояк и блестящий возбужденный взгляд из-под темных ресниц. У Эда перехватило дыхание, а возбуждение становилось уже болезненно-невыносимым. Руки в одно движение стянули с блондина боксы, оставляя полностью обнаженным, пока парень стягивал с себя мешающуюся футболку. Медовые глаза Антона тут же заскользили по виднеющимся кубикам пресса. - Блять, - громко выматерился брюнет, осматривая комнату. Парень на кровати тихо засмеялся, в который раз дергая руками. - Мог бы и о смазке сразу подумать, раз наручники припас, - Антон облизал свои губы и поморщился от того, как пересохло в горле, тяжело было даже сглотнуть. - Заткнись, - прошипел брат, поднимаясь с кровати и выходя в ванную. Вернулся он через пару секунд с тюбиком в руке, на ходу откручивая крышку. Блондин нахмурился, наблюдая за парнем. - Что это? – Эд засмеялся на вопрос брата, упираясь коленом в край кровати и выдавливая на пальцы белую массу. - Всего лишь обычный крем, не волнуйся, - крепкие пальцы схватились за колени парня, резким движением разводя их в стороны. Глаза брюнета сощурились, без стеснения рассматривая брата. – И как давно у вас с Ином было? - А что, боишься, что после барсученка я не почувствую твой маленький стручок? – Антон хрипло рассмеялся, смотря на разозленного парня сквозь светлую челку, упавшую на глаза. Прижимаясь к брату даже через джинсы, блондин уже давно понял, что достоинство там далеко не маленькое, но вот перестать злить Эда он не мог. - Боюсь порвать тебя к чертям, но, может, это наоборот сделать стоит, а? – хищная ухмылка появилась на губам брюнета, от чего Антон слабо дернулся, но не от страха, нет. Это ухмылка возбудила его только больше. - Если ты не прекратишь попусту болтать, я тебя придушу, - зарычал блондин, ощущая, как возбуждение все больше затуманивает разум. - Какие мы нетерпеливые, надо же, - парень рассмеялся, беспрепятственно вталкивая скользкие от крема пальцы в несопротивляющийся сфинктер. Антон чуть было не подпрыгнул на кровати от этого ощущения. Нет, Ин тоже растягивал его, но не так властно, уверенно. Тот постоянно спрашивал парня, так ли он делает, хорошо ли ему, чем очень бесил блондина. Тому казалось, что это не секс, а урок анатомии. Но Эд был совершенно другим. Он не сомневался ни в чем. Он делал так, как хотел, даже не думая, хорошо Антону или плохо. Но именно поэтому ему было еще как хорошо. Парень готов был кричать только от одних пальцев брата, и тот прекрасно это видел. Эд же в это время сдерживал себя из последних сил. Он и знать не знал, что блондин может быть настолько соблазнительным. Один этот лихорадочный блеск в глазах чего стоил. Крепкое тело блестело в лучах заходившего солнца. И если бы Эд был романтиком, он бы обязательно воспринял этот факт как нечто прекрасное. Но, увы, он им не был, поэтому открывающемуся ему взору зрелищу мог дать только одно описание – чертовски сексуально. Антон готов был душу дьяволу продать, лишь бы брат уже перестал над ним издеваться. Он чувствовал, что еще немного и кончит от одного этого ощущения пальцев в себе, а это не входило в его планы. - Хватит уже! – голос парня предательски дрогнул, и он тут же поджал губы, рыча от собственной беспомощности в данной ситуации. Брюнет лишь довольно ухмыльнулся на несдержанный выкрик брата, и пальцы медленно покинули разгоряченное тело, поднимаясь справляться с джинсами владельца. Блондин вновь слабо дернул руками, но навряд ли это была попытка высвободиться. Парень жадно следил за каждым движением брата, шумно сглатывая, пытаясь хоть как-то смочить пересохшее горло. Его уже крупно потряхивало от одного предвкушения. - До чего же ты нетерпелив, никогда бы не подумал, - Эд вновь рассмеялся хрипло, стараясь отвлечь себя хоть как-то и не наброситься на распластавшегося по кровати парня. Он раскатал по своему, давно возбужденному, члену презерватив и закинул ноги брата на свою талию, нависая над ним. Кто бы мог подумать, что их маленькая война приведет к такому? Брюнет затащил сюда брата, не задумываясь о