Самый лучший.

      Намджуну снится секс, жаркий, обжигающий. Снятся тёплые ладони на груди и низкий шёпот. Он не видит лица партнёра, только чувствует бархатистость бёдер и боков под пальцами, мягкость округлых ягодиц, слышит разгорячённые вдохи и выдохи, розовый ореол сосков на бледной коже, выступающие рёбра. Намджун просыпается от громкого "Джуни" над самым ухом и, открыв глаза, видит лицо брата, его тонкую шею и голое плечо. - Джуни, я ухожу. Сегодня сходишь в магазин? Список на столе на кухне.       Джун сонно кивает, он всё ещё барахтается в остатках сна, который удивительным образом сливается с реальностью, мягкая рука сжимает его плечо: - Ну, ладно тогда, спи дальше. - Юнги улыбается, щурит глаза и уже отходит, когда Намджун ловит его ладонь. Те же ощущения, такая нежная ручка. - Хён... - М? - Хён... я... А, ничего, прости. Удачного дня. - И тебе.       Намджун утыкается взглядом в спинку дивана, замирает, не шевелится всё время, пока брат ходит по квартире, переодеваясь, допивая кофе, и расслабляется только когда слышит стук входной двери. Он скользит рукой вниз по животу и тихо скулит. Стоит так, что можно кирпичи разбивать.       В душе, во время быстрой дрочки, в голове вертятся обрывки сновидения, приятные ощущения и чувственное дыхание, а потом, что-то идёт не так и Намджун представляет руку брата вместо своей: она меньше, пальцы тоньше, но кожа гораздо мягче... И кончает он, слизывая с губ имя брата шёпотом, скользит по кафельной стене, подтягивает коленки и окончательно понимает, что сошёл с ума. ***       Сокджин звонит после обеда; они уже встречались пару раз, ходили в кино и парк развлечений - банально донельзя, но Намджуну, для которого всё в первый раз, нравится. Сокджин до безобразия милый, иногда Джун думает, что от него и диабет может развиться: он ластится под руки котёнком, мурлычет и бормочет всякие глупости на ушко, лезет на коленки прямо среди бела дня, в самом центре парка. Намджуну нравится, честно и откровенно, но домой, а вернее к брату, каждый раз хочется всё сильней. Он старательно убеждает себя, что это с непривычки, всё-таки время в Сеуле он привык проводить с Юнги, а тут новый человек, но это мало помогает. Сокджин просит называть его по имени, "никаких хёнов, малыш" и Намджун охотно соглашается. - Малыш, куда сегодня пойдём? - А куда бы ты хотел? - Я бы хотел... Я бы хотел ко мне домой...       Намджун заливается краской и кивает быстро, забывая, что собеседник его не видит: - Хорошо... Я приеду.       Намджун кладёт трубку после Джинова "Буду ждать тебя, мой маленький", и вздыхает. Пока он ходит по магазину, сверяясь со списком брата, уговаривает себя решиться на звонок ему. Нужно сказать, что он придёт поздно и чтобы тот его не ждал. Но Джун почему-то боится. Совершенно необъяснимо боится звонить. В последние дни Юнги понурый, говорит, что за время отпуска скопилась работа и поэтому он устаёт, говорит, что не хочет смотреть телевизор и сразу идёт спать, говорит, что слишком вымотался, чтобы идти гулять, а Намджуну это всё огнём в груди жжёт. Потому что вот он, хён его, но он скучает, будто между ними снова сотни километров. Скучает по тонким ножкам в белых носочках на своих коленках, по хриплому смеху, когда они смотрят вечерние шоу, по шутливым толчкам в плечо, долгим разговорам на скамейке, по часам разглядывания звёзд на крыше его дома, по маленьким откровенностям и случайным касаниям плеча к плечу, ладони к ладони. Намджун скучает, но не звонит, пишет смс: "Сегодня приду поздно, не жди", и снова вздыхает. ***       Сокджин ласковый и соблазнительный, предлагает испробовать новую позу; он сверху, ритмично двигает бёдрами, выгибаясь и закусывая губы, сексуальный и притягательный, сияет в свете настенных бра и свечей, расставленных по спальне. Такой красивый. Но руки Джуна на чужой талии смотрятся не так красиво, как... И кожа у Джина не такая как... И стонет Джин высоко, по-другому, Намджун прикрывает глаза, вспоминая сон, и вбивается сам, ускоряя темп, заставляя Сокджина давиться стонами и упасть без сил на крепкую грудь, Намджун, кончая, впивается пальцами в ягодицы и хрипит "Хён..." еле слышно. А потом думает, услышал ли Джин? Но тот ничего не говорит и Намджун расслабляется, оглаживая спину любовника и целуя в мокрый висок. Думать совсем не хочется, он подумает потом. ***       Юнги спит, как просил Намджун, не ждёт его и от этого почему-то грустно. Джун разглядывает стройный силуэт, укутанный в одеяло как в кокон, через узкую щель в двери, сканирует взглядом и впервые жалеет, о том, что Юнги его брат. Впервые хочет домой к маме и папе. Впервые думает о том, что переезжать в Сеул после школы, как они планировали с хёном - плохая идея. И пусть у него, вроде как, Сокджин и, вроде как, отношения, непонятные для него самого, ему до безумия, до зуда в пальцах, хочется подойти, сбросить одеяло и укутать Юнги в свои объятья, почувствовать тёплое дыхание на шее, уснуть вместе, как в детстве, когда они засыпали, утомлённые долгой болтовнёй. Ему бы понять себя и свои чувства, да только не получается. Он, вроде как, и к Джину привязался - тот такой мягкий и первый у него во всех отношениях, и, наверное, ранимый. Так Джуну кажется. Прикрывает дверь и тихо крадётся в гостиную, к себе на диван. Он мог бы остаться у Сокджина, и тот просил его остаться, но не захотел. Ему совершенно необходимо было увидеть брата.       