Выше остальных

      Спустя пару дней, когда Шиноа всё тщательно обдумала, ей показалось нужным, по крайней мере, правильным, извиниться перед Гленом за тот цирк, который она устроила, пока он нёс её в медпункт. Всякий раз, вспоминая об этом, Шиноа упрекала себя за столь дурацкое поведение; слова, которые поспешно вырвались у неё тогда, терзали её самым злостным образом.       Шиноа без стука ворвалась в кабинет подполковника. Грудь её трепетала от волнения, кулаки были крепко сжаты, лицо выражало явную решимость. Глен, стоявший в это время у карты, обернулся и в изумлении уставился на девушку. Она всё больше поражала его той жёсткостью, которая была доминирующей чертой у рода Хиираги. Генетика всё-таки до удивительности точная штука. — Подполковник Ичиносе, мне надо вам сказать… — Если пришла обвинять меня во всех грехах, — перебил её Глен, натянув вымученную улыбку, — то ради Бога, выйди и закрой дверь. У меня нет на это времени.       Шиноа молча выслушала его, и хоть в душе она снова чувствовала, как закипает её ненависть к нему, всё же решила закончить начатое дело: — Я пришла извиниться. — А, вот как. Неожиданно, но мне всё равно. Могла бы не приходить.       В этот раз Шиноа снова сдалась и дала волю своим чувствам: — Какой же ты невыносимый зануда! — Выйди отсюда, твоё присутствие меня напрягает. — Я и не собиралась здесь больше оставаться! — Ну, слава Богу!       Шиноа громко хлопнула дверью, а через минуту вернулась. — Ты — подлец!       Глен вздохнул и поднял глаза к небу: — Господи, гореть в аду — и то было бы менее жестокой пыткой, чем это! — Я принесла свои извинения, и ты мог бы хотя бы принять их! — Тебе это действительно нужно? Хорошо, я приму, только убирайся поскорее и постарайся больше не входить сюда до тех пор, пока я тебя не приглашу.       Шиноа насупилась и, ничего не ответив, выскочила за дверь. Глен с облегчением выдохнул. Если бы Курето узнал об этом разговоре, у него стало бы одним поводом больше ненавидеть низкосортного подполковника.       «Как, однако, она изменилась! — думал Глен, вспоминая её серьёзное выражение лица. — Она откровенно меня ненавидит. Что ж, от этого я потерял не много».       Подполковник уселся в своё потёртое кресло, где он обычно подолгу о чём-то размышлял, и, закрыв глаза, пытался разобраться в маленькой Шиноа. Что это было? Хорошо спланированная работа её брата или подростковый максимализм? Господи, как трудно иной раз понять человека, не говоря уж о женщине! Никогда не знаешь, что у неё на уме.       Тем временем Шиноа ворвалась в свою комнату, как врываются в чужое жилище грабители и убийцы. С разбегу она бросилась на кровать и уткнулась в подушку, яростно сжимая её края.       Девушка тяжело дышала. Она уже и не помнила, с каких пор так сильно возненавидела Глена. То ли ещё тогда, когда ей стало известно, что он убил её одержимую демонами сестру, то ли в тот момент, когда впервые почувствовала к нему какое-то странное влечение… Это случилось, когда они столкнулись в лифте, и подполковник случайно навалился на неё, плотно прижав к стене. Шиноа ещё долго вспоминала тот день и корила себя за то, что позволила своему лицу так бесстыдно покраснеть в те неудобные минуты.       Да, вот тогда-то всё и началось. Вообще-то и раньше она замечала, что Глен был замечательно красив, особенно ей нравились его смоляного цвета волосы, взъерошенные и неаккуратными прядями обрамляющие лицо. И этот всегда лукавый взгляд… Уставшее выражение лица, будто он прожил не 25 лет, а 70. Всё это придавало ему какой-то необычный вид, словно Глен жил в своём мире и не впускал туда остальных.       Шиноа опять вспомнила, как подполковник навалился на неё в лифте, и почувствовала, как загорелись её уши и лицо. Она мотнула головой по сторонам в надежде освободиться от этих мыслей, но перед глазами снова и снова возникал высокий, статный Глен, прижавший её своим крепким телом к стене. Господи, что она пережила в тот момент! Пол словно провалился из-под ног, и если бы Глен сам не протянул ей руку, Шиноа на подкосившихся ногах осела бы по стенке и растаяла в лужу.       Девушка перевернулась на кровати и раскинула руки в стороны. Она знала, что была очень похожа на свою старшую сестру, разве только у той к 16 годам грудь была несколько больше… Но, собственно, Глен уже не любит её, а значит, он свободен. Значит, Шиноа тоже в его вкусе, только он пока не воспринимает её как девушку. Но это пока…       Шиноа подпрыгнула и, хлопнув в ладоши, звонко рассмеялась. Глен ещё увидит в ней Ту, от которой когда-то был без ума.