последствиях своего поступка, но меньше всего он ожидал полной взаимности. Однако, сейчас блондин лежал под ним тяжело дышащий и возбужденный, явно жаждущий продолжения, о чем говорил его горящий желанием взгляд темных глаз, не оставляющий ни капли сомнений. - На тебя бы я посмотрел, будь ты в подобном положении, - хрипло и сбивчиво поговорил Антон, готовый разорвать брата, было бы чем. Брюнет в ответ лишь тихо рассмеялся, наклоняясь к парню ниже. - Я надеюсь, что никогда не буду в подобном положении, - крепкий поцелуй прервал, готовые вырваться, ругательства, которые превратились в едва различимое мычание. И никто из них не мог сейчас сказать, было это недовольство или же наоборот. Горячая головка прижалась к сфинктеру, и бедра Эда толкнулись вперед. У обоих перехватило дыхание от пришедших ощущений. Брюнет замер, чувствуя, как горячие мышцы подаются, мягко сжимая чужеродный предмет в себе. Парень держался изо всех сил, стараясь не сойти с ума и не выебать жестко распластанное под ним тело. Блондин едва заметно дрожал всем телом, ощущая в себе горячий ствол и понимая, что это еще не все. И, действительно, через пару мгновений Эд толкнулся на всю длину, выбивая из брата удивленный протяжный стон. Блондин вжался в кровать, пытаясь разобраться, какое из чувств сильнее: боль или долгожданное удовольствие. Брюнет завис в паре сантиметров от лица брата, всматриваясь в лихорадочно блестящие глаза. - Готов? – вопрос должен был быть риторическим, но Эд решил все же дождаться ответа, ведь никогда не можешь знать наверняка, что на уме у этого белобрысого. Антон долго осмысливал вопрос брата и лишь кивнул в ответ, вжимаясь затылком в подушку. Брюнет приглушенно зарычал, отстраняясь от парня только для того, чтобы в следующую секунду начать двигаться в бешенном темпе, выбивая из блондина новые стоны, прерываемые невнятным мычанием, когда парень вновь и вновь закусывал свои губы, пока по подбородку не спустилась скупая капелька крови, которую тут же слизнул Эд, дурея от металлического привкуса, переставая себя контролировать. Движения стали резче, чаще. Жар и теснота тела на кровати срывали последние барьеры. Все мысли и ощущения сконцентрировались лишь на брате, который метался по подушке, тщетно пытаясь сдерживать себя и дрожащий голос. Пальцы Эда окольцевали шею блондина, сжимая не сильно, но перекрывая часть кислорода. Он наклонился ниже, останавливаясь, касаясь горячими губами уха Антона. - Не смей…сдерживаться… - темные глаза встретились друг с другом. – Не смей… - повторил брюнет, растягивая губы в хищной ухмылке. Резкий выпад бедер вырвал из парня первый громкий стон, потонувший в чужих губах, когда Эд просто не сдержал себя от того, чтобы не выкрасть у брата этот звук вместе с горячим дыханием. Антон же пытался не задохнуться. Тело стало словно чужим вовсе, пластелиновым. Блондин боялся, что из-за жара, исходящего от тела брата, он может просто расплавиться по постели. Заполненость пульсирующей плотью сводила с ума, заставляя разум капитулировать перед животной страстью. Тело Антона против воли самого парня изогнулось дугой, позволяя члену брюнета проникнуть глубже в горячее нутро. По позвоночнику пронесся разряд тока, заставляющий блондина непроизвольно вздрогнуть. - Охтыжблять… - парень закусил свою губу, смотря на брата полубезумным от возбуждения взглядом. Эд лишь глухо зарычал, не в силах больше сдерживать себя. Просунув руку под поясницу Антона, он приподнял выше его бедра, срываясь с катушек. Брюнет начал вколачиваться в тело под собой, особо не заботясь о том, что парню может быть больно, буквально насилуя его резкими и сильными движениями бедер. Блондин ногтями сильнее впился в свои ладони, теряясь на грани резкой боли и сумасшедшего наслаждения, раскачиваясь на самой вершине, но не имея возможности упасть на одну из сторон. Он лишь беспомощно дергал руками, которые от неудобного положения несщадно болели. Руки брата, казалось, были везде и обжигали прикосновениями. Ладони бесцеремонно лапали