Юнги высовывает нос из-под одеяла и прислушивается к шорохам за стеной, ждёт, пока всё утихнет, чтобы пойти покурить. Сон не идёт уже которую ночь подряд, потолок в спальне изучен им до миллиметра.       Намджун спит поверх одеяла, как всегда, и Юнги уже было порывается накрыть его, но замирает. Боится подходить. Джун сопит, совсем как маленький, приоткрыв рот, пускает слюни на подушку, причмокивая и улыбаясь чему-то - слишком милый. Юнги теряет счёт времени, просто стоит и смотрит. А внутри больно от того, что они отдаляются, от обиды, что у Намджуна теперь есть Сокджин. Это рано или поздно случилось бы, но что-то выворачивает внутренности каждый раз, когда он представляет чужую ладонь в Джуновой, чужие губы на его и чужие руки, обвивающие сильную шею... Больно, но ничего не поделать. Это стало его мантрой, не приносящей успокоения, но он твердит её про себя, веря, что когда-нибудь поможет. ***       Намджун говорит Сокджину, что не может сегодня, что дела, и он занят. На самом деле - суббота и Юнги работает до обеда. Сокджин вздыхает грустно на том конце, ворчит на несправедливость жизни и целует в трубку так, что Намджун глохнет на одно ухо на пару минут.       Юнги приходит в хорошем настроении, что радует Намджуна, тот уже хочет предложить погулять, но Юнги опережает: - Сегодня ребята придут, ты уходишь? - Нет, я дома... - настроение падает на пару пунктов, опять не побыть вдвоём, да ещё Тэхён этот ненормальный. - М. Ну, вот и хорошо, - Юнги улыбается и подмигивает. - Тэхён принесёт говядину из своего ресторана. Круто же? - Ага, супер просто, - Джун пытается как можно правдоподобней растянуть губы и, вроде, получается.       У Юнги и правда отличное настроение - начальник намекнул на премию, Тэхён угощает, да ещё и его братишка остаётся сегодня с ним. Он сияет довольно, орудуя ножиком, нарезая овощи, пока Намджун сидит напротив, следит за лицом и руками хёна, изредка воруя сочные кусочки с разделочной доски, на что Юнги хмурится и хлопает по руке, но потом всё равно улыбается. Это же его Джуни. Намджун слушает рассказы о работе брата, что произошло интересного, кто кого подсидел, кого повысили и какими забавными бывают клиенты. И Намджун откровенно кайфует, потому что соскучился по вот таким простым разговорам.       Тэхён появляется вихрем, впервые Намджун видит его трезвым и разница, в общем-то, небольшая, разве что не такой тактильный, но болтает так же без умолку, правда с меньшим количеством пошлостей. Юнги заглядывает в пакеты, которые принёс Тэ и тянет носом, довольно прикрывая глаза, спрашивает про Хосока, Тэхён как будто бы мрачнеет на долю секунды: - У Мины.       И дальше переводит тему, а Намджуну становится дико интересно, что там за Мина такая, раз заставила этого вечно позитивного, будто обдолбанного, паренька так поменяться, пусть и на короткий срок. Уже за столом, после прихода Хосока и первой рюмки, Тэхён толкает Джуна в плечо, улыбается хитро: - Ну, колись... С кем? Трусы надевал?       Намджун давится закуской и, утираясь салфеткой, бубнит: - Не надевал. - Да лааадно, не стесняйся, Юнги сказал, что ты с парнем встречаешься! Давай рассказывай, мы его знаем?       Намджун морщит нос, жмёт плечами: - Хён знает его. - Это Сокджин, - Юнги выпивает вторую рюмку залпом и пихает в рот кулёк из салата. - Ким Сокджин, если вы не поняли. - Чтооо??? Эта тварь? - Тэхён пучит глаза на Намджуна. - А Юнги тебе что, не рассказал? - Тэхёна, помолчи, сладенький, - Хосок толкает кусок мяса в открытый рот своего парня и протягивает рюмку. - Почему это... Почему? Он хороший! Хён, что он такое говорит? - Намджун сводит брови на переносице и нервно сжимает кулаки. - Да не слушай ты его, дурак же, - Юнги пинает Тэхёна под столом и мягко улыбается брату. - Они просто поругались однажды по мелочи. Так, ерунда, всё нормально, Джуни, - он поглаживает кулак брата на столе и тот расслабляется.       Тэхён пыхтит как паровоз, когда Юнги утаскивает его на балкон "Мы покурить", а Джун непонимающе смотрит вслед брату. Он вроде бы должен заступиться за Сокджина, только пока сам не знает, в каких они отношениях, вот, например, знакомить его с хёном совсем не хочется. Хосок треплет его по плечу: - Иногда моё чудо слишком болтливый и искренний. Так что привыкай, ты же в следующем году насовсем приедешь? - Я уже не уверен... - Намджун разглядывает свои коленки и сложенные на них руки. - Хён, а как вот ты понял, что Тэхён это... Что он для тебя... - Что люблю его? - парень улыбается и трёт шею. - Ну, знаешь... просто понял. Понял, что он - самый лучший.