извивающееся тело, а пальцы о короткие ногти оставляли яркие следы на коже поверх старых и чужих. Губы, жадно хватающие, казалось, накаленный воздух, исследовали, доверчиво подставленную, шею. Зубы вгрызались в тонкую кожу, разрывая ее в кровь. Эд утробно зарычал, чувствуя на языке уже знакомый металлический привкус. Он словно очнулся и вспомнил о блондине, который сейчас боялся потерять сознание от того фейерверка чувств и эмоций, что закружились у него внутри. Пальцы брюнета сомкнулись на плоти брата, заставляя его снова неосторожно обронить громкий протяжный стон. Антон закатил глаза, вбиваясь бедрами в ладонь брата, ощущая, как его затягивает в настоящий водоворот, на дне которого парня встречает яркая вспышка оргазма. Блондин широко распахнул глаза, изгибаясь телом так, что возмущенно захрустели кости и заныли мышцы, пробиваемые тонкими иглами наслаждения. Эд забыл, как нужно дышать, когда горячие мышцы судорожно сжали внутри пульсирующую плоть, вынуждая парня последовать за своим братом, изливаясь внутри содрогающегося тела в презерватив. С пошлым влажным звуком выйдя из блондина, парень упал рядом, непослушными пальцами высвобождая скованные руки. Антон с болезненным стоном опустил руки вдоль тела, не в силах ими больше пошевелить. Брюнет, заметив это, взял ближнюю к себе руку брата и стал с нажимом массировать ее пальцами, не обращая внимания на то, как морщится от боли парень. - Блять… Какая же сука, - прохрипел тихо блондин, тем не менее руку свою не вырывая и позволяя снимать онемение. Над ухом самодовольно хмыкнули. - Кажется, кому-то все более чем понравилось. Или ты от нечего делать так стонал подо мной? – кончик языка прошелся по уху, пока пальцы разминали плечи. Антон дернул головой, уходя от влажного прикосновения, от которого, впрочем, по телу побежали мурашки. - Я симулировал, не обольщайся, песик, - блондин сел на кровати, свесив ноги вниз, но его тут же за волосы дернули обратно. Парень упал спиной на колени брата и поднял глаза. – Какого хрена ты творишь? - Кажется, это ты уже спрашивал. Не повторяйся. И прекрати строить из себя недотрогу после того, как я тебя отымел, - Эд злорадно ухмыльнулся, удерживая вырывающегося брата. - Иди нахуй, свиноурылище, - Антон мотнул головой, пытаясь убрать прилипшие ко лбу светлые волосы с голубыми концами. - Да все, успокойся, истеричка, - брюнет весело рассмеялся, сам убирая пряди со лба брата и встречаясь с настороженными темными глазами. – Ладно-ладно. Ничего не было. Ину я не расскажу, можешь не переживать так, - он закатил глаза и перестал удерживать парня на своих коленях. Тот немного приподнялся на локтях, смотря нечитаемым взглядом на брата. - Ты серьезно считаешь, что мне есть до этого дело? Да сдался мне твой дружок, - блондин поднялся и стал собирать свои вещи, разбросанные вокруг кровати. Но не успел он до конца одеть хотя бы футболку, как его приложили спиной к стене. - Слышь, гниль, не смей говорить так про моего друга, уяснил?! – зарычал брюнет прямо в лицо Антона. – Этот безмозглый втюрился в тебя как последний уебан. Я тебе яйца оторву и жрать заставлю, если ты хотя бы немного посмеешь его огорчить! - Ха-ха! И это мне говорит человек, который только что трахнул парня своего друга? Против его воли, позволь заметить! – блондин руками толкнул его в грудь и выпрямился, смотря в глаза брата. – И после всего этого не смей угрожать мне и упрекать в чем-то. Ты поступил похуже меня, потому что к Ину я не чувствую ничего кроме дружбы и, возможно, даже жалости. Мне он по сути никто, а вот ты его друг. И как ты там сказал? Он втюрился в меня? Зная это, ты не остановился ни на секунду. А теперь расскажи мне, кто из нас больше виноват в этой ситуации? – закончив свою тираду, Антон потер глаза, думая, что возможно совсем немного перегнул палку. - Хорошо. Раз в своей жизни ты оказался прав. Я поступил как придурок по отношению к своему другу. - Ха? То есть по отношению ко мне это ничего, да? – блондин возмущенно сузил глаза. - Ты не тот, перед кем я когда-либо стал бы извиняться, - брюнет цыкнул языком и, сжав пальцами подбородок брата, крепко поцеловал. Затем, подняв с пола упавшие штаны, вручил их Антону, сам падая на кровать. Тот в свою очередь тихо чертыхнулся и, кинув в сторону штаны, упал рядом с ним, закинув руки за голову и уставившись в потолок. - Ладно, не загоняйся ты так. Да и трахаешься ты…кхм…неплохо, - блондин прикрыл глаза, усмехнувшись. – Вот, смотри, я тебе уже почти комплименты делаю. Гордись, блять. - Да захлопнись ты уже, - рассмеялся Эд, обнимая брата и притягивая того к себе. – Идиот… Now В комнату забежал растрепанный парень, он снес на своем пути табуретку и несколько пустых бутылок спиртного, что стояли на полу. Раздраженно мотнув головой, чтобы убрать так мешающуюся челку, что так долго уже не мог состричь, брюнет подбежал к кровати, на которой лежал другой парень. Второму, в общем-то, было совершенно плевать, кто и зачем носится по его прокуренной спальне. Однако настойчивый посетитель резко вздернул лежачего за плечи и встряхнул несколько раз так, что голова блондина безвольно качнулась из стороны в сторону. Он сфокусировал темный взгляд на мутно-зеленых глазах посетителя и сонно опустил веки на уставшие глаза. - Даже не думай! - неожиданно закричали ему прямо в лицо, вызывая немного недоуменное выражение лица. Да что он вообще понимает? - Ин, проваливай. Тебе никто не заплатит, если ты будешь моей нянькой. И я тебя об этом не просил, - на лицо Антона упало несколько прядей, которые на пару сантиметров у корней выдавали истинный цвет их владельца. - Ты... - брюнет не решился снова закричать. Он понимал, что его парню было сейчас не просто плохо. Они все поняли это за все эти жуткие полтора месяца. Вот только сейчас Ин еле сдерживал себя, чтобы не поддаться панике и страху, что вот уже целый час охватывает все его тело. Но он должен справиться с этим. кто, если не он? - Антон, - вкрадчиво и как можно спокойнее произнес брюнет, наконец, поймав глазами блуждающий по комнате взгляд парня. - Сейчас, прошу, выслушай меня внимательно. Мы все сильно беспокоились за тебя все это время. У нас не оставалось времени на себя. Черт, да ты нас совсем загонял, поставил в тупик. Но, - Ин поспешил продолжить, когда увидел, что блондин уже открывает рот, чтобы в очередной раз его послать. - Мы все делали это ради тебя. за короткий срок…ты всем нам стал дорог. Ты часть нашей странной, не связанной кровными узами семьи. и ради тебя мы бы еще хоть полтора года носились с горящими задницами, лишь бы угодить тебе но сейчас... - он неуверенно замолчал, сомневаясь, как можно помягче преподнести весть, так ошеломившую его самого. Заставившую его нестись через весь город, чтобы убедиться в нерадостной догадке. - Ин, - хрипло, скорее с непривычки к разговорам, позвал Антон. Он устал изматывать себя и близких. Понял свою чудовищную ошибку и не знал, как теперь перед всеми искупить свою вину. Но осекся, встречая взволнованный взгляд напротив. - Что-то случилось? - странная волна начала накатывать на него своей сильной волной, заполняя щекочущим чувством, которое появляется, когда предчувствуешь что-то плохое. - Сегодня утром..почти час назад..я был в школе. Эда не было, он постоянно задерживался на первые уроки, ведь всю ночь он сидел тут. А на уроке зазвонил телефон. Мне не разрешается отвечать на незнакомые номера, а если и отвечать, то записывать разговор, - в начале своего рассказа парень говорил медленно, подбирая и взвешивая каждое слово, однако к концу он уже сбивчиво пересказывал краткое повествование, запинаясь, боясь что-то упустить или забыть. Он поспешно вытащил свой телефон, ловя взгляд непонимающих глаз. - У моего отца много недоброжелателей. Семья - главное, на что все всегда пытаются надавить. А теперь слушай, - брюнет поднес телефон к лицу Антона и включил запись. «- Добрый день, - начал разговор приятный мужской голос. - Здравствуйте, - ответил знакомый голос Ина. - Я извиняюсь за то, что отвлек тебя от уроков. До вашего белобрысого дружка я дозвонюсь навряд ли, поэтому я решил достучаться до его любовничка. Скажи этому страдальцу малолетнему, что у меня его братишка. Поймать его было, признаюсь, непросто, сильный малый. Так вот. Ваш Антошка должен мне кое-что. Он знает. Я даю ему неделю, иначе выплачивать долги будет этот симпатичный длинноволосый юноша. Когда надумает, пусть перезвонит на этот номер, я скажу, куда нужно будет подъехать. Удачи, - короткие гудки…». Антон сидел белый как смерть, не в силах выдавить и слова. В голове всплыла уже забытая записка: «Я тебя нашел». - Я знал… Я ведь знал, что ни к кому нельзя привязываться, что нигде нельзя задерживаться… Знал и все равно… Черт! Как я мог? – блондин зарылся пальцами в свои волосы и с силой сжал их, проклиная себя. - Послушай, - тихо начал Ин, отнимая его руки от головы и заставляя взглянуть на него. – Ты не виноват. Мы обязательно что-нибудь придумаем. Мой отец и ваши родители не последние люди в этом городе. Сейчас я им позвоню, и они отложат все свои дела, вот увидишь. И все мы вместе обязательно что-то придумаем. А пока расскажи мне, пожалуйста, что тут происходит, ладно? – дождавшись кивка от парня, брюнет, как и обещал, обзвонил родителей парней, а также своего отца. У него было около двадцати минут, чтобы разузнать все и затем объясниться со взрослыми по поводу того, что тут происходит.

#***#

Противный влажный воздух уже начал пробираться под одежду, впрочем, давно не спасающую владельца от влаги и холода. Парень сидел на холодном бетоне помещения, отдаленно напоминающего подвал из дешевых криминальных сериалов. Темные волосы разметались по опущенным плечам и закрывали лицо. Руки туго перевязаны веревкой за спиной, соединяющейся с веревкой, оплетающей щиколотки брюнета. На пол упал слабый лучик света, своей мягкостью раздражая привыкшие к темноте глаза пленника. Тяжелые шаги громко разносились по пустому помещению, эхом отражаясь от голых бетонных стен. Под потолком зажглась тусклым светом лампочка, одиноко покачивающаяся на черном толстом проводе. Брюнет поднял голову, борясь с приступом тошноты, вдруг подкатившей к горлу от запаха еды. Напротив него стоял высокий мужчина лет сорока с легкой небритостью на лице, впрочем, делающей его привлекательным. Черные, даже на вид, жесткие короткостриженные волосы органично смотрелись со смуглой кожей. Узкие карие глаза светились неподдельным весельем, а на тонких губах играла предвкушающая улыбка. Весь вид мужчины показывал его характер лидера. Ровная спина, чуть вздернутый острый подбородок, высокомерный взгляд и твердая уверенная походка. С первого взгляда стало ясно, что главный здесь именно он. Оставалось понять, настолько ли он отчаянный, что не скрывает своей личности, либо он далеко не последний, кто за этим стоит. Эд всегда отличался завидной выдержкой особенно в напряженных ситуациях. Когда большинство людей впадали бы в панику, мозг брюнета работал в разы эффективнее. Тихо прокашлявшись, он выпрямился насколько это позволяли сковывающие его веревки. - Если Вам нужен выкуп, я бы попросил не выходить за пределы разумного. Мой отец не настолько глуп, коим его все считают. Будь он таким, он бы ничего не добился в этой жизни, - парень говорил ровно и спокойно, всем своим видом показывая, что страхом его одолеть не удастся. Мужчина лишь шире улыбнулся и поставил поднос на холодный пол. На минуту он вышел из помещения и вернулся уже с невысоким табуретом, который поставил чуть поодаль от своего пленника. Он удобно устроился на стуле и насмешливо взглянул на брюнета. - Какой милый наивный мальчик. С вами играть – одно удовольствие, - носком, явно не дешевого, ботинка мужчина подцепил подбородок юноши, поднимая его голову и не позволяя вывернуться. – Мне не нужны деньги твоего папаши. Мне нужен ваш милый блондинчик, - мужчина резко засмеялся, встречая удивленный взгляд темных глаз. – Дай угадаю. Вы все ведь ничего не знаете о прошлом моего малыша, я прав? – получив неуверенный кивок, мужчина воодушевленно сверкнул глазами. – Тогда я с удовольствием расскажу тебе эту историю и буду наблюдать развитие драмы, когда вам всем он резко станет ненужным! – мужчина даже захлопал в ладоши, словно, полоумный закатываясь смехом. 7 лет назад… Светловолосый мальчик без особого интереса пинал маленькие камешки под ногами, слабо раскачиваясь на цепочных качелях во дворе детского дома. Все дети давно были в столовой на обеде, но Антону есть не хотелось. Он все еще не мог привыкнуть к питанию в этом месте. За металлическим ограждением то и дело проходили люди. Кто-то весело разговаривал с кем-то. Кто-то рассуждал, активно при этом жестикулируя. Кто-то бросал брезгливый взгляды на здание детского дома. А для кого-то этого места словно и не существовало. Вдруг один из прохожих подошел к высокому забору, прямым взглядом рассматривая мальчика на качелях. Тот безразличным взглядом скользнул по тонким металлическим прутьям и остановился на высоком черноволосом мужчине. Незнакомец поманил Антона к себе, на что получил лишь насмешку в темных глазах. - Мальчик, - позвал тот, склонив голову набок. – Ты ведь Антон Нитиевский, я прав? - Ну, и? – блондин возвел глаза к небу, всем своим видом показывая, что в разговоре он не заинтересован. Мужчина на это только улыбнулся. - У меня к тебе есть дело. Оно касается смерти твоих родителей, - брюнет улыбнулся, заметив в глазах мальчишки искорку заинтересованности. - Прекратите слащаво улыбаться и переходите к делу. И да, моя мама жива, так что не смейте говорить о ней, как о мертвой! – мальчишка зло сощурился и громко фыркнул, поднимаясь с качелей и подходя к ограде. - Ты можешь выйти из территории? – мужчина осмотрел высокий забор и недовольно прицокнул языком. - Здесь есть лазейка. Парни используют ее для того, чтобы бегать в магазин за сигаретами или выпивкой, - Антон шел вдоль ограждения, а незнакомец словно прогуливаясь, шел по другую сторону. - А ты куришь? Или пьешь? - Нет. У меня и без того забот хватает, - блондин презрительно фыркнул, отвернув голову от мужчины, пролезая в проем, образовавшийся из-за выдернутых прутьев. - Ничего, скоро начнешь, - под нос проговорил брюнет и снова улыбнулся мальчику.

#***#

Антон сидел посередине просторного кабинета по другую сторону дубового стола от, сидящего за ни же, мужчины. - Если отец Вам столько должен, то где все эти деньги? Дома не было ни копейки, я уверен. Куда же тогда делись все эти деньги? Что-то здесь не сходится… - Ты очень умный мальчик, это похвально. Но ты делаешь поспешные выводы. В жизни этого делать нельзя, запомни. - Что делать мне с моей жизнью, решать мне нужно самому, Вам так не кажется? - Не дерзи, не нужно. Я лишь хочу дать тебе полезный совет, который в будущем тебя не раз выручит. - Вы не мой отец, чтобы давать мне жизненные советы. Скорее всего Вы виноваты в его безумии и смерти. Вам не кажется, что Вы не в праве учить меня чему-то? - Ты лишь неразумное дитя, которое не знает жизни. Разве ты не считаешь своего отца виновным? - Я считаю его виновным, Вы правы. Но он виновен лишь в своей глупой невинности и доверчивости. Никто не может его судить в проступках. - Ты слишком умен. Ребенок не должен так выражаться. - Вы предлагаете мне прикидываться глупцом? - Так было бы гораздо проще жить. Ты разве не замечал, что умных недолюбливают? - Мне нравится быть одному. Я не вижу в этом ничего плохого. - Ты увидишь, когда повзрослеешь. Сейчас ты не можешь трезво оценивать свои способности. - Вы считаете меня маленьким, когда видите, что это вовсе не так. Что у Вас на уме? - То, что тебе, к счастью, понять не удастся. - Вы боитесь, что я пойму? Не смешно ли бояться ребенка? - Сейчас ты доказываешь нам обоим, что это ни капли не смешно. Но будь осмотрительнее. Многим не нравятся умные мысли, и они могут это неправильно растолковать. - Вы беспокоитесь обо мне? - Отчасти. - Я считаю это лишним. - Я считаю, тебе стоит казаться глупее. - Мы об этом уже говорили, но если Вы настаиваете, я буду глупее на людях. - Не будешь меня радовать? - Только не вас. - Очень жаль. Однако за все время ты не спросил моего имени. - Вылетело из головы. Я могу узнать его сейчас? - Почему бы и нет? Ты можешь называть меня Станиславом. - Я могу? - Сомневаюсь, что ты станешь называть меня по отчеству. Я прав? - Как всегда. - Ты делаешь правильные выводы. - Значит, и с отцом я сделал их верно? - Не совсем… - Не объяснитесь, наконец? - Дело в том, что он действительно брал у меня деньги в долг и не однократно. Но есть и причина, почему ваша семья этих бумажек не видела. Он был зависим от азартных игр и просиживал за ними то время, когда должен был работать. - Хорошо. Но дальше за всю мою жизнь такого долга мне не выплатить. - Я это понимаю, поэтому ты здесь. - Сдадите меня на органы? - Этого будет недостаточно. Я буду продавать твое тело. - Проституция? - Лучше. Аукционы. - Торги за тело на ночь? Это незаконно. - За мной большие люди, которые любят мальчиков как ты. У тебя нет выбора, малыш. - Я понимаю. - И ты согласен? - Нет, но ведь это не будет иметь значения? Вы заставите. - Ты прав. - Я не смирюсь и буду сбегать. - Не беспокойся, мы поймаем. - Вы слишком самоуверенны. - Как и ты. Спускайся вниз, тебя проводят в твою комнату. Завтра аукцион. - Это не конец. Не празднуйте победу… Now - Так прошли три моих юношеских года. Я участвовал в аукционах, а Станислав наживался на моей популярности среди этих… - Антон запнулся, опустив глаза в пол. Они впятером сидели в просторной гостиной. Когда блондин вместе с Ином устроился на диване, прибыли и остальные. Ольга была бледнее мела. Ее руки тряслись, и она то и дело прикладывала к носу платок, в попытке сдержать слезы. Оба же мужчины были невозмутимы и спокойны, однако изредка и у них прослеживались резкие движения. Антон долго собирался с духом, чтобы начать рассказ. Он и при Ине не был уверен в том, что стоит все говорить, но сидя на диване, когда четыре пары глаз испытывающее смотрели на него, парень решил, что терять уже нечего, а Эд гораздо важнее, чем его репутация в кругу двух семей. - Как тебе удалось сбежать? – сосредоточенно спросил отец Ина, который, к слову, даже не представился. - Однажды на аукционе мне попался очень хороший мужчина… Я не раз видел его в зале, но он никогда никого не покупал, - Антон поморщился. Ему было неприятно и мерзко вспоминать те времена и рассказывать кому-то, что он был фактически вещью во многих руках. – Но в тот вечер он яро поднимал цены за…меня… Когда нас проводили в комнату, которую он выбрал, он сказал мне, чтобы я прилег и отдохнул, а потом заказал нам еды. Нас кормили не очень хорошо, зачастую для того, чтобы мы были слабы и не могли сбежать, а также и сопротивляться клиентам. - Это ужасно, - тихо охнула Ольга и снова прижала платок к лицу. - Дорогая, пожалуйста, не перебивай его, - Виталий положил свою руку поверх ладони жены. Та тихо кивнула и взглянула на парня. - Так… - блондин снова заставил себя собраться. – Он не сказал, как его зовут, но предлагал приходить раз в неделю и позволять мне отдыхать и нормально есть… Но я отказался и попросил его помочь мне сбежать. Он довольно быстро согласился и сказал, что пришлет своего знакомого, иначе подставит себя, а Святослав уже набирал популярность среди всех этих похотливых богачей. И вот однажды меня привели в ту самую комнату. Там был мужчина лет сорока, он указал мне на окно, а там была веревочная лестница. Когда я спустился, ее убрали, а внизу ждали еще двое мужчин. Я не был уверен, что меня не украдут еще в какое-нибудь подобное заведение, но надежда умирает последней, - парень тихо усмехнулся и покачал головой. – Они вывезли меня за город и привезли сюда… Поселили меня в детдом и вот я тут. Я побывал во многих семьях, но я боялся именно того, что произошло сейчас. Мне нельзя было у вас задерживаться… - Так, ладно, прекратили паниковать, - подал голос Виталий и серьезно осмотрел всех присутствующих. – Собираем все наши связи. Нужно с этим срочно что-то делать. У нас есть всего неделя.